Под знаком одиночества

      Практика, после которой Тсунаеши должна была отправиться в замок Варии, пролетела как один короткий, полный безумных, ярких красок, день. Она носилась по полицейскому отделу со стопками отчетов, выполняя задачу по принципу «подай-принеси». Иногда ей удавалось побеседовать с задержанными, хотя это было малой долей того, чем она занималась.       Самым, пожалуй, ярким пятном, хотя одновременно и самым страшным, было знакомство с русской девочкой Надей, которой совсем недавно исполнилось пять лет. Ее Тсунаеши банально спасла из-под машины, после чего забрала себе в качестве приемной дочери. Дело в том, что она была из семьи русских эмигрантов. К тому же, сиротой, так как ее родители бросили ее на улицах, а сами исчезли в неизвестном направлении около года назад. По началу малышка их ждала, но они так и не вернулись.       Малышка не погибла только потому, что прибилась к людям без определенного места жительства, которые жили на улице. На удивление, те не только приняли ее в свою семью, но и как могли старались не только прокормить ее, но и даже обучить всему, что они знали. Под свое крыло ее взяла старушка, заправляющая этой группой. Так что в свои пять лет маленькая Надежда была на редкость образованным и эрудированным ребенком.       После такого своеобразного знакомства, Тсуна уже просто не могла бросить девочку на произвол судьбы, даже если у нее вроде бы вполне неплохая жизнь. Сначала ей пришлось договариваться с главой местных бомжей, разрешение которой получить было не так просто. После этого она начала заниматься оформлением документов на официальном уровне. Конечно, гораздо проще было бы просто забрать девочку к себе и на этом успокоиться, но ее ведь рано или поздно нужно будет и в школу отдавать!       В общем, тут довольно сильно пригодились связи, которые бывшая Савада успела набрать за время своей учебы и прошлых практик. Во многом помог и полицейский участок, в котором она сейчас отрабатывала практику. Дело в том, что незамужней девушке (даже если она совершеннолетняя) ни за что бы не отдали ребенка. Да даже если бы она была замужем, все равно не отдали бы, не убедившись прежде, что она с мужем сможет достойно обеспечить девочку.       К счастью, Кавахиро какими-то невероятными путями смог помочь собрать ей все необходимые документы в кратчайшие сроки, так что ей даже не пришлось задерживаться сверх месяца положенной практики. Тсунаеши сильно удивилась, когда во время слушания о опеке над девочкой, он представился ее мужем, но ничем не выдала своего удивления, быстро отворачиваясь и чувствуя, как ее щеки пылают от смущения. Дальнейшее слушание прошло для нее, как в тумане.       Через два часа тщательной проверки их благонадежности, которая была больше похожа на жестокую битву двух воинств, документы об опеке над девочкой были-таки подписаны, хотя женщина, ставившая печати и дающая выписки вздыхала так тяжело, будто Савада с древним Туманом ее как минимум ограбили. Правда, подобная реакция вызывала у девушки разве что тихий, тщательно маскируемый смех, довольно щуря глаза и смущенно теребя подол легкого голубого платья. — Спасибо! Спасибо! Спасибо! Спасибо! — радостно заверещала шатенка, стоило ей только вместе с Шаманом выйти из здания, крепко держа за руку Надю, которая трогательно сжимала их ладони своими и стреляла на приемных родителей большими серыми глазами. Тсуна повисла у него на шее, радостно улыбаясь и болтая ногами в воздухе. — Пожалуйста. — хмыкнул Туман, казалось, совершенно незаинтересованный происходящим, хотя Тсунаеши была уверена, что он был очень доволен. Более того, она чувствовала вибрацию его Пламени, которое мерно и, казалось… весело (?) пульсировало. Правда, чем именно, она не знала, но доволен. — Я понимаю, что тебе просто необходимо помогать окружающим тебя людям, которые нуждаются в помощи, но в следующий раз все-таки постарайся быть более предусмотрительной и осторожной. — Кавахиро качает головой, но делает это беззлобно, словно уже давно смирился с такими выбрыками обладателей Небесного Пламени. Впрочем, учитывая то, сколько ему лет и, соответственно, сколько он уже повидал, подобная мысль не вызывала нареканий. — Хорошо! — радостно кивает Тсуна, мило улыбаясь. Шаман, хмыкнув, растворился в воздухе. Савада смотрит на немного удивленную Надю, которая позже переводит взгляд на приемную маму. — Пойдем, малышка. Ах да, через два дня мы поедем в другой город, где ты познакомишься со своими братьями и дедушкой. — заметив внимательный взгляд девочки, поинтересовалась. — Хочешь меня о чем-то спросить? — А? Да. Скажи… ты теперь моя мама? — тихо спрашивает малышка, внимательно разглядывая ее во все глаза. У нее очень красивые серые глаза с пушистыми ресницами, округлое личико с пухлыми щечками и розовыми губками, миниатюрная фигурка, красивые светло-фиолетовые волосы, завязанные под каре. Не просто девочка — невероятно красивая куколка! Повезло, что она наткнулась на добрых людей, а не на каких-нибудь извращенцев. Нет, все-таки существует справедливость в этом мире, существует. — Да, милая. Меня зовут Тсуна. Теперь я действительно твоя мама. Ты голодная? Было бы хорошо, чтобы это было так, потому что наготовила я много. — Я… я действительно хочу кушать. — тихо прошептала девочка, кивая.

***

      После возвращения в Сендай, было много охов и ахов со стороны Тсуеши, Ханы и Кусакабе, когда Тсунаеши рассказала им не только про свое знакомство с этой девочкой, но и про ее грустную историю. Надо отметить, что Фуута, Изаму и Надя на удивление быстро подружились, тихо играя где-то в уголке в кубики, играли в прятки или следили за тем, как Ямамото готовит.       Первое, что сделала Тсуна после возвращения в теперь ей родной город, это пробежалась вместе с Надей по магазинам, покупая все необходимые малышке вещи. Ей нужны были и платья, и шорты, и майки-футболки-рубашки, и нижнее белье, и красочные тетради, и игрушки, а также множество других вещей, так необходимых девочкам ее возраста.       Все же, когда она была в Токио, она не могла купить много всего, так как все это было бы неудобно тащить. Именно поэтому все вещи Нади ограничивались зубной щеткой, платьем, колготками, ботиночками и плюшевой пандой, купленной Тсуной в сувенирном магазине, когда они ходили в зоопарк.       После того, как с покупками было покончено, Савада начала собираться в Варию. Опять-таки, много всего взять она с собой не могла, именно поэтому собрала только одну сумку, в которую сложила все то, что ей понадобится в ближайшее время. Все же, надолго оставаться в замке Занзаса она не собиралась. Надя с Фуутой и Изаму внимательно следили за ее сборами, мотая головами из стороны в сторону. Кажется, их настолько увлек сам процесс, что они смотрели на это, как загипнотизированные.       Вздохнув и еще раз внимательно осмотревшись по сторонам, чтобы точно убедиться, что она ничего не забыла, девушка наконец-то застегнула молнию и облегченно выдохнула. Даже если вещей было совсем немного, она все равно терпеть не могла их собирать. Хмыкнув, шатенка отбросила светлую челку назад и недовольно фыркнула, когда упрямая прядь упала ей на глаза, частично перекрывая обзор. Пусть это и было не слишком страшно, но все равно ужасно неприятно. — Ну все, я готова. — шатенка распрямляется и выгибается, с хрустом потягиваясь, после чего переводит взгляд на преданно смотрящих на нее детей, улыбаясь. — Ну, Кавахиро придет только через двадцать минут, поэтому… пойдемте кушать? — Да!!! — радостно кричат они сразу в три голоса, после вскакивая с места и направляясь в сторону кухни. Тсунаеши качает головой, следуя за ними. На сколько же они милые… Савада просто поверить не может, что она могла не встретиться с Фуутой и Надей, а Изаму — мог и не родиться. Это так страшно… Так страшно…       Впрочем, к счастью, все обошлось. А это главное.       Кавахиро появляется ровно через двадцать минут, как будто отмерял это время на секундомере. Пора. Тсуна напоследок целует Надю и Фууту в подставленные щеки, а после крепко обнимает их. А потом вскидывает голову и улыбается ему, после чего подхватывает сумку в одну руку и Изаму — в другую. В следующий момент появился переход из плотного Пламени Тумана. Шатенка глубоко вздохнула и… — Я готова. — шагнула в портал.