Никогда больше

Питер по-настоящему не хотел идти на эту экскурсию. Сталкиваться с воспоминаниями ещё раз. Ещё раз видеть это чертово здание и в каждом знакомом углу великого Железного Человека — нет, это... это выше его сил. И по-прежнему слишком больно, просто разрывает внутри. Будто там ежедневно сжигают легкие. — Мистер Старк? Мы... мы победили, мистер Старк... — Питер пристроился рядом со Старком, положил руку на его грудь, и ему неожиданно показалось, что даже сквозь тяжёлую броню он чувствует еле ощущаемый медленный пульс — последние удары, ещё чуть-чуть, и все. — Мистер Старк... Голос дрожит, срывается, просит не умирать. «Нет... нет, прошу, пожалуйста, не умирайте! Я не смогу без Вас...». Старк смотрит на Питера пару долгих секунд, ничего не произнося. Его рука, до сих пор облеченная в железо, кровавая и холодная, сжимается вокруг худого запястья и почти тут же разжимается — силы уходят из умирающего тела. Медленно, мучительно. Долго. Питер смотрит на Флэша в другом конце класса и старается — изо всех сил, честно старается — не врезать этому засранцу между глаз. — Ну что, Паркер нам все покажет на этой экскурсии. Он же там стажируется, у самого Железного Человека, прикиньте?! Он там все знает, — и добавляет ехидным, мерзким голосом тише, чтоб учитель не слышал: — правда ведь, Пенис? Питер сжимает кулаки, игнорируя любопытные взгляды, хватает рюкзак, забрасывает в него поспешно вещи и выбегает из класса. Прижимается спиной к прохладным шкафчикам и дышит. Тяжело-тяжело, сдерживая всхлипы и рвущийся наружу крик. Последний раз он был в здании Железного Человека несколько недель назад, сразу после его похорон. Он даже видел его дочь — светлую добрую девочку, одетую в чёрный сарафан и с завязанным чёрной лентой хвостиком. Так похожа на отца. Такая же мудрость и грусть во взгляде, сожаление. Питер так и не заставил себя подойти к ней и заговорить, да и что он мог сказать?! Что не смог помочь Тони Старку? Что это он должен был пожертвовать собой ради всего мира? В этом и дело — он ничего не мог сказать. Ничего. Абсолютно. Потому что это выше его сил. У девочки глаза отца, улыбка — Питер уверен — тоже его. И ему жаль её, жаль Тони Старка, его жену. Он воевать не хотел — он хотел спокойной жизни. Просто жить, наслаждаясь улыбками любимых людей, а что получил в итоге? Просто холодный гроб и уплывающее вдаль доказательство, что у холодного расчетливого разума в груди бьется сердце. Когда на следущий день его класс едет по направлению к Stark Industries, Питер не до конца понимает, почему он поехал с ними. Нет, это точно не из-за того, что нужно проведать маленькую девочку с её матерью, не потому что хочется увидеть Мстителей и поинтересоваться, как у них дела и все ли в порядке. Точно нет. Просто потому что Нед попросил, потому что учительнице нужны весомые причины не ехать на экскурсию. Да, только поэтому. В автобусе пахнет кожей, сигаретным дымом и дождем. Питер молчит, старается не слушать Флэша, кидающего периодически гнусные комментарии в его сторону. — Твоя ложь раскроется, Пенис. — Может, уже сам признаешься, что нет у тебя никакой стажировки? — Ну что, готовься к провалу, Паркер. Разумеется, совершенно случайно толкает Питера, вылезая из автобуса, улыбается так противно, что Питер бы ему врезал, если бы за спиной не появился учитель. Поэтому он просто сжимает зубы, качает головой и надевает наушники. — Мистер Старк... — голос дрожит, становится тяжелым так быстро, что Тони замирает и не знает, что говорить. — Мне что-то нехорошо. Внутри — будто все разрывает в клочья, силы кончаются стремительно, быстро. Питер делает пару неуверенных шагов и падает в объятия Старка. — Я же не умру? — слезы начинает катится по саженным сажей щекам, потому что он — всего лишь ребёнок, потому что ему шестнадцать и по-прежнему до дрожи во всем теле страшно умирать. — Пожалуйста, скажите, что я не умру. Я не хочу, пожалуйста... — Тише-тише... — Старк держит его в своих руках, пока тело Человека-Паука не превращается в копоть. — А вот здесь находится мастерская, где Тони Старк создал свой костюм. Говорит экскурсовод, указывая на такое знакомое помещение. Питер был здесь несколько раз, даже видел, как Тони чинил свой костюм после битв. Он всегда напевал какую-то мелодию, видимо, так сосредотачиваясь на процессе, что даже не замечал этого. Питер закрывает глаза и дышит так тяжело, что кажется ещё чуть-чуть, и у него начнётся паническая атака. Опирается на ноги и, пока никто не видит, уходит в дальнее крыло, где собираются Мстители, когда нужно обсудить план действий. Боль в груди только усиливается, становится тяжелее, массивнее. Питер садится на стул, стоящий рядом так удачно, и закрывает лицо руками, дышит часто, и уже совсем ничего не важно. Ни Флэш со своими издевательствами, ни разрушение всего мира и после его восстановления. Плевать. Просто потому что Тони Старка больше нет. И он больше не обрадует маленьким плюшевым мишкой дочь, не обнимет свою жену и не улыбнётся так по-Старковски. Так, как улыбался только он один. Питер покидает башню через чёрный ход. Чтоб не встретить уже сегодня никого из класса, чтобы не смотреть в глаза Флэшу, чтоб не видеть ничего того, что могло бы напомнить с новой силой про человека, ставшего ему почти отцом. Это слишком. А боль, вроде затаившаяся где-то в глубине, ударила так сильно, что могла бы унести ударной волной на другой конец города. Дождь медленно скапливается в тучах над городом. Он уходит из башни с мыслями, что сейчас весь его класс, наверняка, ждёт встречи с великим Тони Старком, Железным Человеком и супергероем. Но только сам Питер может знать, что они этого никогда не дождутся. И он ненавидит свою память.