Six of Superheroes

      Первая выпущенная ракета удачно пролетела мимо самолета — тот увернулся достаточно быстро, подчиняясь командам Тони. На самом деле, он не предвидел нападения, а данная функция беспилотного режима еще не подвергалась тестированию — то есть, в спокойной обстановке он прекрасно справлялся со своими функциями, но насчет боевой готовности у Старка еще были сомнения, поэтому им знатно повезло, что все работало исправно, и самолет сейчас не мчался вниз, сгорая по пути.       У Тони было несколько секунд, чтобы принять решение: снести к чертовой матери этот самолет, потеряв возможность узнать, кто и с какой целью его послал, либо ухитриться взять пилота для небольшого допроса. Выбор, конечно, был очевиден — узнать информацию не будет лишним, но куда девать этого человека потом? Не убивать же… Впрочем, об этом можно подумать позже.       Пятница просканировала строение вражеского самолета и выявила подходящие места для нанесения урона. Точно наведя репульсор, Тони собирался выстрелить, однако вылетела еще одна ракета — в него на этот раз. С отрывом в мгновение он смог увернуться и выстрелить в нее, чтобы взорвать и обезвредить — мало ли, куда она еще прилетит. Понадобилось поторопиться, чтобы все-таки выстрелить в крыло самолета — один точный удар пришелся в нужное место, и враг стремительно стал терять высоту. Среди темных клубов дыма мелькнул раскрывшийся парашют — пилот катапультировался. Резко ринувшись вниз, Тони легко догнал его и попытался схватить, хотя тот сопротивлялся, так что пришлось отключить его на время ударом по голове — наверное, жить будет.       Дело оставалось за малым — доставить на самолет, подождать, пока он придет в себя, допросить и решить, что делать дальше.       Именно так он и поступил.       Специальная для вылетов в костюме дверь самолета открылась, пропуская Старка внутрь.

***

— Твоя паутина точно крепко его держит? — спросил Бартон, с любопытством рассматривая тонкие нити, которыми был связан их преследователь. — Она начнет пропадать через несколько часов, но я буду добавлять новую, — ответил Питер. — Умно, — ухмыльнулся Тони. — Ты наверняка оставляешь висеть на зданиях кучу паутины. — Нашли время для комплиментов, — вздохнула Наташа, присаживаясь напротив пленного. Мужчина средних лет, брюнет, хорошо сложенный, с ожогами почти по всему лицу… Конечно, она знает его. — Брок. — Рамлоу… — продолжил Стив. — Какие люди. — Он из Гидры? — предположил Тони. — Ага, — Стив резко дал пощечину мужчине, и тот слегка завертелся на стуле. Его глаза распахнулись, и он довольно быстро понял, в каком положении находится. Судя по тому, как старательно он пытался освободить руки, это положение ему не очень понравилось. — Роджерс, — хмыкнул он, когда его взгляд прояснился, а затем кивнул Наташе.— Романофф. — Хорошо, перекличка закончена, перейдем к делу, — недовольно пробурчал Клинт. — Рассказывай, тебя Гидра отправила? — Этот чувак работает в Гидре — логично, что именно она его и прислала, — ответил ему Питер, приподняв брови. — Нам нужны имена, — Наташа выразительно посмотрела на Брока. Было время, когда они часто пересекались, пытаясь друг друга убить. Она не видела его давно, да и не очень этого желала. — И вы наивно полагаете, что я скажу вам что-то? — он гортанно засмеялся. — Лучше убейте меня. — Есть вещи куда хуже смерти, — Тони пожал плечами. — Убить тебя будет слишком просто. Как долго вы держите Барнса? Как вы контролируете его? Стерта ли его память? — Слишком долгая история. Зачем вам Зимний? Хотите взять его в команду? — Во-первых, у нас еще несколько часов полета, так что рассказывай, не стесняйся. Во-вторых, твой вопрос слишком бессмысленный, ведь ты прекрасно знаешь, зачем он нам нужен. Тебя отправили помешать нам, не так ли? Чтобы мы не добрались до вашей базы, — стал рассуждать Старк. — Что ж, это было глупо. Вы, ребята, конечно, молодцы. Серьезно, ты надеялся побороть нас в одиночку? — Пути Гидры неисповедимы… — пробормотал Брок. Все Мстители дружно закатили глаза. — Кто у вас там главный? — поинтересовался Клинт. — Наша разведочная база осталась в неведении. — Ваша разведочная база — дерьмо, — заявил Рамлоу, широко улыбнувшись. — Вы думаете, что все знаете, но на деле не подозреваете и о трети того, что мы делаем. О, и говорить я вам ничего не стану. — Ладно, — Бартон кивнул Ванде и Питеру, — Особо впечатлительные — на выход.       Питер вздохнул. Неужели они убеждены, что он не выдержит сцену избиения их врага? В его голове стойко сохранились моменты покалеченных им же преступников. Он сложил руки на груди и не сдвинулся с места. Так же поступила и Максимофф. — Разве так мы поступаем с людьми? Пытаем их? — передразнил Клинта Стив, наблюдая за замахнувшейся для удара Наташей и спокойно реагирующего на это Бартона. — Времена изменились, — беззаботно отозвался Клинт, когда послышался хруст сломанного носа и сдержанный вскрик Брока. — Прошло пять дней. — Идиоты, — констатировал Рамлоу, запрокидывая голову и тяжело дыша.  — Знаете же, что не сработает.       Его фраза заглушилась новым вскриком, на этот раз из-за сломанного пальца. Да, Наташа умела издеваться над людьми. — Кто ваш босс? — тем временем спрашивал Тони, ходя кругами вокруг пленного. — Руководитель Гидры. — Гениальный ответ, Рамлоу, — Стив помотал головой. Они вряд ли потеряют что-то, если Брок им ничего не скажет, но попробовать все же стоило — эта информация им ничем не навредит. — Иногда лучше не знать правду, а оставаться в сладком неведении. Старк тому пример, — Брок довольно улыбнулся и многозначительно покосился на Тони. Тот замер на полушаге, нахмурившись. Наташа нанесла еще один удар Рамлоу, тут же вырубив его. — Погоди, погоди, погоди, — Тони нахмурился еще сильнее. — О чем это он? — Понятия не имею. От него нет никакого толку. Он знает, что мы не убьем его, а если взболтнет что-то, то убьет Гидра. Для него лучше, если ЩИТ схватит его — все равно сможет сбежать.       Питер пожалел о том, что остался смотреть и слушать — слова Брока явно намекали на смерть родителей Тони — тот наверняка об этом знает. Именно поэтому Наташа поспешила заткнуть его. Возможно, Рамлоу был отправлен на самолет как раз с той целью, чтобы рассорить Мстителей и сорвать их план… Возможно, люди Гидры не такие глупые. Паркер вздохнул и закрыл лицо руками. Эмоции вновь охватили его — с этим явно нужно что-то делать. Он не понимает, как Стив и Наташа могут так спокойно скрывать такую тайну от друга. Спокойно смотреть ему к глаза и врать. Это останется тайной для подростка, ведь сам он чуть не проболтался в первый день, как все узнал. Единственное, что сдерживало его — слова Наташи о том, что Тони может сорваться и натворить дел. Но стоит ли оно того? Питер не знает.

***

      Напряжение.       Напряжение настолько накалило воздух, что, казалось, до него можно было дотронуться.       Тони с подозрением поглядывал на Романофф, прокручивая слова Брока в голове: «Лучше не знать правду, а оставаться в сладком неведении». Слишком острый крючок запустил Рамлоу. Возможно, он нес какую-то бессмысленную ерунду, чтобы вызвать еще больше вопросов, не особо касающихся Гидры, но… Что-то подсказывало Тони, что это не так. Черт, как же он не любил сомнения и тайны… Из-за них всегда теряешь что-то, перестаешь доверять людям — в любом случае, ничем хорошим это не заканчивается. Многие Мстители (да и не только они) все еще в обиде на Тони за Альтрона. Что тут скажешь? Он и сам в обиде на себя. Один необдуманный поступок, совершенный им в секрете, обошелся им ценой тысячи жизней. Та же самая Ванда — она не подавала виду, но было очевидно, что смерть своих родителей она ему не простила и вряд ли простит.       Вижна забрали на исследования, хотя было понятно, что он хороший персонаж, да еще и развивается — значит, понимает разницу между добром и злом. Тони мог сделать многое, но убедить в этом ЩИТ не смог — те решили, что лучше перестраховаться, чем поверить словам Старка.       Теперь Тони наблюдал за друзьями, которые возбужденно обсуждали что-то, пытаясь понять, стоило ему брать Брока на борт или он лишь зародил таким действием что-то нехорошее?       Питер в это время совершенно бесшумно подошел и сел рядом.  — Вы в порядке? — спросил он, сложив брови домиком*. Иногда Тони казалось, что у Паркера есть не только паучьи способности, но и способность чувствовать эмоции других людей. Уж больно хорошо ему удавалось оказываться рядом именно в нужные для этого моменты, подбирать максимально простые, но такие полезные и утешающие слова, успокаивать одним своим присутствием. Интересно, он действовал подобным образом только на Тони? Нужно будет поинтересоваться у других. — Ага, — Тони перевел на него взгляд и подобрался. — Просто размышляю. А ты? Не пожалел еще, что влез в это все? Заварушка оказалась серьезнее, чем я мог предположить. — Нет, что вы! Я просто в восторге. Руки чешутся сделать что-нибудь, — восторженно ответил Питер, вызывая случайную улыбку на лице Тони.       За иллюминаторами начало восходить солнце — до конца их полета оставался час. Яркие лучи осветили лицо Питера, создавая ощущение, что он светится. Тони перестал дышать — всего на секунду, но этого хватило, чтобы…чтобы что? Думать о том, что иногда проскальзывало у него в голове, было совершенно глупо. Но поделать с собой Тони ничего не мог. — Вам когда-нибудь надоедает быть героем? — задавать провокационные вопросы было фишкой Питера. — Я не герой, малыш, — вздохнул Тони, вновь переводя взгляд на Наташу. — Вы именно тот, кем я вас назвал, мистер Старк, — Питер проследил за взглядом инженера и опустил голову. — Хорошо, будь по-твоему, — Тони вновь улыбнулся. — Мне не надоедает спасать людей. Но терять их — чертовски достало, — он указал пальцем на Романофф. —  Как думаешь, она скрывает что-то?       Питер подавился воздухом, но нашел ответ. — Спросите у нее.       Тони смерил его долгим взглядом, сделав вывод, что идея не такая плохая.       Он сделал пару шагов в сторону девушки и, развернув ее к себе, сказал: — Слова Рамлоу о сладком неведении. Ну, те самые, после которых ты заставила его замолчать. Посмотри мне в глаза и скажи, что не знаешь, о чем они.       Помните тот факт, что Тони плохо различает эмоции людей? Это было правдой. Может, если бы он разбирался в них, у него бы вышло различить нотки лжи в действиях и словах подруги.       Но ее лицо осталось неизменным, не дрогнула ни одна мышца. Она лишь безоговорочно взглянула ему в глаза и произнесла: — Я не имею понятия, о чем он говорил, Тони.       В душе у нее давно взрывались фейерверки.       Ее учили быть бесчувственной, контролировать эмоции и ни о чем не жалеть.       Но если бы она каким-то образом осталась сейчас одна, если бы никто ее не видел — она бы содрогнулась в рыданиях.