Ангельские перья.

Фария настаивала — нельзя проводить весь отпуск дома, тем более, что в этот раз их отпускные дни наконец-то совпали. У Ангелы, которая провела в постели и десятичасовом сне весь прошлые день, просто не нашлось аргументов против, и ей пришлось сдаться. Покидать мягкую постель тяжело, но оно того стоит. Благо, истязать её долгими прогулками по всему городу Амари не собиралась, ограничившись лишь двумя предложениями: сходить в ресторан и немного прогуляться в центре. После кратких переговоров они согласились на том, что эти варианты можно совместить. Циглер держит её под локоть, пока Фарра увлечённо вещает ей о том, насколько вкусная еда в этом ресторанчике, и замечает неладное далеко не сразу, ловя на себе пристальное ощущение чужого взгляда. Девочка, не старше двадцати, неотрывно следует за ними, стараясь потеряться в толпе. Ангела сворачивает в переулок, увлекая за собой удивлённую изменением маршрута Фарию, — тень следует за ними неотрывно, бодро стуча по асфальту каблуками. Значит, не ошиблась. Всё-таки преследует. — Простите, мисс! Звонкий голос окликает их, и они останавливаются, обернувшись синхронно. Девчушка с радостной улыбкой подходит ближе и останавливается напротив египтянки, игнорируя присутствие Ангелы рядом. Какие-то инстинкты заставляют её напрячься: годы работы в Overwatch дают о себе знать, и теперь любая слежка почти сразу ассоциируется с возможным нападением. Которого не происходит в этот раз. — Простите, мисс, — повторяет она, слегка склонив голову к плечу. — Можно пригласить вас на свидание? Фарра реагирует сдержанно, лишь удивлённо подняв брови, а Ангела в этот момент пугается сама себя — внутри поднимается что-то чёрное, злое, липкое и опутывающее всё тело цепями, и это что-то она прятала в себе столько лет. Пальцы неосознанно сами по себе сжимают чужой локоть стальной хваткой, дыхание учащается, а в голове испуганной птицей в клетке бьётся только одна мысль, отдаваясь пульсом в висках: «моя». Ангела никогда не считала себя ревнивой и в целом не полагала, что способна на такие сильные отрицательные эмоции, но обстоятельства открыли её новую сторону. В том, что с Фарией кто-то пытается познакомиться, конечно, нет ничего удивительного, и здравой частью сознания Циглер понимала это. И тем не менее, что-то жуткое всё ещё подавало собственнический голос изнутри. Амари, кажется, замечает что-то неладное, поэтому, бросив взгляд вниз, на прижимающуюся к ней Циглер, прижимает её к себе ближе и мотает головой. — Простите, но я уже на свидании. Её состояние — хаотичные круги на воде, и они успокаиваются после этих слов. Ангела ослабляет хватку пальцев, но не отстраняется, смотрит на девицу исподлобья. Та только хмыкает, пожав плечами, и уходит, бросив на прощание «простите, что потревожила». — Можешь расслабиться. Тёплая ладонь касается её между лопаток. Ангела пытается успокоиться, расслабить плечи, хотя бы перестать так цепляться за чужую руку, будто за спасательную соломинку, но это удаётся ей далеко не сразу. Как будто в любой момент кто-то всё ещё может подойти и увести Фарру, а она с этим ничего не сделает. — В следующий раз можешь залезть ко мне на руки и начать шипеть. Так ты точно всех распугаешь. Они обе смеются: Амари — искренне, Циглер — смущённо. Но этот план действительно кажется ей забавным. Может, если эта ситуация повторится, так и стоит сделать, чтобы никто не смог забрать её Фарию.