Часть 1. Reverse

      На следующее утро, сразу после завтрака в Большом зале, все студенты стояли с большими чемоданами у главных ворот Хогвартса, ожидая, когда приготовят кареты для отправки к платформе поезда, откуда они смогут уехать домой.       Северус тоже там присутствовал, но лишь для того, чтобы проводить Люциуса.       — Не скучай тут, — немного грустно улыбнулся его друг, протягивая руку для рукопожатия.       — Уж скучать мне не придётся, — усмехнулся Северус, пожимая чужую ладонь, — Радует то, что гриффиндурков тут тоже не будет, — юноша напряжённо проследил, как Джеймс со своими верными псами усаживается в подъехавшую повозку.       — Не разнеси своими опытами с зельями общую гостиную! — напоследок хохотнул Люциус, хлопнув товарища по плечу и тоже забираясь в новую карету с другими слизеринцами.       — Хорошо тебе провести каникулы! — крикнул вслед отъезжающей повозке Северус.       — И тебе! Жди от меня подарок!       Парень ещё какое-то время стоял под падающим снегом, смотря на линию горизонта, за которой скрылись счастливые студенты школы. Было немного грустно осознавать, что он единственный, кто остался в Хогвартсе со своего факультета. Из других студентов было ещё четыре пуффендуйца с седьмого курса (которые предпочли вместо праздников посвятить себя подготовке к ЖАБА), два гриффиндорца (один из которых учился на одном курсе с Северусом), и один первокурсник с Когтеврана.       Как и полагал парень, людей, включая несколько оставшихся преподавателей, было пятнадцать человек. К великому огорчению Северуса, преподаватель ЗОТИ не собирался покидать школу на каникулы, чтобы провести это время с семьёй. Значит, все вечера юноше и впрямь придётся провести на отработках. Помимо Поттера из преподавателей остались деканы факультетов, директор и лесничий.       — Долго ты ещё будешь тут торчать? — раздражённо гаркнул Филч, готовясь закрыть ворота.       — Уже ухожу, — сообщил Северус, направляясь в сторону Хогсмида под грозным взглядом школьного завхоза, который, по-видимому, ещё злился за вчерашний вечер.       До ужина было ещё очень много времени, да и обретённая свобода от школьных недругов и учебных занятий не должна пройти мимо. Очень быстро юноша добрался до нарядно украшенных улиц небольшого поселения, в котором перед праздником было полно народу. Особый наплыв посетителей пришёлся на «Сладкое королевство» и магазин письменных принадлежностей «Писарро», но Северусу всё равно туда не нужно. В основном, потому что у него не было ни кната в кармане.       Молча прогуливаясь по расчищенной от снега главной улице деревеньки, в его сердце начала расти тоска и одиночество. Как бы ему хотелось хоть раз провести Рождество в тёплом и счастливом кругу друзей и знакомых… Возможно, у него бы это получилось, будь он в Малфой-мэноре, но вместо этого парень вынужден остаться один в этот праздник. Как всегда.       Рядом проходили счастливые люди, не замечая понурившегося юношу. Все они куда-то спешили, чему-то радовались. В их руках были большие пакеты с подарками, в глазах предвкушение, а на губах тёплые улыбки.       Вдруг, его взгляд приковала книга, стоящая в стеклянной витрине книжного магазина. Не веря своим глазам, Северус подошёл поближе, его изумлению не было предела, когда он понял, что это было то самое редкое издание Паувена Смокина «Зельеварение для продвинутых». Как бы пафосно ни звучало название, но в нем было множество секретов варки, но, помимо этого, ещё больше сложных и редких рецептов зелий, которые не проходят в школьной программе. У юноши перехватило дыхание. Он прижал свою ладонь к толстому стеклу (из-за чего оно сразу же там запотело), где находилась его мечта. Но тут Северус увидел цену.       Новая волна разочарования прошлась по его телу. Посильнее укутавшись в мантию, он неторопливо стал возвращаться обратно в замок, не замечая пристального взгляда, обращённого к его персоне.

***

      Гостиная Слизерина встретила его холодом погасшего камина и звенящей пустотой.       — Всё равно это лучше, чем дома, — тихо убеждал себя парень, устраиваясь на тёмно-зелёном кожаном диванчике и направив палочку на камин.       — Инсендио! — в нем тут же вспыхнуло пламя.        Достав из своей сумки учебник Зельеварения за пятый курс, Северус в который раз перечитывал его и делал пометки на полях и в тексте, но за все годы, юноша никому их не показывал (даже Люциусу), а учебники за другие курсы хранились у него дома, в Паучьем тупике, под матрасом.       Очень скоро ему надоело это бессмысленное занятие. Он отложил книгу и пробежался взглядом по комнате, ища, чем бы себя занять. В первый раз в общей гостиной было настолько тихо и пустынно, что она казалась давно заброшенным местом.       Портреты на стенах либо переговаривались между собой, либо и вовсе отсутствовали в своих рамах, предпочитая вместо его прогулку к соседям. Всё оставалось таким, как и прежде, ничего нового не появилось. Те же книжные стеллажи, несколько громоздких письменных столов и небольшой возле камина. Именно он и привлёк внимание Северуса.       Парень отложил свой учебник и осторожно, будто боясь быть пойманным, подошёл ближе к камину, пытаясь получше рассмотреть свою находку. Одну из деревянных ножек подпирала какая-то книжка в чёрной обложке. Приподняв столик, юноша извлек её оттуда. Повертев находку в руках и бегло пролистав пожелтевшие от времени страницы, он пришёл к выводу, что это скорее блокнот или ежедневник, хотя больше всего это напоминало личный дневник. Ножка столика отдавила мягкий переплёт, из-за чего на нем образовалась вмятина. Книжка не имела ни картинок, ни рисунков, ни какого-либо текста и похоже давно тут пролежала, никем не замеченная.       Северус на секунду задумался. Если она пролежала тут настолько долго, значит, она никому не нужна. А выбросить или положить на место было слишком жалко, поэтому юноша решил оставить полезную находку себе. Он снова достал свою палочку.       — Репаро! — столик покачнулся и выровнялся, становясь как новенький.       Вернувшись на диван, парень достал из своей сумки перо. Открыв форзац книги, он вывел надпись каллиграфическим почерком. «Собственность Принца-полукровки»       Северус и сам не знал, почему подписал его так, но всё же в глубине души понимал, что это из-за сильной тоски по своей маме. Именно это он и решил записать уже в своём дневнике.

«Что бы сказала мама, если бы увидела меня сейчас? Я стал лучшим студентом Хогвартса, несмотря на то, что учусь только на пятом курсе. Гордилась бы мной или же была бы она разочарована тем, каким я стал? Порой меня с головой окутывает апатия и в этот момент мне особенно не хватает её присутствия, успокаивающих тёплых объятий. Я точно знаю, что Поттер как-то связан с ней, но не хочу верить, что у них были какие-то чувства друг к другу. Это было бы просто ужасно!»

      Почувствовав некое облегчение, словно с каждой написанной строчкой камень, лежащий на его душе становился чуточку легче, Северус осторожно закрыл дневник, который, вместе с пером, сразу же убрал в свою сумку. Настало время ужина, значит, пора идти в Большой зал.       К Рождеству его украшали множеством больших елей, наряженных самыми разными игрушками и хрустальными шарами. К камину было прибито несколько крупных красных носков для подарков. Стены были раскрашены праздничными фресками, а с заколдованного потолка, не спеша падали снежинки, кружась в весёлых хороводах.       Какого же было удивление юноши, когда вместо привычных четырёх длинных столов, за которыми сидят студенты четырёх факультетов, в центре зала находился один круглый, за которым уже расселись преподаватели и оставшиеся студенты.        Напротив входа в Большой зал, лицом к дверям, сидел Дамблдор, по правую руку от него находился профессор Флитвик, после него Хагрид, а рядом с великаном Поттер. По левую сторону от директора сидели Макгонагалл, профессор Стебль и Слизнорт. Остальные места занимали студенты.       — Ах, Северус, ты успел как раз к началу ужина, — улыбнулся старый волшебник, завидев парня, — Пожалуйста, присаживайся на свободное место.       Парень осмотрел стол и увидел один единственный свободный стул между профессором Слизнортом и младшекурсником из Пуффендуя (который, по видимому, просто боялся один сидеть с преподавателем). Юноша снова отметил про себя, что является единственным студентом Слизерина.       Профессор Слизнорт был несказанно рад такому собеседнику, как Северус.       — Скажи, — спросил зельевар, делая глоток Гоголь-моголя из своей кружки, — почему же ты решил остаться на каникулах в школе? Насколько я помню, ты всегда возвращался домой.       Парень напрягся, его брови сошлись ближе к переносице. Юноша откинул зелёную горошину от картофельного пюре на своей тарелке. Думать о том, что он пропустил, возможно, одни из самых счастливых каникул в доме Люциуса, совершенно не хотелось… А уж вспоминать отца тем более.       — Мне назначили месяц отработок. Причём это было при вас. Неужели вы забыли? — обыденным тоном сказал Северус, отмечая, как лицо Слизнорта покрылось красными пятнами смущения.       — Гарри, — возмущённо обратился он к преподавателю ЗОТИ, который мирно беседовал с остальными студентами, — Неужели ты оставил Северуса отрабатывать наказание на праздники?!       Разговоры за столом тут же смолкли. Повисла короткая, но неловкая тишина.       — Да, — невозмутимо произнёс Поттер, поставив свой стакан на стол.       — Но почему? — не унимался зельевар.       Профессор ЗОТИ сердито посмотрел на сжавшегося на стуле Северуса:       — Потому что, профессор Слизнорт, ученикам не хватает дисциплины. Если был назначен месяц отработок, значит мистер Снейп будет посещать месяц отработок, — с явным раздражением в голосе сказал Поттер, явно негодуя, что его авторитет принижается перед оставшимися в Хогвартсе студентами.       — Гарри, — тёпло обратился к нему Дамблдор, — Может, стоит быть чуточку помягче?       — Нет, — жестко отрезал он, — Нерадивые студенты должны нести наказания за свои проступки, чтобы впредь не нарушать правила школы.       — Следите лучше за своим племянником! — вскипел Северус, вскакивая со своего места и опираясь сильно сжатыми кулаками о праздничный стол.       — Минус пятнадцать очков Слизерину за неуважение к преподавателям, — убийственно спокойно произнёс Поттер, не уделяя вниманием злившегося юношу, — Или мне стоит быть помягче? — с ухмылкой обратился он к преподавательскому составу.       Профессора уткнулись в свои тарелки, не зная, что на это ответить.       — Таких как вы, — снова обратился профессор ЗОТИ к Северусу, — нужно учить манерам и уважению к старшим.       — Вы совершенно правы, сэр, — сквозь зубы проговорил юноша, направляясь к выходу из Большого зала.

***

      Ненависть нарастающим пламенем разгоралась в теле Северуса. Он был как вулкан, готовый извергнуться в любой момент. Вчера парню показалось, что профессор Поттер изменил к нему отношение, но это, видимо, не так, и он и впрямь просто выполнял преподавательские обязанности, из-за которых был вынужден проводить Северуса.       — Хитрый змей! — раздражённо бросил парень портрету, тут же вбегая в слизеринские покои.       Минуя гостиную, он направился прямиком в свою спальню, где ближайшие две недели она будет являться его личной комнатой. Негативные эмоции накрывали с головой, хотелось кричать, топать ногами и разнести всё вокруг к дракклам. Парень с силой отшвырнул от себя сумку на кровать, та раскрылась и из неё на постель вывалились учебники и письменные принадлежности. Северус заметил свой дневник.       Решив для себя, что разгром не приведёт ни к чему хорошему, он взял в руки книжку с пером и устроился на кровати. Страницы дневника начали заполняться ровным каллиграфическим почерком.

«Я его ненавижу! Просто презираю! Надменный лицемерный тиран! Почему он всё время ко мне цепляется?! Почему я должен быть «дисциплинированным», а его тупой родственник — нет! Что вообще могло произойти у него с моей мамой, что я заслужил такое отношение с его стороны? Скорее всего она не приняла его чувств и теперь он отыгрывается на мне. Поверить не могу, что у меня мелькала мысль, что он хороший человек!»

      Эмоции немного поутихли. Оторвав свой взгляд от дневника, Северус посмотрел на настенные часы, едва заметные в свете горящего факела. Пять минут восьмого. Первый раз в жизни юноша опоздал на отработку. Тяжело вздохнул, он всё хорошенько взвесил и решил, что хоть и с опозданием, но всё же стоит пойти. Это всё равно лучше и возможно парень отделается лишь снятием баллов, которые, после окончания каникул, сможет отработать на других уроках.       Шаги эхом отдавались по пустынным коридорам, некоторые особо старые портреты уже мирно посапывали в своих рамах. Северус постучал в тяжёлую дубовую дверь кабинета по Защите От Тёмных Искусств.       — Войдите, — устало послышалось с той стороны.       Глубоко вдохнув, юноша немного приоткрыл дверь и скользнул внутрь.       — О, мистер Снейп, вы всё-таки решили удостоить меня своим присутствием, — съязвил Поттер, как только увидел, кто перед ним, — Минус пять очков за опоздание.       Северус стиснул зубы и метнул на профессора злобный взгляд, но промолчал.       — Пикси голодные, — сказал профессор скучающе, так и не дождавшись реакции оппонента, — Накормите их ягодами из корзины и проследите, чтобы они все были сыты, — сказал он, поднимаясь со своего стула, — Я буду в подсобке, как закончите — сообщите.       Юноша проводил глазами широкую спину преподавателя ЗОТИ, скрывающуюся в подсобке.       На одной из парт стояла птичья клетка, в которую по размеру мог поместиться один большой какаду, накрытая тёмно-синей плотной тканью. Рядом с ней стояла вышеупомянутая корзинка с ягодами, похожими на чернику.       Юноша подошёл ближе и резким движением сорвал мешающую тряпку. Комната тут же наполнилась пронзительным писком как минимум сорока голодных пикси, а когда они увидели еду, их визг стал ещё оглушительней.       Северус поморщился от неприятных ощущений, но уши не закрыл. Вместо этого он взял одну ягоду и поднес её к металлическим прутьям клетки. Существа прижались к ним, протягивая свои тонкие и крохотные лапки, пытаясь достать лакомство.       Парень подкинул чернику в клетку, самый удачливый из пикси тут же быстро поймал её и целиком засунул к себе в рот, чтобы другие не отобрали. Северус снова взял одну чернику, но когда повернулся, понял, что не знает кто именно съел предыдущую. Все они были абсолютно одинаковыми и так же одинаково напирали на клетку, требуя еды.       Юноша напрягся. Идти и говорить о своей оплошности преподавателю он не собирался. С теоретических занятий первого курса парень помнил, что если вовремя их не покормить, они умрут, а если перекормить, то… тоже умрут. Получается, если оставить всё как есть, то погибнут минимум двое пикси. Тот, который не поел, и тот, который переел. Но двое ведь всё равно лучше, чем все? Нет, так не пойдет! Он не станет так подставляться перед драккловым Поттером. Не после того, что случилось в Большом зале.       Направив свою палочку на тёмно-синий брезент, Северус уверенно произнёс:       — Инкарсифорс! — полотно начало меняться на глазах, медленно вытягиваясь и преобразовываясь в клетку, идентичной первой.       — Иммобулюс! — парень направил палочку на верещащих пикси и те застыли на месте, даруя ушам Северуса блаженную тишину.       Юноша пересадил всех в соседнюю клетку для надёжности, чтобы в случае чего не бегать за ними по всему классу. Потом начал брать их по одному, открывать им рот, запихивать туда ягоду и сажать их в прежнюю клетку. Взяв в руки очередное крылатое существо, он вдруг почувствовал выступающий круглый животик. Хитро хмыкнув, Северус просто переместил его в другую клетку, радуясь, что смог найти того, кто уже успел отужинать. На остальных у него ушло не больше семи минут. Парень был доволен собой и тем, что все пикси останутся живы.       — Фините Инкататем! — синие создания снова зашевелились, но уже не издавали противный писк, а почти одновременно проглотили чернику и довольно поглаживали округлившиеся пузики.       Северус снова накрыл клетку расколдованной тканью. Он направился к подсобке, чтобы сообщить о завершении своей работы. Но, проходя мимо большого старого шкафа, услышал, как в нём что-то упало с характерным глухим звуком. Секунду поколебавшись, парень решил посмотреть, что же это было.       Но, открыв дверцу шкафа, его ноги подкосились и не могли больше удерживать своего хозяина. Он упал на пол, отползая спиной назад и смотря большими от ужаса глазами на… своего собственного отца.       Мужчина в протершихся спортивных штанах и заляпанной старыми и новыми пятнами когда-то белой, растянутой майке, с бутылкой пива в одной руке и с широким кожаным ремнём в другой, покачиваясь из стороны в сторону, мутными от хмеля глазами смотрел на своего единственного сына.       — Мелкий ублюдок! Поганый щенок! — прорычал он, отпивая из горла бутылки и замахиваясь ремнём на парализованного от страха мальчика.       Сердце юноши остановилось, секунды показались вечностью, будто время замедлило свой ход.       — Не надо, — прошептал он, вжимая голову в плечи.       — Редикулус! — послышалось одновременно рядом и где-то очень далеко.       На глазах у Северуса разъярённый отец упал на четвереньки, его руки и ноги стали превращаться в копытца, нос в розовый пятачок и вскоре перед парнем стоял большой хряк болотного цвета с фиолетовым клочком волос на макушке. Поросёнок, противно взвизгнув, быстро спрятался обратно в шкаф, закрывая за собой дверь.       — Я думал, что вы самый способный студент школы, — надменно начал Поттер, — а вы даже не в состоянии победить богарта, которого мы изучали на третьем курсе… — он тут же осёкся, увидев состояние ученика.       Лицо Северуса было белым, как снег за окном, он дрожал крупной дрожью, не понимая, где находится, а в его глазах застыли слёзы, готовые вот-вот вырваться наружу.       Профессор подошёл ближе и присел рядом с перепуганным юношей. Парень, почувствовавший, что что-то приближается, дернулся в сторону, но, увидев перед собой лишь взволнованное лицо преподавателя, не понимая своего порыва, наклонился ближе, руками цепляясь за его плечи и прижимаясь ближе, чтобы спрятать выступившие слёзы и найти хоть какую-то опору, чтобы не растечься по полу. Через мгновение Северус почувствовал, как сильные руки обнимают его, притягивая ближе. Дрожь всё ещё колотила его тело, но и она начала утихать, когда он услышал тихий и спокойный голос Поттера прямо у себя над ухом.       — Это просто боггарт, твоего отца здесь нет и никогда не будет, ты в безопасности, — он осторожно начал поглаживать рукой длинные волосы юноши.       Северус не верил, что эта ситуация происходит взаправду. Пять лет издевательств, холода, снятия баллов, и теперь его самый ненавистный учитель ласково обнимает его и пытается успокоить. Всё это походило на какой-то сон. Да, именно сон! Сейчас Северус проснётся в своей кровати перед дневником и поймёт, что просто уснул, пропустив отработку. Но он не просыпался.       — Успокоился? — осторожно спросил профессор, отстраняясь от юноши и заглядывая ему в глаза.       Теперь парень не видел в них холода изумрудов. Это была молодая и свежая весенняя листва, только что распустившаяся из почек деревьев.       — Да, — сипло произнёс он, пытаясь скрыть своё смущение, — С-спасибо за помощь.       — Я не могу вспомнить тебя на том уроке, когда мы проходили богарта, — спокойно произнёс Поттер, внимательно осматривая юношу перед собой.       — Всё просто, сэр, я тогда неделю лежал в Больничном крыле после стычки… — парень умолк, так и не закончив предложение.       — Всё понятно, — Северус снова не поверил себе, ведь в этих словах явно была печальная нотка, — Пойдём, твоя отработка закончена. Я провожу тебя до гостиной.       — Я и сам могу…       — Я провожу, — настоял преподаватель, поднимаясь с пола и поднимая за собой своего ученика, — Чтобы убедиться, что с тобой точно всё в порядке.       Всю дорогу они шли молча, Северус отметил, что сейчас преподаватель не мчался впереди, заставляя его чуть ли не бежать за ним, а спокойно шёл рядом, постоянно посматривая на него. Так они и дошли до нужной картины в подземельях.       Парень пару раз порывался что-то сказать, но не знал, что именно, поэтому просто открывал и закрывал свой рот.       Заметив это, Поттер, сделал пару шагов ближе к юноше, а тот в свою очередь попятился назад, пока не уткнулся в стену. Справа от его головы, о эту самую стену, теперь опиралась рука преподавателя. Они смотрели друг другу в глаза и Северус не понимал, почему его сердце так быстро бьётся. Профессор наклонил голову в бок, словно кот и придвинулся ещё ближе.       — Хитрый змей, — азартно сказал он в лицо паренька, отступая назад, хитро улыбаясь, после чего, больше не сказав ни слова, покинул подземелья.       Ничего не понимающий юноша остался стоять в том же положении, пока его в себя не привёл ворчливый голос портрета:       — Ты заходить собираешься? Или так и будешь смотреть ему вслед, как влюбленная пуффендуйка?       Северус густо покраснел, быстро вбегая в гостиную и падая на один из диванчиков.       — Что это сейчас было? Он помог мне? — спросил он у самого себя, — Почему я так себя веду? Почему он так себя ведёт? Стоп. Откуда он вообще знает пароль?