хрустящие закаты со вкусом карамели

— прекрати, чимин, он на тебя никогда не посмотрит, — чон чонгук, один из лучших старых друзей детства, сидел на бортике фонтана в парке, — буду откровенен, но у него целое состояние, а у тебя… это худи, сколько ему? чимин молча соглашается со словами друга, сидя рядышком, и теребя края поношенного худи пухлыми пальчиками. стакан с ванильной колой стоит справа от него, не тронутый до сих пор. вздыхает, дует губы и продолжает думать о нём, о том человеке, которого увидел с неделю назад через окно автомобиля. через окно его автомобиля, естественно. чонгук ведь прав. мин очень богат и известен в своих кругах, он смотрит на звезды, а не под ноги, не на обычных людей, еле живущих от зарплаты до зарплаты. честно говоря, дела у пака не очень, в семье. отец ушёл ещё когда чимину не исполнилось и пяти лет, старший брат уехал в англию на заработки, а мать… а мать тянет его и младшую сестричку, которая в последнее время часто гостит у кузенов. мать работает не покладая рук, и парень видит это, и не просит лишней монеты на новую одежду. этому худи, кстати, уже пять лет. он купил его на распродаже по самой низкой цене. овер сайз, на вырост, как чимин оправдывался перед чонгуком. — ты прав, гуки, — обреченно, опуская руки, бурчит пак, обнимая коленки и устраивая на них подбородок, — он не заметит меня, я ведь невидимка. — пак чимин, мы сюда пришли не сопли глотать, — чон в ту же минуту взбадривается, увидев поникшие плечи друга, легко трясет их и ерошит светлые мягкие волосы, — пошли на американские горки, тебе срочно нужно взбодриться. чон чонгук никогда не даст своим приятелям грустить, и всегда предложит любую помощь. только вот от материальной чимин всегда отказывается, ничего не берет от него, отнекивается, и говорит, чтобы тот его не жалел. «просто будь рядом, пожалуйста» — единственное, что слышит гук каждый раз, и разжимает кулак с деньгами в кармане. казалось бы — агрессивно активный мир центрального парка жарким летним днем, воодушевленные крики, визги, от всего кружится голова, — и мысли не должно лишней возникать, но… пак чимин это совсем другой человек. перед закрытыми глазами всё равно возникал образ красивого и такого э-с-т-е-т-и-ч-н-о-г-о мин юнги, каждый раз. он не уходил уже целую неделю и появлялся во снах. это зависимость, или одержимость? — посиди пока здесь, передохни, я сгоняю нам за колой, — запыхавшийся чон чонгук оставляет своего друга за одним из столиков на центральной площади парка в прохладной тени, и убегает в сторону небольших баров с прохладительными напитками. а чимин только головой кивает, мыслями тут же уносясь куда-то далеко, в тот мир, где он идет рука об руку с тем самым человеком, где обнимает его, где целует, где… пак чувствует легкое теплое прикосновение к правому плечу, вырвавшее его из сладкой неги, и оборачивается, замечая за собой лишь мелькнувший силуэт, а совсем рядом с собой на лавочке — милого, средних размеров, плюшевого розового медвежонка, в лапках которого нашел записку. «ты красивый, когда мечтаешь, но смотри, будь осторожнее, иногда мечты сбываются». чимин улыбается так ярко, обнимает эту игрушку крепко-крепко, от улыбки щеки закрывают обзор, и он прикрывает глаза, утыкаясь в макушку медведя носом. пальцы перебирают мягкий плюш, а в голове одна мысль о том, кто это только что был. она противоречит той, что говорит чонгук, уже сидящий напротив. но пак продолжает думать и мечтать. этот медвежонок пахнет перечной мятой и ванилью.