Зависимый

      — Черт подери, НЕТ! — Баки ударил кулаком по столу.       — Да почему ты так яростно сопротивляешься?! — искренне недоумевала Наташа. — Это всего лишь поцелуй! И, причем, просто репетиция!       — Я не согласен! — продолжал стоять на своем Барнс. Весь его вид говорил, что отказываться от своего прежнего мнения он не собирается, но Наташа не была бы собой, если бы сейчас сдалась.       — Почему? Потому что это Стив? Ну, давай тогда буду я вместо него! Иди сюда.       — Я вообще-то все еще здесь, — немного сконфуженно подал голос молчавший до этого Стив. — Имею ли я право голоса?       — Валяй, — Барнс махнул рукой, немного успокоившись. В душе он понимал, что это решение — единственно верное, но все равно не желал так просто соглашаться.       Роджерс прокашлялся и подвинулся немного ближе к другу.       — Я, конечно, не горю желанием проворачивать все это перед твоими родителями, тем более, что они хорошо знают меня, но… Бак, так ведь будет лучше для тебя. Тебя никто не будет доставать, если нам поверят, и…       Баки не дал ему договорить. Зло сверкнув глазами, он подался вперед, схватил Стива за рубашку, дернул на себя и впился в его губы поцелуем, заставив альфу распахнуть глаза от удивления.

~Два часа назад~

      Это утро было на редкость удачным. Кофе удался на славу, тосты не подгорели, и в холодильнике даже обнаружился джем, который неведомо как там оказался, но был вкусным. Барнс планировал провести этот день один. Отдохнуть, суббота все-таки, посвятить его полностью себе и только себе.       Его планам не суждено было сбыться.       Парень спокойно сидел на диване, смотря по телевизору кино и дожевывая бутерброд, когда ему позвонили. Он сначала решил, что это Стив, возможно даже Питер...       Но, когда омега увидел высветившееся на экране «отец», то тарелка из-под еды выскользнула из пальцев и с треском столкнулась с полом, разлетевшись на мелкие осколки.       Отец звонил ему настолько редко, что, должно быть, кто-то умер или еще умирает.       Сердце гулко билось в груди, а по телу расползался страх — отвечать очень не хотелось. Поначалу парень хотел проигнорировать. Если бы было что-то очень срочное, то за ним прислали бы водителя, но затем Барнс подумал, что за ним действительно приедут, если он не ответит. Поэтому, мысленно надеясь, что все не столь ужасно, как он представил, Баки принял звонок.       А спустя всего пять минут уже истерично бегал по дому, думая о том, какой же все-так пиздец, эта его жизнь.       Быть из богатой и влиятельной семьи — совершенно не то, как это представляют в глупых книжках или фильмах. Баки Барнс ненавидел это. Быть сыном человека, которого большинство окружающих знают как владельца сети крупных компаний… Да, это пиздец.       Его отец, Джордж Барнс, был вне себя от злости, когда узнал, что его старший сын, коим Баки и являлся, не желает иметь ничего общего с его компанией. Родители решили, что это дружба со Стивом так сильно изменила их ребенка, и оказались правы. Они невзлюбили друга Джеймса, но затем, когда познакомились с ним лично, в корне изменили свое отношение к нему. Баки и не сомневался в том, что так будет.       Родители на время оставили его, но затем выяснилось, что и младшие дети не горят желанием наследовать компанию отца.       С братьями и сестрой Баки ладил хорошо. Раньше, до его переезда из родительского дома, они, за исключением редких ссор, общались хорошо. Стива младшие тоже любили («Да кто его вообще может не любить?!» — каждый раз думал Баки), и чаще всего, когда тот оказывался в их доме, больше внимания он уделял Лео, Рэнди и Бекке, чем Баки.       Сейчас же Стив вряд ли чем-то поможет ему, размышлял Барнс. Родители решили собрать всю семью на следующих выходных, чтобы они могли узнать, кто кем оказался — альфой, омегой или бетой. Баки понял, что ему пиздец и быстро набрал номер Наташи. Вот узнает его мать, что он омега, и точно станет искать ему достойного альфу! А достоинство это измерялось в деньгах и недвижимости, разумеется.       Баки, ой, как не хотел всего этого. Его устраивала его жизнь сейчас, и менять в ней что-либо он совершенно не желал. Но делать было нечего.       Наташа приехала через полчаса. К удивлению Баки, с ней был Стив, который, как и омега, ничегошеньки не понимал. Пока что.       И вот сейчас, как итог, Баки целовал офигевающего Роджерса на глазах у их общей подруги, которая была твердо уверена в том, что иного решения проблемы Баки нет, и ему нужно взять с собой к родителям Стива, прикинувшись парочкой.       — Вот видишь, в этом нет ничего страшного! — воскликнула довольная Романофф.       Оба парня покраснели и отстранились друг от друга, отводя взгляды. Баки закусил губу, смотря в окно, а Роджерс облизал губы, стараясь сделать это незаметно и восстановить сбившееся дыхание.       — Я нарисую на твоей шее метку, но это потом. Сейчас вы должны еще немного потренироваться, чтобы через неделю выглядеть как настоящая парочка, — уверенно сказала Наташа и вышла из комнаты.       Оставшись наедине, Стив почувствовал еще большую неловкость. Это было скорее просто прикосновение губами, недо-поцелуй, и этого было чертовски мало.       — Ну так… — неловко начал он.       Баки вздохнул и повернулся к нему, и выглядел он при этом слишком несчастно для кого-то, кто только что поцеловал человека, в которого возможно-влюблен-но-это-не-точно.       — Стив. Ты правда не против, чтобы мы сделали это? — неуверенно спросил он. — Просто… Ну, знаешь, после этого не избежать неловкости, ведь мы будем… Парочкой на целых два дня. Не уверен, что все будет в порядке.       Роджерс задумался, вмиг став серьезным.       — Не хочу, чтобы ты нервничал каждый раз, когда миссис Барнс будет приводить тебе новых альф. Так что я готов помочь, — пожал он плечами.       — Ладно, тогда… — Баки оглянулся на дверь и, убедившись, что Наташа не наблюдает за ними через щель, смущенно приблизился к лицу Стива и прошептал: — Спасибо.       Он аккуратно коснулся ладонью порозовевшей щеки альфы и накрыл его губы своими. В этот раз он был спокоен и более сосредоточен, так что поцелуй получился нежнее и чувственнее. Стив прикрыл глаза и обнял Баки за талию, стараясь сдерживать дрожь в пальцах, и взял инициативу на себя. Он мягко целовал его, чередуя легкие покусывания, и, когда их языки соприкоснулись, Баки задрожал, и с его губ слетел тихий, несдержанный стон.       Барнс тут же отскочил от Стива, жарко краснея и закрыв свои губы ладонью.       — Черт, я не…       Роджерс, не дослушав его, поднялся и выскочил из комнаты. Баки растерянно глядел ему вслед, пока не услышал хлопок входной двери, а после к нему зашла совершенно спокойная Наташа.       — Ты его уже в который раз возбуждаешь, — обыденно проговорила она, сев напротив.       — Что?! Нет! Это просто… Я омега. А он альфа. В этом вся суть, — запротестовал Баки, объясняя все скорее себе, чем ухмыляющейся Наташе, которая двадцать четыре на семь ходила с таким видом, будто знает абсолютно все вокруг.

***

      Когда Стив вернулся к ним спустя некоторое время, Наташа с Баки сидели на кухне, кидаясь друг в друга кусочками купленного пару минут назад торта и пытаясь поймать их ртом. Роджерс выглядел смущенно, словно сожалел о том, что сбежал, но получше.       — Потом вы поможете мне здесь убраться, — предупредил альф Баки, когда Стив тоже присоединился к ним, и бардак в комнате стал куда более заметным.       — Ага, — лишь отмахнулась от него Нат.       Баки закатил глаза и стал молча наблюдать за ними со стороны.       Притворяться перед родителями, разыгрывать парочку, целовать Стива… Он не был уверен, готов ли ко всем этому. Бэкка — младшая из семьи Барнсов, — всегда понимала его лучше всех остальных, и Баки был уверен, что она-то их секретик точно раскусит.       В омегу прилетел кусок торта, и он недовольно уставился на друзей. Те одновременно показали пальцами друг на друга и скорчили умилительные рожицы, и все трое засмеялись.       Когда альфы ушли, Баки собирался пойти и порыться в своем шкафу, чтобы определить, есть ли у него приличная одежда для поездки к родителям, но вдруг у него снова зазвонил телефон.       — Да? — немного удивленно ответил он, когда увидел, что звонит Питер.       — Привет, — шмыгнули на том конце линии.       Баки немного нахмурился и на секунду отстранил телефон от лица, смотря в экран. Там высветилось тринадцать пропущенных звонков от Паркера.       — Хэй, ты там живой еще? Судя по голосу, все не смертельно, — попытался отшутиться Баки. — Что-то случилось?       — Мистер Старк и я чуть не… — Баки буквально представил, как мило Питер должно быть сейчас краснеет, пытаясь сказать подобное. — Ну… Ты понял.       — Черт возьми… — Барнс сел на кровать и сжал пальцами переносицу. Пиздец не приходит один, да? — И как это произошло?       — Я… Использовал свои феромоны.       — Даже спрашивать не стану, чего ты хотел этим добиться, — проворчал Баки.       Питер коротко пересказал все с ним произошедшее, а Джеймс же молча слушал его, не перебивая и лишь изредка вставляя короткие комментарии типа «Блять», «Ну, нихуя себе» и «Ты идиот, Питер».       — Ну да-а-а, это, конечно же, теперь большая проблема, — подытожил Барнс, когда Питер смущённо закончил свой рассказ.       К удивлению Баки, Питер совершенно неуверенно возразил.       — Да, но… Есть проблема похуже этой.       — О чем ты?.. — не понял тот.       Пару секунд Паркер молчал, а затем шумно втянул воздух носом и скороговоркой выдал:       — Кажется, я влюблен в мистера Старка…