Седьмого сентября тысяча восемьсот двенадцатого года наполеоновские войска встретились с войсками Российской империи, и грянул бой. Поначалу преимущество и удача были на стороне французов, но когда в бой вступила дивизия, в которой находился Семён Белозёров, всё кардинально изменилось.
Сам Семён родом из деревни Бородино, которую сейчас столь яро готовится защищать. Рос он в неполной семье, воспитывался отцом. Он Семёна и научил грамоте, да и жизни он тоже научил. Позже Белозёров младший нашёл себе девушку, да не абы какую, а красивую, умелую, умную, родом из приличной семьи. Нет, это не была любовь с первого взгляда. Сначала они случайно столкнулись во время масленицы, затем, найдя венок на Ивана Купала, увидел ту самую девушку, ну и уже во время Святок поймал её валенок. Сама судьба намекала на то, что им суждено быть вместе. Вскоре они поженились, благословение родителей было дано сразу. Оно и было ожидаемо, ведь Семён был первый парень на деревне. Девушку звали Надеждой, в девичестве Фокина. После свадьбы их ждало пополнение в лице симпатичного сына по имени Константин. А года через два у них появилась дочь Настенька. Жили они душа в душу. Почему жили? Всё потому, что в двери их мирной семейной жизни постучалась война.
И вот теперь Семён стоит среди солдат-новобранцев и ждёт выхода своей дивизии. Но вот слышна команда, и солдаты с криком «Ура!» двинулись в бой. Белозёров рьяно и отважно сражался, но тут шальная пуля угодила ему близ сердца, и теперь он истекал кровью и умирал. Понял Семён это сразу же, закрыл глаза и прощался с жизнью и любимой женой.
Внезапно он услышал родной голос:
— Сёма! — это была его жена Наденька. Она в облачении медицинской сестры спешила к нему под выстрелами.
— Надюш, ты? Но как же?.. Почему не дома? — заплетающимся языком проговорил он.
— Это не важно! Ты только держись, умоляю тебя! — с дрожью в голосе ответила девушка, доставая всё необходимое. Но тут Семён вложил свою руку в её ладонь и сжал её.
— Поздно, Наденька… Прости, умоляю. Я хотел защитить тебя, побыстрее выгнать этих поганых французов из нашей империи, воспитать детишек наших, Настюху замуж отдать, Костика женить… Не успел, не судьба… — говорил он, слабея и тяжело дыша.
— Замолчи! Не смей говорить так! Ты выживешь, у дочки ещё на свадьбе гулять во всю будешь… — начала было Надя, плача, но муж перебил её.
— Ты уж, не обессудь. Не хотел я такого исхода, — сказал он и прикрыл глаза.
— Нет! Не закрывай глаза, Сёмушка. Услышь меня. Я люблю тебя… — рыдая взахлёб говорила она.
— И я тебя тоже люблю, — прошептал Семён.
Тут Белозёров попросил жену наклониться и поцеловал её. Их последний поцелуй был таким же нежным, как и первый. Но ни Семён, ни Надежда не заметили, что пряди их тёмных волос побелели. И вот, солдат умер, отпустив свою жену жить в этом мире. Поле боя пронзил крик боли, боли сильной и жгучей. Надя рыдала, не боясь ничего на этом свете.
***
— Бабушка! Бабушка! — послышались крики молодых людей. Из старой хижинки вышла пожилая женщина, дряхлая и грустная, с седым кульком на голове. Она открыла калитку и впустила дочь с внуками.
— Ох, а я уж думала, что забыли старую, — с укором проговорила она.
— Ма, ну какая ты старая, всего лет пятьдесят! — отозвалась рыжеволосая веснушчатая девушка.
— Настюха правду говорит! — подтвердил её муж Тимур и игриво притянул её к себе за талию.
И правда, Надежде было лишь пятьдесят три, а выглядела она на девяносто. Это неудивительно, после смерти мужа она стала выглядеть лет на двадцать больше своего возраста. С годами седых прядей становилось всё больше и больше, как и морщин.
***
Этой ночью Наде спалось плохо, её то и дело мучали кошмары. Наконец, проваливаясь в сон уже раз в десятый, она увидела своего мужа. Он был не такой молодой, как в тот роковой для них день. Семён звал её к себе, последним, что она услышала было:
— Вот и пришло время нам встретиться, Наденька!
Утром Надежда так и не проснулась. Похоронили её рядом с мужем, посадив на их могилах васильки.