Срывая крышу

Полночь кажется бесконечной. Но я знаю, как мало ночи. Как быстро сгорают свечи, Как не хватает объятий, как нету мочи… Как истончаются силы, И просто хочется сдаться. Я у бога просила Того, ради чего я буду пытаться, пытаться, пытаться… Того, ради кого я буду пытаться, пытаться, пытаться. Постепенно появляется гнев — не понятно, откуда, Ведь сил больше не было, но вот проснулся вулкан. И теперь я пытаюсь. Мне трудно, трудно, трудно, Но я пробью этот лёд, разожму капкан. А если не разожму — всегда можно выйти из игры по чужим правилам, Всегда можно отказаться принимать навязанные ситуации. Если я пойму, что всё это душе моей противоречит, словно отравлено — Да, я уйду, и буду в другом месте пытаться. Сдаться? Страшное слово. Ты даже не знаешь, сколько раз я стояла на грани бездны. Возможно, для меня нет больше святого, Но как минимум, я строго придерживаюсь того, что честно. И сейчас этот гнев, смешанный с ощущением того, как рушится мир — Он просто разрывает, пытается выломать мне позвонки. Ты можешь потом сказать мне, что молча любил, Но это не изменит того факта, что не интересовался, не был рядом, и просто — не позвонил. Но нет, в этот раз песенка даже не о тебе, Хотя я тебя… до безумия. И давно. Я не знаю, какого лешего ещё надо космосу и судьбе, Но словно смотрю испорченное кино. И я не могу. Выносить. Людей. Которым. Всё. Равно. Нет вовлечённости, не горят глаза, Вообще нет желания что-то изменить к лучшему. Серьёзно? И вы голосуете за — Просто потому, что они вас покорно слушают. Просто потому, что так будет меньше проблем — Всегда надёжнее иметь дело со слабыми. И это закончится чем? Граблями. Господи, как отличить эгоизм от желания всегда быть на передовой? Или это две стороны одного и того же колеса сансары? Господи, дай мне разума, чтобы остаться собой. И разума, чтобы превзойти себя старую.