Попали

Прошло несколько дней. Жизнь небольшой деревеньки, кажется, вошла в привычную колею. Только детей стали разгонять по домам ещё засветло. Оперативники опросили, кажется, всех кого можно, разьве что, с тех самых курей показания не сняли, по несколько раз проверили места убийств, дороги, где нашли трупы, алиби предполагаемых подозреваемых, но так ничего не выяснили. Жара стояла уже который день, находиться на улице было самоубийству подобно, но ребята собирались снова и снова. Делать ничего не хотелось, да и из деревни теперь не выйдешь. Не ФЭСовцы, так родители не пустят.  — И что делать будем? Ваня огласил насущный вопрос. Аня вяло пожала плечами  — Мы шашлыки будем вечером делать. Придёте?  — Шашлыки? В тридцатиградусную жару? — Соня скептически поджала губы, — в принципе, можно… Лиз, дай воды… Лиза так же вяло вытащила из песка большую бутылку с колодезной водой, которая была хоть чуть-чуть прохладная.  — Спасибо… На пару минут возникла тишина. Кристина глянула на друзей и потянула Макса за рукав  — Максим, я есть хочу…  — А я что сделаю? Тот глянул на сестру  — Пойдем пообедаем…  — О! А, может, пикник? — Тимофей оживился  — Давайте! — Настя радостно подпрыгнула на песочнице, но Катя сбила весь настрой  — А вместо еды мы будем? Ребят, ну жарко ж…  — Ну костер то в прошлом году мы в жару делали! — Тимофей привел ещё один довод, но Катя только фыркнула  — А, может, вечером? Влад встал на сторону кареглазого.  — И я шашлыков принесу как раз! — Аня оживилась  — И не так жарко будет, — Лера поддержала брата и друзей Старшие переглянулись. Макс, Ваня Соня и Лиза были на стороне Тимофея, и Катя, поняв, что никакие аргументы больше не подействуют, сдалась.  — Родители-то пустят?  — Пустят! — Ваня посмотрел на друзей и кивнул за всех.  — Макс, ну я есть хочу… Кристина ещё раз подёргала брата за футболку. Таня задумчиво читала газету десятилетней древности, найденную на печке Николая Петровича. Из сеней послышался скрип двери и знакомые шаги.  — Тань, раз делать толком нечего, может, на пруд сходим? Я узнал, тут есть недалеко. Не эти, а другой, чистый говорят…  — Не видишь, занята… Читаю… — Таня задумчиво отхлебнула холодный чай, окончатьно теряя смысл в написаном. Стёпа загнул край страницы.  — Май 2009? И как? Свежие новости?  — Очень, где там пруд? Небольшие тучки немного спасали от палящего солнца. С одной стороны цвёл рапс, с другой уже согнулась под собственной тяжестью пшеница, пряча стрекочущих кузнечиков, и Стёпе совсем не хотелось думать ни о мертвых девушках, ни о маньяке. Впереди шла Таня, и Данилов невольно залюбовался. Такая маленькая, казалось бы, беззащитная, и…  — Данилов, тебе голову напекло? Может, вернуться лучше?  — А? Почему?  — Да ты уж две минуты как будто в прострации идёшь…  — А, не, все хорошо, я задумался просто  — О чём же, если не секрет?  — Какие у меня могут быть секреты от тебя? — Степан усмехнулся, — да так, о разном… Цветы вот думаю красивые Данилов кивнул в сторону васильков.  — Красивые… А мне ромашки нравятся.  — Правда? — опер оживился  — А почему нет? Простые, красивые… Что-то особенное… Пока Таня говорила, Стёпа незаметно рвал цветы. Ромашки, гвоздики, васильки, рапс… Попалась какая-то колючка, которую даже сорвать не удалось, и Данилов поморщился от неожиданного укола. Лёгкий ветер принес влажный запах пруда, и Таня взвизгнув бросилась к воде. Стёпа же чуть притормозил, чтобы выбрать цветы покраше. Решив, что букет вышел красивым, Стёпа подсел к Тане на берег.  — Это тебе… — Данилов улыбнулся, и почувствовал себя влюбленным пятиклассников который решился признаться в чувствах однокласснице.  — Спасибо, — Таня улыбнулась в ответ, принимая подарок, и отделила несколько цветов. Стёпа нахмурился. Тонкие пальчики Тани умело плели венок.  — Что ты делаешь?  — Не знаю… Просто так красивее… Таня скрепила два конца и надела венок на голову. У Данилова почему-то выскочила картинка из детской книжки, которую они читали с сестрой, с изображением русалки. Наверное, на неё Таня сейчас и была похожа… Сказочная… Очередной порыв ветра подхватил кольцо цветов и, словно пушинку, донеся до середины пруда, опустил на воду.  — Не судьба значит… Сердце Стёпы кольнуло. Что значит «не судьба»?..  — Я предлагаю тогда уж всем пойти обедать, а потом собраться. Соня выдвинула, пожалуй, самое дельное предложение.  — Давайте, — Лиза оживилась. Желудок, честно говоря, сводило. Обернувшись, по дороге пару раз на расходившихся по домам друзей, Лиза зашла в сени. Дома почему-то было тихо. Ну хорошо, родители-то, допустим, в райцентре, а вот куда делась «сладкая парочка» Лизавета понятия не имела. Ну и ладно. Зато, ей печенюшек больше достанется.  — Так, — Катя оторвалась от экрана и глянула на ещё не ушедших Аню и Влада, — я пожалуй тоже пойду. Там Даша приезжает…  — Когда? — глаза Ани блеснули  — Уже приехала. Так что придём вместе. Опрос родственников и друзей погибших снова ничего не принес. По какому принципу были выбраны жертвы не понятно. Девушки нигде не пересекались, и Круглов, в очередной раз выслушивая, что одна из погибших была чуть ли не святой, хорошо училась, ни с кем не конфликтовала, просто хотел спать.  — Ну что, есть что-нибудь?  — Ни-че-го. Ровным счётом ничего. Они никак не связаны. Галина даже через телефон поняла, что Николай провел рукой по лицу. Что за привычка?  — Ладно, собирайся, едем домой, а то Лиза там весь день одна  — А как же Стёпа и Таня? Круглов вскинул брови  — Думаешь они следят за ней? Не думаю, что она даже о своём местоположении им доложит. Вся в тебя идёт Коля усмехнулся  — У неё и мама не святая. Где тебя забрать?  — Ну и где они? — буркнула Аня, не поднимая головы с колен, — обещала ж быстро…  — Кто они? — Только что севшая на песок, Лиза не въехала в разговор  — Катя с Дашей  — Какой Дашей? — глаза Лизы округлились  — Сестра Катина…  — У неё есть сестра? Голубые глаза Лизаветы стали по пять рублей  — Ну… не родная, — Аня подняла голову, — двоюрная… Только приезжает редко, в институте…  — Сильно… Лиза дернула бровью, а Аня оживилась:  — Наконец-то По дороге шли Катя и девушка явно старше. Светлые волосы были забраны в хвост, на белой футболке ярко выделялась какая-то красно-синяя эмблема, а на черных кедах змеилась белая шнуровка.  — Привет, — Даша улыбнулась  — Мы пришли, — Катя шатнулась в тень обмахиваясь лопухом, — жарко… А они костёр хотят проводить…  — Какой костёр? У вас тут через день трупы, а у них костёр  — Ой, та лан, мы ж не далеко от домов  — Ну да, ну да… Ань, а Оля приехала?  — А, да, ещё двенадцатого  — О! Я тогда к ней щас зайду. Вы эт, осторожней там с кострами своими…  — Хорошо, — Катя вздохнула, — остальные-то где? Надо место окопать, дров найти, картошки… Спустя пару часов все было готово, жара спала, место было приготовлено, картошка лежала в пакете рядом с куском помятой фольги. Ребята ждали, когда Влад отпроситься и были готовы выходить. Соня читала страшные истрии, а остальные, вопреки назначению страшилок, смеялись. К песочнице подошёл Влад, и ребята, поднявшись готовы были уходить, как от дома Ани послышались громкие голоса  — Да я говорю, она в кусты отошла, я на дороге осталась, потом она закричала, ну я туда, а она там лежит… Мертвая… И мужик побежал какой-то, я не разглядела, там уже темно… Даша с трясущимися руками куда-то вела родителей Ани, Оли и ещё каких-то людей.  — Ты эт, тихо, тебя хоть не тронули… — дедушка Ани был растерян, но старался поддержать напуганную девушку, — показывай где она Друзья переглянулись.  — Нет… Она же жива, да?.. Аня разжала руки. Фольга, тихо шебуршуа, упала на землю.  — Так, спокойно, пока ничего не понятно, что вообще происходит. Ваня старался взять ситуацию в свои руки, но получалось плохо.  — Надо проследить за взрослыми, там поймём, что произошло… — Лера выдала самую дельную версию  — Надо, только взрослые-то нам не покажут тел… Олю Настя осеклась и отвела глаза от взгляда Ани  — Огородами пойдем, полями… Не думаю, что за нами прям следить будут, — Влад пожал плечами, — да если и заметят, не до нас им сейчас  — Надо бы, конечно, сидеть в деревне, — Лиза задумчиво закрутила прядку волос на пальце, — но мы тогда вообще ничего не поймём. Надо выходить сейчас. Остальные согласно кивнули, и положив картошку с фольгой под ближайшую берёзу, поспешили за старшими. Ребята осторожно подошли к полянке, на которой уже собрались оперативники и добровольцы. Близко к телу подходить было опасно, да и не пустили бы, но дети все и так увидели. На земле около кустов лежало окровавленное тело, с точно таким же порезом через все горло. Слово второй усмехающийся рот. Лизе было немного страшно, но она, не отрываясь, смотрела на труп. Рядом рыдала Аня, Ваня и Соня пытались её успокоить, остальные просто молчали.  — По-моему это слишком… И уже определённо ясно, что это маньяк. И останавливаться он, похоже, не собирается. — Тимофей нарушил тишину.  — Даже если так, что мы сможем сделать? — Лиза задумчиво посмотрела на друга  — Не знаю… Но это уже дело чести. Ребята переглянулись.