Клятва

      Ночь… Такая тихая и умиротворённая. Она таит в себе самые сокровенные тайны и желания, которые только имеет каждый из нас, которые мы добровольно открываем пред ней, уверенные в том, что она их скроет своей тьмой и они так и останутся тайнами. Да, все мы убеждены в молчаливости тьмы… Даже такое существо как хранитель солнца и всего, на что падают его лучи. Нет, он очень любил время суток в которое властвовал, но ночь он просто обожал. Ну как он мог не любить время, когда всё вокруг замолкает, когда всё вокруг приобретает особый шарм и таинственность, время когда луна являет миру свой печальный лик, а звёзды на небосводе мерцают привлекая к себе всеобщее внимание… В это время он беззащитен, бессилен, но от этого он не перестаёт любить всё что связанно с тёмным временем суток, всё что связано с ним.       Его родной брат — хранитель луны и всего, на что устремлён её холодный взор. Он такой-же отстранённый и печальный как и его извечная подруга, он души не чает во времени в котором властвует, и в то же время терпеть не может день и всё что с ним с связанно, именно по причине своей слабости и чего-то, что не знал никто… Он ненавидит родного брата.       День и ночь… Их принуждают к вечной войне, они сражаются каждое равноденствие и солнцестояние. Так было всегда — это непреложный закон, который они не в силах нарушить, ведь избраны продолжать труды своих предков по поддержанию баланса… Не они выбирали себе эту участь, и не им решать как проживать свою жизнь. Они обязаны придерживаться правил, которые прописали ещё первые хранители, нельзя ничего менять, иначе мир погрузится в хаос и разруху.       Но есть у них один маленький секрет: старый договор закреплённый магической клятвой… Встреча единожды в каждый лунный цикл… Всего на одну ночь, ночь когда они откидывают всё свои маски призвания и статусы… Один из них отбрасывает. Клятва не вечна и однажды, её действие просто кончится и они больше не будут повязаны магическими узами… И что будет тогда? Никто не знает.

***

      Приятный вечерний ветерок гулял по комнате, солнце только-только село и на небе ещё виднелись следы его пребывания в багровых облаках. Хранитель солнца, имя которому Дрим, любил такие моменты, любил вот так стоять, опираясь руками на окно, и вдыхать свежий воздух, пропахший свежескошенной травой, или дождём, или морозом, да даже чуть подтаявший снег имеет свой особый запах. Закат одно из самых красивых явлений, которые ему в своём узком мирке доводилось видеть… С ним может сравниться только рассвет.       На самом деле, он уже нарушает правила: он должен засыпать с последним лучом солнца и просыпаться с его первыми лучами… Но кого волнует если рассвет будет чуть позже? Всё-равно его силы уже пошли на спад и день становится короче. Солнцестояние прошло и он должен уступить ночи главенствующую позицию.       Понаблюдав ещё немного за зажигающимися на небосклоне звёздами он вдыхает полной грудью, отходит от окна закрыв ставни, и садится на мягкую кровать, убранную в изысканные шелка красного, жёлтого и бардового оттенков. В руке он сжимает тёмно-синюю ленту с узором из серебряных нитей… Он ждёт его, он ждёт своего брата. Дрим знает точно, что сегодня он не посмеет не явиться, ведь дал клятву, что будет приходить раз в лунный цикл, в полнолуние.       Небосклон за окном медленно темнеет и в опочивальне солнца тоже сгущается мрак, но он не смыкает глазниц, ведь не может упустить момент когда придёт повелитель ночи с красивым именем Найтмер… Пусть Дрим сейчас и беззащитен, но он знает что брат не тронет его, иначе умрёт сам.       Ставни с тихим скрипом вновь отворяются и по комнате вновь проходит прохладный ветерок, на подоконник приземляется некто, обутый в тёмные тяжёлые ботфорты. Неторопливо незнакомец спускается вниз и становится на пол, залитый светом что исходил от звёзд. Его тяжёлый плащ скрывает всё его богатые одежды тёмного оттенка, а взгляд фиолетовых зрачков смотрит с такой тяжестью, что она кажется материальной… Сомнений нет, это и есть Найтмер. — Ты наконец пришёл, — хранитель солнца поднялся и прижался к рёбрам своего гостя. — Мы с тобой так давно не виделись, для меня это время тянулось словно вечность. Так поцелуй меня скорей, я так истосковался по тебе… — говорил он, перекладывая руки на плечи брата и потянувшись к его устам за поцелуем… Но хранитель луны лишь отвернул череп отводя взгляд.       Дрим опечалился, он так желал вновь увидеть его, так желал вновь почувствовать его тело… А он как обычно отталкивает, не желая принять его запретных чувств… Оно неудивительно. — Это наша последняя встреча… Сегодня в полночь наша клятва потеряет силу… Прошу, не лишай меня сладости последних моментов лживой любви хоть на миг притворись что мои чувства взаимны… Последний раз… Я не прошу о многом… — было чувство что он сейчас расплачется, да и было так, он не желал расставания, зная что Найт больше ни придёт к нему, больше не сожмёт в объятьях, не подарит поцелуй, а вспоминать обо всём будет с отвращением.       Кошмар молча приподнимает «лицо» брата, смотрит ему в глазницы на мерцающие печалью зрачки, и наконец примыкает устами к его ротику сразу-же углубляя поцелуй и перекладывая руки на его «талию». Он не произнесёт не звука, ведь ещё он поклялся молчать в каждую встречу, чтобы не сказать обидных слов.       С каждой секундой поцелуй наполнялся всё большей страстью, а в комнате становилось всё жарче. Вскоре повелитель ночи повалил своего извечного противника на кровать и с нетерпением стал стягивать с него и себя мешающие тряпки: он тоже жаждет утолить свой физический голод.       Покои хранителя солнца наполняется звуками страсти: томные вздохи, ахи, стоны — всё это ласкает слух и ещё больше распаляет обоих. Найтмер ласкает каждый сантиметр тела Дрима, ни одна косточка не остаётся без внимания, последний же буквально задыхается от удовольствия и желания, он не знает куда деть руки и цепляется ими за всё подряд, будь то покрывало или спина Найта.       Хранитель луны вновь целует податливые уста, сливаясь с братом в мокром поцелуе, он знает что тот уже давным-давно готов к продолжению и, как и он, сгорает изнутри от сильного желания, но медлит… Неясно почему.       Наконец терпение его иссякло и он, без особой подготовки, начинает неспеша входить во влажное нутро. Хранитель солнца тихо шикнул от малого дискомфорта, ведь близости у него не было с последней их встречи, и Кошмар об этом знал, поэтому не делал резких движений, стараясь не причинить боли. Войдя до упора, он замер, ожидая пока брат привыкнет, чтобы как-то его отвлечь, он стал покрывать девственно белые ключицы мокрыми поцелуями, оставляя после себя влажный след.       Как только Дрим привык и подался вперёд, пошли первые неспешные толчки, что просто сносили обоим крышу. С уст любовников слетали стоны, тела прижаты друг к другу настолько сильно, что кажется будто они стремятся слиться воедино, темп толчков всё быстрее с каждым разом, ко всем прочим звукам прибавляется влажное хлюпанье, и близнецы вновь сливаются в поцелуе, одновременно приходя к финалу. Незабываемая ночь… Как и все предыдущие.       От прежней страсти осталось только тяжёлое дыхание, но хранители ещё едины и ещё сжимают друг-друга в объятьях, словно боясь отпустить… Но всему приходит конец и Найтмер отстраняется, садясь на край кровати и подбирая с пола свои штаны… Он как и всегда вознамерился уйти. — Найтмер… — слабо зовёт Дрим, кутаясь в одеяло… Он привлёк внимание хранителя луны. — Прошу… Побудь со мной пока я не усну… Позволь насладиться тем, что ты ещё рядом, — тихо просит он, смотря куда-то в стену.       Кошмар вздыхает, но ложится рядом, прижимая миниатюрное тельце повелителя дня к себе. Немного погодя, хранитель солнца поворачивается и устремляет свой взгляд в омуты зрачков брата. — Ты ведь отныне не придёшь… — скорее утвержает он, но не получает никакого отклика. — Да… Не отвечай… Не разбивай мою душу вместе со смутными иллюзиями счастья, — добавляет он, утыкаясь лицом в рёбра хранителя луны и засыпая под звук пульсации его души.       Десять лун они встречались ночами, десять лун хранили друг-другу верность… А теперь их связь пала и пришла пора расстаться… Может оно и к лучшему.

***

      Дрим сидит и смотрит на витраж окна, по которому текут капли осеннего дождя… Три луны… Три луны прошло с их расставания с Найтмером… Он и правда больше не вернулся и это заставляло душу несчастного хранителя солнца разрываться от тоски.       С печальным вздохом он ложится на кровать и закутывается в мягкое пуховое одеяло, оно тёплое, но это тепло никогда не сравнится с теплом хранителя ночи… По скулам скелетика побежали жёлтые слёзы… Он скучает… Сильно скучает… Но знает что его тоска ничего не изменит и это заставляет его возненавидеть день, который он вынужден беречь… Но ещё больше он ненавидит ночь, ведь всё в ней напоминает о возлюбленном брате.       Дрим стремится быстрее заснуть, чтобы не застать ночи, чтобы вновь не утонуть в воспоминаниях, и у него выходит заснуть… Поэтому он не замечает как за окном вновь потемнело, а дождь усилился.       Неожиданно, окно вновь отворяется и на него приземляется немного взмокший хранитель луны. Он спускается и закрывает ставни, дабы по комнате не гулял сквозняк. Затем оглядывается и замечает комочек на кровати. На его лице расцветает улыбка и он подходит к ложу того, к кому рвалась его душа.       Немного понаблюдав за умиротворённым личиком брата, он кладёт руку на его череп и начинает ласково поглаживать, от этого хранитель солнца начинает просыпаться и приоткрывает глазницы, лицезря пред собой того, по кому выплакал море слёз. — Найтмер? — спрашивает он, садясь на кровати и протирая кулачком глазницы. — Неужто ты решил посетить моё сновидение и сделать его самым сладким? — спрашивает он, не веря что перед ним сейчас стоит именно его брат. — Нет, лучик. Я лично явился тебе в покои, — с улыбкой ответил Найт и от голоса его по костям Дрима пробежался табун мурашек… Он уже успел подзабыть его. — Уже в первый лунный цикл нашей разлуки я испытал всепоглощающую тоску, но списал всё это на простую привычку… Прости меня за моё упрямство, за то, что раньше не понял насколько я стал в тебе нуждаться, за то, что заставил тебя страдать и лить слёзы понапрасну… Прости, — он сел рядом, плюнув на то, что намочит постель, и прижался своим лбом ко лбу хранителя солнца. — О чём ты? Я не могу серчать на тебя, — немного удивлённо проговорил повелитель дня. — Не лжёшь? — с придыханием спросил Кошмар. — Мне нет смысла лгать. Я люблю тебя больше всего на этом свете… Даже больше жизни. Я не могу держать на тебя обиду, — Дрим нежно улыбается, переплетая свои пальцы с пальцами брата. — Я тоже люблю… Прости мне мою глупость, — сказал Найтмер. — Не могу, ведь никогда не держал на тебя зла, — ответил Дрим и обнял хранителя луны.       Они вновь смотря друг-другу в глазницы и сливаются в нежнейшем поцелуе. За окном ливень, луну скрыли тучи, а они без всякого стыда наслаждаются друг-другом, наконец объяснившись в своих чувствах.