Просто наступила зима

Звезды поднимаются выше, Свет уже не сводит с ума. Если ты меня не услышишь – Значит, наступила зима… В этом году снег выпал очень рано. Еще не кончился октябрь, не успели пройти осенние дожди, а снег уже лежал повсюду – на крышах домов, на деревьях, на тротуаре… Наверное, поэтому последние дни осени пролетели совсем незаметно. Особенно для тех, в чьих сердцах зима наступила уже давно. Каждая пора года хороша по-своему, верно? И в каждой есть нечто необычное, нечто особенное, и в то же время все они похожи. Но зима все равно видится совсем по-другому. И красота зимней ночи не сравнима ни с чем. Порой кажется, что звезды на небе светят гораздо ярче, чем осенью, летом или весной. Но многие не замечают этого и сидят дома, недовольно ворчат и даже носа на улицу не высовывают – «зима ведь, холодно!» Но, возможно, это и к лучшему. И тогда выйдешь зимней ночью на улицу – а вокруг ни души. Лишь тишина, снег и звезды… Можно закрыть глаза и стоять, наслаждаясь ночью, забыть про холод, забыть про все. Не думать ни о чем, не видеть ничего, кроме снега и этих звезд. И все же очень жаль, что многие просто отказываются понять очарование морозной ночи… А Иван понимал это. Как никто другой. И поэтому сейчас он стоял и смотрел в небо. Снежинки мягко опускались на его лицо и сразу превращались в капельки воды, медленно стекая вниз по щеке. Зима… Сколько счастья принесла ты, столько же и беды. Иван вдыхает морозный воздух, поправляет шарф и убирает пистолет в карман. Этой ночью уже никто не придет, нет нужды держать оружие. Зима… Ты можешь облегчить боль, и в то же время можешь боль лишь усилить. Но почему? Думать об этом можно вечно, но сейчас у России нет на это времени – есть дело гораздо важнее. И потому Брагинский позволяет себе всего пару секунд слабости – случайно вспоминая прошлое, но все же думая о настоящем, порой забывая о будущем. Лишь пару секунд, и нахлынувший поток мыслей прерывается – пора уходить. Небо, загрустив, наклонилось, В сумерки укутав дома. Больше ничего не случилось – Просто наступила зима. Иван медленно открыл входную дверь и зашел внутрь. Ничего не изменилось, все та же тишина. Хочется вернуться на улицу и беззвучно звать кого-то, но в этом нет необходимости. Он все равно не услышит, да и просто нет смысла – ведь он здесь, в этом доме. И, в отличие от Брагинского, он спокойно спит, не думая о печальном зимнем небе, красоту которого, наверное, тоже не может понять, как и многие другие. Иван неспешно поднимается на второй этаж, подходит к нужной двери и осторожно открывает ее, заглядывая внутрь. Яо действительно спит. На его лице не видно улыбки, и, наверное, он сейчас не видит сны – слишком устал, раз уж уснул в одежде, не расстилая кровать. Брагинский тихо подходит ближе и садится на краешек кровати. Может, помешали метели, Может, предрассветный обман. А помнишь, мы с тобою хотели, Чтобы наступила зима… Никто не желал, чтобы все получилось так. Никто не знал, что так выйдет. Никому это не было нужно. И потому они теперь вместе. Это не победа, нет. Просто ни Россия, ни Китай больше не хотят терять близких. Немного жаль, что эта зима не принесла того, чего они так хотели. Не об этом они мечтали. Но сейчас это совсем не важно. Подумать об этом можно и позже. Иван осторожно дотрагивается до руки Китая, стараясь не разбудить его. Этой ночью пусть он спокойно спит. Скоро наступит утро, и солнечные лучи озарят помещение. Россия будет смотреть в окно и ждать, пока не проснется Китай. Яо зевнет, медленно откроет глаза и улыбнется. Иван лишь посмотрит на него и, не произнося ни слова, усмехнется в ответ.