Мне становится страшно

Май стремительно сиял за окном. Желанное всеми солнце всё же стало неотъемлемой частью нынешнего пейзажа. Хотя холодный ветер ещё забирался под толстовки людей, но это лишь радовало. В любом случае, они улыбались. А может, просто не чувствовали этих холодных прикосновений? Девочка не могла знать ответ наверняка. Отслеживая всех проходящих за окном людей, она пыталась понять, что же у них на душе. Но она не настолько взрослая, чтобы понимать всю суть чужих чувств. Вот идёт женщина средних лет, а за ней, спешно передвигая лапками, милый терьер. Его шерсть невероятно грязная и нерасчёсанная. Щенок пытается ступать в такт с хозяйкой. Но та, лишь при виде этого, начинает ускоряться. Если перестать смотреть на её ноги, то в глаза бросается ярко-голубой плащ, прекрасно подчёркивающий глубину взгляда. Но с чего девочка так решила? Её зрение не позволяет разглядеть лицо незнакомки. Однако было стойкое ощущение, что девочка не ошибалась. Шаг женщины был слишком быстр, и она вскоре скрылась из поля зрения. Вероятно, она спешит в гости к «счастливой» подруге. Следующими в окне можно было разглядеть парочку. Девушка и парень. Одна ниже, другой выше. Что в них примечательного? Присмотревшись, девочка замечает, что они идут в одну ногу и вприпрыжку. И как девушке не тяжело на таких каблуках подпрыгивать? Они счастливы. Это заметно любому. Возможно, лишь сейчас. Лишь на миг. В последний раз, перед тем как девушка бросит этого парня. Не думал же он, что небольшой шоппинг сгладит его вину? Пакет также в темп шагам покачивался на руке провинившегося. Скорее всего, она ему даже не даст. Словно ураган, пробегает мальчишка. Сколько ему? Лет 7-8? Его игра кажется странной девочке. Он ищет кого-то? Прятки. Не так уж и весело, но… Родители дома часто ругаются, а на улице он может не слышать их споров. Друзья отвлекают его от печальных мыслей, сами того не осознавая. Девочке это показалось милым. Какой же отвратительный синяк на ноге мальчика. Возможно, это… — Чушь. Девочка тоже так думала. Она была полностью согласна. Действительно, глупо. Ведь на самом деле… — Чушь. Повтор её не смутил. Это было привычно. И всё-таки почему же такая «чушь» приходит в её голову? Попытка переключиться? Понять, что у кого-то всё хуже? Но ведь девочке и самой было не так плохо. Не настолько. Пока она по эту сторона окна, почему ей должно быть плохо? Разве что холод от соприкосновения кожи и стекла вызвал табун мурашек. Но пока что это был единственный из минусов. Наверное. Девочка взглянула на лежащий рядом дневник, готовый вот-вот упасть с подоконника. — Не…упадёт. Конечно. Девочка и сама это знала. Если б такое было возможно, он упал бы раньше. Однако тонкая книжечка мирно покоилась на гладкой поверхности. Сколько бы не размышляла, девочка так и не могла понять причину, почему завела этот дневник. Редкие записи, в итоге растягивающиеся на несколько страниц, смущали её. Каждый раз девочка задавалась вопросом: «Действительно ли я всё это написала?». Нет, содержание точно передавало различные события и даже чувства хозяйки дневника, но неужели её настолько прорывало в минуты отчаяния? И если так, то почему сейчас она, придерживая кожаный переплёт, открывала чистый лист и начинала писать?

***

«Знаешь, я просто пишу это, чтобы отвлечь себя на время. Хотя бы на пару минут. Итак, думаю, стоит обозначить, что сейчас 5 число, воскресенье, вечер, 20:51. В данный момент я сижу дома, что не может меня не радовать. Почему же? Ну, в последнее время я сама с трудом могу понять причину хотя бы частично… Когда все это началось? Пару недель назад? Месяц? Два? А может гораздо раньше, но я рубила такие мысли на корню, пряча куда подальше в сознании и со временем забывая о них? Возможно. Что ж, вполне возможно. Так или иначе этот…страх, он…начал беспокоить меня сильнее. Он овладевает мной с самого раннего утра, стоит мне лишь открыть глаза, как он тут же начинает липко обвивать шею, медленно переходя к груди, стискивая моё тело всё сильнее. Но…страх чего? Как и писала раннее, не думаю, что смогу точно ответить на этот вопрос. Я все ещё анализирую. Но, наверно, самыми близкими мне по ощущениям становятся такие домыслы как выход во внешний мир, содействие с социумом, боязнь ответственности, громкие звуки, яркий свет, банальная неуверенность в себе и осознание того, что я не хочу покидать зону комфорта, занимаясь чем-либо, не соответствующим моим планам. А планов у меня нет. Так что всё становится очень трагично. Что ж, и это только самое основное. Честно? Меня это безумно напрягает. Хотя «безумно» все же слишком яркое описание. Мне просто неуютно от этих неизведанных раннее мне фобий. А может всё куда серьёзней. Вспоминая некоторые подробности сейчас, я понимаю, что зародыши этих страхов у меня давно, однако, по своему, должно быть, мировоззрению и складу характера я предпочитала отмалчиваться, просто забивать на такие проблемы, не позволяя никому видеть себя такой. Такой слабой и жалкой. Иными словами: копила всё в себе. Жалею ли я об этом? Ни чуть. Даже сейчас я понимаю, что не могла по другому. Такова уж я. Такому меня научил мир. И, нет, не подумай, что сейчас я распишу свою трагичную историю жизни, приправленную предательством, смертью близкими или похожим бредом. О, и я не намекаю на то, что столкновение с подобным — бред. В данный момент говорю о своей жизненной ситуации. Хм, похоже, я немного сбилась, так что перечитываю раннее написанное. Ага, так вот. Я не собираюсь писать о чем-то таком, потому что, во-первых, у меня обыкновенная жизнь, которой я по существу довольна, по крайней мере была, раз сейчас докатилась до записи в дневнике. А во-вторых, это глупо. В чем толк рассказывать такие проблемы безжизненной книжечке? Я стала слишком часто отходить от темы? Хм, я и вправду довольно плоха в написании подобного рода вещей. Поэтому постараюсь снова войти в прежний ритм написания. Итак, страх. Лучше, конечно, ставить это слово во множественном числе, но множить свои терзания мне не хочется. Опять же, как и всегда, хоть и со временем это перестало приносить хоть какой-то эффект, я стараюсь не думать об этом. Всегда проходило. Пройдёт и в этот раз. Наверное, самовнушение — мой последний оплот надежды, за который я ещё держусь. Что ж, думаю пора начать.

***

Собираясь в школу, я до последнего стараюсь оттянуть момент выхода из дома. Увы, мои попытки ещё ни разу не увенчались успехом, ведь выходим мы всегда в одно время 7:30, минутой раньше, минутой позже. Моим спасением является музыка в машине. Как банально, да? Но так и есть. Нет какого-либо жанра, который я предпочитала бы больше всего. Я просто слушаю и… Создаю новый мир. Мысленно. Кажется, можно назвать это воображаемыми съёмками клипа. Черт, звучит гораздо более неловко, чем я думала. Так или иначе, у меня свое виденье мелодии и своё понимание её текста, которого порой даже нет. А может это просто юношеский максимализм, как думаешь? Но всё же, среди всех играющих песен есть хотя бы одна, которая мне не нравится от слова «совсем». Почему? Понятия не имею. Видимо, какой-никакой вкус у меня всё же есть? И в такой момент, в эти долгие 3 минуты меня начинает посещать одна мысль: «Вот бы…мы врезались. Вот бы произошла автокатастрофа. Вот бы меня сбило насмерть. Вот бы я стала инвалидом…». И… Я знаю… Знаю, что неимоверно глупо так думать… Знаю, что некоторые страдают перед смертью, желая получить второй шанс. Знаю, что не имею права заставлять моих близких так страдать. Знаю, что жизнь не настолько плоха, чтобы задумываться о самоубийстве. Знаю. Знаю. Знаю… Но. Черт, мне просто страшно… До одури страшно. Выйти из машины. Почувствовать ветер кончиками пальцев. Услышать слишком громкие разговоры проходящих мимо людей. Увидеть это яркое небо, а переведя взгляд вниз, и асфальт, от которого начинают болеть зубы, потому что по неясной причине каждый раз возникает образ столкновения моего рта с шершавой поверхностью и безумной попыткой эту самую поверхность прогрызть. Просто заговорить с кем-то. Просто хоть что-то делать… И всё же, выходя из машины, я напоследок улыбаюсь маме, желая удачного дня. Получаю нежную улыбку в ответ и наставление о том, что надо хорошо перекусить, ведь забрать меня получится не скоро. И я ей, конечно, всегда говорю, что поем. Дверь закрывается. Автомобиль начинает отдаляться, а я смотрю ему вслед. Пока страх снова не накатывает на меня внезапной волной. Ненавижу открытые пространства.

***

Наш класс изначально нельзя было назвать самым дружным. Но всё же мы всегда были довольно общительны. По большей части. Просто этот маленький мирок делился на группы, которых не слишком сильно волнуют другие. А может это просто моё виденье? В любом случае, меня все устраивало. Но вероятнее всего, мне было просто все равно. Эгоизм? Или пофигизм? Кажется, эти две странных черты характера сошлись во мне. У меня была пара друзей, хоть и общалась я, в принципе, с большей частью одноклассников. Так было… После попытки с кем-то поговорить снизились в геометрической прогрессии. Последнюю неделю меня упорно посещает мысль, что было бы неплохо им рассказать о… Своей, вроде как, проблеме. До сих пор не уверена, как мне называть то, что происходит… Однако я так этого и не делаю. Ни неделю назад, ни вчера, ни сегодня. Каждый раз меня останавливает мысль наподобие «Какого черта я должна им об этом рассказывать?». Мой мозг, будто находя каждый раз оправдания, отказывается делиться своими мыслями. Если я расскажу, то что изменится? Они же просто посочувствуют или вообще потом забудут об этом. К чему им знать мои слабости и волнения? Это не то, что должно касаться кого-то кроме меня. Поэтому я просто слегка улыбаюсь, приветствуя их. Интересно, почему так рано? Почему именно мы приходим в школу раньше другой части нашего класса? Мне, правда, стало интересно это лишь сейчас. Но Л. начинает со мной разговор. И непонятно откуда взявшаяся мысль улетучивается. Ненавязчивое начало разговора о том, что она прочла ночью. «Разумеется фанфики, что ж ещё?» Переход на то, что переписка с девушкой, которая играет роль парня, собственно, как и сама Л., заканчивается очередным обменом поцелуйчиков-обнимашек и пошлыми шуточками в сторону задницы подруги. «О, ну это ж не впервые. Упомянуть хотя бы других её хахалей…» Любимая тема: проблемы с её здоровьем и связанная с этим ссора с родителями. «Это такая для неё «больная тема», что о ней знают все друзья и многие знакомые в чате.» Она так запуталась и устала от всего, одиночество её медленно поглощает, а последствия семейной ссоры не дают сосредоточиться на чем-то другом. «Любопытно, знают ли уже об этом её друзья по переписке? А то ночью фанфики читала, вряд ли рассказать им успела.» Начало урока. Объяснения учителя я внимательно слушаю и конспектирую. Мне нравится получать новые знания, сведения, отрабатывать их и применять позже. Хотя с памятью у меня туго, так что порой возникают сложности. Но не эта главная проблема. Почему-то мне снова становится страшно. И тут я уже не понимаю, с чем это связано. По спине прошёлся тревожный холодок. Руки, кажется начинают немного подрагивать, а дыхание учащается. Бросаю мимолётный взгляд вокруг. Вроде бы никто ничего не замечает. Что ж, тогда пора взять себя в руки и перетерпеть хотя бы этот урок. Эти непонятные мне чувства уходят на второй план, лишь когда я очень занята или чем-то увлечена. Поэтому с головой погружаюсь в объяснение нового материала. Страх тогда, кажется, отступил.

***

Возвращаясь к тому, что я писала ранее. Не особо помню, что было потом. К концу урока всё было в порядке. На переменах, изредка перебрасываясь фразами с Л. и А., я в общем-то читала. И день был бы вполне себе терпимым, если не считать, когда на последнем уроке искусства… А. положила свою голову на моё плечо. Сейчас мне трудно точно описать, что я тогда чувствовала, но среди всех эмоций мне точно запомнился тот ужас, паника, отвращение, беспомощность и безнадёжность. Мне хотелось соскочить со своего стула, заплакать и убежать в туалет, смыв то прикосновение, а после пойти к бабушке, живущей напротив школы. И всё же я не могла этого сделать. Моим единственным правилом было не показывать слезы на людях. Никогда. Это просто отвратительное ощущение — рыдать перед кем-то. Поэтому я попросила А. убрать голову, немного дёрнув плечом. Надеюсь, что действительно немного. Она всё поняла, хоть и попыталась предпринять вторую попутку, конечно, безуспешную. Спасибо ей за это. Кажется, они с Л давно поняли, что я не люблю прикосновений. Надеюсь, они сведутся к минимуму.

***

По завершению всех уроков, я стремительной походкой пошла к гардеробу, чтобы собрать свои вещи и поскорее покинуть это здание. Ощущения были отвратительными, и я боялась сорваться на глазах у всех. Кажется, будто никто не замечал моего дрожащего тона голоса, подгибающихся коленей и нервозность во взгляде. Возможно, я всё это сумела скрыть? Я буду так думать. Быстрыми шагами покинув школу, толком не попрощавшись со многими одноклассниками, я оказалась на улице. Лучик солнца светил прямо мне в глаза, словно мешая идти дальше. Я вздохнула поглубже и, вроде, успокоилась. Здесь у меня было хоть и не слишком большое, но личное пространство. Однако стоило мне оглядеться, как волнение снова распрастарнилось по моему телу. Открытое пространство. Не имеющее ни каких-либо стен, ни границ было огромным. Я казалась песчинкой в нём. Мне снова стало не по себе. Прибавив шагу, я быстро пошла домой, еле сдерживая себя, чтобы не перейти на бег. Мне осталось пройти лишь финальный двор. Вокруг меня пара человек. Но почему-то это не помогает мне успокоиться. Мысли возникают одна за другой: «Черт, осталась пара шагов», «Почему я не могла просто остаться дома?», «К чему всё это?», «Зачем мне вообще что-то делать?», «Хочу домой», «Лучше б я вообще ничего не…», «Хочу.» — Чего ты хочешь? Мой нескончаемый поток мыслей останавливается. Да я и сама замираю. Что я только что слышала? Нет, гораздо ужаснее, что обладатель голоса только что слышал? Я оборачиваюсь. Но никого рядом как не было, так и нет. Я ещё раз осматриваюсь вокруг себя. Совсем никого. Возможно, я просто переволновалась. Да, просто моё подсознание тогда мне и сунуло эту мысль, которую я обдумывала по дороге до заветного подъезда»

***

Девочка отложила дневник. События недельной давности до сих пор не выходили у неё из головы. Это было неожиданно. Она точно была не готова к этому. К ней даже в голову подобное прийти не могло. Однако, она всё ещё не уверена в своих домыслах. Действительно ли всё так, как она думает? Девочка не уверена. И это тоже начинает по немногу её пугать.