Американо с лимоном

Тор заходил в кофейню каждый день. Ему нравилась эта атмосфера творческих по большей части людей. Когда он вслух заметил это, Локи с улыбкой ответил: － Других не бывает. Каждый здесь немного сумасшедший и совершенно точно творческая личность. － И я? － Тор удивился такому мнению. － Да-да, и ты тоже. С того разговора прошло много времени, а Тор пока так и не разгадал в чем заключается его собственное сумасшествие. Одинсон всякий раз пробовал что-то новое, и пока не определился с окончательным выбором в своих предпочтениях. Особо ему понравился флэт-уайт, обязательно с корицей и без сахара. Тор просто не понимал как Локи удается добавлять идеальное количество корицы, а не как сам Одинсон, который, когда сам дома пытается сотворить что-то подобное, сыплет столько, что пить нельзя. Дома варил кофе для себя Тор в турке, и ему всегда казалось, что вполне сносно, но... наблюдения за работой профессионального бариста наглядно ему продемонстрировали что он ничтожество в этом мастерстве. В этот день Тор необычно для себя сел в уголке с большим блокнотом. Он на работе. Нужно было уже давно отредактировать написанную под первым впечатлением от этого заведения статью. Мужчина подошел к стойке, за которой стояли бариста и все же решил: － Американо, пожалуйста, － ему вспомнилось, что это любимый напиток Локи. Тот усмехнулся: － Сливки? Корица? Лимон? Сироп? － С лимоном, － журналист немного смутился как будто его застали за чем-то запрещенным или он ляпнул что-то не то вдруг. － Какая порция? Стандартная или побольше? － Побольше, пожалуй, － Тор расплатился и вернулся на свое место. Открыл исписанный, а временами и изрисованный блокнот, и стал вчитываться в собственные записи, стараясь быть как можно более объективным. Свою работу он очень любил и относился к ней со всей серьезностью. Понятное дело, что его текст будет на вычитке и его наверняка изменят до неузнаваемости, но прочесть самому как обычному читателю было свято. Он вчитывался в написанные строки, что-то правил время от времени. Хотелось чтобы статья вышла такой, чтобы затронула если не каждого, то многих. Вообще, иногда Тор думал, что стал бы писателем, если бы уже не был журналистом. Хотя, одно другому не мешает. Возможно когда-нибудь он сдасться своей фантазии и уж тогда напишет что-то большее чем статья. Он уже давно помышлял о чем-то таком масштабном на самом деле. Можно было даже сказать об Одинсоне, что он в какой-то мере был миражистом. Что это значит? Тор временами будто бы проживал другую жизнь, иногда представлял себя рыцарем, отважно сражающимся за своего сюзерена, иногда － одиноким путником, давным-давно ищущим свой дом, потерянный когда-то, но чаще Тор ощущал себя Богом, как бы это нескромно ни звучало. Бог грома и молний, славный воин... Но эта часть жизни его большой секрет. Наверняка над ним бы смеялись, если бы узнали, а гордый Громовержец такого простить и спустить безнаказанным бы не смог, не то, что Тор. Одинсон － добрейшей души человек пока не злить. Так что Тору пока приходилось довольствоваться лишь написанием статей, но он не жаловался, ничуть. Главное было лишь найти интересную тему, но с этим у него проблем никогда не возникало. Но тут же опять проблема! Как найти те самые слова, которые пробьют, прошибут даже самого толстокожего человека? Соожнейшая задача, которая, безусловно, стоит перед каждым автором. Локи подал Тору его американо, тот даже не сразу это заметил, так был увлечен работой. Ну, а что поделать? Нужно писать хорошо, а не так, как зачастую, особенно в спешке, получается. Когда первая серьезная правка и вычитка была закончена, Одинсон-таки попробовал уже успевший остыть кофе. Лимон давал приятную кислинку, а аромат так и дурил творческую голову... Он счастливо улыбался. Бариста кивком спросил как ему кофе. － Я приятно впечатлен, хотя уже и не думал, что ты можешь меня порадовать больше обычного. － Завтра лунго? － Боюсь. － Тогда попробуем "Ловец снов" － А что это? － Вот завтра и узнаешь.