Жизнь с нуля

Жизнь прекрасна, в ней множество великолепных вещей, которые даже не нужно искать или высматривать, достаточно лишь на секунду оторваться от привычного быстрого темпа жизни и взглянуть наверх. Небо всегда красиво, даже когда оно поглощено чёрно – серыми лохматыми тучами, среди которых иногда мелькают отблески молнии и трещит гром, словно что-то на небе рвётся на части, небо – прекрасно. Может быть, именно эти мысли и были в голове парня, который затих в тупике, задрав голову вверх и через слегка приоткрытые глаза вглядываясь в темноту, в льющуюся из неё воду. Силы бежать есть, но нет места, куда можно было бы бежать. Сам того не замечая, всегда ловкий и проворный кот загнал себя в капкан, а ведь несколько минут назад он был полон уверенности, что преследователи его никогда не настигнут. После очередного поворота в закоулках перед парнем возникла непреодолимая преграда – высокая бетонная стена. Она была гладка, словно поверхность воды в стакане, а её высота оказалась непреодолима для ослабленной погоней жертвы, которая попыталась сделать несколько тщетных попыток перелезть, но каждый раз терпела неудачу, падая на залитый грязной водой пол, набивая новые синяки. Смирившись, Кэтсуо прижался спиной к стене, стоя на полусогнутых трясущихся ногах. В ушах шум дождя, через который он отчётливо слышит топот ног и голоса разъярённых, пришедших по его душу карателей. *за несколько часов до этого* У Кэтсуо был намётан глаз на людей, в карманах которых лежали кошельки, чуть ли не набитые деньгами. Словно у него, в добавок к кошачьим причудам, шло в комплекте сканерное зрение. Но, увы, это умение у него нажитое. Жизнь заставила научиться многому, воровство – далеко не последний пункт в этом перечне списка. С детства парню не от кого было ждать помощи, а от честного заработка не было никакой пользы – он был ничтожно мал, тратился практически мгновенно на расходы в виде еды, дешёвых заменителей дорогих лекарств, у которых и качество было соответствующее и прочее, а иногда и вовсе отбирался более сильными. Не стесняясь можно сказать, что семья мальчишки едва сводила счёты с жизнью, а смерть отца во время страшного пожара и болезнь матери, на почве ранений и ожогов от огня, а также в связи с глубочайшей моральной травмой, связанной со смертью мужа лишь усугубляли и без того бедственное положение. Парень никогда не смел показывать матери как ему самому плохо, все свои переживания он прятал в себе, иногда ночью разрываясь от своего бессилия, срывая горло в немом крике, из которого не доносился даже шёпот, лишь острая боль. Слёзы душили его, пару раз чуть не отняв жизнь мальца раньше времени, ведь в такие моменты до дыхания не было никакого дела, а в соседней комнате лежит едва уснувшая мать, чей сон может до утра разорвать малейший шорох. Кэтсуо никогда не жаловался на свою боль, на то, как болит шрам на пояснице, где раньше вилял из стороны в сторону красивый, длинный даже для такого маленького возраста чёрный хвост, блестящий на солнце, никогда не заикался о панической боязни огня, ведь это заставит мать волноваться сильнее, а стресс ей строго противопоказан. Всю ношу он решил взять на свои плечи, повзрослев гораздо раньше времени и в полной мере ощутить все вкусы настоящей жизни. Не той, в которой говорилось в сказках, где всё заканчивается счастливым концом, как бы ужасно не пришлось персонажу, а настоящей, насквозь пропахшей суровой реальностью, где слабым нет места на существование. Все, чей уровень жизни выше среднего уже считают себя великими, позволяют себе смотреть на остальных свысока и не оборачиваются на всякую мелочь, плетущуюся тенью на достаточном расстоянии, чтобы не вызвать подозрения. И в этом их глупость, в этом их ошибка. Кошки – ловкие, грациозные, опасные и коварные создания, от которых никогда не знаешь, чего ожидать и Кэтсуо не исключение. Многолетний стаж позволял уже спокойно обчищать карманы, выносить продукты из магазинов, хотя опыт вещь дорогая, никогда нельзя получить его бесплатно. А плата была высока – поймают и никто не будет входить в твоё положение, сдадут со всеми потрохами полиции, даже приврав, не задумываясь о жизни того, кому повезло меньше, чем им. Но Кэтсуо не позволял никому так с собой обойтись, прибегая к помощи того, чем его наградила природа. Он прекрасно помнил первый день, когда своровал. Помнил тот страх быть пойманным на месте преступления, как противоречили его внутренние голоса, подсказывающие что делать и как поступить. В конце концов, он принёс потерянную вещь в бюро находок, но не с полным её содержимым. В тот день он впервые купил матери настоящее лекарство, а не заменитель и помнил, как женщине стало лучше уже после первого употребления таблетки. Тогда-то он и решил, что больше никогда не купит заменитель, а деньги на новую упаковку, во что бы то ни стало появятся к моменту, как будет заканчиваться предыдущая пачка. Разумеется, вопросы о появлении денег в семье были часто задаваемыми, но парень всегда врал, что нашёл хорошую работу то в каком-то кафе, то доставщиком, то кем-то ещё. Но не в одно такое заведение его не возьмут и мать прекрасно это понимала, ведь никаких медицинских справок у него не было, а от школы таких привилегий не давалось, однако женщина делала вид, что верит словам сына. Уши парень скрывал, плотно прижимая к голове и натягивая сверху шапку, капюшоны, что угодно, лишь бы не дать никому увидеть такую запоминающуюся особенность. С этим какое-то время были трудности, он всё время норовил выпрямить ушки, которые в таком случае создавали на шапке два подозрительно выпирающих бугорка, но со временем он научился всегда прижимать их и давать волю в шевелении лишь дома. Но, как бы тебе не везло раньше, у каждого бывает момент, когда фортуна отворачивается и зачастую этот самый момент происходит в самое неподходящее время. Душа его была не спокойна, хотя раньше он не наблюдал за собой подобного, словно изнутри он чего-то боялся, какой-то опасности. Кошачье нутро подсказывало ему, что всё идёт слишком гладко и очень долго. День, когда сбылось «предсказание» был короче из-за толщи чернейших туч на небе, из-за чего стемнело намного раньше. Они словно нагоняли беду, а может наоборот, пытались предостеречь неосторожного кота, непогодой стараясь быстрее скрыть его с улиц. Но Кэтсуо был слишком занят делом, чтобы заметить опасность. Он не понимал, как мог проглядеть, что последний час за ним пристально наблюдает пара глаз. Чем темнее становилось, тем сильнее увеличивалось количество незнакомцев, которые явно не желали добра кошачьему отребью. Взгляд ярко – янтарных глаз чуть ослабел, после затяжного времени побега от неожиданных визитёров. Сказывалось недомогание, последние дня два парень никак не хотел есть, даже насильно впихнуть в себя половину и без того не слишком большой порции для него было проблемой. Хотя его мама умела готовить, даже из небольшого количества продуктов она создавала действительно вкусные блюда. Может быть, плохой аппетит тоже был на почве кошачьего предчувствия скорой беды. Симидзу чувствовал своё затруднённое дыхание, что его ноги чуть трясутся и даже подкашиваются, а ночное зрение не помогало понять куда он бежит. Пару раз ему удалось сбить нарушителей своего покоя с толку быстрыми исчезновениями, но они быстро находили беглеца благодаря своим причудам. Завидев тупик, кот со всем отчаяньем попытался вскарабкаться на стену, но ничего не вышло. Это чувство загнанного зверя сводило с ума, ему хотелось завыть волком, который проводит свои последние мгновения на воле, а после его затащат в самые пучины ада, из которых он не выберется никогда, даже умирая он не почувствует свободы, ведь теперь навсегда будет заперт в ловушке. Их много, по меньшей мере человек шесть, они всё ближе и ближе. Уже даже не бегут, а идут спокойно. Действительно, зачем торопиться и тратить ещё больше сил всё равно они добились своего. Слышны их ухмылки, отрывками брошенные фразы доносились до скрытых под промокшей насквозь шапкой ушей, от их голосов тошнило, но уже ничего не поделаешь, отступать некуда. Однако, если они думают, что смогут взять его так просто и он не окажет никакого сопротивления – сильно ошибаются. Кэтсуо держал руки в карманах чёрных джинс, а на пальцах уже появились когти, диной сантиметра по два каждый, чёрные, толстые и, самое опасное - острые. Такие не сломаешь, только если оторвёшь вместе с ногтевой пластиной, а режут они легко и глубоко, тем более их одежда была самой простой, даже куртки из тонкого водонепроницаемого материала. Кэтсуо собрал всю ярость на них за испорченный конец дня и сейчас собирался показать им, что они не на того напали. И вот, когда рука одного из этих уродов коснулась плеча, Симидзу вонзил когти в руку обидчика, издав характерное кошачье «мяу», похожее на то, когда коты на улице сцепляются друг с другом, а все его «товарищи» содрогнулись от резкого, громкого, пронзительного крика обидчика. Это ему ещё повезло, что Кэтсуо не выбрал мишенью глаза, а то хуже было бы в сто крат. Но долго остальные столбом не стояли, через несколько мгновений пустившись на помощь товарищу. Один из них, какой-то толстый, с неприятным запахом оттянул кота от своего знакомого и толкнул к противоположной стене. Переулок был небольшой, особо не развернёшься и Кэтсуо уже приготовился, что его при возможности будут бить об стены. Толчок был незначительным и много вреда не принёс, однако осознать своё положение и предпринять ход для последующих действий ему не дали. Пока худощавый, самый хилый не внешний вид из всей команда помогал раненому, остальные решили взять верх и одержать победу толпой. Первым делом они старались как-то обезвредить руки парня, хватая за них, заламывая за спину. Из-за дождя, темноты и ежесекундно меняющегося кадра перед глазами, который позволял увидеть происходящее лишь отрывками, у Кэтсуо не было невозможности захватить в поле зрения всех присутствующих. Его дёргали то на себя, то от себя, то толкали, то пинали. Пока Симидзу оборачивался к одному, на него нападали со спины. Били тоже нещадно, кодекса чести у этих ублюдков точно не было. Изо всех сил его пытались сбить с ног и вскоре это получилось, так как один из напавших опустился на колени и полностью обхватил руками ноги Кэтсуо, обхватывая под коленями и поднимаясь вверх. На всё это у него ушло не больше секунды, так что Симидзу даже толком осознать ничего не успел, как его ноги оказались в плену. Это был тот самый жирный урод, которой оттолкнул кота к стене. Сжимали ноги сильно, из-за чего кот начал переживать не сломают ли их ему, но отвлекли его от этой мысли быстро. Второй, не менее мерзкий, чем тот, что сейчас сковывал ноги, схватил под руки. Он сжал ладони в кулаки и прижал к своим плечам, ограничивая руки Кэтсуо в движении. Сейчас парня подняли над полом в горизонтальном положении, нанося удары по бокам и животу, иногда доставалось ещё и голове. Дождь делал лишь хуже, уже крупные и частые капли колотили по лицу и глазам, если неко пытался их открыть и посмотреть на остальных, а также глушили его бесконечные рычания и озверевшие мяуканья, предвещающие готовность к атаке. Однако, ему не обезвредили ещё одно, не менее опасное оружие – клыки, которые он и вонзил в левую руку парня, держащего его под руками. От неожиданной и резкой боли, тот отпустил Кэтсуо, отойдя назад, а поскольку ноги были ещё в плену чужих рук, кот упал на пол, очень сильно ударившись затылком о мокрую поверхность. От боли зазвенело в ушах, даже через открытые глаза он видел плывущие разноцветные круги, он зарычал, открыв рот, в который тут же полилась дождевая вода, в результате чего парень подавился, мгновенно закашляв. Он безрассудно дёрнулся рукой в сторону, задев и сильно разодрав ногу того, кто сейчас находился рядом с ним. Но ему не дали второго шанса размахивать когтями, тот жирдяй наступил Кэтсуо на руку чуть выше кисти, сильно прижав руку к полу и добавив парню дополнительных болезненных ощущений. Кроме того, ноги пережали слишком сильно, кот уже не был уверен, что чувствует их. Сейчас Кэтсуо чувствовал панику и отчаянье, что его поймали и, не смотря на все сопротивления, смогли победить. Он уже не сомневался в своём проигрыше, хотя не смел перестать оказывать сопротивление. Он хотел разодрать ногу стоящего на его руке парня второй рукой, но не смог. Успев урвать момент, когда неко оказался бессилен, нападавшие быстро связали ему свободную руку, затем ногами перевернули на живот и привязали первую руку ко второй за спиной какими-то тряпками и нанесли очередной удар в области головы, но уже каким-то предметом, похожим на доску, окончательно выбивая силы на дальнейшее сопротивление. Кэтсуо не успел передохнуть. Его быстро схватили двое жирдяев и потащили в неизвестном направлении. Надо сказать, что тащили его в прямом смысле этого слова, поскольку кот был в бессознательном состоянии, держа за шкирку. Его голова болталась из стороны в сторону, а ноги волочились следом по земле, сгребая всю воду из луж в и без того промокшие кроссовки. Долго его так волокли или нет, Кэтсуо не знал, однако пришёл в себя достаточно быстро и первое, что почувствовал – невероятная головная боль. Разламывающая на части череп, словно Чужие попутали место и поместили свой эмбрион в голову, который уже достаточно созрел и пытался вырваться наружу. Только сейчас до него дошло, что во время драки никто не использовал свою причуду, лишь он пытался ею воспользоваться. Интересно, напавшие были обычными людьми или просто не захотели использовать силы на такой ничтожной жертве? А может, просто не все ею обладали. Вскоре парня дотащили до какого-то подвального помещения в заброшенном доме. Хотя, как позже окажется, это лишь на первый взгляд оно заброшено. Осматриваясь по дороге, Кэтсуо заметил, что этот район ему не знаком и он понятия не имел где сейчас находится, но ничего хорошего не ждал. Спустившись в подвал, его, уже самостоятельно ковыляющего на своих двоих, завели в какое-то помещение, где горел яркий свет, мгновенно ослепивший бедного потрёпанного кота. Комната представляла собой что-то на подобии кабинета директора, если это можно было так назвать. Обстановка была чем-то схожей. Средних размеров комната, бетонный пол без какого-либо покрытия, стол ближе к концу комнаты, на котором лежали бумаги, ручка, стоял ноутбук, двое мужчин, возрастом лет под тридцать, один сидел в кресле у стены, второй стоял рядом, прижав подошву обуви к стене, согнув ногу в колене и курил, несколько шкафов, несильно забитых бумагами, отсутствие окон и витающий запах табака, от которого к горлу подступил неприятный ком тошноты. Тут все могли в полной мере оценить и рассмотреть свои ранения. Кэтсуо от души расцарапал нападавшим лица и руки, разорвал практически всю одежду, которая лохмотьями болталась на их телах. Вода смешивалась с кровью и капала с рук держащих его парней на пол небольшими, но частыми тёмно-бордовыми каплями. От ноги одного из них на полу оставался кровавый след. Хоть что-то радовало Кэтсуо в данной ситуации – слабые хрипы и полустоны решивших на него напасть бандитов, думающих, что смогут справиться с котом. Да кошки одни из самых опасных животных – сильные, ловкие и смелые, которые не знают пощады к противнику и будут драться до последнего вздоха. Оставив жертву в нескольких шагах от стола мужчины, шайка удалилась. Кэтсуо сидел, уперевшись коленями в холодный, твёрдый пол и стоя на носочках. Он молчал, разглядывая присутствующих. Те двое мужчин выглядели спортивно, у них было достаточно мощное телосложение – широкие плечи, явно мускулистая грудь, которую скрывала одежда, крепкие руки и дерзкие взгляды. На них были одеты чёрные костюмы. Один блондин с зачёсанными назад длинноватыми волосами, часть которых была собрана в хвост, а вторая часть едва касалась плеч. Второй немного смуглый, с серебристыми крашеными волосами и с шрамом на лице, который рассекал бровь и тянулся вниз по щеке. Кэтсуо увлёкся их разглядыванием и даже не заметил, что эти двое уже тоже смотрят в ответ. Обычно он не любил такого пристального внимания, но оторваться от этих двоих было сложно. От них за километры веяло опасностью, мощью, выносливостью и силой. С такими соперниками он вряд ли бы справился даже на уровне порезов. Они выглядели так, словно могли убить с одного удара и это пугало. Может, эти двое тоже относятся к кошачьим? Сейчас Симидзу ассоциировал этих двоих с огромными львами или тиграми, которым ничего не стоит разорвать жалкую кошонку, такую как Кэтсуо. Может, стоило бы от них отвернуться, но парень не мог этого сделать, ведь если отведёт от них взгляд, то покажет, что боится. Да и вдруг они только этого и ждут, чтобы напасть в самый неожиданный момент? Обстановку накаляла немая тишина. Тут было настолько тихо, что Кэтсуо отчётливо слышал стук собственного сердца, своё тяжёлое дыхание и чувствовал пульс, который бил по вискам. В какой-то момент всё это прервал тихий, пронзительный скрип двери и в комнату вошёл третий мужчина. Его внешний вид не восхищал так же, как тех двух мужчин. Точнее, вид этого вообще не вызывал приятных ощущений. Одет он был дороже мужчин в чёрном, которые, судя по всему, работали на него в качестве телохранителей. Вошедший был мужчиной лет за пятьдесят, имевший достаточно много лишнего веса, одетый в белый костюм с до омерзения смазливым лицом. Он был лысый и между шеей и головой у него была парочка складок. Он остановился напротив Кэтсуо, в каких-то двух-трёх шагах от него и щёлкнул пальцами. По сигналу, двое застывших до сего момента мужчин быстро преодолели незначительное расстояние и схватили парня под всё ещё связанные руки, поставив на ноги. Один из них резко ухватился за низ худди и задрал её вверх за голову парня, обнажая торс и случайно сдёрнув шапку. Взгляд лысого стал более заинтересованным. Он разглядывал парня – красивого, молодого, немного худощавого, но при этом крепкого и гибкого. Он задержал внимание на выпирающих ключицах, двигающейся вверх-вниз груди с потвердевшими от напряжения сосками, немного заметными рёбрами и плоском животе. Затем принялся рассматривать не менее красивое лицо с немного острым подбородком и овальными чертами лица, милыми губками и небольшим носиком, яркими янтарными глазами, обрамлёнными чёрными ресницами, тонкими прямыми бровями и чёрными волосами, чёлка которых в мокром виде прилипала к вискам с обеих сторон и переносице посередине, почти скрывая лоб. Но самой главной изюминкой были ушки. Два больших, гладкошёрстных уха с небольшими кисточками на концах, одно из которых было проколото у основания серьгой с крестиком. -Какая прелесть. Думаю, нам с тобой будет очень интересно. – Как-то неоднознчно усмехнулся он, оставляя парню лишь с ужасом догадываться о своей дальнейшей судьбе.