Ради мечты

До начала рабочего дня оставалось еще пятнадцать минут, так что я позволил себе завернуть в курилку. Она тут оборудована классная, с хорошей вытяжкой, с удобными диванчиками, даже жвачка всегда присутствует. Ну и что, что на улице, зато закрытая и отапливаемая даже. А еще с прекрасным видом на парковку, так что я имел возможность полюбоваться, как шеф заруливает на свое место. Серебристо-серая, всегда идеально чистая Infiniti QX50, еще относительно новенькая, в охуенной комплектации Sensory — обдрочиться можно на эту тачку. Мне как раз надо было уточнить кое-что у начальства по рабочим вопросам, так что я подождал его на крыльце, разглядывая потрясную машину и завистливо вздыхая. — Что, хороша ласточка? — добродушно хмыкнул Владимир Константинович. — Как раз продавать надумал, не претендуешь? Я только нервно усмехнулся. Да, стоить она будет не как новая, потому что куплена с полгода назад, но явно ляма два с половиной, не меньше. — Я на зарплату не жалуюсь, но мне тогда придется еще на три работы устраиваться, — вежливо открыв начальству дверь, я очень понадеялся, что шутка будет воспринята именно как шутка. Шеф очень свойский мужик, но субординацию требует соблюдать неукоснительно. — Ну не знаю, некоторые усердным трудом и за ночь могут на машину заработать, — спокойно сообщил Владимир Константинович, кивнув и проходя вперед. Чуть на мою челюсть не наступил, — чего застыл, идешь? Я чисто на автомате последовал за ним, пытаясь переварить. Либо это была шутка, либо… Да ладно, не мог же он… Типа мне сейчас так прозрачно предложили дать за машину или что? Да вот еще! Сосредоточиться на работе получалось с трудом. Особенно если учитывать то обстоятельство, что мой кабинет выходит окном на парковку. Прямо на прекрасную мордашку Infiniti QX50, да, очень выгодно подсвеченную ярким весенним солнцем. У меня прямо рядом с домом охраняемая парковка, можно будет не переживать за сохранность такого дорогого чуда. Живу я от работы недалеко, поэтому особо не стремился купить тачку, но иногда кататься по паре часов будет явно очень приятно. Она так хороша, что вряд ли будет иметь большое значение то, что я не садился за руль уже три года. Обслуживание у нее, конечно, тоже будет недешевым, но какие-никакие заначки у меня есть, зарплата реально отличная, так что… Так, стоп! Почему я думаю так, будто уже купил ее, а? И даже не купил, а насосал, блять! Это же пиздец, почему я вообще об этом думаю, а? И вообще, может, это была шутка? Он так невзначай это сказал. Но почему тогда «за ночь», а не «за день»? Видимо, можно начинать считать его пидаром. Насколько мне известно, он когда-то был женат, сейчас вдовец, в отношениях, вроде как, не состоит. А уж учитывая, что у меня полный отдел бухгалтерш, эту информацию можно считать вполне достоверной. Они даже разнюхали (буквально) марку его одеколона, рассмотрели его часы и нашли в интернете эту модель, наизусть знают цвета его галстуков и мимические привычки. Неудивительно, конечно, он еще весьма молодой и очень интересный мужчина, подтянутый, всегда выглядит безупречно, успешный бизнесмен, все до единой бабцы в офисе на него заглядываются. А он, типа, заглядывается на меня? Еще до обеда я отправил ему квартальный отчет, конец марта, все-таки. И за час до конца рабочего дня он попросил меня зайти к нему в кабинет. Я-то знаю, что там все чистенько и гладенько, не имею привычки крысить, а потому никогда особо вызовов к весьма строгому в рабочих вопросах шефу не боялся. А тут что-то прям очко заиграло. — Что, провинился? — понимающе хмыкнула секретарша Владимира Константиновича. Видимо, я очень заметно нервничаю. Хотя, казалось бы, просто твердо сказать «нет», он же не станет об этом распространяться, ему самому это не очень выгодно. Но хочу ли я сказать «нет», вот в чем вопрос. Когда я все же стукнул в дверь для приличия и вошел, шеф сидел за своим столом спиной к окну и просматривал какие-то бумаги, видимо, мой отчет. — А, вот и ты, — откинувшись в кресле, он скрестил руки на груди и смерил меня взглядом с головы до ног. Раньше мне казалось, что это такой слегка презрительный жест, типа, да кто ты такой, чтобы так вот передо мной стоять. А теперь почему-то думается, что смысл совсем иной… — что решил? Я чуть воздухом не поперхнулся. Все-таки реально… И что я решил? Я же мужик, если я что-то хочу, я должен заработать и купить, а не раздвигать ноги, как содержанка! С другой стороны, так хочется, просто руку протяни и возьми почти даром такую красоту… — Н-ну, в принципе… Кхм… — так, если я хочу пойти у себя самого на поводу, надо уточнить детали. — Типа «Пятьдесят оттенков серого»? — Скорее, «Красотка», — фыркнул он, улыбнулся, — думаю, важное условие для нас обоих — абсолютное неразглашение. При любом исходе, верно? — уловив скрытую угрозу, я поспешно кивнул. Мне бы тоже не хотелось, чтобы кто-то знал, а ему вообще будет удар по бизнесу. — Тогда к восьми приезжай ко мне. Я просто развернулся и вышел. Типа, я даже толком не согласился, а он взял и… — Ты чего такой? — участливо спросила секретарша. — Не уволили же тебя? Покачав головой, я пошел к себе. Уволили, как же… Скорее, выписали премию. Я прекрасно знаю, где живет шеф. Он всегда устраивает корпоративы у себя и за свой счет, а я у него уже, как-никак, три года работаю. И, если быть честным с самим собой, до последнего не собирался ехать, а потом в семь часов обнаружил себя в душе. У него здоровый и весьма элегантный особняк,ухоженный небольшой сад, внутри светлый хай-тек. Но почему-то мне сейчас вся эта обстановка больше напоминала пыточную. — Привет, — мягко улыбнулся Владимир Константинович, открывая мне дверь, — ужинать будешь? Я бы лучше прибухнул. Но отказываться все же не стал. На ужин был лосось с рисом и рататуем, ну и вина мне налили. Готовит он превосходно, что вполне можно ожидать от ресторатора, но от нервов все казалось пресным и безвкусным. Шеф не лез с расспросами и разговорами, за что я был ему очень благодарен. Ну вот не хочу я сейчас обсуждать ни машину, ни работу, ни то, на что подписался. Так же молча выпив кофе, я встал и последовал за хозяином дома на второй этаж. Сколько женщин мечтали бы сейчас оказаться на моем месте и при этом удержаться на нем подольше. Я каким-то образом ухитрился не заметить, как он оказался у меня за спиной, и вздрогнул, ощутив его руки на плечах. — Ну что ты весь как деревянный, — быстрые и весьма жесткие массажные движения оказались вполне приятными, — я не изверг же, — похлопывая меня по лопаткам и спине, он усмехнулся и вдруг звонко шлепнул по заднице, — расслабься. — Расслабишься тут, когда посягают со всех сторон, — буркнул я, поворачиваясь к нему. Да, я тоже не обделен флиртом со стороны офисных дамочек, только вот я не стремлюсь к романам после очень неудачных отношений, а у шефа причина явно иная. Но я не буду тут ломаться и зажиматься, как целка, если уж секс с мужиком, то суровый и мужской. Чтобы поцеловать его первым, пришлось закрыть глаза, представить восхитительные плавные линии экстерьера Infiniti и немного наклонить голову. По сути, почти то же самое, только губы не такие мягкие, как у женщин, а еще очень даже много напористости. И руки шеф почти сразу пристроил у меня на пояснице, перебрался на задницу, неслабо так сжал. Чтобы убрать наглые ручонки, но при этом не быть недотрогой, пришлось потянуть с него домашнюю футболку. — У тебя уже было с мужчиной? — поинтересовался он, толкая меня на кровать и устраиваясь верхом у меня на бедрах. Я покачал головой, несмело и без особого желания обнимая его за талию. Был бы худым и тонкокостным, еще можно было бы закрыть глаза и представить дамочку с мальчишечьей фигурой, но нет же. — Тогда хвалю за смелость. Он так ерзал у меня на коленях и прижимался торсом, агрессивно борясь за инициативу в поцелуе, что в джинсах началась позорная активность. А еще я заподозрил, что мой анус сегодня может даже выйти целым из переделки. Может же он быть тем, кто снизу, да? Не обязательно же он предлагал мне потрахаться в плане «быть оттраханным», вдруг он хочет, чтобы я его трахнул? Содрав с меня поло, Владимир Константинович снова толкнул меня, опрокидывая на спину, и впился в шею. — Полегче! — возмутился я, пихнув его локтем в грудь. — Никаких меток! — Ладно, ладно, прости, — проворчал он, с нажимом гладя меня по животу, — боже мой, я так хотел это все, ты себе не представляешь! Я только фыркнул, прикрывая глаза. Конечно, взяли меня на работу не поэтому, решение принимал предыдущий главбух, пока начальство было в отпуске где-то на теплых морях, но из-за его пидарасни я первые три месяца все время думал, что он меня с первого взгляда возненавидел! Смотрел вечно так подолгу, хмурился. Оказывается, просто хотел, зараза. Подтверждая свои слова, шеф с такой жадностью и рвением целовал все, до чего только мог дотянуться, как меня в жизни не целовали. Казалось, он готов вылизать меня с ног до головы. Когда начальство содрало с меня джинсы вместе с трусами, я вдруг застеснялся, как подросток. Наверное, в основном потому, что уже далеко не подросток, чтобы возбуждаться до каменного стояка от поцелуев и обжиманий. Но его, вроде, все устраивало, он снова наклонился, глубоко и горячо целуя меня, очень мягко и бережно обхватил член слегка влажной ладонью. Я непроизвольно вцепился ему в запястье, отчего-то снова занервничал. — Тише, тише, ты чего? — хрипло прошептал шеф, целуя меня под ухом. — Я знаю, что делаю, расслабься. Да уж, действительно, он должен знать, что делает. Но меня почему-то аж затрусило от осознания, что мне дрочит мужик. Мужик, блять! За машину! Господи, ну что за херню я сейчас творю, а? Ну и дать по тормозам сейчас будет как-то тупо, как будто я зассал. Всего один раз, ну же! Все-таки первое предположение оказалось верным. Трахать будут меня. Я старательно внимал тихим советам расслабиться, приподняться, довериться, глубоко дышал и очень крепко стискивал зубы. Больно почти не было, он правда точно знает, что и как делать. И потом, когда шеф медленно, размеренно и глубоко трахал меня, я даже смутно кайфанул, больше от его спокойствия и ласки, хриплых незатейливых попыток похвалить сквозь сорванные глухие стоны. По крайней мере, он со мной весьма нежен. Я зажмурился и без особых сложностей представил, что это странный и нетипичный мокрый сон, вот и все. Правда, оказалось, что «за ночь» — это не преувеличение. Он трахнул меня трижды, а в перерывах много целовал и наглаживал, аж урчал от удовольствия. Бедолага, дорвался. Но я больше бедолага, потому что спал всего-то часа три, а потом еле встал, потому что многострадальная задница отзывалась тянущей болью на любое движение. Зато я проснулся обладателем восхитительной Infiniti QX50 в металлике, да. — Доброе утро, — улыбнулся Владимир Константинович, перемешивая на сковородке что-то очень соблазнительно пахнущее, — живой? — Скорее да, чем нет, — я аккуратно опустился на стул и вздохнул. А сам-то цветет и пахнет, бодрый такой, довольный жизнью. Как будто не въебывал почти всю ночь. Вернее, ебал. — А теперь о деле, — вылив в сковородку взбитые яйца, он убавил температуру панели, — для чистоты этой всей манипуляции возьми кредит хотя бы на половину цены, потом им же и отдашь, проценты я компенсирую. Я прикинул, что там у меня с кредитной историей, и кивнул. Можно будет выбрать наиболее выгодный, хотя ради интереса взять бы первый попавшийся и посмотреть бы на его лицо от суммы процентов. Хотя, если уж он готов за одну ночь отдать такую дорогую тачку, проценты по кредиту его явно не испугают. Спустя две недели ключ, запасной ключ и вся документация от Infiniti QX50 оказались у меня в руках. Мне было неловко, но шеф сохранял полное спокойствие. Только иногда я ловил на себе жадные взгляды, больше ничего о нашей сделке не напоминало. С его стороны. Мне начали действительно сниться мокрые сны. С участием непосредственного начальника. Долгие, горячие мокрые сны, и просыпался я пристыженный и возбужденный. Это бесило так, что передать было невозможно. В конце апреля Владимир Константинович пригласил на ужин всех, кто участвовал в открытии нового ресторана его сети год назад. Проект оказался прибыльным, и он хотел это отметить. Наравне с юристом, шеф-поваром, администратором и сомелье приглашенным оказался и я, потому что убил тогда почти месяц на все расчеты рисков, затрат и прибыли. Особенно долгим или полным рабочих разговоров этот ужин не был, в половину десятого шеф-повар уже сказала, что ей нужно домой, дети, все такое, остальные тоже вызвали себе такси. В прихожей шеф вдруг тронул меня за руку и одними губами сказал «подожди». Я, кажется, догадываюсь, что ему нужно, и хочу ли я оставаться с ним наедине? Ладно, авось, не изнасилует. Пришлось повозмущаться, что таксист отменил заказ, распрощаться со всеми. Когда за ними закрылась дверь, я тяжело вздохнул и сунул руки в карманы брюк, поворачиваясь к начальству спиной. Начальство нервничало и мялось. Еще раз вздохнув, я опустил голову и прикрыл глаза. Значит, одного раза ему не хватило. Сейчас предложит еще. И что я скажу ему в ответ? — Все, что захочешь, — жест, которым он положил ладони мне на плечи, был вполне знаком, — пожалуйста. Видимо, и второго раза ему будет недостаточно. И третьего, и пятого, судя по взгляду. Я смотрел на него и думал, надо ли мне оно. Долго ли это продлится? Еще одно болезненное расставание замаячило на горизонте, но почему бы не поплясать на граблях? Ни одна женщина не была такой нежной со мной в постели, никогда никто не заботился в первую очередь о моем удовольствии. Видимо, это прерогатива ведущего. И я даже практически не против уступить эту роль. — Постоянному клиенту бесплатно, — фыркнул я, ухватив шефа за подбородок, чтобы было удобнее поцеловать.