Лед и пламя

      Новая комната Чимина оказалась просторной и светлой, с панорамными окнами, что открывали прекрасный вид на сад. Кровать мягкая, застеленная фиолетовым покрывальцем. Шкаф напротив из темно-коричневого дуба. Вместительный письменный столик у стены. Комната оклеена персиковыми однотонными обоями. Можно даже ощутить от них то исходящее тепло, что они визуально несли в себе. Чимин проводит ладонью по стене, ощущая сухость бумаги на коже. Ничего. Никакого тепла.        Пак открывает свой чемодан и начинает раскладывать вещи. Полки шкафа тут же наполняются футболками, кофтами, бельем и прочими элементами одежды. Аквариум с рыбками, который, к слову, Чимин чуть не забыл в машине, занял свое место на письменном столе и отлично влился в новую атмосферу этой комнаты. Рядом приземлился любимый с различными наклейками ноутбук Пака.       Конечно, эта комната была настоящей роскошью по сравнению с той, что была в их с матерью квартире, но что-то все ровно не давало покоя. Эти стены ему были абсолютно чужие, что невидимой силой давили на парня со всех сторон. Для него все вмиг оказалось до боли чужим: стены, пол, дверь, эта новая жизнь, что выпала на его голову, как снег в мае. Даже его отражение, что смотрело на него из зеркала рыжим взлохмаченным зверьком, тоже казалось другим, не своим. И это чувство не покидало его весь оставшийся вечер.       Даже сейчас, сидя в кухне за столом, мелкая дрожь липко ползла по его ногам, рукам и шее. Настенные часы медленно тикали, отсчитывая секунды звонкой, образовавшейся тишины за столом. За окном уже подступал поздний вечер и город уже потихоньку погружался во мрак.       Виен, сидевшая ближе к окну, тщательно перемешивала давно растаявший сахар в чашке, а Джихён нервно постукивал пальцами по столу и нетерпеливо посматривал на настенные часы, постоянно вздыхая. Что касается Чимина, то тот пытался раствориться, ну или сделать вид, что его нет на этой планете.       - Давайте приступим к нашему ужину. Этот сорванец снова придет под утро только. - пробормотал Джихён, откидываясь на спинку стула.        - Не спеши. Подождем еще немного. - Виен убедительно глянула на него, а затем обернулась на притихшего сына. Тот удрученно накручивал спагетти на вилку и, кажется, мыслями пребывал точно не за столом этой кухни. Ему уже до ужаса надоело сидеть в этой напряженной тишине.        - Нет, я точно ему все уши оборву. - подпрыгнул Джихён на стуле, но вставать с насиженного места пока не решался. - Уже десять? Да, уже десять. - удивился он, отвечая на свой же вопрос.        - Хватит бухтеть. - вяло пролепетала Виен, не отрываясь от своей чашки, окуная в неё ложку снова и снова. Но на этом моменте по дому разлетелся хлопок входной двери, а затем и неторопливые пришаркивающие по полу шаги, словно их обладателю было трудно поднимать ноги от пола.       Все сидящие за столом навострили уши, в особенности Чимин, который сжался, как воробей на ветке дерева во время дождя. С каждой секундой шаги становились все громче и громче, а затем в дверном проеме кухни появилась персона, которую все только и ждали. Он сложил руки на груди и облокотился спиной о дверь, обходя всех прищуренным взглядом и немного задерживаясь на Чимине. Чимин же в свою очередь, пытался вовсе не смотреть на недовольный лик "брата"        - Наконец-то! - воскликнул Джихён. - Садись быстрее. Только тебя и ждали. - он быстренько выдвинул стул из-под стола, приглашая сына, а затем потянулся за бутылкой красного вина, что стояла у самого края.        - Спасибо, я не голоден. - твердо, без каких либо эмоций, ответил Юнги, и уже развернулся, чтобы уйти, как Джихён все таки поднялся со своего места и серьезно железным тоном произнес:        - Ты сядешь и поужинаешь с нами! - Юнги остановился на полпути и усмехнулся, глядя на своего родителя.        - Может, ты меня еще и силой накормишь? - в глаз явно читалась неприязнь ко всему этому.        - Если нужно - накормлю! - холодно отрезал Джихен. - Ты сейчас же сядешь за стол, и не зли меня!       Противиться, что очень странно, Юнги не стал, и, со вселенской злостью, все-таки занял свое место рядом с отцом, напротив Чимина.       Чимин все это время сидел, пытаясь не выдавать себя, чтобы не попасть под раздачу. Время от времени, он чувствовал на себе пару недовольных взглядов со стороны Юнги. Как на них реагировать, тот пока не знал. Чего ждать. Может он сейчас кинется на него через весь стол и станет душить. Подобные мысли возникали у Чимина, когда натыкался на лед карих глаз напротив.        - Ну что ж, все в сборе, - Джихен поднялся со своего места с бокалом красного вина. Посмотрев на всех по очереди, он улыбнулся и продолжил, - Сегодняшний день мне бы хотелось запомнить особенно... - мама Чимина смотрела на него с открытой теплотой и любовью, а Юнги закатил глаза и откинулся на стул, попутно задевая ногой колено Чимина под столом. Тот от неожиданности вздрогнул и уставился на неприятеля с приподнятой бровью. "i'm sorry", еле слышно, с издевкой, одними губами пролепетал сидящий напротив. Парень уткнулся лицом в свою тарелку, но перед этим основательно пряча свои ноги под стул. "Придурок", - мысленно прошипел Чимин. - ... и поэтому, я искренне верю, что наша семья будет крепкой и настоящей, такой, за которой можно будет спрятаться и в бурю, и дождь... ну, а вообще тосты - это не мое. - смущенно признался Джихен и широко улыбнулся, не поднимая глаз. Большую часть слов Чимин пропустил, витая в своих облаках.        - Это просто замечательный тост. - теперь Виен привстала со стула, держа в руках бокал вина и намереваясь озвучить свою версию пожеланий. - Дорогие мои дети. Чимин, Юнги, - она поочередно глянула на обоих, и вновь вернулась к начатому. - Несмотря на то, что ваше знакомство началось с ругани, я сердечно верю, что отношения между вами наладятся и вы станете хорошими, например, друзьями. Потому что жить в ругани нельзя. Это не правильно... - Юнги делал вид, что слушает, хотя на самом деле его мысли были далеко за пределами кухни, ибо слушать весь бред этот про дружбу с "попугаем", как мысленно прозвал он Чимина, было мерзко.        - А теперь пару слов нам скажет Юнги. - весело изрек его отец. Мин моментально выпрямился от его слов и озлобленно посмотрел в сторону отца, всем своим видом показывая, что он против подобного выступления. - Да, Юнги, сейчас ты скажешь нам тост. - протянул мужчина, толкая сына в плечо, вынуждая того подняться с места. Юнги медленно встал, сжимая в руках бокал. Все выжидающе на него смотрели, что слегка напрягало парня.        - Ну... эм... я рад за вас, - начал он, рассматривая потолок, - и пусть теперь слово скажет... Чимин. - и молнией посмотрел на остолбеневшего Пака. Тот застыл с приоткрытым ртом, лишь изредка моргая глазами.       Рыжему ничего не оставалось, кроме как медленно, словно в замедленной съемке, встать с места. Юнги быстро упал на место с довольной улыбкой и впился глазами в растерявшегося парня.       - Я бы хотел присоединиться ко всем сказанным здесь словам. - медленно, тщательно подбирая слова, пролепетал Чимин. Всем сердцем он сейчас ненавидел этого "бледнолицего" и, если бы можно было, то обязательно бы кинул в него вилку, а лучше нож. - и... я... эм... я хотел сказать... - заторможено говорил Пак. Слова куда-то делись, а на ум ничего не приходило. Вот он и стоял как столб, пытаясь выдавить из себя хоть что-то.        - Браво! - воскликнул Юнги, аплодируя. - Это лучший тост, который я когда-либо слышал.       Чимин весь покраснел, но не понятно от чего: толи от злости, толи от своей неловкости. Он сконфуженно поднял глаза на Юнги и стиснул зубы. Сейчас в его душе такой ураган чувств, что и сам Чимин не разбирал, что он еще чувствует кроме злости и обиды к этому человеку.        - Я очень рад за тебя . - сдержанно ответил парень.        - Вау! Гляньте-ка, цыпленок заговорил. Ты умеешь разговаривать что ли?       "Цыпленок" - эхом отдалось в мозгах у Чимина, и он, не выжидая ни секунды, подпрыгнул с места, испепеляя огнем глаз своего обидчика.        - Тебе никто не давал права так называть меня! - четко произнес он, стараясь звучать твердо и грозно, но увы, Юнги это только смешило. - Если ты еще раз так меня назовешь, то я...        - Что ТЫ!? - теперь подскочил и Юнги, перебивая того на полуслове. Все, что было на столе подпрыгнуло в воздухе, а Чимин вздрогнул от этого гнева. Где-то в голове замигала красная лампочка, сообщая, что пора включать систему самосохранения - Ну, что ТЫ?!        - Ты пожалеешь! - оскалившись, прошипел Чимин, а Юнги рассмеялся еще громче.        - Перестаньте! - вмешался Джихен, пытаясь за плечо усадить сына место. - Опять начинаете!?        - Я еще не заканчивал!        - Да что ж такое! Сядь я тебе сказал!        - Я спать пойду! - грубо отрезал Юнги, не отрывая глаз от Чимина. - Спокойной ночи! - и, отодвинув со скрипом стул, удалился из кухни.       Чимин молча ковырялся вилкой в тарелке, пытаясь переварить в своей голове все только что случившееся. Юнги невзлюбил Чимина. Даже не так... Юнги возненавидел Чимина. Только Чимин не знает причины такого отношения к себе. Что он не так сделал, чем спровоцировал парня. Вскоре Чимин поблагодарил маму за ужин и ушел к себе в комнату.       Виен устало прикрыла глаза руками и вздохнула.        - В дружбе и мире, говоришь? - обратилась она к Джихёну.        - Юнги просто нужно привыкнуть ко всему. Все образуется. - подбодрил он Виен.       Женщина только улыбнулась, пытаясь настроить себя на правильные мысли. Это только первый день, в дальнейшем все должно быть хорошо и Чимини будет счастлив. - подумала она в это мгновение.