Помогите

Thought I found a way Thought I found a way, yeah (found) But you never go away (never go away) So I guess I gotta stay now

Масленников уже и не помнит, когда последний раз чувствовал себя счастливым. Из болота, под названием "невзаимная любовь" он пытается выбраться уже год, но с каждой попыткой он вязнет в нем все больше и больше. Он до последних сил пытался выбросить мысль из головы, которая отчаянно не сдавалась и сидела в ней до победного.

Мысль о том, что ему нравится парень.

Мужчина не может спокойно спать. Не может спокойно есть, пить. Не может спокойно жить. Он научился скрывать за искренней улыбкой тысячи чувств, которые раздирают его изнутри. Но самое главное - он научился носить счастливую маску перед Имановым. Рядом с ним он чувствует себя комфортно и питает каждый проведенный момент, понимая, насколько они скоротечны. Он очень хочет найти в себе силы отказаться от него, но он не может. Просто не может. У него не получается. Умом он все понимает, но сердце не хочет отпускать его. Люди не всегда могут принять себя такими, какими они есть. В этой жизни нельзя быть самим собой, потому что это не устраивает людей. В этой жизни слишком много рамок.

И он устал от них.

Дима стоит напротив зеркала в ванной комнате, наблюдая свой нынешний облик, и единственное, что он может выдавить: — Просто, блять, помогите, - он смотрит на свои ужасные синяки под глазами и довольно-таки бледную кожу, которая не предначертана для здорового человека. В его глазах проносятся счастливые моменты с Эмилем. Моменты, в которых не было Насти. — Дима, смотри какая бабочка красивая! - мулат увлеченно разглядывает столь прекрасное цветное существо, пока сзади него слегка хихикает Масленников. — Ты как ребенок, ей-богу, - улыбается блогер и подходит к парню, дружески похлопывая ладошкой по плечу. Ему хотелось испариться, а не просто прижиматься спиной к стенке, очередной раз делая затяжку сигаретами, купленными в местном ларьке, слегка покашливая от дешевого никотина, и винить себя за свое существование. Можно было принять какие-то меры: лечь под поезд, спрыгнуть с крыши, перерезать вены, можно было взять веревку и мыло — все, что угодно. Только, чтобы не видеть Эмиля вместе с Настей. Он каждый день видит ее, сидящую на коленках шатена, мило о чем-то беседуя. Куда бы Дима его не позвал гулять, Иманов всегда возьмет свою девушку.

Это бесит.

Even if it takes all night or a hundred years Need a place to hide, but I can't find one near Wanna feel alive, outside I can fight my fear

Эмиль очень любил подсолнухи, поэтому они с Масленниковым часто приходили в место, где их растет тьма тьмущая, устраивая всякие пикники, чтобы провести друг с другом побольше времени. — Эмиль, ты опять сорвал беззащитный цветок, - стебался над парнем Дима, - какой же ты монстр. Он жил себе спокойной жизнью, а ты убил его. — Какой ты дурачок, Дим, - смеется мелкий, усаживаясь рядом с другом лучшим другом, втыкая маленький подсолнух себе в волосы, от чего у старшего чуть не случился сердечный приступ, - ты чего? — Выглядишь очень мило, - улыбается, - таким невинным, беззащитным кажешься. Так бы и трахнул тебя, - смеется во всю парень, чуть-ли не падая на спину. — Вот почему ты - мой лучший друг, - усмехнулся шатен.

Лучший друг.

В данный момент времени это словосочетание по отношению к Масленникову казалось противным, что хотелось аж блевать. Его уши вянут только от одного слова "друг". Не хочет он быть другом. Лучшим быть тоже. Он хочет стать выше этих рангов, которые имеют почти все окружение Эмиля. Он хочет быть особенным среди них. Жаль, что этого не суждено произойти, ведь Иманов - исключительно по девушкам, он даже не бисексуал, будь бы он им, у парня хоть какие-то шансы были бы. Масленников перебирается на кровать, пуская пальцы себе в волосы, больно оттягивая пряди, чтобы хоть как-то дать знак его подсознанию, что он еще жив и у него помимо невзаимной любви есть куча проблем, но это не помогает. Ему кажется, что ему уже ничего не поможет. Дима плачет. Его слезы, напоминающие о его слабости, текут по раскрасневшемуся лицу, нижняя губа дрожит так же, как и его руки. Он не мог встать. Голова кружится от переизбытка эмоций. Упав бессильно на кровать, он уткнулся лицом в подушку, тихо плача. Он не знает, что ему делать. Не знает. Не может. Не хочет. Как же хочется, чтобы это был всего-лишь кошмарный сон. Но увы, это суровая реальность. А он ведь плачет сейчас, потому что понял, что слезы - это кровь души. Когда душа чернеет, от каждой беды печали становится все больше, она истекает кровью и переносит ее на поверхность, это и называется слезы. Потому что плачешь не ты - душа. Она страдает, мечется и хочет сбежать. Глупые стереотипы о том, что сильные парни затмевают разум и не дают волю всем эмоциям, не дают ему показывать свои слабые стороны, чувства и переживания. Еще пару дней и он не выдержит, от боли тоже можно умереть. Ребята часто любили приходить на крышу старой заброшенной многоэтажки и сидеть там провожая закат и встречая рассвет. Там они делились своими секретами, проблемами, да в целом общались обо всем на свете, попивая горячий шоколад, уютно укутавшись в плед, дабы не замерзнуть.

Isn't it lovely, all alone Heart made of glass, my mind of stone Tear me to pieces, skin and bone Hello, welcome home

Дмитрий выходит из квартиры и направляется в сторону ближайшего супермаркета, чтобы накупить кучу алкогольной продукции и спиться нахуй. Уже идя домой с ящиком бухла (он собрался запереться и не выходить, пока не кончится алкоголь), тот раздумывал, куда прятать ключи, дабы не натворить вдруг чего, когда в тот же момент его окликивает Стас, который что-то бормотал, подбегая. — Зачем тебе столько? - он кинул недоумевающий взгляд сначала на коробку, а потом на Диму, думая, что это не просто так, - Неужто праздник? — Да, похороны моей психики, - сухо отозвался блогер, поддерживая не большую, но относительно тяжелую коробку под низ, чтобы та не упала. На это Стас промолчал, раздумывая над его словами. Плетньов сказал, что спешит и удалился. Парень пошел дальше, не смотря особо по сторонам.

"Эмиль, с Димой все хорошо? В последнее время он какой-то уставший, агрессивный и не выспавшийся. Можешь за ним приглядывать немного" - таковым было сообщение для Иманова, который лишь отнекивался, сказав, что скоро это пройдет.

Нисколько.

Прошла неделя. Дима никогда без причины не опаздывал, а если и опаздывал, предупреждая, шутя впоследствии, а тут он опаздывает, иногда больше чем на пятнадцать минут, злой, часто молчит и не шутит, как раньше. Все уже забеспокоились, Даник даже отправил его как-то домой, но тот говорил, что все нормально. Все, кроме Эмиля. Он как будто не заметил всего происходящего, лишь дальше заигрывал, обменивался любезностями со своей девушкой, от чего Дима, когда видит эту картину, уходит, иногда даже перед самыми съёмками. Прошла вторая неделя. Масленников совсем перестал являться, даже на звонки и сообщения не отвечает. Все подняли панику, мол, спился, убился и многое другое. Полина, уставшая от этого, всех успокоила и заверила, что с ним все хорошо, хоть сама в этом не уверена. Собравшись в субботу, после записи клипа, к Диме, девушка попросила ей не звонить и вообще обращаться к Сударю. Добиралась она около часа из-за пробок и множества людей, ухудшающих ситуацию, а еще погода была ужасна, от чего в некоторых местах перекрывали ее. В конечном счёте она попала в дом, но не в квартиру. И была удивлена. Ибо ее сначала не впускали долго, что та даже хотела уходить, а потом она увидела срач, и Диму, покачивающегося из стороны в сторону, допивая уже вино, а не что-то другое, как сказал тогда Стас, с красными заповедными глазами, выражающие ненависть ко всему, но он молчал. — Дима...- тихо, практически не слышимо, произносит она, - что у тебя случилось? Он молчал, доставая сигарету из-какой-то-там-по-счету пачки, не первой и не последней, закуривая, а далее заламывает пальцы по очереди. Выдыхая дым, тот оглядел все. — Это...так противно...- Савекина лишь слушала, - никогда не было чувства опустошения, что все раздражает, что все такое серое и мрачное? — Да, бывало, но с появлением мужа и ребёнка... - на это ее нагло прервали: — Мужа и ребенка, говоришь... Тебе везет, у тебя кто-то есть... — У тебя есть мы: я, Никита, Стас, Артем, Даник, Эмиль в конце концов. — Нет у меня Эмиля. Просто нет. Он с другой, - выкрикнул парень, выбрасывая окурок за окно, попутно успокаивал он себя. Девушка пыталась понять, когда это началось, - Знаешь, это время, эти полгода прошли очень сложно, по мне заметно...- тот устало хихикнул, понимая, насколько все плохо, - Ты не влюблялась в человека своего пола, с пониманием, что у тебя нет шанса ни на что, кроме дружбы, ибо он натурал, а не би, и клейма "лучший друг", - тот смеётся, хотя от этого страшно. — Я не знала, что тебе так плохо. — Теперь знаешь, - мужчина тяжело выдохнул сигаретный дым, сделал еще одну затяжку, а потом выдавил, - что, теперь будешь жалеть меня? Не надо этого делать. Жалость настолько ничтожное чувство, что мы пытаемся спрятаться от него, показать себя лучше, чем мы есть на самом деле, быть выше того, кого жалеют... — Дим, ты уже сошел с ума с этой любовью, - Полина смотрит на морально убитого друга, которому даже трудно пошевелиться. Она никогда не думала, что человек-позитив умрет в нем. Особенно из-за любви. — Сошел с ума... - слова подруги эхом отдаются в голове, от чего он вовсе теряет остатки самообладания, и, повторяя ее слова, сначала шепотом, а потом с каждым разом громче, начинает хихикать, - сошел с ума...я сошел с ума.. до чего я докатился... — Так, ясно, жди меня здесь, - Савекина уходит, закрывая дверь на ключ, чтобы этот неугомонный ничего дурного не натворил по пьяне. На что Маслеников лишь что-то неразборчиво мычит, а когда понимает, что его не слушают, идет за очередной бутылкой на кухню. По пути трижды врезался в стену. Она едет обратно на студию, благо пробок в этот раз не было, ибо было порядком поздно, и она без труда смогла доехать. Мигом залетает в гримерку, в которой находится причина морального самоубийства Дмитрия. От неожиданности все находящиеся в небольшом помещении встрепенулись, смотря на девушку непонимающим взглядом. Шатен, как обычно, сидит в обнимку со своей девушкой, от чего Полину уже начинает выбешивать. Их слишком частая близость давит на глаза, что они вот-вот готовы вылезти из орбит. — Эмиль, мне нужно срочно с тобой поговорить, - чуть отдышавшись, произносит девушка, и выходит из гримерной. Через пару секунд выходит парень, с недоумевающим выражением лица, а в глазах так и можно было прочесть: "Что ты, блять, хочешь от меня?" - это по поводу твоего лучшего друга. — Ой, - жалобно простонал мелкий, давая понять, что эта тема его уже порядком достала, но девушка не собиралась отступать, - все с ним нормально, чего ты переживаешь? — Эмиль, ты издеваешься? - она задыхается от возмущения, и даже на пару секунд теряет речь от такой безалаберности, - Ты хочешь сказать, что валяясь в своей квартире в бутылках алкоголя и давясь сигаретным дымом, не имея даже сил что-то выдавить или вообще пошевелиться - нормально? Твой друг умирает морально, а ты бездействуешь, - она уже орет на него, от чего за дверьми люди притихли, слушая. Иманов стоит, не зная, что делать. Он ведь и правду перестал волноваться о своем лучшем друге, сам того не замечая.. — Ладно, поехали, - все таки согласился парень и они пулей вылетели из студии.

Walkin' out of town Lookin' for a better place (lookin' for a better place) Something's on my mind Always in my headspace

— Дима, мы обязаны сфотографироваться вместе, - кричит из соседней комнаты Иманов и бежит очень быстро на кухню к блогеру, чуть-ли не целуя дверной косяк, не впечатавшись до этого в стену и не разбивая полароид, который только нашел, - у нас ни одной совместной фотки, кошмар. Старший сначала не понял для чего, но для виду решил, что это было бы весело, да он и не против совместной фотки. — Сука, не представляешь, я тоже хотел тебе это предложить, буквально пару минут назад. Ребята встают рядом, улыбаясь, всячески кривляясь. Пару раз Масленников чуть не роняет младшего, но тот его удержал; Эмиль оттоптал ноги друга. Щелчок. Фотография сделана. — Повешу в туалете, буду дрочить, - заржал, не засмеялся, а заржал парнишка, еле сдерживая слезы и убегая куда-то опять, убирая полароид, и уходит. — Ты чо, серьезно? - секундная пауза, а затем парень падает на пол, сгибаясь пополам от прилива смеха, забывая о нытье в ногах, по которым совсем недавно прошлись. — Да, - уже глухо звучал голос Иманова, который, надрывая свой голос, пытался докричаться до Димы. Мужчина лишь смеялся на это. — Ахуеть, - шатен приоткрывает дверь в комнату друга, но не заходит. Она вся пропахла никотином и паленым алкоголем, запах был настолько противен, что аж глаза слезились. По всей площади разбросаны бутылки, окурки от сигарет и пачки от них же, их было неимоверное количество. — А я говорила тебе, - Полина чуть-ли не рыдала от понимания того, насколько запущена ситуация. Ей было больно видеть своего друга в таком вот убивающемся состоянии, осознавая, что, возможно, ему уже нельзя помочь, но до конца надежду не теряла. Она всегда надеется на лучшее, - говорила, что ему плохо, а ты...А ты не слушал и стоял на своем, упертый ты баран! — Поль, - парень приобнял девушку, успокаивающе поглаживая по спине, - я понимаю, мой косяк, но выход есть всегда, - он смотрит в ее, поблескивающие от слез, глаза. — В такой ситуации, думаю, помочь могут только молитвы, - девушка слегка успокоилась, - поговори с ним, пожалуйста. Иманов вновь открывает дверь, полностью погружаясь в сигаретный дым, который исходил от Масленникова. Дышать нечем вообще, никотин полностью забивает легкие, поэтому, кое как добравшись до окна, и, открыв форточку, смотрит на парня. Он не двигается, лишь делает затяжки, молчит, не издает ни звука, даже почти не моргает. Весь бледный, как смерть, жутко худой. Скелет обтянутый кожей. На самом деле, он в глубине души корил себя за то, что так похуистически отнесся к своему другу, доведя тем самым его до такого состояния, в котором он сейчас. Он попытается сделать все возможное, чтобы вернуть Диму, которого он знал. Вечно шутящего и веселого, который мог поддержать любой разговор. Даже если это будет стоить его репутации или жизни, ему это не важно. Важно лишь то, чтобы его друг стал счастливее. Он медленно подходит к Масленникову, будто-бы чего-то опасаясь, сам не зная чего. Он садиться на край кровати, устало смотря в стеклянные глаза, полностью пропитанные болью. От большого количества никотина трещит голова, но эту проблему парень отодвигает на самый задний план, потому что его самая главная задача - помочь другу, во что бы то ни стало. — Дим, - он тихо начал, но ответа не последовало, лишь тяжелый вздох, - я.. — Ты ничем не поможешь, Эмиль, уходи, - без доли эмоций проговорил блогер. Парень ни в коем случае не собирался уходить. Он не оставит своего лучшего друга в таком состоянии, тем более зная, что утонул он в нем только благодаря ему, потому что не уследил.

Потому что было все равно.

Он даже и не заметил, как все свое внимание стал отдавать своей девушке, забивая на чувства, эмоции, проблемы и переживания Димы, даже не подозревая, что он гниет, и гниет из-за него. А все потому что раннее никогда такого не случалось. Дима никогда, откровенно говоря, не страдал, особо не переживал, со всем справлялся сам, потому что считал себя сильным и это действительно так. Только в этот раз не справился, дал волю эмоциям. Он слишком долго боролся. Он постоянно был оптимистичен и никто даже подумать не мог, что все запустится до такого состояния. Эмиль, кажется, никогда не простит себя за то, что пока Диме нужна была помощь, он тусовался где-то с Настей, думая, что справится сам. Никогда не простит себя за то, что наплевал.

Никогда.

Ему было страшно представить, что было бы, если бы не Полина, что было бы, если бы она не вправила ему мозги. И ему также страшно представить, что будет, если все таки он не сможет помочь. Он даже не знал, что жизнь Димы будет зависеть только от его ответа. Он вообще ничего не знал.

But I know some day I'll make it out of here, Even if it takes all night or a hundred years. Need a place to hide, but I can't find one near. Wanna feel alive, outside I can't fight my fear

- Дим, мне страшно, - шепотом произнес младший. Они в очередной вечер кинофильмов собрались компанией в офисе, решив посмотреть свежий ужастик. Масленников заглянул в глаза, полные страха и беззащитности. Медленно притянув к себе шатена, обнял его и успокаивающе поглаживал по спине, чтобы тот успокоился. - Не бойся, я всегда буду рядом, я спасу тебя, - прошептал мужчина на ухо, заметив, как тот расслабился - Спасибо.

Он был готов спасти всех, но не смог спасти себя.

Эмиль прокручивал это у себя в голове и от этого ему становилось намного хуже. Он закрыл лицо руками, попутно зарываясь пальцами в волосы, больно оттягивая пряди. Он ненавидел себя. - Что, решил составить мне компанию и убиваться со мной вместе? - Дима заметил его "страдания", от чего ему стало немного смешно, но виду он не подал, чтобы уж совсем не сойти за сумасшедшего. - Дим, - в пол голоса произнес шатен, - пожалуйста, расскажи мне правду. Я хочу тебе помочь. - Эмиль, я сказал тебе, что ты ничем не сможешь помочь, возможно, сделаешь даже хуже, - он смотрел на младшего совершенно пустыми глазами, с абсолютно безэмоциональным лицом, - это все будет зависеть только от тебя. Как ты к этому отнесешься. Здесь, скорее всего, три варианта исхода. Эмиль вылупился на него, не понимая, почему чья-то, да не чья-то вовсе, а именно Димина жизнь будет зависеть от него. Он боялся подробностей рассказа и боялся себя. Боялся, что его ответ усугубит ситуацию. - Откуда ты знаешь? Ты погряз в своем унынии, которое полностью затмило хоть каплю надежды и оптимизма, поче...- его нагло прервали. - Потому что я слишком долго давал себе надежды и долго был оптимистом. Я устал. Я не справился. Я слабак, - прикрикнул Масленников, допивая бутылку какого-то дешевого виски, - ты никогда не поймешь меня и мои чувства. - Чувства? - с недоумением спросил Иманов. Он не понимал, почему именно на это он сделал акцент и почему именно это его заинтересовало. - Чувства, - он достал последнюю сигарету в пачке, громко цокнув, понимая, что придется идти в магазин за новой, прекрасно осознавая, что не дойдет. - Какие? - Самые обычные. - Дим.. - Эмиль.. У него забилось сердце. Да так быстро и сильно, что Эмилю казалось, что оно вот-вот или выпрыгнет из грудной клетки, ломая кости к чертям, либо остановится. Глаза его засияли. Главное, чтобы он правильно понял. - Я тоже тебя люблю, - прошептал младший, одновременно надеясь на то, что его услышат и на то, что нет, потому что если его догадки - туфта, то это провал. Дима вопросительно поднял глаза на Эмиля, докуривая сигарету. Тот весь трясся от ожидания того, что будет, пытался куда-то деть свои глаза, потому что было стыдно. Блогер медленно, кое-как поднялся с пола, запнувшись об бутылку от какого-то вина, чуть не упав, подошел к парню, взял его лицо в руки, заставляя смотреть ему прямо в глаза. Иманов еще минуту пытался куда-то их деть, но в итоге не смог. Встретившись взглядом, у обоих по телу пробежал ток. В глазах Эмиля мужчина прочитал абсолютно все. Все, что хотел, но не мог сказать младший. Но до конца поверить не мог. - Дим, скажи пожалуйста, все нормально? Ты не отвернешься от ме.. - он не успел договорить. Его заткнули поцелуем.

Isn't it lovely, all alone Heart made of glass, my mind of stone Tear me to pieces, skin and bone Hello, welcome home