Не играйте с огнем

Она была холодной. Холоднее всякого ледника, который раскалывают на Северном полюсе, чтобы отвезти кристально чистую воду с материка. Холодной и хрупкой. Опираясь о каменный подоконник, меледиктус стояла и смотрела куда-то вдаль своими голубыми глазами, будто стараясь что-то увидеть в луне, которая светила ей в ответ, совсем не грея замержшую бедную кожу. Яркое отражение солнца, луна. Яркое и холодное, как и та, в кого светил белый свет. Прохладный воздух заставлял тело покрываться мурашками, а белые волосы переливаться как потревоженный стрекозами ручей тёплым летним вечером, которые оставляли своими лапками на стеклянной поверхности переливы. Рядом шуршала змея, сворачиваясь в большие кольца и пристально наблюдая за своей хозяйкой, которая стояла неподвижно, будто очарованная ночью. Она сама была как ночь, недоступная звезда с темно-синего неба, и такая уставшая от одиночества. Слизерин никого не принимала и не приглашала в свой холодный замок, больше похожий на дворец Смерти. Изумрудные колонны из настоящего камня, стены во фресках, на которых изображены были сплетающиеся змеи, высокие потолки и...Холод, от которого она не могла убежать, спрятаться, которому подчинилась как монстру-паразиту, нещадно уничтожающему девушку изнутри. Она давно похорина надежду, что здесь будет уютно. Похоронила до недавнего времени... - Хэй, вредная, иди сюда, что ты там стоишь? - сонный голос оборвал её мысли и заставил повернуться к источнику звука, который нарушил тишину ночи. - Я тебя искала минут пять. - Прости, дорогая, задумалась, - блондинка, смущенно улыбнувшись, подошла к своему нахохлившемуся от холода чуду и обняла, - уже иду спать. Что ж ты встала, глупенькая, спала бы. Гриффиндор, назойливый львенок ввиду постоянно растрепанных волос, которая ворвалась в жизнь, выбив дверь замка с ноги, стала для неё всем. Да уж, ярко так пришла в жизнь обладательнице холодного замка, под стать своему виду. По началу такое резкое появление вызвало у Слизерин негативные эмоции, которые ей помогала убирать её давняя знакомая, Когтевран. Научиться контролировать свою злость на эту стрекозу, которую она не раз высталяла за порог замка, было очень сложно. Гриффиндор буквально была пулей, которую не догнать ни одной выскоклассной спортивной метле. Хотя сам "львенок" летал отлично, вытворяя неописуемое в воздухе. Львенок...Такое прозвище Слизерин дала ей не сразу, спустя несколько лет их общения. Ссоры сменились на недопонимание. Недопонимания на проблемы. Проблемы на нечто большее, чем доверие друг к другу. Слизерин не хотела говорить о боязни одиночества, Гриффиндор не хотела говорить о боязни потерять друзей. Гриффиндор сделала из каменной королевы девушку с комплексами, которые помогала разрешать. Слизерин сделала из Хаоса преданное любящее существо, которое полюбила всем сердцем. Они встречались уже год, прежде чем рассказали об этом Когтеврану и Пуффендую, на что обе отреагировали нейтрально, сказав, что им главное, чтобы эти две были счастливы. И они были. Теперь стены не казались давящими, луна стала теплее, а одиночество Слизерин превратилось в сонную счастливую улыбку Гриффиндор по утрам, которую блондинка до боли любила видеть, когда просыпалась чуть раньше своего огонька. - Идём спать, - повторила меледиктус, приобнял за плечи своего львенка. - Чур я сплю у стены. Там подушки. - Хорошо, дорогая. Хорошо... Змея подняла голову и проводила девушек взглядом. Затем развила кольца и поспешила следом за хозяйкой и её молодой особой, гадая, как долго до Слизерин дойдёт тот факт, что она однажды обожжет свою молочно-белую кожу о яркий огонь. Обожжет и привыкнет к этой боли.