Спасибо, что не дал мне умереть.

В коридоре веяло слабым, но довольно ощутимым запахом лекарств и стерильности. Окуясу, нервно теребивший лямки пакетика, из-за предстоящей встречи, которая должна была произойти с минуты на минуту, сидел неподвижно и терпеливо ждал, пока из палаты, в которой находился его раненый друг, выйдет медсестра и позволит ему войти внутрь. О чем они будут разговаривать? Как он себя чувствует? Поток мыслей так и не выходил из головы Окуясу. В последнее время, когда Джоске попал в больницу после сражения с Кирой, Окуясу ни на секунду не переставал думать о нём. Что-то больно кололо внутри, когда он думал о том, какие тяжелые увечия получил Хигашиката, что его нет рядом, ведь этот простофиля так привык к нему.. Голос, смех, улыбка, прикосновения, шутки – этого так не хватало Окуясу. Он чувствовал себя каким-то подавленным и одиноким..Но всё же, не только это волновало парня. Сколько раз они сталкивались с проблемами, с новыми стендюзерами – ярко-голубые глаза Джоске никогда не переставали гореть решимостью, смелостью и отвагой. Он всегда был готов помочь не смотря не на что.. Он не боялся. Наверное, это Окуясу и привлекало в Джоске. Ведь, не часто приходится иметь дело, а уж тем более иметь таких лучших друзей как он. Парень восхищался им, гордился, хотя и скрывал это. —Вы можете проходить. Пациент сейчас отдыхает, так что прошу вас не шуметь и тихо подождать пока он проснется, — спокойным тоном произнесла высокая и молодая брюнетка, аккуратно прикрывшая за собой дверь в палату. От того, что Окуясу не сразу заметил выходящую из палаты медсестру, потому что снова глубоко погрузился в свои мысли, делать чего он не очень любил, он резко приподнял голову и дёрнул плечами, чуть поджав их к себе. Почувстовав себя неловко перед ней, он быстро привстал, крепко сжал в руке пакет с продуктами и, кинув краткое "Спасибо", быстренько вошёл в своё долгожданное место и осторожно прикрыл дверь. Палата, в которой лежал Джоске, была не очень большая, но все же чистая и светлая. В воздухе все так же присутствовал этот всем знакомый и приятный запах стерильности. Окуясу сразу же охватил взглядом все помещение, быстро оценив место: белые стены, нежно-бежевые шторы, которые немного подрагивали из-за лёгкого, тёплого и несильного ветерка. На подоконнике стояло небольшое растение, название которого Окуясу сказать не мог, так как мало чего знает о этом, да и не увлекался он растениями... Не далеко от него стояла кровать, рядом с которой стояла не подключенная к телу капельница. Он тихо поставил пакет с продуктами на прикроватную тумбочку, даже не посмотрев на нее. Его взгляд был устремлён только на человека, который лежал на кровати и тихо сопел, поджав к своим пухлым, приоткрытым губам руку. Почему сердце начало так бешенно колотится в груди парня, не давая тому и нормально вздохнуть? Душа начала трепетать и чуть ли не вырываться из тела. Боясь сделать лишний вздох, Окуясу осторожно присел на корточки около кровати и, сложив на нее одну руку, он робко убрал темно-синию прядь с глаза Джоске другой, который явно мешала ему спать. Поспешно убрав руку от его лица, он сложил её обратно на кровать к другой, поставив на них свой подбородок. Не каждый день тебе выпадает шанс полюбоваться человеком, который вызывает у тебя в животе неких бабочек, приятно разлетающихся по всему телу и вызывая приятную дрожь. Он молча наслаждался этим забавным, но в тоже время и милым зрелищем. Почему ему это так нравилось? Почему он испытывает такое тёплое и приятно щекотливое чувство к этому человеку? Такой милый.. Может это просто всего лишь привязанность к этому человеку, так как Джоске для него стал не просто другом, а что-то на подобии брата, родного человека. Так как у Окуясу был только Кейчо–единственный человек который мог позаботиться о нём. Поэтому Оку и был почти полностью зависим от него. К сожалению, его больше нет... Но сейчас, в связи с недавно произошедшими событиями, у Окуясу появилось достаточно большое количество друзей, которые наверняка помогли бы ему в сложной ситуации. Но всё-таки, они никогда не заменят его лучшего друга - Джоске. А.. Друга ли вообще?... —Хах, тебя так сильно потрепали, но ты все равно держишься, — шёпотом произнёс Окуясу и чуть склонил голову на бок, продолжая любоваться и наблюдать за мило спящим Джоске, на лице которого было несколько пластырей, которые закрывали садины и порезы. Ресницы парня заметно подёргивались, а нежные бледно-розовые губы едва заметно приоткрывались, набирая в лёгкие воздуха. Кожа на лице была такой чистой и бледной, что можно было подумать о том, что этот парень использовал не малое количество кремов, масок для лица.. Но нет, эта кожа была натуральной и естественной, с самого рождения парня. Окуясу всегда доставляло удовольствие притрагиваться к ней, когда имеется такая возможность, поэтому, использовав момент, он приблизил свою руку к его светлой щеке и ласково провёл по ней тыльной стороной пальцев, еле касаясь кончиками ногтей его мягкой и нежной кожи. —Мне казалось, что когда я видел тот самый странный сон, я слышал твой голос. Кажется, ты говорил что я не мертв,— снова прошептал Окуясу, хотя и понимал что разговаривает сам с собой, так как Джоске сейчас спал и на его лице оставалось всё то же спокойствие и умиротворённость. Немного отстранившись от кровати, Окуясу уселся на пол как можно удобнее, потому что от прошлого положения тела у него начала болеть спина. —Знаешь, Хаято рассказал мне о том, что случилось.. О том, как Кира сделал из меня бомбу, как ты меня тащил на себе, хотя все думали что я уже мёртв, — тихо проговорил Окуясу, жестикулируя в воздухе рукой, но потом затих. В помещении настала мертвая тишина, которая так и давила на уши. Глаза парня немного намокли и он быстро принялся вытирать их тыльной стороной кисти руки, будто в комнате находился кто-то ещё и мог его заметить в подобном виде. —Спасибо, что не дал мне тогда умереть, Джоске!— не громко пробубнил себе под нос Окуясу и шмыгнул носом, слегка приподняв уголки губ в благодарной улыбке. Прижавшись щекой к боковой стороне кровати, он опустил взгляд в пол, чуть скривив брови на переносице, потому что ему было стыдно самому за себя. Зачем это он взял и пустил слезу? Окуясу был довольно эмоциональным человеком, поэтому ожидать от него можно было все что угодно. Он почти смирился с этим, но все равно, в такие моменты ему было стыдно за самого себя, хотя никому в принципе до этого и не было дела. Ему было немного неловко за такое поведение, потому что со стороны, как по его мнению, это выглядело весьма не уместно: здоровый, крепкий парень, а начинает плакать при первой же возможности, как девчонка.. Вдруг, он почувствовал теплую руку на своём лбу, которая ласково прошлась по его немного растрепавшейся причёске. Чьи-то подушечки пальцев нежно убрали прядь непослушных волос за его ушко. –Болван ты, Окуясу, — слева послышался чей-то не громкий и приятный для ушей голос, в котором слышалась нотка обиды, а так же забавы. Окуясу опешил от неожиданности и быстро повернул голову на звук. На него смотрели ярко-голубые, красивые, всё так же наполненные жизнью и силой глаза. Джоске, заметив шок и смущение на лице Окуясу, не смог не сдержать хохот, откинувшись на подушку. Окуясу недовольно прищурил глаза и свёл брови вместе, показывая своё недовольство. Скрестив руки на груди и немного надувшись, он сверлил Джоске недовольным и растерянным взглядом, пока тот не успокоился и не пришёл в адекватное состояние. —Значит, всё то время когда я говорил, ты притворялся что спишь? Джоске, знаешь кто ты?.. — тихо прошипел Окуясу через зубы и хотел было встать на ноги, чтобы покинуть это чёртово место, как вдруг его крепко сжали за запястье и притянули к кровати, тем самым посадив на неё. Окуясу выдохнул и насупился, как мышь на крупу, отвернувшись от этого болвана. Джоске привстал, тихо шикнув от боли в бедре и взглянув на Окуясу, запустил свою пятерню в свои распущенные волосы и убрал их назад, чтобы не мешали. Окуясу отвернул от него голову, чтобы не показывать этому наглецу свои щеки, окрашенные розовым румянцем, но через пару секунд румянец стал ещё краснее, когда кто-то положил подбородок на его плечо и обвел его талию со спины руками. —Оку, я же пошутил.. Пожалуйста, не сердись на меня,— с виной в голосе проговорил тот и вдруг почувствовал, как сильно колотится сердце Окуясу, так как рука лежала на его груди. Да и не только оно, температура тела в ту же минуту стала намного больше. «Он так сильно смущается?»,— подумал Джоске и, вопросительно приподняв бровь, аккуратно развернув голову Оку к себе, но тут же застыл, когда заметил наполненные слезами глаза, которые то и дело пытались куда-то посмотреть, чтобы не встречаться взглядом. Окуясу стало немного обидно за то, что Джоске не серьёзно отнёсся к его словам, как будто это была глупая шутка. Тихо цокнув языком, парень провёл по мокрым глазам указательным и большим пальцем, сомкнув их на переносице, собрав слёзы вместе и не дав им прокатиться по щекам. —Хей, Окуясу.. Ну чего ты, братан? Я так сильно тебя огорчил?—пытался выяснить Джоске причину его слез, но так и не получил ответа. Немного посидев и понаблюдав за этим горем луковым, он положил руку на его шею и не сильно придвинул этого бедалагу к себе, мягко чмокнув того в еле ощутимо подрагивающие губы, совсем не собираясь отстраняться. Окуясу даже не смог среагировать, потому что это получилось совсем неожиданно. По телу пробежался прохладный холодок, который после чего ударил в виски. Это был первый поцелуй.. Он и не думал, что он произойдёт именно так, а уж тем более с мужчиной. Дурные мысли и обида на Джоске, все эти негативные эмоции сразу же исчезли, после того как губы почувствовали чужую и теплую плоть. Но вот, Джоске не спеша отстранился, чего Окуясу и не сразу понял, поэтому чуть двинулся вперёд, но потом всё же ему пришлось расстаться с этими любимыми и заветными губами. Поняв что произошло, он растерянно отстранился от Джоске, широко открыв глаза и смотря на парня, пытаясь что-то прочитать в его глазах. Он боялся того, что скажет Джоске, а именно то, что ему не понравилось и прочие отрицательные эмоции. Джоске всего лишь издал смешок и слегка улыбнулся, убрав руки от парня. –Ты и правда думаешь, что я бросил бы тебя там, Окуясу?—сказал Джоске, чуть приподняв брови, наблюдая за смущенным другом, который, честно говоря, ожидал услышать кое-что другое, аккуратно потирая подушечками пальцев свою нижнюю губу. Парень довольно улыбнулся и аккуратно спустил ноги с кровати, чтобы сесть по-удобнее. В боку и бедре не приятно потянуло и Джоске лишь издал тихое шипение, сделав губы трубочкой и чуть прищурив глаза. Сев и прижавшись боком к телу парня, Джоске устало положил тому свою голову на крепкое плечо и, прикрыв глаза, потёрся об него щекой, уткнувшись губами в ткань школьной формы. —Разве я мог сделать, глупый? — тихо пролепетал Джоске и, приподняв немного голову, чмокнул Окуясу в горячую шею, издав смешок. Окуясу сидел неподвижно, то и дело растерянно смотрев на Джоске, который как на зло делал вид, что ничего и не произошло. Такого поворота событий Окуясу уж точно не ожидал, но... Нельзя было не сказать о том, как счастливо в тот момент горели его глаза. Очнувшись, парень смущённо отвёл взгляд и тихонько хихикнул, прижав к губам угол согнутого указательного пальца. Почесав переносицу средним пальцем, Окуясу взглянул на Джоске и слегка нахмурился, сделав наигранную серьёзность, хотя и не мог сдерживать маленькую улыбку. —Придурошный..— пробубнил парень и с этими словами, неспеша двинулся вперёд и приблизился к лицу замершего от ожидания Джоске. Можно было даже почувствовать тёплый и влажный воздух, который выдохнул подросток на губы Окуясу. Парень сидел смирно и не подвижно, наблюдая за действиями товарища, который в тот момент робко прикоснулся приоткрытыми губами к уголоку губ Джоске, тихонько выдохнув и прикрыв глаза. Окуясу ни разу в жизни никого не целовал, поэтому он просто опирался на воспоминания, которые получал при просмотре фильмов, или же просто на наблюдения из жизни. Понимая, что Окуясу неопытен, судя по его действиям, Джоске решил взять ситуацию под свой контроль и ласково положил свою руку на напряжённую шею Оку, провёл ею вдоль сонной артерии и плавно перевёл большой палец на раковину ушка, слегка поглаживая её. Чуть поддавшись вперёд, Хигашиката накрыл своими губами верхнюю губу друга, тем самым дав ему понять, что всё хорошо и он не против. Сердце Окуясу с огромной скоростью билась об стенки груди, а тело обдавало горячей волной волнения, как это бывает когда сильно переживаешь, или же очень сильно боишься. Руки, которые немного подрагивали, непроизвольно легли на горячие щеки Джоске и чуть потянули его голову ближе.. Хотелось чтобы парень был ещё ближе, слился с ним и никогда не отпускал. Окуясу погрузился в некий транс, кажется, если бы он мог описать это чувство, то возможно, он бы описал это странной лихорадкой, которая разлилась по всему телу. Чувствовать чужой горячий язык на своих губах, чувствовать как он нежно проникает внутрь, соприкасаясь со своим родным — это было что-то новое для Окуясу. Но всё хорошее рано или поздно всё равно кончается. Когда Окуясу только-только вошёл в экстаз, как тут же этот экстаз и пропал, потому что Джоске резко разорвал их поцелуй и, не громко шикнув от колкой боли в боку, упёрся лбом в плечо Окуясу, быстро переложив свою руку на перебинтованный бок. —Прости, в таком состоянии мало чего поделаешь, — попытался пошутить Джоске и потёрся щекой об плечо парня, после чего поднял голову и с виноватой улыбкой поправил тому не послушную прядь волос, свисающую со лба. Окуясу отвёл смущённый взгляд, чтобы не смотреть на Джоске, от которого его щеки ещё больше набирали розовый оттенок, но через пару минут он всё же пришёл в норму и повернулся обратно как не в чём не бывало. —Чего ты вообще сел? Тебе нельзя много двигаться! — возмутился Окуясу и принял попытки положить этого любовничка на место. Джоске совсем не хотел этого делать, так как лежал на ней достаточно большое количество времени, но всё-таки сдался и лёг обратно в свою ненавистную кровать, положив под голову свою согнутую руку. Окуясу поправил тому одеяло и сел рядом на край кровати, начав рассказывать ему о том, что происходило в его отсутствие. Положив свою руку на его, он начал поглаживать большим пальцем сухие и немного разодранные костяшки, после пережитых побоев.