Прощайте, Мистер Старк...

Его рука медленно кралась по одеялу. Сантиметр за сантиметром. В этой полутьме были только они двое. Старк не мог упустить этот момент. Этот последний момент. Тяга была настолько нестерпимой, что даже отдавалась болью в кончиках пальцев рук. Питер был для него всем. Огоньком, который осветил жизнь Старка однажды, который пробил броню и вдохнул некое подобие души в его тело. И Питер был рядом сейчас. Соблазн велик. С каждым сантиметром Старк испытывал мучение, он дико, до боли в запястьях, хотел обнять мальчишку. Наконец, мужчина нащупал тёплое тело. Реакции не последовало. Сначала Тони лишь дотронулся до паучка, а затем легко прижал к себе. Паркер молчал. Старк притягивал его всё крепче и крепче. Его рука слегка коснулась небольшой оголенной части тела парня на животе. ⁃ Зачем ты это делаешь? — прозвучал спокойный голос Питера. Сердце мужчины забилось быстрее. Тони нахмурился. ⁃ Я так хочу, — твёрдо произнёс он прямо мальчишке в затылок. Старк обнимал его, как нечто своё, то, что является неотъемлемой частью его самого. Ему так приятно было находиться рядом с парнишкой, так естественно и обыденно. Именно это спасло его однажды, спасло от полной потери эмоций. ⁃ Ты же знаешь, что это скоро закончится, — холод в голосе Паркера заставил содрогнуться. Хладнокровный и спокойный Питер — что-то неестественное. Кажется, они поменялись ролями. ⁃ Я хочу насладиться моментом, — уверенность Тони никак не вязалось с внутренними ощущениями. От равнодушной интонации Паркера он выгорал изнутри. ⁃ Тебе от этого потом будет только хуже, — хлесткие слова, как точеная сталь прорезали темноту. Старк замолк. Питер был прав, ведь Тони не отпустит этот момент из своего сердца уже никогда. Старк не дурак, всё прекрасно понимает, но ничего не может с собой поделать. ⁃ Я знаю, — был от него ответ. Мужчина все ещё обнимал тонкое тело. Но Паркер был словно куклой, без эмоциональной тряпичной куклой. Он не обнимал в ответ, не шевелился, будто и не дышал вовсе. Парнишка лишь позволял себя трогать, разрешал или был обречён на это. ⁃ Это последний раз, когда ты обнимаешь меня, этого никогда больше не будет, — четко проговаривая каждое слово, произнёс парень, — всё, что ты делаешь бессмысленно, Тони, — добавил следом. От его слов в горле замер ком, а на душе стояла горькая скорбь. Почему так несправедливо? Почему? Будто Старк сам выбрал это, будто он хотел. Нет! Никогда! А Питер такой приятный, тонкий и гибкий, когда-то принадлежавший ему, Старку. Но теперь нет. Он холоден. ⁃ Зачем ты говоришь это? — раздраженно спросил мужчина, вдыхая запах его волос. ⁃ Я говорю лишь правду: ты больше никогда не сможешь коснуться меня, поцеловать; я больше никогда не попрошу укрыть меня или сделать кофе, — тихо произнёс Питер. Каждое слово, сказанное мальчишеским голосом било Старка под дых, давило, жгло, полосовало его. С каждым разом в душе мужчины будто что-то взрывалось, ломалось, рушилось, калечило его изнутри. С резким рыком он развернул мальчишку к себе. Теперь он видел его лицо, такое нежное, юношеское, красивое, такое непроницаемое. ⁃ Ты специально издеваешься надо мной! — свирепствовал Тони. Он уже начинал ненавидеть Питера и любить одновременно. Паучок улыбнулся, первая эмоция по отношению к Старку. ⁃ Да, потому что ничего не чувствую. Ты никто больше мне. Но сейчас ты ещё можешь обнимать меня, потому что я просто ничего не смогу сделать. Ты исчезнешь, Тони, оставишь меня. Зачем мне что-то чувствовать? Зачем? — спокойно говорил парень, — зачем мне помнить тебя? Ведь ты бросишь, оставишь. И я останусь один, один в мире. Тихая капелька стекла из его глаза и растворилась крошечным пятном на подушке. Тони почувствовал вибрацию, какое-то движение, лишь потом увидел дрожь парнишки, лишь потом заметил трясущиеся руки. Питер слегка отодвинулся и вылез из-под одеяла. Оглянулся на мужчину. ⁃ Я уже не помню вас, прощайте, Мистер Старк…