Лед и пламя

- Юнги, - Чимин теряется под испепеляющим взглядом старшего и негромко спрашивает, - Что ты здесь делаешь? - Если ты не зрячий, то индивидуально для тебя поясняю - я курю здесь. - чеканит Юнги, затягивая в легкие дым сигареты. - А вот ты что здесь делаешь? Уже почти двенадцать. - выдыхает сизое облачко из рта в воздух и без эмоций смотрит на младшего. - Домой вали, мелочь! - отрезает он, на что Чимин совсем теряется. - Ты ему мамочка что ли? - выпячивает Хосок свою грудь, закрывая собой примагниченного к земле Чимина. - Он сам решит, когда ему нужно будет возвращаться домой - он не ребенок уже! А ты вали отсюда! - Чон презло сверкает глазами в сторону Юнги и дает понять, что пока он здесь, то не даст приблизиться белобрысому говнюку к Чимину. - В любом случае, если в тебе вдруг проснулся синдром старшего брата, то можешь не волноваться, я лично провожу его до дома. - заверяет Чон.       Юнги прикрывает глаза. В висках слегка стучит - выпитые в компании несколько бутылок крепкого пива и вместе с порцией только что выкуренного никотина, дают о себе немного знать. Он смеется охрипшим голосом. - Синдром старшего брата... - Юнги шепчет про себя так, словно не может в это поверить. Это кажется ему самым настоящим бредом. - У меня нет брата. Или... ах, точно, - наигранно подхватывается Юнги. - ты должно быть говоришь вот про это чучело, которое по ночам со всякими личностями по паркам шастает. - он смотрит на оскорбленного Чимина, который снова сквозь землю провалиться хочет от стыда. - Куда путь держали, а? До ближайших кустов? Так тут деревья одни. - Юнги быстро осматривается по сторонам. - Ты что несешь, придурошный?! - брови Хосока в недоумении взмывают вверх. - Какие кусты? Ты совсем ебанулся? - Глянь-ка как отнекивается, Чимин-и. Не просто же вы так пришли в этот безлюдный парк. - Мин поигрывает бровями, и для Пака это последняя капля. Он вырывает свою руку из хосоковой и, отталкивая с пути Юнги, удаляется от двух парней. - Ч-Чимин? - зовет Хосок, делая несколько осторожных шагов за парнем, а затем срывается и пытается нагнать его - Чимин... Чимин, стой. Ну ты куда? Не слушай этого кретина, пожалуйста. - умоляет Хосок, останавливая и разворачивая Чимина лицом к себе. - Я... у меня и мыслей таких не было. Никогда! Пожалуйста, я не знаю, что ты сейчас думаешь об этом, но поверь мне... Господи, да я никогда не посмел бы так поступить с тобой. - Все в порядке. Конечно, я тебе верю, Хосок. - Чимин давит из себя слабую улыбку. - Это снова очередной бред от Юнги. Это не имеет для меня никакого серьезного значения. Просто, уже действительно поздно и мне пора домой. - Тогда я провожу тебя. - Не стоит. - Пак смотрит виновато. - Я хочу пройтись в одиночестве. Подумать о некоторых вещах. - Но ведь уже темно. - Хосок волнуется. - Вдруг что случится. - Все будет хорошо. - убеждает Пак. - Я буду осторожен. - Обещаешь? - Хосок подходит ближе, смотрит в сверкающие глаза напротив и берет теплую ладонь в свою. Чимин вздрагивает и улыбается. - Обещаю. - шепчет Чимин и медленно отходит спиной назад. Их руки разъединяются. Чимин поворачивается и шагает на выход из парка. - Тогда до завтра! - кричит Чон ему в спину. - И напиши, когда доберешься до дома. ***       Юнги покинул тот парк сразу после того как Чимин обиженной барышней убежал от них. Он видел, как за ним вдогонку ринулся Хосок. И Юнги в тот момент захотелось придушить этого благородного рыцаря. Как же он его бесит. И Чимин его бесит. Просто на изнанку выворачивает, когда видит каждого из них по отдельности. И еще сильнее, когда видит их вместе.       Мин вернулся к своим друзьям. Те уже были изрядно пьяными и, две пустые бутылки из под соджу под лавочкой были тому подтверждением. Парни уже плохо соображали, просто тискали не сопротивляющихся, таких же пьяненьких, девушек за все неприличные места. А Намджун и вовсе, потеряв всякий стыд, уверенно орудовал рукой под юбкой своей подруги, шептал всякие пошлости на ушко и слюнявил ей шею. Девушка, что ранее липла к Юнги весь вечер, пьяно смеялась чему-то в своей голове, а потом соблазнительно поманила Мина к себе пальчиком. Юнги, даже не раздумывая, подскочил к ней и жадно, без ласки, вторгся в ее рот языком. Кусал ее губы в кровь и сильно, до самых синяков, стискивал руки на ее боках. Вгрызался в ее рот зубами, словно выплескивал на нее не понятно откуда взявшуюся злость и ярость. Девушка застонала, прильнула к нему всем телом, отвечая на поцелуй и оплетая руками шею.       Юнги, не переставая целовать девушку, ведет рукой по ее спине и останавливается на ее заднице, сжимая мягкие женские ягодицы руками. Он только хотел было забраться ладонями под короткую юбку, чтобы насладиться прикосновениями в полную силу, как в его голове, словно выстрел, прозвучал чей-то звонкий смех. Такой знакомый. Он его однажды слышал, когда дома проходил мимо чиминовой комнаты. В тот раз он скривился, услышав его, а сейчас боится, что случайно мог сойти с ума. Ему бы сейчас загуглить: симптомом какого психического заболевания является голосовые галлюцинации.? И уже примерить на себя парочку диагнозов.       Юнги отталкивает от себя девушку резко. Та смотрит на него, обрывисто дыша и не понимая, что вдруг пошло не так. Юнги только остервенело трясет головой, встрепывая белобрысую шевелюру, отгоняя от себя это призрачное наваждение. - Оппа, ты в порядке? - голос девушки звучит меньше, чем просто ровно. Она тянет к нему руки в попытке обнять. Юнги отмахивается от них. Сейчас они кажутся ему такими мерзкими, липкими. - Не трогай, блять, меня! - он рычит зверем на девушку и в следующую секунду быстро уходит. Брюнетка, ничего не понимая, смотрит в стремительно удаляющуюся спину и размазывает по лицу остатки помады. ***       Чимин быстро стирает слезы с лица и продолжает идти. Ему слишком привычно плакать после очередной стычки с Юнги, но, что ни говори, каждый раз все равно остается довольно неприятный осадок на душе. Все таки с памяти ничего не сотрешь, а обидные слова никто назад не заберет. Все это повторяется с завидной регулярностью, но Чимин верит, что когда нибудь у него сможет выработаться пожизненный иммунитет на Мин Юнги, а пока он пытается элементарно приспособиться в этом мире.       Пак переходит дорогу, идет вдоль тротуара и через несколько метров сворачивает в темный переулок. Чимин ежится, глядя в черноту перед собой и видит где-то вдалеке, как моргает единственный, еще не до конца перегоревший, фонарь. Парень вслушивается внимательно, но в ответ тишина и ничего более, что могло бы его заставить пойти домой другой дорогой. Идти через этот проулок - самая короткая дорога, а шататься по городу как-то не очень хочется. Поэтому Чимин, отбросив все плохие мысли, шагает вперед, ныряя в толщу тьмы.       Пак быстро шагает, спотыкаясь о всякие коряги, камни и бордюры из-за черноты перед собой, и только спустя некоторое время додумывается достать свой телефон и включить фонарик. Яркий свет освещает дорогу под ногами, что облегчает ему путь и он, как можно быстрее, ускоряется.       Впереди по-курсу появляется детская площадка и именно ее нужно пройти Чимину, чтобы выбраться, наконец-то, на освещенную улицу, а там и до дома рукой подать. Пак переступает через облупленный бордюрчик, не переставая освещать себе путь телефоном и вдруг замечает в темноте, в нескольких метрах от себя, несколько ярко-оранжевых точек, затем до ушей доносится голоса и смех, а через секунду и звон разбившейся бутылки. Голоса взрываются идиотским пьяным смехом и Чимин вздрагивает, соображая, куда и как ему бежать. Но не успевает и с места сдвинуться, как слышит в свою сторону: - Эй, ты че тут светишь, гандон! - кричит один из них, а остальные взрываются смехом. Чимин готов себя ударить, потому что фонарик на телефоне... какой он кретин. Он быстро тыкает на кнопку и свет пропадает. Его окутывает тьма и он совсем не понимает в какую сторону ему бежать, чтобы покинуть площадку, выбежать на освещенную улицу и не попасть в руки к этим пьяницам. - Эй! - он слышит приближающиеся шаги и срывается с места в попытке убежать, но цепляется ногами за цементный бордюр и падает на землю, чувствуя, как щиплет содранная кожа на ладонях. В лицо бьет поток яркого света - кто-то из этой компании был на авто и включил фары, освещая этим половину площадки. - Что там, Дрю? - кричит еще один.       Этот самый Дрю склоняется над Чимином и пьяно улыбается омерзительной улыбкой. Хватает сопротивляющегося Пака за грудки и тащит к остальным. Чимин брыкается, пинается ногами и кричит, пока его волокут куда-то. - Смотрите, что у нас тут. - обидчик кидает Чимина на землю и тот, от удара о поверхность, болезненно стонет. Парня обступают все трое. Все ужасно пьяные, растрепанные с гадкими ухмылками на лицах. - Как вам? По моему ниче так? - Чимин дергается назад, утыкаясь затылком об что-то позади себя. - Прям праздник к..котой...какой-то. - высокое тело качается из стороны в сторону, потом приседает на коленки и хватает Пака за ногу, притягивая его к себе. - Что вам нужно!? Отпустите меня!? - кричит Чимин, на что обидчики смеются еще громче. - Помогите?! - Помочь? Малыш, ты просишь о п-помощи... ик... сейчас я тебе помогу. Иди-ка сюда. - хихикает гад. - Этож пацан, поцаны. - лепечет третий, тот, что пониже ростом. - Вы пацана хотите что ли отыметь? - Чимин округляет глаза и начинает остервенело кричать и брыкаться, что есть мощи. Что они хотят сделать с ним? Бедный Чимин, он этого не перенесет. Ему ведь никто не поможет, никто не спасет. И зачем он только пошел этой дорогой. Глупый. - Да какая разница - пацан-не-пацан! - рычит тот, что ранее схватил Пака за ногу - Глянька какая задница. - он силой переворачивает парня на живот, игнорируя уже доносившиеся всхлипы и мольбы перестать, и сам наваливатся на него сверху. - Блять, да вы чего?! - не понимает все тот же низкорослый парень в стороне. - Он же пацан, блять! Да еще и малолетка походу! - Сяо, заткни ебало! - кричит рядом стоящий брюнет. - Не хочешь - вали отсюда, придурок! - Тише-тише... - шепчет лежащий на Чимине мужик. - Сейчас тебе будет хорошо, подожди. - звякает металлическая пряжка ремня: сначала на Чиминовых джинсах, а затем и на лежащем на нем подонке. - НЕТ! ПУСТ....! - Чимин не верит, что это все происходит с ним в этой реальности. Обидчик одной рукой пытается стянуть джинсы с Пака, а другой зажимает парню рот, чтоб не создавал шума. Чимин дергается из всех сил, мычит в чужую руку и резко впивается зубами в нее. Над ним шипят от боли и резко, схватив Пака за волосы, бьют головой о землю. - Что, сука, нечем рот занять!? Сейчас и для него работку найдем.       В ушах все звенит, все голоса, как под толщей воды. Чимин почти перестает сопротивляться, теряется и плачет навзрыд. Он знает, что никто его не спасет. Никто не скинет это мерзкое тело с него. Ведь чудес не бывает. Только не в жизни Чимина или...       Он почти не верит, когда чувствует, что его больше никто не прижимает лицом к земле. Не чувствует мерзких рук на своем теле. Он не может поверить... - Ты еще кто такой?! - почти что визжит брюнет, что стоял в сторонке и наблюдал за действиями друга на земле. Но в место ответа ему прилетает по морде и он, подобно мешку, валится на землю, а следом за ним валится и тот длинный, пьяный в стельку, Дрю. Оба болезненно стонут, у одного кровь из носа хлещет, а другой никак не может совладать со своим опьяневшим телом, поэтому просто лежит на животе и выплевывает в землю кучу ругательств в сторону спасителя Чимина. Третий парень был более трезв по сравнению со своими товарищами, поэтому смог унести свои ноги. - Чего разлегся, вставай быстрее, идиот! - кричит знакомый хрипловатый голос и поверить в происходящее Чимину теперь становиться еще сложнее. - Ну вставай же быстрее, блять! - его хватают подмышки, рывком поднимают на ноги и тащат подальше от этой проклятой детской площадки. Чимин все еще плохо слышит из-за удара о землю, поэтому ему приходится напрячься, чтобы разобрать слова. Перед глазами мелькают белесые волосы и от толстовки, в которую вцепился Чимин, чтобы не упасть, несет сигаретами и немного алкоголем. Рыжеволосый начинает сильнее двигать ногами, облегчая этим жизнь его спасителю и они, наконец-то, покидают эту темную подворотню, оставляя позади себя двух пьяных мерзавцев, что сейчас кроют их матом.       Чимина сажают на лавочку на какой-то остановке, а сам спаситель куда-то убегает. Его ужасно трясет после перенесенного, он смотрит на свои дрожащие изодранные в кровь ладони и начинает судорожно всхлипывать и слезы начинают градом катиться из его глаз. Лицо и волосы все вперемешку из-за слез и крови из разбитого носа. Только сейчас, отходя от шока, он чувствует резвую боль в районе левой щиколотки - конечно, все не могло пройти бесследно для него.       Чимин, все еще роняя горькие слезы, осматривается по сторонам. Совсем никого, только парочка проезжающих машин по дороге и он один на полностью безлюдной остановке. Чимина все еще бьет дрожь и он обхватывает себя руками, закрывая глаза и мечтая, чтобы все это оказалось страшным сном.       По близости раздаются быстрые шаги и затихают они напротив рыжеволосого парня. Он открывает покрасневшие от слез глаза и видит Юнги перед собой с бутылкой воды и еще с какими-то штуками в руках. Парень складывает все на лавочке рядом с Чимином, затем достает из кармана пачку сухих салфеток, вытаскивает одну, проливает на нее воду из бутылки и аккуратно обтирает лицо Чимина от крови. - На кой хрен ты поперся в эту подворотню. - произносит блондин, продолжая обтират кожу мокрой салфеткой. - Экстрима захотелось, дубина.       Из Чиминовой груди вырываются новые отчаянные всхлипы, а глаза начинают блестеть от появившейся влаги в них. - Я... я х-хотел сократ-тить путь. - он снова плачет. - А они... они. - Сократить путь он хотел, идиот. - строго говорит Мин, заканчивая с лицом и принимаясь клеить пластырь на рану над глазом. - Думаю, жизнь эти уроды могли сократить тебе знатно. - Зачем... зачем они это с-сделали?! За что?! - как же Чимину паршиво сейчас. Чувствует себя выпотрошенным и никчемным существом. - Я просто хотел сократить путь до дома... а они... - его щеки снова мокрые из-за слез. Он скулит от боли. От душевной боли, в тысячи, миллионы раз сильнее физической. - Успокойся. Ничего же они не успели сделать. - Юнги застегивает на парне свою толстовку, видя, как того всего колотит. - Не успели ведь?       Чимин судорожно качает головой, отрицая это. Он даже не знает, как бы смог существовать сейчас, если бы Юнги не успел в тот момент. - Просто ты лопух, поэтому это и произошло. - укоризненно произносит Юнги поднимаясь на ноги. - Давай, вставай.       Чимин прикладывает все силы, поднимаясь, но, как только он наступает на левую ногу, то он морщит лицо и шипит от боли. - Болит? - Да, но совсем немножко. - тихо отвечает Пак. Быть обузой ему хочется меньше всего сейчас. Юнги закатывает глаза, понимая, что ему теперь еще и тащить его на себе домой. - Немножко... Садись. - Юнги спиной присаживается на корточки перед Чимином и ждет. - Не нужно. Я сам. - лепечет Чимин. Ему и так неловко после всего, а тут еще и это. - Все в поряд... - Садись, я, блять, сказал! - перебивая парня, приказывает Юнги. - Ну! - и Чимин нерешительно ложиться грудью о его спину и несильно охватывает руками шею. Юнги подхватывает его под коленями и встает на ноги, подкидывая Пака на спине, чтобы удобнее перехватить его и идет вместе с ним по тротуарной плитке...