BTS Imagines and AU

Темной ночью, соревнуясь с ледяным ветром, клином летели четверо воинов. Луна, то и дело скрывающаяся за низкими облаками, тускло светила с небес, и ее свет отражался от белоснежных дюн снега. Впереди черным пятном виднелся сосновый лес, населенный высокими мрачными соснами и безмолвными елями. Истошные завывания голодных волков только добавляли жути картине. До цели оставалось совсем немного, и лидер заметно нервничал: долгий путь мог вымотать его группу, но и назад дорога была не менее трудна. Им предстояло обезвредить и вернуть на Материнское древо четверых предателей и бывших друзей. Намджун тяготился многим, но не сомневался в боевых навыках группы: с ним были его правое и левое крыло, Юнги и Хосок, и одна из его когтей — Юна. Его крылья то и дело вздрагивали, лязгали накрыльные лезвия — грозное вспомогательное оружие, мощные взмахи его огромных в крыльев были нервно быстры. Обеспокоенно топорщились его перья. Лидер выглядел взъерошенным. — Намджун, может взлетим повыше? — подал голос Хосок, летевший по левое крыло Кима, но чуть поодаль, — мы снижаемся. — Нам рано садиться, до леса еще далеко, — Юнги уступил место по правое крыло лидера сестре. Он почти кричал, и его голос из-за потоков воздуха было слышно смазанно. Намджун чуть вздрогнул из-за голосов подчиненных, и без слов поднялся чуть выше. Все, без промедления последовали за капитаном. Его мощные взмахи создавали воздушный мешок, поэтому группе было относительно легко лететь. Юна бросила короткий взгляд на лидера, а потом взглянула на Хосока, мол, что это с ним? Чон лишь прикрыл глаза, вздохнул, и поправил капюшон, а после сцепил руки в замок за поясницей. Юнги же, еще с утра желавший спросить сестру о ее грустном лице и поникших крыльях, нагнал девушку и слегка коснулся ее маховых перьев своими. Их черные, отливающие синевой крылья выглядели захватывающе прекрасно, а серебряные лезвия переливались холодным лунным светом. Довольно редкая расцветка сделала брата с сестрой местными знаменитостями, чем так сильно гордилась их мама. Она, в отличие от ее детей, обладала белоснежным цветом перьев. Юна посмотрела в сторону, на брата, и ее эмоции на лице отобразили вопрос: «Что?» — Почему с утра у тебя такое лицо, будто ты страдаешь за всех людей сразу? — Юнги, ты же знаешь, что Тэхён был моим лучшим другом, — Юна чутка отлетела от брата, не позволяя ему касаться своих крыльев. — Я знаю, — самодовольно улыбнулся старший брат, — но мне кажется не из-за него ты тоскуешь. Мин виртуозно перевернулся в воздухе и теперь летел прямо под сестрой, сложив руки на груди. — Понтуешься виражами? — Юна даже не смотрела на брата. — Высший пилотаж. Хочешь стать крылом — научись танцевать в воздухе, как я. Юна закатила глаза, и вздрогнула: в небе раздался голос Намджуна. — Держать строй, скоро снижение! Юнги безмолвно совершил вираж, сложив крылья и крутанувшись по своей оси. После он мощно раскрыл их и занял место поодаль от сестры. Под ними черной краской разлился лес, и плохо скрываемое ветвями колючее чувство беспокойства. *** Спустя некоторое время группа пошла на снижение, и в черном пятне леса начали виднеться отдельные верхушки деревьев. Ветер только усилился, и начавшийся снег нещадно бил по щекам. — Вон там, — Хосок обратил на себя внимание лидера и ткнул пальцем, — большая поляна, а возле нее холм. За этим возвышением хижина, где они обосновались. Хосок держал в голове все карты и ориентиры, и поэтому был особенно ценным членом отряда. — Вижу. Но мы приземлимся тут, и дойдем пешком. Они могут заметить нас, — Намджун сиганул вниз, неожиданно проворно для его орлиных крыльев. Все только пожали плечами. — Хосок, спорим ты придешь первым на своем бреющем? — Юнги себе не изменял: даже на морально тяжелой миссии все равно находил повод для веселья. Хосок хмыкнул, и сложил свои коршуновы крылья, скрываясь из виду. Двое воронов, брат и сестра, прыгнули за ним. Намджун прорыл ногами большую колею из снега при приземлении. Полянка была маленькая, и уже через несколько секунд она была испещрена линиями, свидетельствующими о посадке отряда. — Пешком. И тихо, — Намджун дернул крыльями и сложил их. — Тут отвратительно холодно и мерзко, — Хосок обнял себя крыльями, сделав подобие пернатого «плаща». Все последовали его примеру. Отчасти холод им только казался — ведь там, в небе, причем при быстром полете, было несомненно морознее. Просто неродная земля давила темнотой и стужей. — Мало ли какая зараза тут ходит, — поддержал друга Юнги, — сейчас бы с ветки на ветку летать, а не по земле ходить. Бррр… Крылатые не особо любили находиться на поверхности земли. Конечно, были и те, кто выращивал еду на небольших полях, но жили все на огромных ветках исполинских деревьев. — Парни, не забывайте, что там Тэхён с его отличным слухом, — Юна пробиралась сквозь ветви елей, с трудом шагая в высоком снегу. — Да брось, сестренка, его Джин полуживого уносил на спине после той битвы, — Юнги плотнее завернулся в «плащ». Его лезвия, скрещенные у лица запотели от горячих клубов дыхания. — Прошло достаточно времени. Он может быть и не боеспособен в воздухе, да и на земле, но из-за угла в бок кинжалом ткнуть способен, — Хосок шмыгнул носом, — думаю нам недолго осталось идти. — Раз он такой ушастый, он же по-любому спалит нас из-за шуршащего снега, — фейспалм Юнги, наверно, был достаточно громким для того, чтобы спугнуть стайку птиц с веток деревьев. — Не бухти. Мы идем с наветренной стороны, и метель глушит наши шаги. Они с большей вероятностью заметили бы нас в небе, чем на земле. А они, скорее всего, дежурят, высматривая небо, — Намджун шел впереди протаптывая тропинку. Но никто не догадался идти прямо за ним. — Мозг, — восхищенно протянул Юнги, и даже остановился, как вкопанный, из-за этого мудрейшего объяснения. — Действительно, — пробормотал Хосок, беря на это на заметку. Ветра на земле совсем не такие, как в небе, подумал про себя он. — И идите гуськом прямо за мной. Мы не в небе, идти клином, — Намджун обернулся на рассредоточенный отряд и снисходительно, но добродушно поднял уголки губ. — Точно, — Юнги прыгнул на намджунову колею, споро зашагав за лидером. *** — А вот и она, — Хосок расправил крылья и подправил кастеты, — свет горит тускло и идет дымок, значит в гнезде кто-то есть. — Убогое наземное гнездо, — Юнги с лязгом развернул крылья, и ощупал бедра: кинжалы на месте. Настроение разительно отличалось от того, что было буквально пять минут назад. Отряд готовился обезвредить, а значит сильно ранить своих бывших друзей. Предателей, как бы больно это не было. На данный момент не важны причины, неважно как и почему они предали Материнское древо. Факт остается фактом. И задача предельно проста — обезвредить и доставить Джина, Чимина, Тэхёна и Чонгука на суд. И судьба их, отряда, не касается: каждый понимал, что им воздастся по заслугам. Никто не знал в какую сторону склоняется чаша весов: либо относительно милосердная, но медленная смерть, либо отсечение крыльев. И всем ясно, какое наказание было бы более мучительнее. — Я — Джин, Юнги — Чимин, Хосок — Тэхён, Юна — Чонгук. Юна крик в силе? — Намджун не отводил острого взгляда от хижины. — Почему Хосоку досталась больная сова, а моей сестре смертоносный сапсан? — без тени эмоций спросил Юнги, разминая крылья. — Потому что Хосок пока недостаточно быстр в бою, без обид. Чимина сможешь победить только ты, потому что тренировал его. Джин самый сильный, поэтому… — Ладно, понял. Можешь дальше не объяснять, — Юнги перевел взгляд на холодную отстраненность своей сестры. Ее крылья, как и утром, были безвольно опущены, что с потрохами выдавало ее подавленное состояние. Мин подошел к сестре. — Ты чего? — зашептал заботливый братец, — Боишься? Или все потому что придется биться с уже бывшим парнем? Глаза Юны в шоке округлились и она удивленно уставилась на брата, беззвучно раскрывая рот, не в состоянии вымолвить ни слова. — Я все знаю, и не осуждаю. Жаль, что он предал нас, а так бы я был бы не против ваших отношений. — Что? — шепнула Юна, закашлявшись, — я думала ты убьешь нас! — Вовсе нет. Просто нам, наверно, надо чаще общаться о личном, — улыбнулся Юнги, заглядывая сестре в глаза, — ты сможешь кричать в таком холоде? — Да, — решительно кивнула Юна, ободренная словами брата об общении. Крик — редчайший дар. По сути, ничего особенного, всего лишь отголосок древнейшей, позабытой магии крылатых людей. Сильнейшая ударная волна по легендам была способна сносить леса, вырывая с корнем все деревья на своем пути. Но сегодня Юна могла лишь немного отбросить оппонента назад, но знатно его оглушить. Против быстрого, как ветер, Чонгука это было хорошим подспорьем. — Не будем медлить, — стальным голосом отдал приказ Намджун. Команда двинулась навстречу хижине, и каждый думал о том, каково это — биться с лучшими друзьями.