Две реальности

      Снейп посмотрел на учащихся своего факультета. Почти все они были из чистокровных семей. Перед ним стояла нелёгкая задача убедить своих студентов не задирать русских — о тех слагали ужасающие легенды. — Итак, я собрал вас здесь по одному очень важному делу, — начал декан. — Все вы прекрасно знаете, что в Хогвартс прибывают, — посмотрев на часы, он добавил, — прибыли русские. — Я думала, это очередная «утка», оказывается наш хвалёный директор действительно не справляется, — съехидничила Паркинсон. — Не сметь очернять Дамблдора! — взъярился Снейп. — Прекрасно знаете, что Волан-де-Морт жаждет власти. Он собирает могучую армию, чтобы свергнуть правительство, а затем пойти на Хогвартс. И если он его захватит, то нам всем придёт конец. Я знаю, что многие из ваших родителей и родственников служат ему. Не потому что жаждут власти, а из-за страха. Лорд за любую провинность раскидывается непростительными. Изначально, как только он пришёл к власти, к нему присоединялись, потому что разделяли его взгляды. Он хотел, чтобы магическим миром правили чистокровные. А остальных он считал вторым сортом, вовсе недостойным жить. Исключение составляли разве что полукровки — они были нужны для того, чтобы вливать новую кровь, тем самым обновляя магию чистокровных родов. Вас тоже попытаются завербовать, но помните, что Том любит порезвиться с молоденькими девочками и мальчиками, да и не только он. Почти все Пожиратели падки на молодую кровь. Их на посвящении чаще всего насилуют, пуская по кругу. Мне удалось избежать этой участи, а вот Белле Лестрейндж — нет. Поэтому она, свихнувшаяся, убила родного брата. Ребята сидели с округлившимися от страха глазами, Милисента и Паркинсон были на грани истерики. — Пока вы в Хогвартсе, вам ничего не угрожает. Насильно вас, конечно, никогда держать не будут, но под защитой замка вам опасность не страшна. И ещё в этом году все походы в Хогсмид отменены в связи с нависшей угрозой. Дальше территории школы уходить запрещено под риском исключения. Студенты приняли информацию, не возражая. Каждый понимал, что за территорией замка творится страшное. Об этом умалчивал «Пророк», зато писали родители. — Теперь о главном: наших гостей не задирать! Ходим, улыбаемся. В них течет древняя магия, и если кто из вас умудрится разозлить их — пеняйте на себя. Вас размозжит по стенке, не успеете и глазом моргнуть, тем более среди них есть маг Вуду. — А разве магия Вуду не запрещена? — Запрещена, конечно, но в России на это смотрят сквозь пальцы, у них на многие вещи закрывают глаза, — с усмешкой сказал Снейп. — А если они первые полезут? — спросил Крэбб. — Не задавайте глупых вопросов. Дадите отпор. И вряд ли они полезут — у русских титаническое терпение. Но если их кто-то разозлит, то не позавидуешь тому человеку, — ответил декан. — Откуда вы столько знаете про них? — Однажды я бывал в России — холодная страна, хоть и гостеприимная. А теперь каждый из вас даст мне нерушимый обет, что всё мной сказанное не выйдет за пределы этой комнаты. В этот момент камин в гостиной полыхнул зелёным, и оттуда выкатился раненый Люциус Малфой. * * * Несколько часов назад. Малфой-мэнор. Некогда роскошный сад стоял заброшенным. Любимые розы Нарциссы увяли, часть из них была вытоптана Пожирателями Смерти. Вишнёвые, яблочные деревья клонили ветви к земле под тяжестью плодов. Пруд затянула ряска, а яркие павлины были убиты с помощью Авады Кедавры всё теми же Пожирателями. Домовикам строго-настрого было запрещено подходить к саду и ухаживать за ним, так как в поместье с началом весны поселился Волан-де-Морт. Он сидел в зале, бывшим когда-то шикарным. До появления Волдеморта хозяева принимали в нём высокопоставленных гостей и устраивали пиры. Искусная лепнина на потолке, колоны из зелёного мрамора, до блеска начищенный паркет, дорогие картины, изображающие пейзажи, милые сердцу Нарциссы фарфоровые вазы династии Дзен и камин, выполненный в готическом стиле — всё это кануло в лету. Сейчас посреди комнаты стоял длинный стол из чёрного дерева, по краям стола в тон ему стояли стулья, а в конце восседал Лорд на высоком резном троне с неизменной змеёй, обвившейся вокруг спинки. — Хвост, это правда? — отбрасывая газету с утренней статьей о прибывших в Хогвартс русских, спросил Волдеморт. — Да, мой Лорд, чистейшая правда. Источник сообщил, что они уже находятся в школе, — залебезил тот. — Неужели и правда старик сдаёт? Что ж, легче будет захватить Хогвартс. Чудесная новость! — заулыбался Том, хотя улыбкой это было трудно назвать, ведь змеи не улыбаются. Волан-де-Морт представлял собой отвратительное зрелище: лысый, с узкими, как у рептилии, красными глазами, с двумя дырочками вместо носа, бледногубый, с зеленоватым отливом кожи, настолько худой, что даже чёрная, как сама ночь, мантия висела на нём мешком. Как только он возродился, его приспешники обрадовались, особенно Белла. Затем стало не до веселья, как только выяснилось, что Лорд окончательно раздружился с головой. Он раздавал непростительные направо и налево за любую провинность. Излюбленным заклинанием было Круцио Максима. — Хвост, позови Беллу! — воскликнул Риддл. — Сию минуту, мой Лорд, — в поклоне сказал он и уковылял выполнять приказ. Через несколько минут Лестрейндж стояла перед Томом, низко склонив голову. — Не стой столбом, Белла, подойти ко мне ближе. Какая всё-таки ты красивая. С тех пор, как мы встретились, ты ни капли не изменилась, — томно проговорил Волан-де-Морт, слегка шлёпнув её по ягодице. Та, в свою очередь, польщённо зарделась. Она до сих пор продолжала его любить, это был тот самый случай, когда любят внутренний мир, а не внешность. — Скажи мне, вы нашли заклинателя? — Да, мой Лорд, Том... — с придыханием ответила она, так как руки лорда поднялись выше, к груди Беллы. — Через несколько часов его доставят к вам. — Очень хорошо, пойди, позови мне Люциуса. А потом мы с тобой займемся кое-чем интересным, — с интригой проговорил Лорд. Белла встала и нетвёрдым шагом направилась к выходу. Что ни говори, а афродизиаки — сильные вещества. — Люциус, мой скользкий друг, — поприветствовал Волан-де-Морт вошедшего Малфоя. Тот насторожился — благосклонное настроение Лорда ничего хорошего не сулило. — Проходи, присаживайся, — заклинанием отодвигая стул, пригласил Лорд. Малфой сел. — Дорогой мой Люциус, мне срочно нужна книга Теней. Не увиливай, я знаю что она у тебя есть. — Но, мой Лорд, её нельзя никому давать, на ней стоит семейное проклятие. Передавший её, будет умирать в агонии. — Да как ты смеешь мне перечить?! Круцио Максима! — взревел Лорд. Тело Люциуса неестественно выгнулось, а рот был открыт в беззвучном крике. В тишине зала было слышно, как трескаются кости и лопается кожа, обнажая мышцы. Волан-де-Морт промучил его минут пятнадцать. — Хвост! — позвал Лорд. — Убери его от меня и не спускай с него глаз. Он мне ещё нужен. — Слушаюсь, повелитель, — подняв Люциуса с помощью заклинания, он отлевитировал его в спальню. Сев около входа, Петтигрю задремал, не заметив тень, метнувшуюся в комнату. Это была Нарцисса. Наспех переодев едва живого мужа, причиняя при этом минимум боли, она поднесла его с помощью заклинания к камину. — Хогвартс, гостиная Слизерина! — произнесла она, забросив летучий порох в камин и отправив туда мужа, а дождавшись, пока он исчезнет в зелёном вихре, вынула из причёски шпильку и, разломив её, исчезла из спальни. * * * Дамблдор дружелюбным взглядом обвел вновь прибывших. Пока они рассаживались в наколдованные кресла, он готовил речь. — Добро пожаловать в Хогвартс! — начал он. — Я очень признателен, что вы откликнулись на просьбу... — Как будто у нас выбор был, — шепотом сказала Гробыня Тане. Сарданапал с укоризной посмотрел на неё. — В стенах нашей школы, надеюсь, вы обретёте новый дом. И друзей. Всегда сможете найти защиту и понимание. Любой из учеников и преподавателей вам будет рад помочь. Таня слушала Дамблдора вполуха, даже не удивляясь, что она его понимает. Руна «Язык», начертанная на зеркале, позволяла понимать и разговаривать на английском так же, как на родном. Таня с любопытством разглядывала кабинет. Он, по сравнению с кабинетом Сарданапала, был скромен: ожившие портреты на стенах сейчас взирали на прибывших, мозайчатые окна пропускали слабый свет в комнату, к стене была прислонена круглая чаша с жидкостью, тихо жужжали магические приборы, а на полке, поодаль от книг, лежала старая Шляпа. Украшением кабинета, пожалуй, служил феникс. Он сидел справа от директора, курлыкая в такт монологу Дамблдора. — Я всегда к вашим услугам, — пафосно закончил речь Дамблдор. — Спасибо вам, директор, за столь тёплые слова, — ответил Сарданапал, — мы, в свою очередь, сделаем всё от нас зависящее в искоренении зла. — Теперь я хотел бы, чтобы каждый из ребят надел распределяющую Шляпу, — попросил Дамблдор. — Позвольте, директор, наши ученики закончили обучение, и теперь большинство из них проходят аспирантуру. А некоторые уже работают, — сказала Медузия. — Знание никогда не бывает лишним, — назидательно произнёс Сарданапал. Гарри, Рон и Гермиона, до этого сидевшие тихо, с любопытством рассматривая русских, встрепенулись — было интересно, куда распределят их. Взяв шляпу в руки, Альбус отдал её первому, кто сидел к нему ближе всего. Это был Глеб. — О, что я вижу, маг Вуду и однолюб? Рыжая девчонка среди присутствующих, — Бейбарсов слегка покраснел, он не любил, когда лезут к нему в душу. — Не бойся, слышишь? Только не меня, — успокоила Шляпа. — Ещё я вижу много храбрости и много ответственности. Что ж, мой вердикт: Гриффиндор. Следующим был Ягун, которого Шляпа отправила также на Гриффиндор. Шурасик попал в Когтевран, Ванька и Зализина — в Пуффендуй. — Надеюсь, ни у кого нет перхоти? — брезгливо надевая Шляпу, спросила Гробыня. — Как много тщеславия, самолюбия и ненависти к окружающим, но при этом ты влюбчива и ранима. Что ж, мой вердикт: Слизерин. Последней надела шляпу Таня. — Тяжелая судьба, сирота, родители умерли, когда ты была ещё малюткой, как у нашего Гарри, — после этих слов Гроттер с любопытством воззрилась на Поттера. — Отвага, честь, самопожертвование, способность любить, что не каждому дано — Гриффиндор. И тут со Шляпой стали происходить странности. В Таниных руках она осветилась радужным сиянием, затем от полей к верхушке прокатилась полоска света — и вот перед удивлёнными магами предстала новая Шляпа, уже не грязно-коричневая, а цвета молочного шоколада. Все заплатки были убраны магией, а голос Шляпы стал молодым, как у юной девушки. Вдруг из сумочки Гробыни раздался противный вой, и та полезла доставать зудильник. — Да где же он? Зелье приворота — не то, оберегающий талисман — тоже не то, а откуда тут отвертка? — перечисляла Склепова, наконец достав зудильник. Тот выпрыгнул у неё из рук, увеличился в три раза и завис перед глазами присутствующих. С экрана на них смотрела ведьма средних лет. — Недобрый день, не дорогие мои. С вами я, Грызиана Припятская, и мои последние магические новости. Извините меня, что так долго не выходила в эфир — мой оператор пал смертью храбрых на работе. От моей же руки. Ибо не надо меня снимать не с того ракурса, — сделав театральную паузу и подмигнув бельмесым глазом, она продолжила. — Так, что у нас на повестке дня: Бессмертник Кощеев увеличил налоги на склепы и гробы, сообщество вампиров во главе с Германом Дурневым возмущено таким подходом. Последний же требует аудиенции у главного из Магщества Продлыглых Магций. Из зарубежного: Гурий Пуппер и Джейн Петушкофф женятся. Тётя Настурция и самая добрая тётя, имя которой нельзя называть, уже приступили к подготовке свадьбы. Мы попытались взять интервью у Пуппера, но нас не пустили, послав подальше на чистом английском, — со вздохом протараторила Грызиана. — А теперь главная магновость. Держите крепче свои зудильнички, дорогие мои. Несколько бывших учеников и аспирантов Тибидохса во главе с Сарданапалом отправились в другую магическую реальность на помощь английским магам. И это в начале учебного года! Куда смотрит наше правительство?! Интервью с Поклёпом не удалось. Он проклял нашего журналиста и отправил того на Лысую Гору, сам же отправился вымаливать прощения у русалки Милюли. Ох, что же делает с людьми любовь… — мечтательно произнесла ведущая. — Естественно, не обошлось и без известной всем Тани Гроттер, «в каждой бочке затычки», как о ней отзывалась Гробыня Склепова, кстати, очень хорошая и отзывчивая девушка, моя соведущая. Гробынюшка, если ты смотришь меня, то знай, что я тебя очень жду и одна с представителями нашей власти я не справляюсь. Ну, всё, дорогие мои, целую вас в ваши лысинки, родинки и, вообще, куда придётся. С вами была я, Грызиана Припятская, и программа «Последние магновости». Зудильник, замолчав, уменьшился и прыгнул к Гробыне в руки. — Ну, что ж, это было очень познавательно, — с улыбкой произнёс Дамблдор. — Теперь я попрошу домовика, и он отведёт вас в спальни. Гарри, Рон, Гермиона, вы пойдёте вместе с нашими гостями, познакомитесь заодно. К сожалению, на факультетах нет свободных мест, и вы будете жить отдельно. Но учиться и принимать пищу будете вместе с факультетами, на которые вас распределили. Добби! — позвал Дамблдор. Домовик с громким хлопком материализовался перед Альбусом. — Что угодно, директор? — склонив ушастую голову, спросил он. — Отведи наших гостей в их спальни. Только ребят с преподавателями, а нам ещё есть что обсудить. — Хорошо сэр, Добби очень рад служить великому Дамблдору, — прослезился эльф и, взмахнув ручкой, пошёл к выходу. Встав из-за стола, маги и магессы последовали за ним.