Железный Человек

Повернувшись лицом к Полине, я свёл брови и посмотрел на неё. Мне не нужно задавать ей вопросы, чтобы понять, насколько крупно она меня развела. Моя девочка ждала меня и была верна только мне. — Джарвис, отмена. Доброй ночи. Увидимся утром. — Доброй ночи, Босс и Полина Сергеевна. Отложив наушник в сторону, я взял лицо Полины в руки и со всем желанием впился в ее губы. Я был безумно зависимым от наших поцелуев и быть без неё месяц — хоть и продуктивная, но настоящая пытка. Без лишних слов я обхватил попу Поли и взял ее на руки, ведя нас в спальню. Стыдно признаться, что за все время у нас ни разу не было секса, хотя мы хотели друг друга до жадности. Но сейчас я планирую это исправить. Кинув ее на кровать, я без промедления начал раздевать свою девушку. Касаясь губами шеи, я решил оставить небольшие засосы, чтобы всем показать насколько она занята. Пускай поворчит утром, но успокоится быстро. — Ты все ещё любишь меня? — спросила Полина, снимая с меня футболку. — Да, черт возьми, очень люблю. — И я тебя тоже очень люблю. После этих слов я понял, насколько сильно мне всё-таки ее не хватало. Пускай я создал то, что многие не смогли, но любовь Полины мне никто не заменит. Опустившись между ножек девушки, я начал сладкую муку, заставлявшую Полину Сергеевну выгибаться в спине. Мой язычок двигался из стороны в сторону, а пальцем я стимулировал ее клитор. Стоны моей девушки наполняли комнату и отныне это мой самый любимый звук, который я хочу слушать несколько раз в день. Гагарина вцепилась в мои волосы, плотнее прижимая к себе. Она закинула свои ноги мне на лопатки. О черт, насколько она хороша. Двигая своими бёдрами, она все плотнее прижималась к моему рту. Ну, почему же я раньше не мог побывать в ней? Тело моей малышки задрожало, и я, не долго думая, вошёл в неё двумя пальцами, продолжая играться язычком. Услышав громкий стон девушки, я поднялся к ней и страстно поцеловал, проникая в ее рот языком. Сил для терпения больше не было и я вошёл в неё на всю длину. Как же хорошо и узко. Полина притянула меня к себе за шею и поцеловала меня в губы, блуждая языком по каждому миллиметру моего рта. Я не двигался в ней, а просто наслаждался теплом ее бёдер. — Малышка, как ты хочешь? — поинтересовался я. — Хочу всего тебя, глубоко и на мне. Покажи, как сильно ты хочешь меня. — Полина подняла свои возбужденно-голубые глаза на меня, и во рту все пересохло. Мне нравилось в этой девушке абсолютно все: фигура, лицо, внутренний мир, ее отрицательные качества, которых было не так много в сравнении с положительными. Она умеет прощать и это самое главное. Но с приезда из Сингапура я клятвенно обещаю, что каждое мое ненормальное действие будет одобрено Полиной. Скажет «нет» — значит так и будет. Проникновенные и глубокие движения в бёдра Полины Сергеевны приближали нас к оргазму. Ее ногти впивались в мою спину, и я чувствовал насколько глубокие царапины она оставила на ней. Чувствуя знакомое приближение, я ускорил наше движение тел, все так же входя в неё на полную длину. Я обхватил ее горло и слегка сжимал. Стоны моей девочки увеличились, и я пытался удовлетворить ее на полный максимум. Каждое движение порождало пульсацию наших тел, и мы уже были готовы к оргазму. Я страстно впился в губы Полины, покусывая и посасывая их, а тем временем я бешено вбивался в неё на полную длину, доводя нас до отравляющего оргазма. — Лазарев, — одновременно кончая, прошипела моя любимая девочка. Я упал к ней на грудь и пытался отдышаться. Ахуенный секс — это половой акт, после которого ты не физически можешь ещё раз, но духовно все ещё хочешь человека. Мое дыхание медленно приходило в норму, а Поля уже поглаживала меня по голове и довольно мило улыбалась. — Ты такая довольная. — Потому что нам впервые никто не помешал. — Расскажи мне, что ты делала этот месяц. — Ненавидела тебя, работала и решала проблемы. Знаешь ли, тяжело врать людям о том, где ты, когда сама не знаешь, а где ты действительно. — Я больше никуда не еду без тебя. — А ты чем занимался? — Я мог бы рассказать тебе, но я лучше покажу тебе завтра. — Я слез с Полины на вторую половину кровати и крепко обнял, расположив ее голову на своей груди. — Тебе удобно? — Да, очень. — Во сколько нам на работу? — Если я скажу, что в 5 утра нужно будет выдвигаться, то что ты на это мне скажешь? — Тогда я скажу тебе поцеловать меня перед уходом и дать спокойно поспать. Но я присоединюсь к тебе во второй половине дня и постараюсь решить все наши проблемы, связанные с лейблом. — Мне тебя не хватало. — И мне тебя. Ночью мы так и не смогли уснуть, потому что мы показывали друг другу насколько сильно мы соскучились. Сначала это были невинные поцелуи, а потом это заканчивалось великолепным сексом и любовью. Будильник прозвонил, сообщая, что Полине пора на работу, а в этот момент она искусно двигалась на моем члене и получала колоссальное удовольствие. Ускорившись, мы достигли пика блаженства, и я даже не хотел ее отпускать с себя. — Не уходи так рано. Поспи со мной, милая. — Ты же понимаешь, что мы не будем спать. — Да, поэтому и хочу, чтобы ты осталась. — Я смотрел на обнаженное тело Полины. Мой член стал ещё тверже. Я приподнялся и облизал ее сосок. — Я приготовил бы тебе завтрак, отвёз бы без водителя на работу, мы бы заехали за твоим любимым латте. — Серенечка, я люблю тебя и очень-очень хочу остаться, но мне правда очень нужно. — Поля поцеловала меня в губы, дёрнувшись бёдрами. — Поспи, буду ждать тебя на работе. Мои попытки уговорить ее были безнадёжны, и я, закрыв глаза, сразу же лёг спать. Выспавшись, мне в голову пришла ненормальная идея — я хочу переехать вместе с Полиной в Калифорнию. Там солнце, другая атмосфера и не будет вечно депрессивного состояния, от которого уже хочется немного повеситься. — Джарвис, доброе утро. — Здравствуйте, Мистер Лазарев. — У меня есть дом в Калифорнии, который я когда-то купил и построил для своей персональной студии. И основное здание лейбла было там, но мы почему-то остановились на Нью-Йорке. Сейчас я хотел бы туда переехать. — Так, сэр? — Рассчитай, насколько будет это затратно. — Секунду, босс, — Джарвис — это лучшее мое изобретение. — Это обойдётся в 1,5 млрд долларов по нынешнему курсу. — Отлично, я думал больше. Спасибо, Джарвис. Позавтракав, я взял ключи от машины и поехал на работу к Полине. Я хотел бы сообщить ей о своих планах. Мое настроение было великолепным, но ожидать совершенно легкого разговора абсолютно не стоит. Она будет спорить, возникать и нужно не испортить наши отношения. Около «ЛазаревПродакшн» выстроилась снова толпа журналистов. Что, блять, там происходит, что каждый раз здесь столько людей? При мне такое было только тогда, когда в лейбле были кардинальные перемены. Просочившись мимо папарацци, я прошёл в здание лейбла и отправился в сторону своего кабинета. Все вокруг бегали, что-то бурно обсуждали. Грядут серьёзные перемены? Пройдя мимо секретарши, которая уже не старалась меня задержать, я зашёл в кабинет Полины. — Детка, у нас что-то случилось? — Я не знаю, как тебе сказать… В общем, я знаю, что я поступаю ужасно. — Мы расстаёмся? — О нет, конечно же, нет. — Отлично, тогда мне тебе нужно кое-что тоже сказать. В общем… Давай скажем вместе. — Нам надо переехать. — сказали одновременно мы. Мы удивились и задали вопрос: — Куда? В Калифорнию. Полина подошла ко мне и крепко обняла. — Я боялась, что ты скажешь нет. — У меня есть дом в Калифорнии. Я его строил для личной студии, он просто гигантский. Там достаточно техники, чтобы я мог выпустить Джарвиса в своей персональной комнате и идеализировать так, как хочу и как нужно будет нам. — Я прислонился к ней лбом. — Я боялся, что ты скажешь, что я снова думаю только о себе. — И ещё, я больше не хочу работать без тебя. — Вот как? — Переезжаем и возвращайся. — Полюшка прижалась ко мне. — Договорились. — Я поцеловал Полю в щеку. — Когда начнём переезд? — Как бы мне тебе сказать… Мы уже почти переехали. — Вот как, тебе нужна моя помощь? — Я буду очень признательна, если ты возьмёшь переезд лейбла на себя, а я займусь бытовухой.