Разрешение.

Маленький Саске всегда привык спрашивать разрешения прежде, чем что-то сделать. За это он иногда и получал. Так, например, однажды он спросил у мамы, можно ли ему вместе с братом сходить покурить за гаражи. На следующий день Итачи бесновался, сидя под домашним арестом, а Учиха-младший злорадствовал и ехидно улыбался, глядя на брата подбитым глазом. Усмехнувшись своим воспоминаниям и мыслям, Саске затушил сигарету о простыню и глянул через плечо на Наруто. Тот, будучи привязанным к кровати с кляпом во рту, конечно же, не мог ничего поделать с таким положением дел. - Ну, чего ты опять тут бунт устраиваешь? - устало вздохнул Учиха, откинувшись назад и развалившись на простынях рядом с блондином. Тот кинул на своего мучителя злобный взгляд и, кажется, послал его куда-то. Брюнет усмехнулся и приподнялся на локтях. - Фу, как некультурно. В ответ Узумаки лишь снова что-то промычал. Кажется, очередное направление движения для Учихи. Но тот, отреагировав на слабое мычание лишь усмешкой, вновь закурил. Итак, как Узумаки оказался в постели Саске? Всё очень просто: некоторым не стоит отмечать окончание сессии. Как не особо сильный с виду Учиха смог затащить к себе бренное пьяное тело, возможно, тоже пояснять не стоит: напившись, Узумаки и сам стал на всех вешаться, на радостях вопя во всеуслышание о своей любви к миру, подкрепляя свои выражения иногда и крепким матерным словом, а, порой, и делом. Так, к слову говоря, он и схлопотал удар и, как ему сначала показалось, вывих челюсти от Сакуры. А всё лишь потому, что с девушками нужно обращаться нежно, а не лапать их, когда они вежливо разговаривают в кругу подруг. Ну, предположим, за это Наруто получил пощёчину, а вот удар в челюсть получил за то, что после того, как он был отвергнут Харуно, тут же полез к её подруге и сокурснице, Хьюго Хинате. Та, будучи девочкой тихой и робкой, не смогла дать наглецу отпор, лишь забившись в угол дивана и позволив тому распустить руки не только под блузку, но и под юбку. Но на помощь поспешила боевая фигура, так что через несколько минут Саске уже волок тело блондина в сторону выхода. Как он сказал всем, Наруто он вылечит. Причём сказано это было так убедительно, что никто и не сомневался: вылечит, догонит и ещё раз вылечит, чтобы неповадно было. Так, собственно, и случилось. Вправив точным ударом с другой стороны челюсть, Учиха повалил своего пьяного друга и привязал к кровати, хорошенько матеря при этом и говоря, куда ему стоит пойти. Узумаки пошловато хихикал, глядя, как совершенно трезвый и злой брюнет стягивает с него рубашку и джинсы, оставив валяться на кровати в одних лишь забавных семейниках в красный горох. Когда Саске достал железные наручники, окрашенные в чёрный цвет и уж точно никак не подходившие для интимных игр, а следом из комода был выужен кляп, Узумаки изрядно потрепал себе нервы, представляя, как его сейчас расчленят и похоронят где-нибудь в канаве. Правильно ему говорили, распитие спиртных напитков до добра не доводило никогда. Но когда - совершенно внезапно, надо заметить - парень вытащил вместо ножа или мясницкого топора из своей сумки телефон, привязанный к кровати и вовсе обалдел. - Ты кому звонить собрался? - Маме твоей, - с невозмутимым лицом ответил ему Саске, прислонив трубку к уху. Узумаки хотел было рассмеяться, но послышался короткий щелчок в телефоне, и всё же кто-то ответил. Пришлось изрядно напрячься, чтобы услышать голос ответившего. - Алло? - парень чуть язык не проглотил, узнав по голосу свою мать. Так оказывается, это и вовсе не шутка была! - Здравствуйте, Кушина-сан. Это Саске, я... - парень на секунду замешкался, но, кинув довольно красноречивый взгляд на блондина, взял себя в руки. - Я друг Вашего сына. Наруто можно? - Ой, Вы знаете, а его дома нет. Опять где-то пропадает, оболтус, - посетовала на непутёвого сына женщина. Мальчишка зачем-то понимающе кивнул. Затем, вновь спохватившись, поспешно заговорил. - Да нет, Вы меня не так поняли. Наруто сейчас у меня... Сидит. Можно мне его? Послышался глухой удар, звонок тут же был прерван. Учиха, чертыхнувшись сквозь зубы, развернулся к Узумаки. Тяжко вздохнув, он не придумал ничего лучше, чем усесться рядом с другом и подумать. Наруто чуть отодвинулся от него, косо поглядывая. - Так ты, значит, трахнуть меня вздумал? - протянул он таким тоном, как будто вовсе и не о несостоявшемся изнасиловании говорил, а о сортах чая. Друг усмехнулся, подперев голову рукой и кивнув. - Ага. Надо же тебя было как-то наказать за то, что ты лезешь ко всем подряд. Вот, думаю, изнасилую я тебя разочек, и ты тогда перестанешь по девкам шастать, переключишься на прекрасную половину человечества, оставишь Харуно и Хьюго в покое, - принялся рассказывать свои планы Саске, активно жестикулируя. Когда же дело дошло до подробного описания непристойных действий, Наруто покраснел. На этом Учиха, конечно же, не остановился, а наоборот, принялся подкреплять свои слова действиями. В общем, когда Узумаки пришлось заткнуть поцелуем, брюнет понял, что это бесполезно - через минуту губы были уже искусаны. Поэтому заткнуть друга пришлось кляпом. Учиха лениво потянулся, выгнув спину. Бросив взгляд на распластавшегося на простынях любовника, он вновь усмехнулся и расстегнул наручники. - Можешь идти домой, тебя мама ждёт, - позволил он, отойдя на безопасное расстояние. Правда, его это не спасло - как бы долго Наруто ни валялся, а силы для того, чтобы хорошенько приложить мальчишку об косяк, всё равно нашёл. Поморщившись, Учиха глянул вслед уходящему Узумаки. Усмешка. - Нет, это всё равно стоило того, - отозвался парень, вновь прикуривая.