Отпусти

22:13

Дом Кермита

Джереми открыл глаза, слабо смотря на белый потолок и явно понимая, что он не дома. Голова болела дико, будто кто-то сильно давил и явно не собирался отпускать. Дверь тихо открылась и за ней показался Рич. Увидя, что глаза у друга открыты, он решил позвать его. —Джер.... — обладатель имени никак не отреагировал, — Джереми, — Горански произнес это громче, но Хиру было не до этого. В голове крутились мысли о произошедшем ранее: кровь, оружие, люди. Хотелось думать, что это лишь ужасный сон. Не получив ответа, подросток спустился вниз к Кермиту. Тот спокойно читал какую-то книгу, но обратил внимание, услышав шаги. —Джер проснулся, но, похоже, не слышит меня.. —Или не хочет слышать, — такое заявление немного удивило Ричарда и он с недоумением посмотрел на Кермита, — Он наблюдал убийство двух дорогих ему людей, причем одного ему пришлось прикончить самостоятельно. Он молод и, конечно, для него это шок, — тот встал, не переставая говорить, и направился вверх по лестнице. Подросток пошел за ним, — ему хочется думать, что все это - ужасный сон. Но я обещал Сквипу, что постараюсь его защитить после смерти. Я чувствую, что он готов справиться. —Справиться... с чем? — Ричард совершенно не понимал о чем речь, но ответа не получил, что было немного обидно для него. Кермит осторожно открыл дверь и подсел на кровать к Джереми, снимая капюшон. Под ним оказались черные короткие волосы, на концах которым можно было разглядеть темно-зеленый цвет, и глаза, один из которых ничего не видел. Но в целом мягкое лицо не указывало на то, что он мог кого-то убить. Выглядел он тоже моложе своих 29. —Джереми. Я прекрасно понимаю, что ты меня слышишь. Знаю, для тебя это неожиданно, но тебе придется продолжить его дело, как бы сильно ты не хотел этого. —Не... надо.... — из уст парня вырвалось что-то тихое и невнятное, на что Кермит сосредоточенно наклонил голову, — не надо... напоминать о нем... — это было сказано громче, но не слишком. Мужчина понимающе кивнул. —Ты сможешь сам встать? Подросток посмотрел на него уставшим взглядом и немного приподнялся, что было для него прогрессом, а далее полностью сел на кровать, чувствуя бессилие. Он начинал понимать что происходит вокруг, но все казалось таким... странным. Еще один рывок и вот он уже свесил ноги с кровати. Дыхание было странно сбито. Рич не вытерпел и подошел к Джереми, помогая вставать, немного улыбнувшись. —Спасибо... — промямлил подросток, стараясь устоять на ногах. —Мы своих не бросаем, — еще одна ободрительная улыбка от Горански. Он не то чтобы был близким другом Джереми, но Кермит ясно дал понять, что они должны поддерживать друг друга, как и он со Сквипом. Так они проковыляли до первого этажа, преодолевая лестницу и, усадив Джереми на диван, Рич сел рядом. Кермит отошел подальше, давая парням поговорит по душам —Так... как ты себя чувствуешь? — начал Горански, стараясь завязать беседу. На этот вопрос Джереми тихо прорычал —Отвратительно... тело не слушается, а мозг отключается... кажется, будто я в любой момент умру... —Мы с Кермитом сделаем все, чтобы этого не допустить, правда? — на этот раз вопрос был задан мужчине, который лишь кивнул, вешая свой длинный плащ на вешалку. Оказывается, под ним Кермит носил свитер и темные, почти черные, джинсы. По облегающей одежде было видно, что телосложение было довольно хорошим. И это было объяснимо. —У нас со Сквипом было обещание. Он все завещал тебе и компанию в том числе. На первых парах я помогу тебе, а потом ты сможешь сам, я уверен. Джереми устало закрыл глаза, пытаясь понять эти слова. Что ж, это будет долгая дорога.

Три месяца спустя

Все это время пролетело незаметно. Кермит все-еще наставник, да и плюс ко всему бизнес-партнер и друг. Брук исполнила обещание и на данный момент помолвлена с Джереми. Но что же до самого Джереми? Он перестал показывать эмоции, лишь за исключением мог улыбнуться. Волосы обрели черный цвет, челка явно укоротилась. Как внешне, так и внутренне он стал напоминать Сквипа, хоть и происходило это несознательно. Теперь он занимает это место и именно он будет хранить память об этом человеке, которого он по-настоящему любил.