О чём я не умею знать

Драко вышел из кабинета директора только через час. Женщина попросила организовать зимний бал, начиная без Грейнджер. МакГонагалл объяснила старосте все нюансы и пожелания, которые хотела бы видеть на празднестве. Малфой никогда не организовывал ничего подобного в школе, дома всем занималась Нарцисса, а тут ещё и Гермиона не сможет помочь. Парень решил пойти к Блейзу пораньше, чтобы обговорить план действий, да и узнать, что все хорошо не помешало бы. Зайдя в помещение больничного крыла, слизеринец услышал обеспокоенные голоса и мадам Помфри, бегающую то в свою комнатку, то обратно за ширму, приносящую разные снадобья и настойки. Что, блять, происходит? Драко увидел сумку Блейза на кушетке напротив ширмы и подошёл к ней. — Блейз? — позвал блондин, но увидел лишь двух идиотов. — Ты, мерзкий хорек! — Уизли подбежал и толкнул со всей силы Малфоя в грудь двумя руками. — Какого хуя, Уизел?! — рассвирепел слизеринец и точно также толкнул рыжего. И только потом заметил, что заняты уже две кровати, которые также были ограждены друг от друга. — Твой ебаный приятель ответит за это! — Рон замахнулся, целясь в челюсть, но Драко отвёл кулак нападающего в сторону и ударил его в живот. Гриффиндорец согнулся пополам, кашляя. Включился Поттер. — Ты ответишь за это, Малфой! — Гарри приготовился к удару. — Стойте — донеслось слабым голосом откуда-то из-за спины избранного. Грейнджер проснулась с жуткой головной болью от криков. Важнейшей частью реабилитации был покой. В случае несоблюдения условий наступали сильнейшие побочные эффекты, некоторые из них: сильнейшая головная боль, сохранявшаяся не меньше трёх дней с момента наступления; депрессия; диспепсические расстройства. Или ухудшение состояния, что было самым нежелательным, потому что в этом случае сон углубляется и пробуждение наступает гораздо позже. Гарри немедленно бросился к подруге, оставив Малфоя так и стоять на одном месте, а Рон все так же корчился на полу. Драко замер от увиденного. — Что вы все наделали? — вышла мадам Помфри из манипуляционной комнаты, — ей ни в коем случае нельзя было просыпаться от внешних факторов! Дорогая моя, — склонилась над Гермионой, говоря тише. Девушка была благодарна за переход на шепот, потому что боль была невыносимой, она давила на череп и глазницы, распирая изнутри, — что? Она задала лишь этот вопрос, понимая, что если у девушки болит голова, каждое слово приносит ей мучения. — Голова, — жмурясь и хватаясь за череп ответила Грейнджер, пытаясь сдавить источник боли. Не нужно было дополнительных объяснений для лекаря. Женщина сразу же поняла, как пострадал организм девушки. Мадам Помфри не раз сталкивалась с кластерными головными болями и понимала, что помочь можно только когда боль стихнет. А в данной стадии, которая может продлиться не один час, все методы и средства бессильны. Единственное, что могла сделать лекарь — обеспечить покой. — Вышли, — стараясь как можно тише. — Но… — пытался возразить Поттер и был остановлен движением руки колдомедика и свирепым взглядом. Гарри помог подняться другу и оба поковыляли к выходу. Но уже у дверей услышали. — Мистер Малфой! — громкий шёпот (абсурд). Драко резко подошёл к Гермионе, парень был больше не в силах смотреть на мучения гриффиндорки. Он обхватил голову Грейнджер двумя руками и прикоснулся к ее лбу своим. Затем девушка вскрикнула, и Гарри бросился к ней, но уже через секунду заметил, как гримаса боли на ее лице заметно разгладилась, и девушка открыла глаза. — Болит? — мадам Помфри все поняла, она видела такое однажды. Родовая магия. Только сильный волшебник способен на такое. — Да, но в половину меньше, — девушка заплаканными широко открытыми глазами смотрела на парня, который все ещё прислонялся с ней лбом, переводя дыхание. Он устал, у него болела голова, теперь так же, как у Гермионы. Он разделил ее боль, забрав половину себе. Теперь можно было полностью убрать остатки боли у обоих, и колдомедик побежала за нужными зельями. — Что происходит? — все еще не понимал Рональд, смотря как блондин до сих пор трогает подругу. Девушка обняла Драко одной рукой за шею и прошептала спасибо. Гарри, в отличие от приятеля, все понял, но одно осталось не ясно. — Но зачем тебе ей помогать? — озарение, — вы… Малфой резко поднялся и, взяв две сумки, побрел к выходу, не дожидаясь медика. Ему срочно нужно было найти Блейза и узнать, что произошло. Проходя мимо второй занятой кровати, слизеринец увидел рыжую бывшую подружку избранного. — А с ней что? — у Драко появилось чувство беспокойства. Блейза нет, а Уизли, которая должна была охранять Грейнджер теперь лежит на соседней кровати. — С кем? — Гермиона попыталась подняться. — Твой мерзкий дружок запустил в нее круциатусом и ответит за это! — Рон был не в силах сдерживаться, но в этом ему помог Поттер и остаточная боль в животе. Малфой не мог поверить в это. Парень просто стоял и смотрел на Джинни, не зная, что делать. Если Забини и вправду это сделал, то слизеринец сейчас точно в кабинете директора или уже в Азкабане. Драко сорвался с места и рванул к МакГонагалл, решив, что должен использовать все связи, что остались, чтобы помочь другу. — Да кто там? — Грейнджер соскочила с кровати, но тут же упала. Её ноги не слушались, девушка еще была так слаба. Но Драко понимал, что нельзя оборачиваться, и уже на выходе он услышал плач Гермионы, не от удара, она увидела кто же за ширмой.

***

— Остолбеней! — Диггори склонилась над поверженным слизеринцем, — приветик, Забини. Решил поучаствовать в нашем шоу, дорогой? Не переживай, ты ничего не пропустил, — мерзкая улыбка, — все только начинается. Девушка вновь направила палочку на Джинни, чтобы нанести повторный удар, но перед этим разбудить, чтобы доставить еще большую боль. Блейз лежал и не мог ни пошевелиться, ни сказать ничего. Безысходность и беспомощность давила, позволяя страху заполонять разум и сердце. Джиневра нравилась итальянцу с самой первой встречи в комнате старост, он почувствовал, что она особенная и решил, что Уизли станет его. А теперь… Он лежит обездвиженный, а она подвергается пыткам психопатки Эллисон. — Джинни! — откуда-то подбежал Рональд, а за ним и Поттер. Рыжий склонился над сестрой, а Гарри направил палочку на Диггори. Девушка подумала, что сейчас она не сможет справиться с избранным и не придумала ничего лучше, как свалить всю вину на Забини. — Гарри! — сделала жалостливое лицо, — помоги связать его! Диггори указала на лежащего рядом темнокожего парня и притворилась, будто держит его. Поттер подбежал и с помощью палочки связал слизеринца веревками. Затем попытался снять предыдущее заклятье, но девушка испугавшись, что Блейз скажет что-то лишнее и выдаст ее, остановила гриффиндорца. — Не надо, давай так отведем его к директору, — аккуратно взяла за запястье избранного. — Что произошло? — согласившись с бывшей старостой, Поттер встал и убрал палочку в карман мантии. — Я шла к Гермионе, проведать, — начала свой лживый рассказ, все так же оставаясь притворно испуганной, — услышала непростительное и поспешила на помощь. Когда я добежала, то увидела Забини с палочкой в руках, Джинни уже лежала без сознания, — девушка притворилась плачущей, и Гарри обнял ее.

***

Стены и коридоры замка ощущались бесконечными, а путь, казалось, занимал по меньшей мере час. Драко все шел и шел, думая, что же могло такого произойти, что Блейз метнул в Уизли непростительным. Наконец, кабинет директора встретил его закрытой дверью. Малфой постучал и, не дожидаясь ответа, зашел. В комнате царил настоящий хаос. Работники министерства, среди которых отец Диггори с дочерью, учителя и сам Забини в центре на стуле. Он смотрел куда-то перед собой, такой отрешенный, но то и дело закатывал глаза на то или иное высказывание кого-то из толпы. Все были заняты дебатами, поэтому Малфоя никто и не заметил. — Прошу тишины, — высказался какой-то мужчина. По всей вероятности, он занимал самый высокий пост из всех присутствующих и его слово было решающим, — мы посмотрели последние заклинания палочки и не нашли ничего запрещенного. — Вы же знаете, что можно удалять заклинания, — возразил Диггори. — Не перебивайте! — возмутился кто-то, осаждая выскочку. — Да, но подобная магия непосильна школьнику. К тому же, это секретная информация министерства, защитой этих данных занимается ваш отдел, если я не ошибаюсь, — Диггори кивнул, пряча глаза, — вы хотите сказать, что столь важные сведения вышли за пределы министерства? Мне устроить по этому факту проверку? — Нет, из нашего отдела не было никакой утечки, сэр, — испугался мужчина. — В таком случае, парень не виновен, — Малфой выдохнул, — мы выслушали его версию… — Абсурдную версию! — возмутился и вновь перебил Диггори. — Все же мы обязаны проверить палочку вашей дочери, — важный министр протянул руку, Эллисон с большой неохотой протянула ее. Палочка оказалась чиста, — все в порядке. Ну конечно, палочка дочери работника министерства чистая. И по великому совпадению, он знает как чистить историю заклинаний. — Я же говорил… — Да помолчите вы! — возмутилась дама, по всей вероятности работница министерства, из толпы. — История довольно странная, на время расследования мистер Забини отстранен от занятий… — Правильно, — не унимался отец Эллисон. Но тут же угомонился, услышав следующие распоряжения. — И мисс Диггори тоже, — заключил главный и все закопошились, удаляясь. Драко тоже вышел за дверь, дожидаясь друга. Когда тот появился, то рассказал Малфою правду. Блондин вспыхнул. — Я знал, что ты не мог этого сделать, не с ней. — заключил Драко. — Как она? — устало спросил Забини, не уточняя кто именно, было очевидно о ком речь. Парни шли в башню Слизерина, чтобы Блейз собрал вещи. — Не знаю, видел ее без сознания и только. Неделя до каникул, а после них вернешься. Уизли очнется и расскажет правду. Блейз остановился и взял друга за плечи. — Проследи, чтобы очнулась, — обеспокоенно, — эта сука ничем не побрезгует, чтобы оправдать себя. — Не переживай, Блейз.

***

Слизеринец помог собраться другу и проводил его до главных дверей. Парни попрощались, и Малфой побрел в свою комнату, наполненный мыслями. В гостиной его уже ждали. — Грейнджер? — Драко увидел кудрявую голову, торчавшую из-за спинки дивана. Гермиона сидела напряженная как струна, а услышав свою фамилию подскочила, повернувшись. — Я принесла тебе зелье… — девушка обошла диван и подала пузырек Малфою, — спасибо еще раз. — Тебя уже отпустили? — Драко взялся за бутылочку, прикоснувшись к руке девушки и продолжил держать. — Да, мне сказали, что уже все хорошо, — девушка смущалась, посмотрев на руки, — благодаря тебе. — Как Уизли? — кисть все еще на пузырьке. Они оба держали снадобье. — Все нормально, пришла в себя. Но ей очень больно, — опустила голову. — При круциатусе все мышцы напрягаются, ты когда-нибудь испытывала судорогу? — Да, — Гермиона удивилась познаниям Драко об ощущениях при круцио. Девушка была почти уверена, что Малфой чувствовал его на себе. — От этого заклятья судорога сковывает все мышцы, заставляя тело выгибаться дугой. Сейчас она чувствует остаточные явления, — объяснил парень. Наступила неловкая пауза. — Прости меня, Грейнджер. Гермиона посмотрела на слизеринца и не смогла забыть обиды. Гриффиндорка отпустила пузырек, высвободив руку и ушла в свою комнату. Что я, блять, еще должен сделать?! Драко замахнулся и разбил пузырек о стену.