Love is not the worst sin.

      Я просыпаюсь, чувствуя тепло рядом. Кларисса спит, обнимая меня. В моих объятиях она кажется маленькой. Маленькой девочкой, как я любил называть её раньше. Я всё вспомнил. Дорогие сердцу воспоминания. И любимая девушка рядом.       Аккуратно выпутавшись из цепких объятий, я укрыл девушку одеялом, и оставил поцелуй на ее щеке.       Я понимал, что девушка сделала это мне во благо, но злость начинала разгораться в душе. Хотелось сорваться на крик, выпытать всё у неё, но я помнил, что отвечая на вопрос Фейри, я обещал не злиться. Так что, перед тем, как разговаривать  с ней, мне стоит узнать, что знают остальные.       Я тихонько  закрываю дверь комнаты за собой, и стоит только подумать о том, где искать мать и Джона, ноги сами почему-то несут меня к кабинету. И я оказываюсь прав. Все там. - Ну что. Вспомнил? -  маг вертит в руках бокал, с каким-то алкогольным напитком. - Да. Но я не понимаю причин ее поступка. Вы можете мне объяснить?  -  я присаживаюсь рядом на кресло, и передо мной на столе оказывается небольшая кружка с горячим чаем. - Алек, возможно ты помнишь, буквально через несколько месяцев после того, как вы связали себя рунами, мы с матерью уезжали на пару недель. Вы не раз слышали о такой вещи как «билет», о них должны были рассказывать в академии, -  мы только смогли кивнуть. -  В тот год, нам выдали синие билеты. Мы должны были отправиться на глобальную зачистку демонов в Эдом. А как вы знаете, в разных мирах время течёт иначе. Для вас прошло всего четырнадцать дней, но для нас прошло два с половиной месяца. Призвано было довольно много опытных и взрослых охотников, но двое охотников не захотели лишиться семьи в этой схватке, и решили, что они пойдут вместо родителей. - К тому моменту, эти двое отважных охотников имели за спиной довольно приличный опыт в битвах, и считались лучшими охотниками своего времени. Их достижения были неоспоримы, и Конклав пошёл им на встречу. Но им выдали «красные» билеты. Возможно, от них так хотели избавиться, ведь все охотники знают, что «красный» билет мало чем отличается от «чёрного». Но эти двое шли в первых рядах. От их клинков пало демонов больше чем от остальных охотников вместе взятых. Многие охотники пали там, но большинство выбралось только благодаря этим двоим. Охотница использовала неизвестную нам руну, чем спасла многим жизни. Особенно тем, кто уже был одной ногой за гранью. После возвращения, они не искали славы, но она сама их нашла. Им было пятнадцать и семнадцать, -  меня охватило неприятное чувство. Это жестоко, даже со стороны Конклава отправлять в бой совсем ещё детей. - Через два года, до Конклава дошли сведения, что Лилит сумела договориться с Князьями Ада, и они хотят уничтожить охотников. Они хотели этого всегда, но в этот раз, они были настроены серьёзно. Они даже нашли способ разрушить Колонны в Идрисе, каким то образом стали убивать охотников не нанося никаких ран. И те же двое отважных охотников, не раздумывая, снова, бросаются в пекло. Они сражались настолько отчаянно, они не жалели себя, они успевали убивать демонов, спасать раненых, охотники убивали демонов, но поток демонов не прекращался. Многие уже попрощались с жизнью, но эти двое снова удивили всех,- мама с грустью в глазах посмотрела на отца. В её взгляде было что-то такое, чего мне было не понять. - Я помню, как это было. Из темноты вылезло нечто, я видела смерть всех вас. Я была готова умереть от ужаса, ко мне даже не пришло понимание, что это иллюзия, хоть я прекрасно знала, что вы в безопасности. И эту темноту разрезали два клинка. Они светились так ярко, что солнце могло посоперничать с ними. И когда темень рассеялась, а небо над Идрисом снова обрело голубой цвет, все обратили внимание, на них. После этого мы не слышали о них несколько недель, но когда увидели их на собрании Совета, на некогда чистой коже остались довольно глубокие шрамы. Им было семнадцать и девятнадцать. После этого эти двое брались всегда за самые опаснее миссии. - Голос мамы был довольно грустным. Даже для охотника, такие миссии был равны самоубийству.       После рассказа матери и отца, я смог понять истинную причину ее поступка. Она хотела защитить меня. Хотела спасти от боли и от страданий. - Александр, Кларисса это сделала из-за любви к тебе. Возможно, если бы она тогда погибла, ты бы никогда не смог вспомнить ее, – маг крутил бокал в руках. - Нет, -  я поставил кружку на стол. -  Я бы вспомнил. Я стал вспоминать практически сразу. Мне снились сны, и каждый раз, после пробуждения, я ощущал, что моё сердце разрывается от боли, а в душе всегда был ураган из эмоций. - Алек, запомни, ты не в праве ее винить, за этот поступок. Для моей сестры это было нелегко. - Теперь, я понимаю истинные причины ее поступка, и мне жаль, что моей маленькой девочке пришлось проходить через это одной. - Тогда береги ее, нефилим. – А мне пора прощаться. Где-то наливают два по цене одного, -  маг крутанулся в воздухе, и исчез даже без портала.       Я тихо вернулся в комнату. За окном всё ещё стояла ночь, и только тусклый свет настольной лампы немного освещал комнату. В воздухе все ещё едва ощутимо витал запах крови. А на моей кровати, свернувшись клубочком, словно котёнок, спала моя маленькая девочка.       Подойдя ближе, мне выдалась возможность рассмотреть ее получше. За столько лет она выросла. Но все равно оставалось прекрасной. Чтобы не разбудить ее, я скидываю с себя футболку,  и ложусь рядом с ней. Едва моя голова касается подушки, а рука проводит по рыжим локонам, ее глаза открываются. - Алек? - Проснулась, маленькая девочка?       Я отвечаю вопросом на вопрос, наши взгляды встречаются, и я вижу бурю эмоций на ее лице. Ее ресницы дрожат, а из глаз текут дорожки слез.       Мои руки сами притягивают ее ближе, защищая от всего мира. Ее плечи подрагивают, и она сама сотрясается в беззвучных рыданиях. - Как? – приподнимаю ее лицо, перевожу свой взгляд на ее губы, и без раздумий целую. - Маг помог. И теперь, ты никуда от меня не денешься.