Ты можешь жить без меня(?/!)

— Чонгук, осторожно! — не успел крикнуть Тэхен, как тут же увидел скользящее тело по асфальту. — Ушибся? Дай посмотрю! Он подбежал к парню, помог ему принять сидячее положение и принялся рассматривать его лицо. — Да все в порядке, не волнуйся. — говорил Чонгук, уворачивая лицо от пристального взгляда. — До свадьбы заживёт. — Конечно заживёт. — с усмешкой сказал Тэхен, нажимая на ссадину на щеке. — Ай, больно же! — фыркнул парень. — Вот и не рыпайся! — проговорил другой, слегка дуя на рану. — Да, только такой лошара как ты, который вытворяет феноменальные трюки на роликах, способен покалечить себя, выпендриваясь перед другом. — Вообще-то, я не выпендри… Ай! Да прекрати это делать, больно же! — надул губы Чонгук. — Ладно, прости. — улыбнулся Тэхен. — Эй, ты чего, обиделся? Серьёзно? Парень, нахмурив брови, пытался расшнуровать ролики, всем видом показывая, что не желает разговаривать с другом. — Ну хорошо, так и быть. Я тебя вылечу, хочешь? — начал Тэхен, хитро поглядывая на друга, который все так же играл роль игнорщика. И тут Чонгук замер. Его глаза стали похожи на две пятирублевые монеты, сердцебиение участилось, а кислород больше не поступал в легкие. Он почувствовал мягкое, едва ощутимое прикосновение на своей щеке, словно легкое дуновение ветра. Перед глазами появилась мутная пелена, в висках противно пульсировала кровь, а сознание мешало сосредоточиться на словах, которые говорил ему Тэхен, помогая снять ролики и надеть кеды. — Зачем… зачем ты это сделал? — еле слышно спросил Чонгук. — Я же говорю, у меня волшебный поцелуй. Один чмок и через пару дней все заживёт.

***

— Ты соврал, Ким Тэхен, ничего у тебя не вышло. — бормоча себе под нос, Чонгук прикасается к маленькому шрамику на своей щеке. Парень, развалившись на мягком кресле в небольшой комнате, тускло освещённой ночным светильником, погрузившись в воспоминания, рассматривал полароидную фотокарточку, на которой запечатлён именно тот день, когда Чонгук получил шрам. Парень так часто, смотрит на этот снимок, что уже запомнил каждую его деталь. И то, как нос Тэхена находится в миллиметре от запекшейся крови около губ, и то, как пальцы его руки, лежащей на плече Чонгука, дотрагиваются до мочки уха, и то самое радостное и беззаботное выражение их детских лиц, которое сейчас с трудом бы мог изобразить. Но тогда, Чонгук думал, что это всего лишь ему кажется, что он сам себе много накручивает, потому что уже тогда, Тэхен ему нравился не как друг, поэтому не особо предавал этому значения. А, закончив школу и осознав, что они с Тэхеном могут больше никогда не увидеться, понял, что допустил огромную ошибку. Ведь только сейчас Чонгук смог осмыслить, как тот ему давал понять и всячески намекал на то, что он тоже к нему испытывает не просто дружеские чувства, а нечто большее. Но туго соображающий Чонгук до последнего не понимал, что это все, действительно, что-то значило. Но время уже не вернуть. Чонгук должен продолжать жить дальше, зная, что больше может не увидеть дорогие ему глаза, может не почувствовать тепло знакомых рук и может не насладиться самой яркой и любимой квадратной улыбкой. После того как они выпустились, от Тэхена не было никаких вестей. Как будто он сквозь землю провалился. Ни единого звонка, ни одной смс, даже письма никакого не было. Поэтому парень потерял все надежды на какую-либо с ним встречу. Чонгук закончил уже третий курс журфака. Он сдал все экзамены на отлично, и поэтому был допущен до летней практики. Но на это событие он мог не попасть. Давно было объявлено, что все студенты до начала сессии должны были выбрать себе партнера, определиться с темой для статьи и редакцией, в которой будут находиться весь месяц. Но Чон Чонгук даже пальцем не пошевелил, чтобы хоть что-то сделать из этих пунктов. Ему вообще было сложно с кем-то работать, потому что парню было комфортно проводить время одному. У него не было друзей, всегда обедал в одиночестве, не ходил на курсовые тусовки и постоянно вспоминал о Тэхёне. Это был единственный близкий ему человек, с которым он чувствовал себя самим собой, с которым мог свободно общаться на разные темы, с которым просто было приятно проводить время. Но сейчас этого человека рядом нет, и Чонгуку очень тяжело заводить с кем-то знакомства, чтобы хоть как-то разнообразить свою одинокую студенческую жизнь. — Привет! — услышал парень рядом с ухом. Он поднял голову и увидел перед собой паренька с пепельно-русыми волосами, зачёсанными назад, голубыми глазами и пухлыми губами, которые расплылись в дружелюбной улыбке. — Эм, привет, Чимин! Ты что-то хотел? — Да. Я слышал, что у тебя нет пары для практики, как и у меня? Поэтому хотел предложить соединиться для совместной работы. Согласен? — Да, по рукам! — неохотно согласился парень, но делать нечего, потому что практику нужно пройти обязательно каждому. — Есть какие-то соображения поэтому поводу? — Вообще, я размышлял на счёт спорта или преступлений. Но не думаю, что они окажутся подходящими. — сообщил Чимин, опустив глаза в пол. — А ты? О чем бы ты хотел написать? — Так как у нас есть всего месяц, я бы хотел охватить как можно больше информации. Посетить разные мероприятия, выставки, конференции и написать в целом об интересных ситуациях в жизни города. — Ого, ничего себе! Ты это здорово придумал! — не скрывая восхищения, воскликнул парень. — Мне такое в жизни никогда бы в голову не пришло. А редакцию я предлагаю выбрать «The Chosun Ilbo». Уверен, Ким Чханги напишет нам отличную характеристику! — Тогда, завтра встретимся и все подробно обсудим, хорошо? — поинтересовался Чонгук у своего напарника. — Да, отлично! Думаю мы сработаемся, Чон Чонгук. До встречи! — Чимин похлопав товарища по плечу, стремительно направился к выходу. Придя в общежитие, Чонгук первым делом заварил рамен, включил ноутбук и набрал в поиске информацию о ближайших событиях города. Найдя несколько интересных, как ему показалось, мероприятий, выписал их в блокнот и, не переодевшись, улёгся на кровать. Забросив руки за голову и согнув ноги в коленях, юноша закрыл глаза, чтобы снова увидеть черты, почти забытого, но такого дорогого и знакомого лица.