Любовный треугольник

День рождения — наверняка самый лучший праздник на свете (после Рождества и Хэллоуина). Особенно, когда встречаешь его в кругу близких и друзей. Но, как известно, не бывает худа без добра. Это был дождливый летний день. Дари как обычно сидела у себя за магической книгой с пером в руках. Девушка так сильно задумалась над сюжетом, что даже не заметила, как выпала из реальности. — Эх, Марик! Любовь моя! Как же я хочу, чтоб ты был здесь! Ах! — повторяла Дари вслух, пожевывая перо точнее то, что от него осталось. Криза же занималась готовкой и потому сильно нервничала. Ее хорек украшал комнату, в которой планировалось праздновать. Все же какая-никакая, а помощь. — Как ты уже меня заколебала! Харе пускать слюни и стонать! Все перо уже изгрызла! И заканчивай с писаниной! Лучше помоги с украшениями Джелвире! — стали слышны крики из кухни. Синеволосая, заметив, что нет никакой реакции, пошла в комнату к имениннице. То, что предстало перед ее глазами, напоминало номер из одного юмористического телешоу. Дама сидела за столом, держала зубами подушку и продолжала писать, отделяя время на прочитанное предложение и вновь начиная издавать звуки, похожие на стоны. Прокричавшись, продолжала писать. Криза облокотилась об стену, скрестив руки на груди. Девушка продолжала смотреть на поведение своей подруги. — Ты сама выйдешь или тебя выгнать? — вдоволь насмотревшись на этот цирк, спросила Криза. Ответа не последовало. — Не хочешь по-хорошему, будет по-плохому. И-итак. Что ты тут накалякала? — Ты офигела? Положи книгу на место, — произнесла Дари. — Тебе что, жалко? Я одним глазком гляну и сразу же закрою. —… — Ты серьезно? Написала страницу и начала орать с постельной сцены?! — спросила синевласка. — Я — автор! Мои реакции бесценны! — ответила эта похотливая, уже 240-летняя бабушка. — О мой Сатана и его сыновья… — Взываешь к своему ухажеру? — крикнула Дари подруге, которая собралась выходить из комнаты. — Если ты не забыла, то я — атеистка. Я ни во что не верю. — Да-да-да. И в отношения тоже. — Относительно, — пожала Криза плечами. — И вообще, я позвала тебя, чтоб помогла украсить комнату. — Но ведь… — Ничего не знаю! Иди или не жди пиццы! — установив ультиматум имениннице, Криза вышла из комнаты с легкой ухмылочкой. — Ааргх… Для писательницы это было настоящим ударом. После "дружеского" разговора Дари все же вышла из своей сычевальни в гостиную. Там все сияло, и почти что пахло: на столе лежала белоснежная кружевная скатерть, которую Криза прикупила еще два года назад у мадам Ллот, на стене висела надпись "С днем мучений" что-что, а Кризанта умела постебаться, висели гирлянды из роз и лепестков. Чувствовался запах праздника. Знаете, такой перед Новым Годом бывает. Такой свежий, зимний. Только на этот раз — летний. Возможно, из-за дождя. Хорошенько осмотревшись, девушка поняла, что после приготовлений комнаты осталось много мусора. Она уже собиралась идти на кухню за тапиром для уборки, а что вы ожидали — пылесос или метлу? Ага. как появился Кризин хорек, за которым бежал "пылесос". Это наглое животное вскарабкалось на ошарашенную даму и стало шипеть на тапира. В конце концов Радайра схватила его за задние ноги и стала убирать весь мусор с комнаты. Ее питомец выполнял отличную пылесборную функцию. Насилие над животными? О чем вы говорите? Зверь был волшебным и сам проявлял инициативу. Впрочем как и его хозяйка — волшебная на всю голову. Джелвира спустилась с плеча на пол и стала рычать на не совсем юную леди. — Криза! Забери свое чудовище от меня! Оно же меня сожрет! — стала вопить именинница. Замученная танцовщица вышла из проема в кухню. — Еще бы на тебя не рычать! Ты ей на хвост наступила. Сделаешь еще раз — я тоже к ней присоединюсь. "Юная" леди соизволила поднять левую ногу, и, как оказалось, она действительно придавила ей хвост. Синевласка позвала к себе свое чадо, приговаривая "Бедненькая. Как тебя этот мамонт не задавил?".

Спустя несколько миллионов секунд

Девушки все расставили на столе, поставили стулья. Когда они заканчивали последние приготовления, к ним в дверь позвонили. — Минуточку! Сейчас открою! — крикнула Кризанта. Освежив цветы на столе, она побежала открывать дверь, а шатенка пошла переодеваться. Стала щелкать замочная скважина. — С днем рождения!!! — крикнули гости на лестничной площадке. — К сожалению, я не виновник, — сказала красавица-спортсменка, глядя на гостей с видом "вы что, дебилы?". — А Дари хоть дома? — спросила некая рогоносная барышня. — Дома. Побежала переодеваться, — пояснила синевласка. — Шумите, шумите. Нормальным людям спать не даете. Еще и наркоманов с проститутками позвали, — прокомментировала пожилая соседка, выглянувшая на балаган. — И вам добрый вечер, Лидия Гитлеровна. А вы свой будильник поставили на четыре часа утра? — спросила с желчью девушка в дверях. — А тебе зачем? — Как так? А как же вы будете в четыре громыхать кастрюлями? Это не дело. Кичливо приподняв нос, взметнув остатки бровей и скривив губы в тонкий, давно побелевший вареник, женщина предпочла скрыться. Синеволосая открыла дверь пошире, позволив пространству внутренности квартиры поглотить двух мужчин и девиц. Первое существо было одето в длинную серую мантию с капюшоном. Правда, сиреневые тапочки несколько разбавляли каноничный образ дементора ну такой стиль у человека, что поделать. Стиль преследования второго гостя. Вместо лица красовалась маска с улыбающейся рожицей. Ростом вышел долговязым, гордым, недосягаемым. Его настоящее имя никто не знал, кроме Дари. Сам же он называл себя Агентом. Второго джентльмена же звали Гиллом. Платиноволосый, сиренерубашечный, непонятно кто асексуальных взглядов держал два кейса с бумагами и планку доверия. Все время приговаривал про жену и ребенка и горячую любовь. Откуда это нечто появилось и почему продолжало жить с такими противоречиями знала также только Дари и его спутница. У спутницы ходячего антонима на голове росли маленькие рожки и лисьи ушки. И по характеру походила на маленькое ми-ми-мишное животное. Многие участники этой «секты» мужики и Дари тискали ее за щечки, тем самым умиляясь еще больше. Мари, так звали барышню, была одета удивительно серо, несмотря на яркую внешность. Длинноволосая названная сестра Радайры а кто же еще мог назваться главной Ведьмой в этом шабаше и быть второй по старшинству бабушкой, пытающейся молодиться? держала в руках огромную коробку. По грохоту можно было догадаться, что в ней кто-то сидел. И самым последним зашел самый настоящий, чистокровный, с самым немецким именем немец — Ира Адольф Мэдди. У этого великого человека тоже были ушки, но походили на бронячьи. Кожа, в отличие от остальных, имела сероватый оттенок. Эта женщина, по правде говоря, вселяет страх и появляется в кошмарах детей со словами: цензура вмешалась за нас Теперь, когда вы со всеми, наконец, познакомились, можно продолжить историю. — Und wo man hier Messer schärfen kann? — спросил немец. — Кухня в той стороне, — ответила синеволосая, указывая направление и лишний раз подтверждая свою скрытую личность, позволяющую, например, понимать немецкий. — Где же брат еврей? Опаздывать на свой день рождения — пик неуважения к самому себе, — возмутился Гилл. — Я кейсы оставлю тут. — К семи сорока успеет. А к вам у меня лишь один вопрос… Вы всегда ходите везде с этими бумажками? — поинтересовалась Криза. — Поверь, всегда и везде, — подтвердила догадку Мари, жуя молодильную шоколадку. В этот момент в комнату забежала Джелвира. — Ой, а кто это тут такой пушистый? — стала расспрашивать хорька Мари. — Это — Джелвира. Мой тебе совет — не суй ей пальцы или что-то в этом роде — отгрызет и мокрого места не оставит, — закончила свой совет синевласка. Все были поглощены своими увлечениями: Агент снимал видео, Гилл принимал бумажные ванны, Мэдди ушла точить ножи, Криза и Мари разговаривали насчет животных. Оказалось, у Мари есть крохотная шиншилла. И вот в комнату зашел виновник торжества. Главарь всей безумной тусовки был аодета в золотое платье из фольги от шоколадок Мари. С прической решила не мудрить — просто расчесалась. На остатках вчерашних редко мелькающих кудрей были заколоты невидимки и заколки с маленькими веточками. Каков олень эта грациозная лань! — Ну что, прошу проходить, — смущенно пробасила от волнения Радайра. — Дари, какая ты красивая! — взвизгнула Ведьма. — Гордыня является одним из смертных грехов, — язвительно напомнила Криза. На столе стояли и салаты, и шашлыки, и суши с роллами (их танцовщица просто обожает, хотя Дари и упорно ненавидит). Недалеко от стола также находилась культурно-необходимая выпивка. — Так, у кого-нибудь есть сушняк? — напрямую спросила Криза. Она встала из-за стола и пошла за бодряще-веселящим провиантом. Девушка взяла бутыль, содержимое которой напоминало вино, и разлила каждому из присутствующих. — Ну-с, кто первый будет желать пакости этому существу, что отвлек нас всех от дел? — спросила Криза. — Наверное, стоит начать с самого близкого, — предложил Агент. — Все на меня указывает. Ну, что же поделать? Красавица-комсомолка в Агигасе встала со стула и подошла к главарю. — Что я могу сказать этому человеку? С днем мучений, мой любимый и многоуважаемый друг. Желаю тебе терпения для всех нас (в большей степени на меня). Также, как сотруднику по писанине и рисовашкам, вдохновения. Одно огорчает — теперь ты все ближе и ближе к тому моменту, когда станешь старой и страшной. Как же мне будет обидно от того, что мой бро через сорок лет станет лихой бабкой, которая будет осуждать каждую девушку подъезда. А я все также буду молодой и красивой. Ну, хватит обо мне. С днем рождения, брат! — Криз, мне сейчас только двести сорок лет. А через сорок лет, как ты выразилась, мне будет всего лишь двести восемьдесят… — Я знаю. Не порть обстановку, — нежно прошипела Кризанта, чуть наклонившись к уху. — Пора бухнуть! — крикнула Ира вдруг на соблазнительном русском. И все сидящие стали чокаться бокалами. Осушив их до дна, принялись за шашлык. — Какое вкусное мясо. Это свинина или баранина? — поинтересовался Агент. — Это тесто. Его Криза приготовила, — Дари указала на подругу. Два неразлучных друга на мгновение вынырнули из бумаг: — Дорогая Пресвятая Рада, поздравляем тебя с девственн… Днем рождения! — помахал рукой полиромантик с цветочными штанами. — Помнится, ты очень давно мечтала кое о ком, — оперевшись о голову Морозной свежести Гилла, стала намекать Мари. — ВЫ НАШЛИ МАРКА?! — подскочила именинница. — Нет. Но мы дарим тебе кое-кого другого, — с этими словами оленяшка протянула большую коробку и трагически погибла в белоснежном потоке. — И что там? — успела крикнуть вслед Дари. — Пока не откроешь, не узнаешь, — послышалось уже где-то снизу. Радайра стала медленно открывать подарок. То, что находилось в коробке, очень обрадовало обладательницу. Внутри находился… — Он — милашка! Он даже лучше, чем Марк! — стала радоваться девица и кружиться со своим подарком в руках. Хотя на самом деле все знают, что нет ничего лучше Марка. Так, по крайней мере, считает Дари — Это она или он? Хотя, Криза разберется. Она спец по сюжетам. И таким делам. Синевласка, сидящая недалеко от действа, подавилась чудо-шашлыком. — Прошу прощения, не в то горло. — Я давно знал, что ты — Клэр Денсмор — усмехнулся Тайный Агент «Д». — Дари, поздравляю с днем рождения и все-все, что до меня пожелали, — прервала зарождающуюся неприязнь Адольф Ира с коробочкой в руках. А лежал в ней нож. Не просто нож, а охотничий. Имея такую вещицу, нигде пропасть нельзя. Хочешь — на рыбалке рыбу разделал, хочешь — на охоте, а хочешь — и маньяка прирезал… Вообще, Дари не пользовалась ножами. Категорически. Но немца обижать — себе дороже. — Ну раз все всё подарили и поздравили, то пора и поиграть, — объявила Криза. — Говорю сразу, у меня жена и ребенок, — булькнул платиновый. — Да не боись, обычная "Правда или действие". — Раз у меня день рождения, то начинаю я, — утвердила кудряшка. — И я начну… с Кризы. Криза, правда или действие? — Действие. —Я хочу, чтоб ты при всех выпила бензин, солярку, машинное масло, незамерзайку и кровь. — Я должна это все выпить в рюмках? — В литрах. С большим удовольствием, даже почти с блаженством, спортсменка в Агигасе принялась за напитки богов неадевата. — А она не умрет? — заволновался Агент. — Это ее обычный рацион. Иначе думаешь откуда у нее все эти фляги? Глянуть на такую экзотику вынырнула даже Мари. — Насколько она бессмертная? — спросила демонесса. — Она один раз спорила с кем-то. И проигравший должен был станцевать стриптиз перед деканом. — И? — Что "и"? Она проиграла. Но за это ей еще и медаль дали. — За что? — удивилась одноглазая художница по Гитлеровской линии. — Из-за ее танцев декан уволился. А его никто терпеть не мог. Вот и получила медаль "Герой Универа". Шоколадную, группа потом неделю ела… Славное было время. Тем временем неубиваемая дьявольская машина-киборг закончила употреблять свой любимый ужин. В комнате повисла гробовая тишина. После того, как спортсменка выпила, все стали чуть побаиваться. Мало ли, что у психа в голове. — Я выбираю Агента! — крикнула Синевласка. — Правда или действие? — Ну, я не знаю... — стал мешкать дементор. Неожиданно для всех, именинница и ее верный почти бухой и удивительно живой соратник исчезли. Просто пуф. И нет их. — Похоже мы перебухали, господа, — заявила Ира. — Это уж точно.