I wanna be loved by you, just you, Хочу я любимой быть тобой, And nobody else but you, И больше никем другим, I wanna be loved by you, alone! Любимой тобою быть одним! Boop-boop-be-doop! Пу-буп-пи-ду! I wanna be kissed by you, just you, Чтобы целовал меня лишь ты, Nobody else but you, И больше никто другой, I wanna be kissed by you, alone! Хочу целоваться лишь с тобой!
Напевала я и с улыбкой посматривала на Тома. Зендая косо поглядывала то на Тома, то на меня. Ей явно это не понравилось.I couldn't aspire, Как можно стремиться To anything higher, К чему-нибудь выше, Than, to feel the desire, Чем только услышать, To make you my own! Что ты стал моим! Ba-dum-ba-dum-ba Падам-падам-па Doodly-dum-boo Дудли-дам-пу! I wanna be loved by you, just you, Хочу я любимой быть тобой, Nobody else but you, И больше никем другим, I wanna be loved by you, Любимой тобою быть, ba-deedly-deedly-deedly-dum Па-дидили-дидили-дидили-дам Ba-boop-bee-doop! Пу-буп-пи-ду!
Всё верно, эта песня всеми известная в исполнении Мэрилин Монро «I wanna be loved by you» из фильма «В джазе только девушки». Шлёпнув по струнам, я вернула гитару обратно и спустилась со сцены под бурные аплодисменты. Ну, а когда ещё выпадет возможно сказать ему это прямо в глаза? Поэтому я и воспользовалась случаем. Я вышла из помещения, где во всю орала музыка, и встала возле балкона. Потому что там, в окружении кучи народа, дышать нечем. Тем более после такого прорыва, которого я преодолела. На улице появились сумерки. Прохладный ветерок дул мне в лицо. — Вот ты где, — сказал Том. — А я тебя везде ищу. — Просто вышла подышать свежим воздухом, — ответила я, сложив руки на груди, и вздохнула. — Честно, ты меня поразила, красотка, — Том подошёл ко мне, оперевшись на перила. — Почему ты называешь меня красоткой? — поинтересовалась я. — Ты словно Юджин Фицерберт, который называл Рапунцель красоткой. — Ну, если бы я назвал тебя уродиной, ты бы обиделась, — Том пожал плечами, а я упёрла руки по бокам. — Да шучу я! — Мне не привыкать к британскому юмору, — хихикнула я. — Я просто скажу тебе на русском… Иди нахуй. — Я так понял, это что-то ругательное? — Мм, да, — сморщив нос, ответила я. Никто больше ничего не сказал. Здесь только мы. И папарацци внизу, которые пытались поймать смачный момент. — А почему ты спрашивала у меня про Хиддлстона? — вдруг спросил Том. Ну теперь держись! — Ну… У меня в России есть подруга, она прям очень любит Тома Хиддлстона, — ответила и пыталась не засмеяться, вспомнив про позы. — Она такая забавная, знаешь, говорит одно, а на деле стесняется. — И чего же она стесняется? — Сказала, что отымеет Хиддлстона во всех позах, а на деле даже подойти к нему не осмелится, потому что стесняется, — ответила я, хихикнув. — Во всех позах? — удивился Том. — Твоя подруга секс-машина что ли? — Неверное, — я пожала плечами и засмеялась. — Так можешь передать ему, что существует такая девушка, которая готова любить его всю жизнь? Только про позы не говори! Том начал смеяться от того, что я много тараторю. Даже с репетитором я так хорошо не разговаривала по-английски. А тут прям магия вне Хогвартса. — Окей, я передам ему, — смеясь, сказал Том. — Только чур меня не выдавай! Иначе моя подруга будет гонять меня по всей планете с криками, что убьёт меня. — Тогда я к ней присоединюсь, — усмехнулся Том, а я цокнула, закатив глаза. Мы опять стали молчать. Я отвела взгляд и стала смотреть на вечерний Лос-Анджелес. Потрясающее место. Если бы не папарацци и орущие фанаты, было бы ещё лучше. — Том, — сказала я, прервав наше молчание. — М? — Могу я обнять тебя? — этот вопрос прям вырвался из моих уст. — Без вопросов, — ответил Том и раскинул руки. Я подошла ближе к парню и крепко обняла его, уткнувшись ему в шею. И пофиг, что нас сейчас фоткают без остановок. Это был мой самый счастливый день в жизни. Вспомнив всё, через что я прошла, из моих глаз покатились слезинки. Впервые за долгое время я так обнимаю парня. Да и к тому же самого человека-паука. Он мой герой с самого детства. А сейчас я стою тут с ним в обнимку. — Ты плачешь? — шепнул Том мне на ушко. — Хей, ты чего? — Извини, я что-то расклеилась совсем, — сказала я и натянула лыбу. — Обычно я стараюсь скрывать свои эмоции, но сейчас это просто невозможно. — Сейчас самый момент, чтобы смеяться и радоваться жизни, красотка, — Том посмотрел мне в глаза и указательным пальцем стер слезу с моей щеки. — А уж никак не плакать. — Всё нормально, — я стала улыбаться, потому что реально была очень счастлива. — Может, тебе вернуться в отель? — предложил Том. — Я могу с тобой поехать. — Не стоит, Томас Стэнли. Ты нужен здесь всем… Ведь это твоя главная роль. Ты человек-паук. — Ну раз я человек-паук, то ты моя Гвен Стейси. — А как же ЭмДжей? — я изогнула бровь. — Ей не до меня, — наигранно вздохнул Том. — А по-моему, когда я пела, она косо поглядывала на тебя… Явно ревновала. — Глупости, — усмехнулся Том и закатил глаза. — Зендая и я… Пфф! Ну вот теперь всё прояснилось, а я облегчённо выдохнула. — Поехали в отель, — сказал Том и потянул меня за руку к выходу. — А что подумают папарацци, когда увидят нас? — я остановила парня, а он всё не отпускал мою руку. — Подумают, вот приехали вместе, зашли в отель, уединились в одном номере и стали совершать постыдные вещи, — ответил Том. — Не волнуйся, красотка. Пошумят пару дней и потом все позабудут об этом. — Ладно, поверю на слово. Мы зашли обратно в помещение, где народ не переставал веселиться. Том попрощался с друзьями, коллегами и мы вышли из здания к машине, где находился один Майкл. Я прикрыла лицо рукой, потому что вспышки камер ослепляли мои глаза. Майкл быстро увёз нас подальше от папарацци. Всю дорогу я дремала и не заметила, как мы приехали в отель. Том разбудил меня и мы выползли из машины. И тут эти журналисты! Чтоб их к чёртовой матери! Том тоже был уставшим и поэтому мы придерживали друг друга, чтобы не свалиться с ног. Холланд не дополз до своего номера и завалился вслед за мной ко мне. — Так, — сказала я на русском и начала рыться в документах. — Главное рейс завтра не проспать. Когда у меня там самолёт? — Что ищешь? — спросил Том, развалившись на кровати. — Билеты на самолёт, — ответила я. — Мне же завтра улетать обратно в Россию. — Останься здесь со мной, — пробубнил Том, смотря на меня щенячьими глазками. — Хоть на пару дней. — Спасибо, Томас Стэнли, но я достаточно пожила здесь за твой счёт. Мне как-то не удобно. — Пустяки, — сказал Том и зевнул. — Запрыгивай, — парень постучал по месту рядом с собой. Я установила будильник и устроилась рядом с Томом. Меня быстро потянуло на сон, стоило мне только прикрыть глаза. Я лишь почувствовала тепло, будто я под одеялом. Но это был Том, который обнял меня. Так мы с ним и уснули, потому что очень устали.