Шпионам и не снилось

— Нацу? Люси? А что это вы делаете?.. Две пары глаз в изумлённом ужасе уставились на обладательницу волос пепельного цвета, которая сейчас стояла и в замешательстве оглядывала согильдийцев. Тысячи картинок пронеслись в голове у Люси, пока она не заметила, что рука Нацу всё ещё держит её за талию. Приложив немало усилий, девушка сдвинула, кажется, застывшую конечность и освободилась от хватки. Она посмотрела на лицо парня, но не увидела его глаз — так удачно падало освещение, открывая её взгляду только нижнюю половину лица розововолосого. Ни одна чёрточка этой видимой половины не дёрнулась, губы так и застыли в привычной улыбке. Но вдруг один их уголок дёрнулся, потом задвигался более плавно и, наконец, рот открылся, позволяя звукам дойти до адресата: — Мы репетируем, — то спокойствие, с которым сказал это Драгнил, удивило Люси. Даже напугало. А когда драгонслеер взглянул на неё, девушку прошиб холодный пот. Эти глаза...они что-то замышляли. Кажется, ему даже было интересно вести игру, ходя по «острию ножа». Об этом говорили зелёные огоньки, бешено нарушающие покой серого цвета. Но больше ничего в лице Нацу не говорило о его замыслах. — Ведь так, Люси? — А-г-га...п-просто реп-пет-тировали...- заикаясь, поддакнула златовласка. Потом схватила Драгнила за руку и стала выполнять странные телодвижения. — Понял, Нацу? Эту руку надо сюда, а эту — туда. Натуральнее делай, а то никто тебе не поверит! Представляешь, Мира, вообще не знает, как девушек обнимать надо. Этот бедолага никогда не женится...- данный спецкурс она протараторила, нервно подёргивая конечностями. Да и бессовестная улыбка и фальшивый смех не внушали доверия. Глаза Мираджейн сузились. Что-то тут нечисто. Слишком уж ненатурально вела себя Хартфилия. Как будто её застали на месте преступления. А вот Нацу слишком спокоен. Опять косит под дурачка? Или таковым и является? Нет, однозначно не второе. Тогда что? «Неужели?..» Мира улыбнулась, делая вид, что поверила этой чепухе с тренировками. Пусть Драгнил и не подаёт виду, но его партнёрша, как говорится, спалила всю контору. Предыдущая сцена явно не предназначалась для чужих глаз. Но Люси брыкалась, и это наводило на раздумья. Надо хорошенько подумать на обратном пути в гильдию. — Ну, что ж, тренируйтесь дальше, — девушка махнула парочке ручкой. — Шоу уже скоро, не подведите. — Что это было? — скулы заклинательницы духов свело от напускной улыбки настолько, что было сложно вернуть лицу серьёзное выражение. После ухода Мираджейн, она ещё долго стояла и глупо улыбалась на всякий случай — вдруг та внезапно выскочит из-за угла. Или спрыгнет с ближайшей крыши — она может. — Она как-то странно себя вела... — Правильнее сказать, страшно. Да и ты не подкачал. Напугал меня до дрожи в коленках. Что ты задумал? — Кто, я? Да я никогда... — Когда, когда! Признайся ведь, что-то надумал, — Люси встала перед Нацу, расставив ноги и уперев руки в бока. Это зрелище могло напугать разве что хомячка. — Ну, только если что-то...- Драгнил выпучил нижнюю губу и приложил к ней указательный палец, смотря куда-то вдаль, — надумал, наверное. — И? — Кушать хочется. — Драгнил, мать твою! Хартфилия, словно фурия, накинулась на бедного юношу. Тот, бегая от неё, только заливался смехом, который оказался настолько заразным, что и сама «фурия» еле сдерживалась. Внезапно малиновые волосы исчезли из поля её зрения, но сразу же что-то тёплое обхватило запястье. Не успела Люси опомниться, как Нацу чмокнул её в нос, словно зная, как надо успокаивать разбушевавшихся женщин. — Пошли уже. Кстати, когда я пришёл к тебе днём, ты что-то готовила. Ужин? — в данный момент они шли, держась за руки. Блондинка так и не смогла унять разбушевавшийся румянец. Ответом на вопрос Драгнила был лёгкий кивок. — И что? — Жареная рыба. — О! Хеппи, наверное, заждался! — Хеппи! — Люси резко остановилась. Сейчас она напоминала фигуру с картины «Крик» Эдварда Мунка. Лицо её было таким же бледным и вытянутым, ладони сильно сжали щёки. — Он же всё сожрёт! — и, уже самостоятельно схватив руку напарника, Хартфилия понеслась к дому.

***

Утро следующего дня радовало безоблачным небом и тёплым ветерком. Люди с огромным удовольствием покидали свою обитель, чтобы насладиться чарующими моментами лета. В этот день в Магнолии началась ежегодная ярмарка, поэтому толпы народа заполонили улицы города. Но самое большое количество людей было, пожалуй, на площади. Там выступала кочующая театральная труппа. Самым интересным было то, что участниками представления были не только актёры, состоящие, кстати, ещё и из животных, но и сами зрители. Ни один человек не остался стоять в стороне. Все охотно включались в игру, поэтому на улице со всех сторон был слышан звонкий смех. Девушку, что прогулочным шагом шла мимо ярмарочным стендов, окружала толпа улыбок. Она также улыбалась им. Голубые глаза светились радостью и весельем. Посвистывая и пританцовывая, она вышла из скопления людей и только тогда поняла, что еле дышала. Она поправила свои короткие серебряные волосы и отправилась дальше. — Эх, как же хорошо вернуться домой! — Лисанна подняла руки и потянулась. — Здесь даже воздух другой, более родной. Проходя мимо одного дома, волшебница остановилась и взглянула в открытое окно. Оттуда доносились звуки криков. Но это не было похоже на ссору. Скорее на то, что участники данного процесса просто дурачатся. Из окна полетели перья. Ещё и подушки вмешанными оказались. Голоса, доносившиеся оттуда, свидетельствовали о том, что этим двоим людям (и, возможно, одному странному существу, напоминающему кота) действительно нравится жизнь, которой они живут. — Похоже, им весело. Девушка снова улыбнулась и пошла дальше. Больше не останавливаясь, через несколько минут она дошла до знакомых ворот. Снова втянула воздух. Довольно выдохнула. Вот он, родной дом. Когда Лисанна вошла в зал гильдии, все поприветствовали её радостными криками. Эльфман повис у неё на шее, больше не желая отпускать. Как-никак, сестры около месяца не было дома. Потом, когда все успокоились и принялись за свои дела, к девушке подошла сестра. Мира крепко обняла её, как и младший брат, не желая отпускать. Когда объятия закончились, они посмотрели друг другу в глаза. — Давно тебя не было, сестрёнка. — Да, Мира-нэ. Задание оказалось лёгким, но долгим. Но это стоило того вознаграждения. Зря Люси отказалась идти со мной — она смогла бы ещё полгода не платить за квартиру. Кстати, я проходила мимо её дома. Они с Нацу снова развлекаются. — Люси с Нацу? Хм...он что, ночует у неё? — Мираджейн приложила кулачок ко рту, задумавшись. Лисанна удивлённо склонила голову набок. — Что-то не так? — Да просто я тут видела...- старшая сестра склонилась к уху младшей и стала что-то увлечённо рассказывать. Вторая не менее заинтересованно слушала. Когда рассказ пошёл на убыль, Мира более громко заявила: — И, представляешь, они сказали, что репетировали! — Репетировали? Что именно? Ответом на вопрос Лисанны была протянутая ей розовая листовка. Девушка быстро пробежала глазами по чёрным буквам, после чего подняла взгляд, встретившись им с сестрой. Около минуты они стояли так, молча глядя друг другу в глаза. Потом младшая улыбнулась: — Мира, а ты, оказывается, коварная! Но, может, они действительно репетировали? — Невозможно! Ты бы видела лицо Люси, — Мираджейн хихикнула и прищурилась, отчего её щёки порозовели. Когда девушка снова открыла глаза, её взгляд стал твёрдым и суровым, а на лице не было ни намёка на несерьёзность. — Знаешь, Лис, мне кажется, что наш Нацу далеко не дурак. Он же тогда откровенно приставал к нашей бедной феечке! Я тебе говорю: он хищник, а она — его жертва. Заманит и съест. — Ну, ты шутница! — Лисанна звонко захохотала. Да чтобы Нацу — и хищник? Он же до жути неуклюж и замкнут в такого рода делах! Скорее Люси его поймает, чем он её съест. Хотя, они та ещё парочка. Думая об этом, девушка ничуть не ревновала. Во-первых, они с огненным драгонслеером всегда были просто друзьями, а во-вторых, у неё было предчувствие, что Хартфилия и Драгнил — идеальная пара. Череду продолжительного смеха прервала синеволосая девушка-дождь. Джубия плюхнулась на скамью и отсутствующим взглядом всматривалась в стол. В глазах окружающих она выглядела очень растерянно. Лисанна, наблюдающая за ней, весьма удивилась, когда Локсар не заметила, что села буквально за спину Грея. Тот возмущённо посмотрел на синеволосую девушку, но тут же отвернулся, следуя порывам гордости. «Чего это с ней?» — курс волшебницы перевоплощения лежал прямо к столу, который уже был чуть ли не прожжён взглядом девушки-дождя. Не забыв прихватить стакан охлаждающей жидкости, сестра Миры села перед Джубией и поставила стакан у той перед носом, привлекая её внимание. Задумка удалась — Локсар подняла глаза. — Джубия, что-то случилось? — сочувствующий и беспокоящийся взгляд Лисанны заставил Джубию заплакать от нахлынувших её чувств. — Лисанна-сан, я так расстроена! Синеволосая кинулась в объятия той, что сидела напротив неё, но, заметив преграду в виде стола, смиренно отступила и вернулась на нагретое место. — Я думала, что Грей-сама наконец-то ответил на мои чувства, ведь он был таким нежным и заботливым во время дождя, — после этих слов сидевший сзади Фуллбастер обильно покраснел, что не укрылось от взгляда сестры-сводницы. Та хитро улыбнулась, а Джубия продолжала: — а оказалось, что это был всего лишь сон! Как бы комично это не звучало, но маг льда поперхнулся кубиком льда, как раз проходящим полость его горла. Видеть усилия Грея не закашлять, ведь тогда он будет замечен, было выше сил серебряноволосой волшебницы. Она встала и подошла к Локсар, соучастливо потрепав подругу по плечу. — Не знаю, не знаю, Джубия. Но позавчера действительно шёл дождь, и Мира мне сказала, что уже несколько дней Грей ведёт себя странно. Слишком счастлив. Девушка-дождь открыла рот, но подруга приложила палец к губам, жестом говоря ей соблюдать молчание. Также беззвучно она развернулась и, махнув на прощание рукой, вышла из гильдии. Два волшебника, сидевшие почти спина к спине, углубились в думы. В их головах шёл ускоренный мыслительный процесс. Но всё крутилось вокруг одной вещи. «Так это был сон или нет?» «Чёрт, она подумала, что ей это всё приснилось...»

***

— Шарли, а какие парни тебе нравятся? — как и посоветовала Хартфилия, Хеппи сдавать обороты не собирался. — Мужественные и смелые, — ответ белой кошки был короток и прост. — Почему? Светлая шерсть покрылась смущённым румянцем. Причину озвучить она не могла никак. Это было бы слишком очевидно. Раньше мужским полом она не интересовалась в принципе. Ни сильными и смелыми, ни слабыми и трусливыми, представители данной половины иксидов не могли привлечь её внимание. Всю свою жизнь она посвящала только своей хозяйке. Полностью и без остатка. Но потом появился он. Такой пугливый и глупый. Сначала она вообще не воспринимала его как мужчину. Ребёнок, мальчик, не более. Но, когда он так мужественно прикрывал её, всегда оставляя за своей спиной, она смотрела на него другими глазами, полными восхищения. С тех пор она всегда следит за ним, пусть он и не знает. И никогда никто кроме него не сможет привлечь её внимание. — Шарли? — Отстань! — она всегда скрывала так своё смущение. Предстать перед ним в таком виде было для неё невозможным. — Ходишь за мной хвостом, — и, взмахнув хвостом, который у неё уже имелся, кошка быстрее ретировалась туда, где никто не увидит красноту на её щеках. — Шарли...- на момент самому Хеппи показалось, что он заплачет. Но он решительно тряхнул головой, забывая о том, что такое хандра. — Я не отступлю-у-у-у-пчхи!

***

Нацу решительно наступал на ошалевшую Люси. Она отступала всё дальше и дальше, пока её пятая точка не напоролась на острый угол комода. Потерев ушибленное место, девушка сделала попытку переместиться на другую половину комнаты, но была остановлена. Одно движение — и волшебница распласталась на кровати. Драгнил со зверским выражением лица продолжал подходить к ней. — Сладкая па-а-а-апчхи! — только влетев в окно комнаты, Хеппи развернулся в противоположном направлении. — Ну, не буду мешать. — Хеппи, подожди, ты куда? Не улетааай! — но взывания Хартфилии к коту оказались безуспешны. Он улетел, а шаловливые ручки одного умного хитрожопика уже тянулись к её груди. — Драгнил, не смей!