Пока не кончилась ночь

Все уже были порядком пьяны, но расходиться никто и не думал. Застолье, ставшее одновременно и поминками по погибшим, и праздником в честь победы над Королём ночи и его армией, затянулось и конца-краю ему было не видно. Много речей было произнесено в этот вечер, много тостов выслушано, и еще больше кубков сладкого вина осушено в честь павших и выживших в бою. Она смертельно устала и ей давно пора было отправляться спать, но она не могла. Не могла отвести глаз от него и той девицы, которая явно намеревалась провести эту ночь в его постели. Санса сжала в руке кубок так, что побелели костяшки. Будь он не медным, а хрустальным - непременно разлетелся бы фонтаном сверкающих брызг, но она этого даже не замечала, продолжая пристально смотреть на то, как эта девка норовит прижаться грудью к его руке. Глаза Сансы стали почти чёрными от… Ревности? Как бы ни избегала она думать об этом, копаться в своих чувствах, но в те минуты ей отчаянно хотелось подойти и выплеснуть остатки вина в лицо этой шлюхе. Леди Винтерфелла была на грани и сдерживали её только воспитание и с детства привитые манеры. Все эти дни Санса старательно избегала встречи с ним, не знала, как смотреть ему в глаза. Не знала, что сказать ему, как вести себя… Ей казалось, что самообладание непременно покинет её и она застынет, как истукан, или же просто грохнется в обморок в его присутствии. Слишком часто за эти годы она думала о нём. Слишком многое их связывало. Слишком много горечи, боли, ужасных воспоминаний, которые преследовали её в кошмарах… Но, кроме кошмаров, он снился ей и в совершенно иных снах, при воспоминании о которых у неё потели ладони, а щёки пылали, как маки. В этот вечер она, наконец-то, набралась храбрости, чтобы подойти к нему, но опоздала... Девица снова наклонилась непозволительно близко и Санса уже было окончательно решила, что он сейчас поднимется и уйдёт вместе с ней, но Сандор внезапно рыкнул на свою собеседницу, да так громко, что та чуть ли не отпрыгнула назад, а затем убежала куда подальше от этого сумасшедшего. Санса изо всех сил старалась скрыть радость, но уголки губ всё же выдали её. Тень улыбки скользнула по лицу и, решив не давать больше шансов другим желающим попытать счастья, Санса сама подошла к столу и села напротив Сандора. Тот заметно напрягся. Он явно не ожидал увидеть её, а уж о том, чтобы она сама подсела к его столу, не могло быть и речи. Куда уж простому вояке с его уродливой харей заглядываться на самую красивую девушку Севера, а может, и всего Вестероса. - Она могла сделать тебя счастливым. На какое-то время, - сказала Санса, делая лёгкий кивок в ту сторону, куда удалилась девица. “Как же чудесно, что этого не произошло”, - пропело её сердце. - Только одно может сделать меня счастливым, - ответил Сандор. “Ты забыл еще и об убийстве Горы, думая о её голых ногах под юбкой”, - напомнил его разум. - И что же? - спросила Санса. - Не твоё дело, чтоб тебя! - рявкнул Сандор и грозно посмотрел ей в глаза, в тайне побаиваясь, что она прочла его мысли. Но она не испугалась. Она ответила на его взгляд открыто и прямо, и лишь искорки смеха плясали на самом дне её глаз. Нет, она больше его не боялась. - Когда-то ты не могла смотреть на меня, - проворчал Сандор. - Это было очень давно, - ответила Санса с лёгкой иронией в голосе. - С тех пор я повидала вещи намного хуже. Его шрамы уже давно не казались ей отталкивающими и Санса в очередной раз подумала, какой же глупой девчонкой она была когда-то. Она утешала себя лишь тем, что была тогда еще совсем ребёнком, а оценить Сандора как мужчину могла только женщина. И женщиной она была теперь. Сандор сказал: - Да, я слышал. Тебя взяли силой. И взяли силой жестоко. Он ненавидел себя за эти слова, но извечная его тяга сказануть что-нибудь этакое, что-нибудь обидное, побольнее ужалить словами, вызвать к себе ненависть и злость, а в ответ выплеснуть свою, ту, которой хватило бы на целый мир. Долбаная привычка озлобленного цепного пса. Сколько бы лет ни прошло, а она всё еще была при нём. Видимо, с ним и подохнет. - И он получил по заслугам, - спокойно ответила Санса, но в голосе её сквозила горечь, смешанная с гордостью. - Я воздала ему должное. Воспоминания о Рамси острым зазубренным лезвием царапнули по сердцу, но оно уже было покрыто толстой бронёй. Больше не голое и беззащитное. Больше нет. - Как? - спросил Сандор. - Псы, - просто ответила Санса, но её интонация, её глаза сказали намного больше: “Когда-то давно меня защищал только Пёс. Только ты, Сандор. Спасибо тебе. И в память об этом я выбрала именно псов орудием своей мести.” Он всё понял и рассмеялся. Санса рассмеялась тоже. У них это было впервые - искренний смех, понимающие взгляды, тёплые улыбки. Её улыбку он не променял бы и на тысячу ночей с лучшими шлюхами Вестероса. - Ты изменилась, Пташка, - сказал Сандор и отхлебнул вина из кубка. Глаза Сансы наполнились грустью и она отвела взгляд. Лицо Сандора вдруг стало серьезным. Он посмотрел на неё и сказал: - Ничего бы этого не было, убеги ты из Гавани со мной. Ни Мизинца, ни Рамси. Ничего. Он сказал одно, но Санса услышала в его словах другое: “Мне так жаль тебя, девочка. Это всё моя вина. Я не смог уберечь тебя. Прости.” Она протянула руку, положила свою ладонь на его огромную лапу, нежно провела большим пальцем по его коже и сказала: - Без Мизинца, Рамси и остальных я бы всю жизнь оставалась Пташкой. Сандор посмотрел на неё исподлобья. Её губы говорили одно, но глаза совершенно иное: “Я знаю, ты винишь себя. Не надо. Твоей вины здесь нет. Всё к лучшему. В итоге всё обернулось к лучшему… Теперь я большая девочка. И больше ты мне не нужен.” Санса убрала руку и поднялась из-за стола. Ей не хотелось уходить и оставлять его здесь одного, но и продолжать разговор на виду у всех не хотелось тоже... Конечно, пригласить его к себе в комнату открыто она не могла, это прозвучало бы уж слишком неприлично, а настоящей леди не подобает так вести себя. Поэтому она постаралась сделать всё, чтобы он понял её намек. Она пристально посмотрела в глаза Сандору и чуть заметно облизнула губы. А потом она ушла. Сандор растерянно смотрел ей вслед. Правильно ли он её понял? А что если… Что если не это она хотела сказать? А то, что она теперь большая девочка и… И кто, пекло её раздери, так делает! Кто так смотрит на мужика и проводит своим чёртовым розовым языком по губам, так что бриджи в миг становятся тесными и сердце начинает бухать в груди набатом! Уж ясен хрен не тот, кто хочет сказать “Ты больше мне не нужен!” А очень даже наоборот! Та шлюха прижималась своими сиськами не так развратно и откровенно, как чёртова рыжая девчонка Старк смотрела на него, облизывая свои чертовы губы! Еще и за руку его держала и даже, пекло её раздери совсем, гладила! Да-да, это уж он знал точно, ему не причудилось спьяну! Нет, он не мог оставить это дело вот так! Надо было пойти к ней и всё выяснить! Сандор не понимал толком, сам ли он принял это решение, или пять кувшинов вина, выпитых тем вечером, решили всё за него, но, прихватив последний, шестой, который был еще не допит, он отправился на поиски покоев Леди, мать его растак, Винтерфелла. Абсолютно все, кто попадался ему на пути, были либо пьяны в стельку, либо на грани того, чтобы допиться до этого благостного состояния. Ухватив за руку какую-то дворовую девку, Сандор как можно более спокойным и миролюбивым тоном поинтересовался, в какой стороне комната Леди Старк. Он немного струхнул, что служанка тут же поднимет визг и оповестит всю округу, куда собрался этот нечёсаный урод, и тогда дело немного осложнится, но та лишь махнула рукой в сторону восточного крыла замка и в двух словах объяснила, куда пройти и где свернуть. Не тратя времени на благодарности, Сандор направился, куда было сказано.

***

Вернувшись в свою комнату, Санса неторопливо зажгла несколько свечей, расставила их у прикроватного столика и на комоде, а затем сняла свою меховую накидку, сапожки и тёплые чулки. Она сунула ноги в меховые башмачки, которые носила исключительно в своей комнате, не выходя в них на улицу, и принялась растапливать камин пожарче. Поленья уже почти совсем прогорели и Санса добавила несколько новых. Сидя у камина и глядя на огонь, она подумала, насколько же это прекрасное зрелище… И в то же время ужасное. Огонь, казавшийся таким ласковым, согревающим и уютным выжег душу Сандора Клигана, сделал из него ужасного Пса, нагонявшего жуть на придворных, да и на всех обитателей Королевской Гавани. Но всё равно, спалить всё дотла у огня не вышло. На самом деле, души, доброты и благородства в этом человеке было больше, чем во всех тех сказочных рыцарях, о которых Сансе рассказывала её нянька в далёком детстве. Когда Санса увидела Сандора впервые, она была без ума от красавчика Джоффри, а Пса считала жутким уродом. Если бы кто-то сказал ей тогда, она ни за что не поверила бы, что через несколько лет она будет считать Джоффри самым мерзким отродьем преисподней, когда-либо рождённым женщиной, а того самого уродливого Пса - самым лучшим, самым достойным и... самым желанным мужчиной… И даже на их немалую разницу в возрасте ей будет абсолютно наплевать. От размышлений её отвлёк стук в дверь. Негромкий, но решительный. Это мог быть только один человек, и сердце взволнованно забилось в груди, словно птичка в клетке. Она отперла засов и открыла дверь, мгновенно встретившись глазами со взглядом Сандора. В руках у него был кувшин с вином. - Вы решили не допивать в одиночестве, милорд? - стараясь казаться спокойной и серьезной спросила Санса. - Нет. То есть, да. То есть… Во что налить найдётся? А то я не взял ничего, - пробормотал Сандор, входя в комнату. То, что она не была против его визита, он понял сразу. Дверь она распахнула широко и не стала говорить, что очень устала и время для визита неподходящее. Нет. Она будто бы ждала его. А может, в самом деле ждала… - Найдётся, - ответила Санса, запирая дверь на засов. Эта небольшая деталь не ускользнула от внимания Сандора и он окончательно уверился, что ему не показалось. Всё было именно так: Санса Старк хотела его общества. Она, тем временем, взяла с каминной полки два кубка и жестом пригласила его присаживаться на кровать. Больше сидеть было негде. Стул в комнате был всего один и стоял у небольшого столика с зеркалом. Ничего, похожего на кушетку или диван в комнате Сансы не было, так как гостей она предпочитала принимать в других комнатах, а лишнюю мебель не любила. Сандор ничего не сказал и уселся на постель, устланную меховым покрывалом. Санса присела рядом. Он тут же разлил вино по кубкам и предложил выпить за их встречу. Всё же, как-никак, а это было событие. Слишком многие погибли за все те годы, что они провели вдали друг от друга, и было настоящим чудом, что они двое выжили и встретились. За это действительно стоило выпить. Санса осушила свой кубок до дна. Сандор наблюдал за тем, как она глотает вино с интересом и даже восхищением. Вот чертовка! Научилась пить вино, как воду, надо же. Хотя, учитывая всё, что ей выпало пережить, сделать это без доброго глотка вина было бы уж вовсе невыносимо… Сандор тяжко вздохнул и опрокинул кубок в глотку, стараясь заглушить эти мрачные мысли о том, что те мерзкие выродки делали с Пташкой. С его Пташкой… Его горестный вздох не укрылся от внимания Сансы и она пристально посмотрела на Сандора. - Арья сказала, вы спасли её, - сказала она, чтобы как-то нарушить молчание. - Ага, спас, - усмехнулся Сандор своей кривой, полной сарказма ухмылкой. - После того, как она спасла меня, а потом она спасла нас всех, если ты не забыла. Так что, моя заслуга здесь невелика. - Насколько я помню, ваши заслуги всегда были “не велики”, однако же именно благодаря вам жива я и моя сестра тоже. Сандор посмотрел ей в глаза и увидел там столько доброты и… нежности? И всё это… ему? Нутро его тут же взорвалось, раздираемое противоречивыми желаниями. С одной стороны ему до одури хотелось сгрести её в охапку, завалить на постель и как можно быстрее и глубже засунуть свой язык в её убийственный, влажный рот, а с другой, по старой своей привычке, хотелось злобно расхохотаться ей в лицо и рявкнуть что-нибудь понепристойнее, чтобы знала, как на него смотреть вот такими вот глазами, мать её! В итоге, выбрал он нечто среднее. Чуть наклонившись к Сансе, он глянул на неё исподлобья и ехидно поинтересовался: - Так что, крошка, хочешь меня отблагодарить? Он сам не знал, чего ожидал в ответ. Пощечину? Или она выплеснет остатки вина ему в харю? Или процедит что-нибудь холодное и резкое, что-то вроде: “Убирайся немедля из моей комнаты, мерзкая тварь!” Санса встала с постели и Сандор решил, что вот сейчас она точно откроет дверь и укажет ему на выход. Оттого он и растерялся так сильно, когда она вдруг уселась ему на колени и обхватила обеими руками его шею. Её лицо оказалось так близко, что их дыхание смешалось и, не отдавая себе в этом отчёта, он жадно втянул ноздрями сладкий аромат её волос и кожи. Глаза его расширились от удивления и Сандор уставился в глаза Сансы, пытаясь понять, чего она добивается. Хотя… Решила посмеяться над ним, чёртова девка! Санса перевела взгляд на его шрамы и нежно погладила их, а затем прошептала: - Сандор, я ведь уже не та глупая девица, которую можно испугать так просто. Можешь рычать, можешь строить грозные гримасы и даже делать вид, что собираешься меня ударить. Мне плевать. И, не дав ему ответить, она легко прикоснулась губами к его шрамам. А потом еще раз, и еще… Мысли в голове у Сандора спутались окончательно. Он уже не понимал, что происходит, а рыжая чертовка не давала ему времени опомниться. Сперва она бесцеремонно уселась ему на колени, потом назвала по имени, чего никогда раньше не делала, а теперь… Жадно целуя его лицо, она добралась, наконец, до губ и приникла к ним долгим, страстным поцелуем, одновременно притягивая его к себе и не давая отстраниться. Его реакция на эти ласки не заставила себя ждать: низ живота мгновенно залило жаром и всё напряглось, затвердело и запульсировало. Сандор сидел ошарашенный и растерянный, до тех пор, пока она не отстранилась от него сама, вопросительно глядя ему в глаза. - Ты так и будешь сидеть, будто каменный? Или, может, я больше не в твоём вкусе? - сказала она насмешливо. Нет. Нет. Всё это было неправильно. Он это знал абсолютно точно. Не должно всё быть вот так… Ведь она же всегда была его мечтой… Всем тем, что он так отчаянно желал, но никогда не мог заполучить. Она была всем светлым и чистым, что было в его грязной, никчемной жизни и что теперь? Просто трахнуть её, как дворовую девку, просто утолить похоть и… Что дальше? Забыть? Сделать вид, что не было ничего? Уехать из Винтерфелла навсегда и больше никогда не встречаться? Нет, это было невозможно. Немыслимо. Нет. И Сандор убрал её руки со своей шеи и лица. Затем аккуратно пересадил её со своих коленей на постель и встал. Да, в бриджах было невыносимо тесно, но это ничего не значило. Санса смотрела на него растерянно, а он не знал, что сказать. Как объяснить это всё. Что на самом деле он хочет, отчаянно хочет быть с ней, но не так… Грязно и пошло. Не так… А как? Понимая, что дальше тянуть невозможно, он просто молча повернулся и направился к выходу. - Ну и уходи! - с обидой в голосе закричала Санса ему вслед. - Убирайся в пекло! Ты мне не нужен! И никогда не был нужен! Слышишь?! Никогда! Сандор молча дошёл до двери, отпер засов и вышел, не оглядываясь.

***

Санса так и осталась сидеть, совершенно растерявшись от произошедшего. И что ей было думать? Как объяснить это всё? Он в самом деле её не хотел? Отверг её, как ту шлюху, что прижималась к нему во время застолья? Нет, это просто невозможно. Краска стыда залила щеки девушки и она приложила к ним прохладные ладони, пытаясь как-то унять бешено бьющееся сердце. Что она наделала… Выставила себя на посмешище. Теперь он разочарован в ней, думает, что она потеряла остатки чести и готова раздвигать ноги по первому своему порыву и перед кем угодно. Но это было не так! Как же он этого не понимал! Она просто… внезапно поняла, что это, скорее всего, была их единственная ночь вместе. Впереди их обоих ждала неизвестность. Война с Серсеей не сулила ничего хорошего никому из них и уверенности в завтрашнем дне у Сансы не было. Была только эта ночь, которую она хотела провести с ним. С тем, о ком мечтала так долго, кто столько раз ей снился, и чей образ был бережно храним в её памяти все эти годы... Она сгорбилась, уткнувшись лицом в ладони и пыталась сдерживать слёзы обиды и злости на саму себя, но те упрямо проступали и просачивались сквозь пальцы. Внезапно в дверь снова постучали, на этот раз громко и резко, а затем она распахнулась. Видимо, ответа с той стороны решили не дожидаться. Санса радостно привстала с кровати, ожидая увидеть Сандора, который вернулся, который всё понял и… И увидела двух совершенно незнакомых мужчин, которые были порядком пьяны и нетвёрдо стояли на ногах. Глаза их блестели недобрым блеском. - А к-кто тут у нас? - спросил один из них, едва ворочая языком. - Гляди-ка, Джо, у нас тут к-красотка! А не это ли мы с тобой искали так долго? Свободную комнату и гор-рячую девчонку на всю ночь! А?! Второй мужчина громкой икнул и одобрительно закивал, полностью соглашаясь с приятелем. На мгновение Санса растерялась. Мужчин этих она не знала, в Винтерфелле их никогда не видела, но ведь должны же они знать, кто она такая… Собрав волю в кулак, Санса встала, гордо выпрямив спину и сказала ледяным тоном: - Я - Санса Старк! Леди Винтерфелла! Сестра короля Севера! Убирайтесь отсюда немедленно, если не хотите неприятностей! Ответом ей был заливистый смех обоих её гостей. Видимо, они были слишком пьяны, чтобы отдавать себе отчёт в своих действиях. - Да нам насрать! - ответил тот, которого приятель называл Джо. - Будь ты хоть сама Серсея! Ну-ка, иди сюда, порадуй уставших вояк после тяжкой битвы! И оба они стали надвигаться на Сансу, расставив руки, чтобы она не вздумала проскочить мимо них к двери и сбежать. Санса схватила со столика свой кубок. Больше ничего, более или менее подходящего для самообороны не было. Шансы её были невелики и она это прекрасно понимала, но сдаваться без боя тоже не собиралась. Кричать было бесполезно. Комнаты Арьи и Джона были в другом крыле, да и не было никакой уверенности, что они были там, и что кто-то вообще услышит её. Мужчины подступили уже совсем близко и Санса занесла руку с кубком для удара, целясь в голову тому, кто находился ближе к ней, но внезапно оба они поднялись в воздух и ошалело вытаращили глаза от неожиданности. Санса подняла глаза и увидела, что позади них стоит Сандор, держа их обоих на шиворот. Он хорошенечко встряхнул подонков и со всей силы приложил их лбами друг к другу. От удара оба они тут же вырубились. - Так что, Пташка, - усмехнулся Пёс. - Я тебе больше не нужен, или, всё же, еще пригожусь?

***

Выйдя из комнаты Сансы, Сандор направился вниз, в надежде раздобыть ещё вина и упиться, ужраться в хлам, до полнейшего беспамятства, ужраться так, чтобы башка еще неделю была как валун и мысли о том, что произошло, не лезли бы и не отравляли ему нутро. Так он шагал, исполненный решимости, но, чем дальше он удалялся от её покоев, тем отчётливее понимал, что это был его последний и единственный шанс, и он только что упустил его из-за своей собственной тупости. Как, ну как можно быть таким кретином?! Да, пусть бы она отдалась ему без чувств и просто, чтобы утолить свою похоть - ну и что с того? Могло ли у него с ней быть иначе? Конечно, нет. Так к чему вот эти все его терзания и угрызения?! Бери, что дают, и будь доволен - этим принципом он руководствовался всегда, так что же случилось теперь? Отупел вкрай от вина и ужаса, перенесённого во время битвы? Так и подохнешь старой, облезлой, никому не нужной псиной, и даже вспомнить перед смертью будет нечего. Вернее, будет, что вспомнить: как самая красивая и желанная женщина в мире выбрала тебя, а ты сам всё испоганил! От досады, Сандор скрипнул зубами и резко развернулся в обратном направлении. Еще не поздно. Пока эта ночь не кончилась, еще можно попытаться всё исправить. Дверь в её комнату почему-то была приоткрыта. Ведь он же закрывал её. Он точно помнил, что закрывал. На душе вдруг стало тревожно и нехорошие предчувствия заставили его войти внутрь почти бегом. Что там происходило он понял сразу и без лишних слов пересёк комнату, ухватил каких-то двух мужиков за шиворот и крепко стукнул лбами. Пташка стояла у кровати, решительно занеся свою ручонку с кубком для удара. Это было смешно, но так трогательно… что он тут же сказал как можно более язвительно: - Так что, Пташка, я тебе больше не нужен, или, всё же, еще пригожусь? Санса выдохнула и опустила руку. - Сандор... - Погоди, - прервал он её. - Сейчас отволоку этих подальше отсюда. Потом поговорим. Он вытащил ублюдков во двор и уложил на деревянный настил под навесом. Пусть в себя придут, проспятся. Очень хотелось их прикончить, но людей для войны с Серсеей и так почти не осталось, так пусть уж лучше сдохнут в бою. Когда он вернулся, дверь всё так же была приоткрыта. Видимо, Санса решила её не закрывать, чтобы он вошёл без стука и лишних церемоний. - Ты совсем сдурела, глупая девчонка?! - накинулся на неё Сандор с порога. - Жизнь тебя хоть чему-нибудь учит? Я только что выволок отсюда двух не в меру пылких любовничков, так ты, дьявол тебя дери, решила не запирать дверь, авось еще кто заглянет на огонёк? Он бы и дальше поливал её потоком брани, не зная, что сказать и с чего начать объяснение, зачем он вообще вернулся, если бы она дала ему это сделать. Но она не дала. Санса молча подошла к нему, положила обе руки ему на плечи и просто сказала: - Если ты сейчас же не заткнёшься и меня не поцелуешь, я не знаю, что я с тобой сделаю. Всё, что она хотела бы ему сказать, объяснить своё поведение, разуверить его, что она вовсе не стала доступной девицей за годы их разлуки - всё выветрилось у неё из головы и все слова показались такими пустыми, глупыми и ненужными… В особенности после того, что только что произошло. Вернее, могло произойти, если бы не Сандор. Он спас её. Снова. С ним рядом она чувствовала себя в полнейшей безопасности. Кто-то когда-то сказал ей, что любящее сердце всегда найдёт оправдания для любимого человека, а для сердца равнодушного все доводы будут недостаточно убедительными. Так стоило ли тратить время на пустую болтовню… Сандор замолчал. Затем обхватил её, прижал к себе покрепче и поцеловал. Он тоже забыл все свои сомнения и страхи, все свои “мудрые” рассуждения и всё, что он считал правильным и неправильным… Всё это казалось ему теперь такой безумной чушью, когда она, его девочка, практически повисла у него на шее и жадно принимала его поцелуи, и прижималась всё теснее, и тихонько постанывала, в ответ на его шумное сопение и довольное, утробное рычание. Да, на знатного лорда он не был похож и манеры его, особенно сейчас, напоминали больше одичалых, он весь горел от желания, он неистово хотел её, и Санса это чувствовала, ощущала каждой клеточкой своего тела. Сама она пылала, казалось, еще сильнее и дойти до постели у неё просто не было сил. Ноги подкашивались, голова кружилась и вся кровь будто прилила к губам. Поцелуи Сандора были совершенно не такими, какие когда-либо бывали в её жизни. Прежде она никогда не целовала никого с такой густой растительностью на лице и была твёрдо убеждена, что всё это будет помехой и никакого удовольствия от такого поцелуя не будет вовсе, но как же она ошибалась. Жесткие и напористые губы Сандора на её нежных девичьих губах дарили ей такие ощущения, о каких она и не подозревала, не знала даже, что так вообще бывает. Слащавые лобызания Джоффри или мерзкие, похожие на змеиные укусы поцелуи Рамси казались теперь бледной пародией на настоящий, жаркий, искренний и страстный поцелуй. Такой, каким он и должен быть, и таким он может быть только с Сандором. Никого другого для неё теперь просто не было. Почувствовав, что Пташка еле стоит на ногах, Сандор легко подхватил её и отнёс на кровать. Сил на то, чтобы раздеться самому и снять платье с неё, у него не было. В паху всё пылало и ныло так, что, казалось, готово было вот-вот разорваться от неутолённого желания. И эту жажду могла утолить только она, Санса. Потому он и не пошёл с той маленькой шлюшкой, которая так настойчиво клеилась к нему. А толку было с ней идти? Всё равно, что умирающему в пустыне подать кувшин с водой, а на деле там оказался бы песок… Сандор уложил её на спину и улёгся сверху, стараясь, правда, не наваливаться всем телом, чтобы не раздавить, ведь она была такая тонкая и хрупкая в сравнении с ним. Санса тут же притянула его к себе и продолжила жарко целовать, одновременно обхватив его зад ногами. Юбка задралась сама собой и от пташкиных голых ног, от запаха её желания у Сандора окончательно снесло крышу, а когда Санса задвигала бёдрами, продолжая целовать его и постанывать, он уже не смог больше сдерживаться. Глаза его налились тьмой и, зарычав, как зверь, Сандор приподнялся и торопливо развязал завязки бриджей, высвободив горячий, пульсирующий член. Он рывком задрал юбки Сансы еще выше и, стараясь делать это как можно более осторожно, чтобы не сделать ей больно своими огрубевшими от меча пальцами, погладил нежное девичье лоно. Оно истекало влагой, как спелый персик источающий сладкий, густой сок. Из груди Сансы вырвался сдавленный стон и Сандор не стал больше медлить, он взял в руку свой член, поводил головкой по её влаге, чтобы смазать, и направил к её входу, стараясь двигаться медленно и неторопливо. Однако, его неспешность Сансу явно не устраивала, она была так возбуждена и так неистово желала заполучить его всего и без остатка, что сама подалась бёдрами ему навстречу, не обращая внимания на немного болезненные ощущения, вызванные его недюжинными размерами. Первая боль быстро прошла и их тела задвигались в вечном танце любви, то отдаляясь, то снова спеша навстречу друг другу. От невероятных ощущений на глазах у Сансы выступили слёзы и она уже не понимала, что больше не целует Сандора, а страстно покусывает его шею, лицо, губы… - Ого, волчица показала зубки, - полурыча, полусмеясь сказал Сандор, ни на секунду не прерывая движение бёдрами. - Тебе… больно? - с трудом выдохнула Санса, пытаясь собраться с мыслями, чтобы понять, о чём он говорит. - Мне нравится... продолжай, - так же с трудом выдохнул Сандор, прикусывая нежную кожу на её шее. Сансе это понравилось настолько, что она тут же вцепилась руками ему в волосы и потребовала, чтобы он кусал её еще и еще… Надолго их не хватило. Всё это было так бурно, так остро и необычно для них обоих, что кончили они почти одновременно. Санса первая ощутила сладкие судороги, сводившие низ живота и всё тело, а затем и Сандор почувствовал, что разрядка совсем близка. Он хотел было выйти из неё, чтобы пролить семя на постель, но она не дала ему сделать это. Санса крепко держала его ногами, и ему ничего не оставалось, как исторгнуть горячую струю в её лоно. Это принесло ему такое наслаждение, о котором он и помыслить не мог. К нему внезапно пришло осознание полного и безраздельного обладания самым желанным существом в его жизни. В голове у Сандора промелькнула мысль, что, если бы он отправился в пекло прямо сейчас - то, не смотря ни на что, был бы самым счастливым человеком на свете. В том, что ему уготовано место в преисподней он не сомневался никогда, но вот на то, что ему суждено познать рай, не смел и надеяться. Так они и лежали, обнявшись и медленно приходя в себя. Спустя какое-то время, Сандор приподнялся, заглянул в глаза Сансы и охрипшим от желания голосом спросил: - Как насчет раздеться и повторить? - Только на этот раз медленно и долго, - ответила она, довольно улыбаясь от предвкушения продолжения ночи, ведь до рассвета было еще так далеко…

***

Сандор выехал из Винтерфелла рано утром. Спустя три дня после их с Пташкой первой ночи. Все последующие ночи, а также дни они провели в постели, выбираясь оттуда лишь за едой, да Сансе пришлось поучаствовать в нескольких советах, касаемо дальнейших планов ведения войны против Серсеи. Все вокруг были настолько заняты своими собственными делами, что никто и не заметил, что Леди Винтерфелла почти не показывалась из своих покоев, а Пёс и вовсе куда-то запропал. Она сказала, что с ним наконец-то узнала, каково это - отдаваться человеку, которого желаешь так же сильно, как и он тебя. Она сказала, что это были три самых прекрасных дня и ночи в её жизни. Она сказала, что будет ждать его в Винтерфелле, и он непременно должен вернуться к ней, когда уладит все свои дела в Королевской Гавани, ведь иначе, кто знает, а вдруг их маленькому щенку придется расти без отца… При мысли о том, что она может быть беременна, он чуть не повернул обратно. Месть брату гнала его на Юг. Сердце его хотело остаться на Севере. Санса знала, конечно, знала, зачем он едет, и сказала в минуты очередных сомнений, что он непременно должен закончить всё это. Закончить и забыть. Она понимала: простить брата он не сможет. А после… После они наконец-то смогут быть вместе. Каким образом? Она - дочь лорда и Хранительница Севера и он - безродный пёс? Кто знает, ведь даже бастард Джендри заделался вмиг лордом Штормового Предела, так чем чёрт не шутит… Как-нибудь всё уладится и для них, лишь бы они оба остались живы… Конь под Сандором ступал по снегу неспешным шагом, сам он погрузился в свои мысли, когда внезапно неподалёку показался еще один всадник. - Ты один? - спросила Арья Старк, приближаясь к Сандору. Да чтоб тебя семеро побрали. Твою ж мать… - Теперь нет, - ответил Сандор недовольно. - Не люблю толпы. - Я тоже, - ответила Арья. - Это почему? Они все тебя любят. Ты стала героиней. - Не люблю героев. Они помолчали. Затем Сандор спросил: - Наверное, приятно было всадить нож в рогатого урода? - Приятнее, чем умирать, - коротко ответила Арья. Немного помолчав, она спросила: - Ты едешь в столицу? - Да. Незаконченные дела, - ответил Сандор, не желая распространяться о цели своей поездки. - У меня тоже, - в тон ему сказала Арья. - Я не собираюсь возвращаться, - заявил Сандор, сам не зная, зачем. Ему вдруг показалось, у него на лбу красным написано, что это была самая жалкая ложь на свете. - Я тоже, - ответила Арья. Вечером накануне Санса всё рассказала сестре. Рассказала о ней и о Псе, и о том, что они хотят быть вместе… После того, как он вернётся из столицы. А еще она попросила Арью присмотреть за ним и помочь, если помощь ему понадобится. В способностях и возможностях младшей дочери Старков сомнений не было уже ни у кого, так кому же еще Санса могла поручить эту миссию, если не ей. Что ж, дорога в столицу неблизкая и кто знает, что может произойти. Возможно, помощь понадобится ему в пути, а возможно, и в самой столице… Арья прекрасно знала, зачем Пёс отправился туда. Он не хочет ей говорить - ну и пусть. Она тоже многого ему не сказала и не скажет никогда. Её долг - защитить самое ценное, что было у неё в жизни - её семью. А значит, помочь Сансе и выполнить её просьбу. А значит, убедиться в том, что Пёс вернётся в Винтерфелл целым и невредимым. И она, Арья Старк, намерена выполнить свой долг с честью. - Снова бросишь меня умирать, если ранят? - спросил Пёс. - Возможно, - ответила Арья и едва заметно улыбнулась.