Весь его мир.

      - Учитель. Ты не можешь оставить меня на всю жизнь. Ты привязан ко мне, невидимой нитью , что насильно была прикована к твоей руке. Но даже если тебе это не по нраву, и возможно ты ненавидишь меня... Тем не менее, мое решение не изменить. И если ты попытаешься уйти от меня снова, я полностью подчиню тебя. *** Стоя позади него, ты только чувствовал, как сердце билось все быстрее и быстрее, казалось, оно собиралось вырваться из груди. Уши непрерывно гудели, до такой степени, что ты едва мог разобрать смысл сказанных слов. Казалось, что голос в глубине сердца безумно и отчаянно повторял: "Овладей, сделай Его полностью своим, сделай так, чтобы Он никогда больше не смог покинуть тебя! Это в твоей власти.” Ты медленно открыл глаза, частично находясь в трансе. Казалось, что ты видишь сон. В этом сне ты стал безумным и раскованным, сбросив все свои прежние ограничения, исполнив свои давние стремления к тому человеку, которого так жаждал. Нет, это было бы неправильно... в конце концов, это был всего лишь безумный сон. Ты столько терпел свои чувства в тишине все эти годы, из-за страха, что Учитель будет отдаляться от тебя. Теперь все было разрушено, и это так ужасно. Шэнь Цинцю видел чистую боль и мучения, с которыми он произнес эти слова, до такой степени, что Ло Бинхэ казался еще большей жертвой, чем он сам. - Это неправильно, так не должно быть, - бормочешь, прижимаясь ближе и крепче. Это был тип слепой, преданной веры, что-то похожее на веру в божество. «Нет. Беги от меня. Не надо так любяще обнимать. Я не тот, кто заслуживает этого!»  Весь его мир смотрит тепло и ласково, нежно. С любовью. Вызывая горькое чувство в районе груди. Пусть он и не мог до конца объяснить это, но сейчас он чувствовал неисправимую пропасть между ними. «Ты сводишь меня с ума»  Выражение Твоего любимого было очень сосредоточенным, в то время как его взгляд был мягким, и это вызвало спокойное и безмятежное чувство. Глаза, незаметно для него самого, засияли светом восходящего солнца. Заметивший это Бинхэ почувствовал, как вскипает его кровь. Он мог принадлежать только ему и только ему. «Не могу сдержаться»  Под таким давлением губы Шэнь Цинцю медленно изогнулись. Солнце, светившее сквозь листья, освещало его лицо, делая его красивую внешность размытой теплым светом. Этого было достаточно, чтобы дыхание остановилось, заставляя сердце бешено колотиться. Тем не менее, Ло Бинхэ почувствовал, как туман в его сердце рассеивается, а сердцебиение возвращается к норме. «Как же я желаю вкусить и поглотить тебя всего, обладать каждой твоей частичкой.»  Как бы отчаянно ты не пытался отвергать искушение, сжигающее тебя; борьба между разумом и инстинктами до смерти вскоре замучат всю твою суть.  Ты не в состоянии уменьшить горящее пламя как в сердце, так и в теле. Даже если бы ты заставил Его в конце концов возненавидеть тебя, ты бы не отпустил бы его. Никогда.