Хочу быть с ним

Лань Юань так вымотался после двух почти бессонных ночей, что сам не понял, как и почему проснулся на кухне. Еще сильнее он удивился, когда обнаружил, что спал под одеялом — это ведь А-Лин укрыл его, да? Какой хороший ребенок. А-Юань все еще чувствовал себя немного виноватым за последние дни… Все-таки ему пришлось справляться и с «веселым» папой Вэем, и с его «радужным» настроением… Надо будет все-таки помочь ему с маркетингом. Все утро Сычжуй отгонял от себя мысли об отцах, хорошо, что преподавание сложных лекций помогало отвлечься. Но после обеда, когда он оказался в редакции, вопросы начали возникать в голове сами собой. Лань Чжань простил Вэй Ина? У Вэй Ина было что-то с той актрисой? Как он умудрился попасть в газеты? Пока Лань Юань переписывал свою колонку, согласно исправлениям редактора, у него завибрировал телефон. Посмотрев на имя на экране, А-Юань тяжело вздохнул. Он знал, что так будет и все же… Он сбросил звонок и повернулся к Лань Цзинъи: — Я отойду минут на десять. — Все окей? — А-Цзинъи посмотрел на друга с легким волнением — разумеется, все в редакции видели ту статью. Но в чем был плюс общения с теми, кто работает в сфере журналистики — они знают, что правда в новостях встречается в разы реже выдумки. А у Лань Цзинъи хватало такта не лезть к другу и не доставать его тупыми вопросами — за это он его и любил. — Да, — кивнул А-Юань, — хочу подышать воздухом, — он улыбнулся. А-Цзинъи вроде поверил. Он повернулся к своему монитору и продолжил что-то строчить на клавиатуре. Лань Юань положил в джинсы телефон, незаметно вытащил из нижнего ящика стола пачку сигарет, сунул ее в карман и пошел на улицу. Он называл это не «подышать воздухом», а «подышать через фильтр». Обычно он прибегал к такому способу проветриться, когда его в очередной раз выводил редактор или директор, но сегодня он просто не мог решиться на разговор с папой. Он одновременно и хотел и не хотел с ним говорить. Подкурив сигарету и сделав несколько затяжек, Лань Юань наконец решился и перезвонил отцу. — Привет, пап, — спокойно сказал он. — О, А-Юань! Рад, что ты позвонил, а то я беспокоился! — Я в порядке, это все? Я сейчас на работе, — Сычжуй не хотел быть резок, но стоило ему вспомнить ту статью, как злость снова начинала циркулировать по венам. — Прости, что отвлекаю. Я хотел извиниться за вчера… Я… М-м… Вэй Ин мычал в трубку, пытаясь подобрать слова. Сычжуй не мог не удивляться этому — чтобы его отец и не знал, что лучше сказать? Это на него не похоже. — Пап, не надо, — Лань Юань поморщился, — лучше извиняйся перед папой Чжанем, а не передо мной. — А-Юань, я хочу, чтобы ты понял — у нас с Лань Чжанем все хорошо, мы не… — Черт! — Лань Юань бросил недокуренную сигарету на асфальт и наступил на нее ногой. — Ну вот как так?! Почему вы оба это твердите? Как у вас может быть все хорошо? Как?! Вэй Ин на какое-то время замолчал, а потом сказал: — Мы с Лань Чжанем очень любим друг друга, и ничто не сможет это изменить. Никогда. Понимаешь? — Даже если ты трахнешь кого-то еще? — не сдержался Сычжуй. — У меня ничего не было с той актрисой, — с легким раздражением в голосе ответил Усянь, — мы с ней даже не целовались! — Хах, — А-Юань громко усмехнулся над такой формулировкой. — Серьезно, — настаивал Вэй Ин, — да, те фото — настоящие, — он не пытался отрицать правду. — Девушка на этих фото — дочка главы крупной фирмы, которая занимается производством очень качественных гитар. Я давно пытаюсь завоевать расположение директора, но все безуспешно. Тогда я узнал, что у него есть дочь — мы несколько раз встретились с ней в неформальной обстановке… Лань Юань отодвинул телефон от уха. Ему не хотелось слышать подробности того, как Вэй Ин заполучил очередной контракт. Как ухаживал за какой-то богатенькой фифой, водил ее в рестораны и отель. И все ради работы?.. — А-Юань, ты меня слышишь? — из динамика доносился громкий голос Усяня. — Да-да, — он слова прислонил айфон к уху. — Я понял, ты считаешь, что потискаться с какой-то девкой, ради контракта — это нормально. Еще раз тебя спрашиваю — ты извинился перед папой Чжанем? Лань Юань не мог перестать представлять, каково было Лань Чжаню увидеть подобные фото. Вэй Ин громко вздохнул. — Да, я вымаливал его прощение всю ночь, хочешь подробности? Свободная ладонь Сычжуя сжалась в кулак. — Нет, спасибо, этого мне достаточно, — едко ответил он. — Что-то еще? — Ты… — На том конце слышалось громкое дыхание. — Ты меня простил? Лань Юань молчал. Он прикрыл глаза и пытался разобраться в своих чувствах. — А-Юань, я честно не хочу, чтобы ты злился на меня… Я… — Его голос надломился. — Прости. Прости за те фото, прости, что в очередной раз обидел твоего папу, прости, что попал в газеты… — Голос Вэй Ина звучал устало. — Прости, что я у тебя такой непутевый папаша… Никчемный из меня отец… даже не родной… — Его голос затих. Лань Юань с такой силой сжал айфон, что тот тихонько затрещал. — Пап… На самом деле он никогда так не думал. Да, к своему стыду, Сычжуй частенько в ссорах разбрасывался фразочками типа «ты мне никто», «ты мне даже не отец», «ты мне не родной», но на деле никого ближе и роднее Вэй Ина и Лань Чжаня у него не было. И он любил своих пап всем сердцем. Он знал, что должен быть благодарен им по гроб жизни и был бы рад лишний раз это проявить, но каждый раз все шло не так… Эти его ссоры — особенно с Вэй Ином, если бы ему было все равно — разве стал бы он так раздражаться? Если бы он не переживал за этих двух старых дурачков — стал бы он так волноваться? Они заботились друг о друге, оттого и сталкивались лбами. — Я не злюсь на тебя… — признался А-Юань. — Если папа Чжань терпит твою вредную задницу… Что ж… — Он улыбнулся и покачал головой. Сычжуй был рад, что у его пап все хорошо. Наверное, Усянь обладал какой-то суперсилой типа — мега-харизмы или знал какое-то заклинание-приворот. Как бы там ни было, если Лань Чжань и Вэй Ин счастливы вместе — это главное. — Твой папа Чжань не только терпит мою задницу, он еще ее и… — Умоляю, скажи, что ты не собирался сказать то, о чем я подумал, — взмолился Сыжчуй шутливо. — Я хотел сказать целует, — усмехнулся Вэй Ин. Он заметно повеселел, заметив, как сменилось настроение сына. — Но то, о чем ты подумал — тоже правда. — Фу, пап, блин! — А-Юань высунул язык, хотя отец и не мог его видеть. — Папа не блин, а оладушек, — привычно ответил Вэй Ин. — Ладно, оладушек, мне пора работать, — мягко сказал он. — Хорошо, удачи. И кстати, извинись от меня перед А-Лином, окей? — Его голос снова приобрел извиняющиеся нотки. — Я свалился на него вчера, как снег на голову… Нехорошо получилось… — Ага, — на губах Сычжуя появилась усмешка, — но не переживай, он не злится. Все хорошо. — Он славный малый, — с теплотой сказал Усянь, — будь с ним помягче, хорошо? — Да, пап, — он закатил глаза. На какое-то время они оба замолчали, а потом Лань Юань тихо сказал: — Никогда не говори, что ты мне лишь приемный отец… — Он сильно нахмурился. — Вы с папой Чжанем мне роднее всех родных, понял? — Хех. — Что? — буркнул Сычжуй. Смешок — не совсем та реакция, на которую он рассчитывал. — Просто ты не представляешь, как мне приятно это слышать, А-Юань. И я обязательно передам твои слова Лань Чжаню! Слово в слово! — по голосу было ясно, что Вэй Ин улыбается. Лань Юань невольно покраснел. — Тогда передай ему еще, что я его очень люблю. — Сильнее, чем меня? — добродушно подкалывал Вэй Ин. — Возмо-о-ожно, — протянул он. Они оба знали, что все это лишь шутки. В конце концов, он разговаривал именно с тем, кто и научил его шутить подобным образом. — Ох, ты ранил меня в самое сердце! Все, теперь не расскажу ничего Лань Чжаню! Я слишком ревную, — игриво ответил Усянь. Лань Юань широко улыбался. — Пока, пап. Люблю. — И я тебя, пока, — с чувством сказал Вэй Ин и отключился. Сычжуй прислонился спиной к ближайшей стене и поднял взгляд в небо. На его губах была легкая улыбка, а глаза он прикрыл, чтобы не слепило солнце. Он подпитывался энергией окружающего мира. Так хорошо и спокойно. Все-таки к лучшему, что он поговорил с папой Вэем.

***

Тем вечером Лань Юань ушел из редакции пораньше — там царил такой дурдом, что невозможно было его терпеть. Сосредоточиться на работе в подобной атмосфере было невозможно, поэтому редактор велел всем, кто не участвует в конкурсе, пойти домой и не мешаться под ногами. Сычжуй воспользовался этим щедрым, пусть и не самым вежливым предложением и отправился домой. На кухне он нашел А-Лина, который с выражением полнейшего отчаяния смотрел на материалы по маркетингу. Лань Юань и так собирался ему помочь, а тут такая удобная возможность предложить себя в качестве репетитора. Он был рад помочь соседу. Следующие несколько часов Цзинь Лин так внимательно его слушал, конспектировал, старательно все запоминал, что А-Юань не мог не умиляться. Ему захотелось как-то порадовать малыша, тогда он вспомнил, как обычно поступал Вэй Ин в таких ситуациях — он отвозил его в крутую джелатерию и угощал вкуснейшим мороженым. После этого Сычжуй всегда чувствовал себя счастливее. Стоило попробовать этот метод с А-Лином — он заслужил. И все вроде шло хорошо, пока Цзинь Лин вдруг не начал его целовать. Уже второй раз такое! Когда А-Лин делал нечто подобное в парке, А-Юань подумал, что не в праве его отталкивать — он ведь сам его первым поцеловал тогда, после душа. Но, видимо, лучше бы он его оттолкнул! Потому что теперь все сворачивало совсем не туда! Жулань еще и секс сюда зачем-то приплел?! А-Лин реально считает, что ему настолько все равно, с кем спать?! За кого он его держит? У них ведь приличная разница в возрасте, да и А-Лин девственник… Наверняка, Цзинь Лин еще даже не до конца уверен в своей ориентации… Кто-кто, а Лань Юань точно не должен становиться его первым. Это было бы нечестно и неправильно. А-Лин юн и темпераментен, каждый день он видит перед собой другого парня, вот и принимает желаемое за действительное. А-Лин вышел из ягуара, хлопнув дверью, а Сычжуй так и остался сидеть в машине. Он сложил руки на руле и опустил на них голову. Это он виноват, что все так вышло? Он ведь реально не хотел ничего такого… Прикрыв глаза, Лань Юань подумал о том, что если бы Цзинь Лин был чуть постарше и у него уже был бы хоть какой-то сексуальный опыт, то, возможно, он и смог бы с ним переспать… Почему нет? А-Лин милый и привлекательный. Добрый и отзывчивый. Конечно, он не идеал, но какая разница, если он будет стоять раком, страстно постанывая? Мысли о том, каким любовником мог бы быть А-Лин немного завели А-Юаня, поэтому он резко распахнул глаза и выпрямился в водительском кресле. Все равно это было бы неправильно. И вообще, он любит только Лань Цзинъи и мог бы встречаться только с ним, а Цзинь Лина вряд ли бы устроили отношения без обязательств. Он после пары невинных поцелуев начал желать полноценных отношений и статус парня, что уж говорить о том, если они зайдут куда-то дальше… Лань Юань провел пальцами по губам. А-Лин определенно стал лучше целоваться. Он практиковался с кем-то еще или просто осмелел? — Хе-хе, — он тихонько усмехнулся и покачал головой, вспоминая решительное выражение Жуланя. То, с каким напором он прижимался к нему… Сычжуй никак такого не ожидал. Он вообще не думал, что его можно загнать в тупик или удивить несколькими поцелуями! — Ох, А-Лин… — со вздохом произнес он и вышел наконец из машины.

***

Когда Лань Юань вернулся домой, Цзинь Лин уже закрылся у себя в комнате, а следующим утром они оба общались нормально, будто ссоры и не было. Сычжуй почувствовал от этого странное облегчение, он бы не хотел, чтобы сосед на него обижался. Для А-Юаня сегодня был последний день преподавания, и он совпал с днем, когда по многим предметам проводились оценочные тесты. Все утро он замещал Сан Фэня, радуясь тому, что больше не придется прогуливать из-за этого свои пары. Конечно, все его профессора были в курсе ситуации — да и на четвертом курсе многие совмещали работу с учебой, поэтому прогулы не были такой уж редкостью. А учитывая, кто его дядя — вряд ли к нему стал бы кто-то прикапываться. И все же он вздохнул с облегчением, когда провел последнюю лекцию. Его нагрузка и без преподавания была слишком большой. Не успев прийти в себя после преподавания, А-Юань помчался в комнату отдыха — переодеваться в официальный черный костюм. У него оставалось впритык времени, чтобы добраться до нужного отеля к началу конкурса. Их медиахолдинг мог себе позволить провести любое мероприятие с размахом — все корпоративы и праздники всегда проходили на широкую ногу. Шик и роскошь сопровождали любое событие, которое устраивала компания. Вот и в этот раз их медиахолдинг арендовал целый нижний этаж в пятизвездочном отеле в центре на весь день. Программа мероприятия тоже была насыщенной: конкурсы, презентации, фуршет, банкет… Голова шла кругом от одних мыслей о том, сколько всего там будет. Посещение каждого пункта программы было обязательно для всех сотрудников различных изданий. Стоило Лань Юаню оказаться в красиво украшенном холле отеля, как к нему подскочил Лань Цзинъи. — Вот ты где! Я уже начал переживать! — А-Цзинъи вцепился в руку друга. Его лицо было слегка перепуганным. Лань Юань улыбнулся. Он знал, что его друг терпеть не мог большие скопления народа. Вокруг было столько людей, что оказалось сложно даже протолкнуться среди разодетых сотрудников из разных редакций. — Прости, я приехал сразу, как только смог. У меня с утра были лекции, — извинился А-Юань, радуясь, тому что друг нуждался в нем. Это было очень приятным чувством. — Я знаю, — Лань Цзинъи сделал несколько глубоких вдохов и выдохов и немного успокоился. — Просто мне не по себе… Ты же знаешь… — Он отпустил руку Сычжуя и сделал шаг назад. — Идем, редактор уже искал нас.

***

Конкурс. Фуршет. Презентация. Конкурс. Презентация. Конкурс. Подведение итогов и снова презентация. К восьми вечера Лань Юань чувствовал себя выжатым лимоном. Пусть он и не был конкурсантом, а все равно выдохся. Голова пухла от больших объемов бесполезной информации — все презентации по большей части были лишь восхвалением какого-то журнала или редакции, каждый хотел выпендриться перед начальством и руководством, поэтому в воздухе нон-стоп витали ароматы фальши и подлизывания. К сожалению, в этом фарсе приходилось участвовать и А-Юаню — у него уже скулы болели улыбаться всем этим начальникам, начальникам начальников, владельцам и боссам. Но выбора не было. Его успокаивало только то, что осталось пережить только завершающий этап этого мероприятия, а потом можно будет с чистой совестью пойти домой. Вот только и тут были свои сложности. Когда они наконец расселись по местам — каждому изданию был выделен свой длинный стол, усыпанный яствами и напитками, то оказалось, что Лань Юань и Лань Цзинъи сидели напротив своего непосредственного директора. Тот славился тем, что любил выпить — особенно на подобных мероприятиях, где спиртное было одновременно дорогим и бесплатным. А-Юань и А-Цзинъи действовали по старой, отработанной со времен школы, схеме: Сычжуй пил, а Лань Цзинъи только делал вид. Его другу был категорически противопоказан алкоголь, поэтому А-Цзинъи либо незаметно выливал куда-то содержимое своего бокала, либо отдавал А-Юаню. Не выпить с боссом — означало навсегда впасть в его немилость, поэтому им приходилось разыгрывать веселье и удовольствие от общения и совместного поглощения пищи и напитков. В какой-то момент Лань Юань перестал понимать, что именно пьет — сначала было шампанское, потом виски, а дальше? Что-то прозрачное и пахучее… Это водка?.. Без разницы. Опрокинув в себя очередную порцию чего-то горячительного, Сычжуй уставился в свой телефон. Ему пришла смс-ка от соседа.

От: Малыш А-Лин Ты сегодня вернешься?

Сычжуй заулыбался. — Хе-хе, — он тихонько посмеивался, набирая ответ. — Ты кому там пишешь с таким довольным лицом? — спросил Лань Цзинъи. — Неужели наконец-то завел себе постоянную девушку? — Он с любопытством заглянул в экран друга. — Сосед? Тебе пишет сосед? — Ага, — он выглядел радостным, — волнуется… или соскучился… или и то, и то… — Сычжуй снова тихонько засмеялся. Он написал А-Лину: «Жди меня, и я вернусь, только очень жди» и бросил телефон на стол, крайне довольный собой. Начальник снова разлил что-то сильноалкогольное по их бокалам, произнося очередной очень важный — по его мнению — тост. А-Юань и А-Цзинъи подыгрывали, подняв бокалы в воздух и кивая. Опрокинув в себя спиртное, Лань Юань наконец-то понял, что пьет. — Самбука… — пробормотал он, откидываясь на спинку стула. Он посмотрел на все еще полный бокал друга, но не мог заставить себя выпить еще и его. После таких мероприятий он потом по несколько дней не может спокойно смотреть на все, что содержит алкоголь. — Что ты сказал? — А-Цзинъи наклонился к А-Юаню и с сомнением посмотрел на него. — Ты в порядке? Выглядишь сонным… Обычно Сычжуй хорошо переносил спиртное, но сегодня… Почему-то его буквально прибивало им. Это от усталости? Или он в самом деле заболевал? — Я в норме, — он махнул рукой. — А знаешь, давай уже поедем домой, — Лань Цзинъи посмотрел на часы на руке, — уже половина десятого, мы посидели достаточно. К тому же меня дома уже заждалась А-Лиу. Идем, — он поднялся и принялся кланяться перед начальниками и коллегами. Лань Юань последовал его примеру. Они оба от души отблагодарили организаторов, наговорили боссам комплиментов и, вроде, сумели покинуть зал не нарвавшись ни на чью немилость. Можно считать, что вечер удался.

***

Они вдвоем взяли такси — им нужно было в одну сторону, но Лань Цзинъи вышел раньше. Лань Юань расплатился с таксистом и с воодушевлением поспешил домой. Мысль о том, что там его ждал А-Лин, сильно грела его сердце. — Я дома-а-а! — громко крикнул Сыжчуй, скидывая ботинки. Обычно он аккуратно ставил обувь на коврик возле двери, но сегодня ему было не до того, А-Юаню не терпелось поскорее увидеться с соседом. С трудом избавившись от черного пальто, он кинул его куда-то в сторону и пошел на кухню — оттуда доносились запахи еды, будто кто-то что-то готовил. Пол странно пружинил под ногами, замедляя шаги Лань Юаня. — Малыш! — протянул Лань Юань, заметив того, кого искал — Цзинь Лин стоял возле плиты и что-то готовил на сковороде. Не дожидаясь ответа, он подошел к парнишке сзади и крепко обнял. — Я так соскучился… — Он тяжело вздохнул и, наклонившись, положил голову на плечо Жуланя. — Меня весь день мучили… Я так хотел поскорее домой… к тебе… Цзинь Лин застыл с лопаткой в руке и ничего не говорил. Лань Юань сжал паренька покрепче. — Чего молчишь? Ты не скучал? — Он потерся щекой о шею А-Лина. — Ты такой мягкий… вкусно пахнешь… — Он говорил первое, что приходило ему в голову. А-Лин осторожно повернулся, оказываясь лицом к лицу с А-Юанем. — Ты в порядке? — с волнением спросил он, как-то странно поглядывая на соседа. Лань Юань слегка нахмурился и сделал один нетвердый шаг назад. Он тут его обнимает, говорит, что скучал, а что А-Лин? Задает какие-то тупые вопросы? — Я первый спросил! — с детским упорством буркнул Сычжуй. — Ты по мне не скучал? — отчеканил он с недовольством. — Скучал-скучал, — закатывая глаза, ответил Жулань. Одной рукой он все еще сжимал лопатку, не до конца понимая, что происходит. — Ты пьян? — М-м… Что? — Лань Юань засмотрелся на губы А-Лина. Он видел, что те двигались, но пропустил слова мимо ушей. — Ясно, — вздохнул А-Лин, — будем считать, что это да. Хочешь воды? — Он уже хотел было положить лопатку на стол и налить соседу воды, как вдруг Лань Юань резко дернул его на себя, прижимая к груди. — Я хочу кое-чего другого, — он резко накрыл губы Цзинь Лина своими и страстно поцеловал. Да, это именно то, чего он хотел. А-Лин же вроде сам этого хотел, да? Чего он там еще хотел? Секса? Можно устроить и это. Хватка Сыжчуя на талии парня усиливалась, а язык, беспардонно проникший в рот А-Лина, двигался все наглее. — М-м-м, — Цзинь Лин громко мычал, пытаясь отстраниться. — Да, что с тобой? — Он оттолкнул А-Юаня и с непониманием посмотрел в его голубые глаза. — Ты же вчера сказал, что не хочешь ни спать со мной, ни встречаться… — Согласен, — он кивнул, на секунду потеряв из-за этого равновесие, — но это же просто поцелуи… — Сычжуй развел руками. — Ты сам меня целовал — теперь моя очередь. А-Юань снова притянул к себе А-Лина — тот немного сопротивлялся в начале, но потом вдруг перестал. Он начал пылко отвечать на любое поддразнивание языка Сычжуя, заставляя того возбуждаться еще сильнее. — А-Лин… — прошептал он, пьянея от этих поцелуев сильнее, чем от выпивки. — А-Лин… — Он искренне попытался отстраниться, краем сознания понимая, что нельзя продолжать, но Цзинь Лин был так близко, его влажный манящий ротик был приоткрыт — он так и напрашивался на поцелуи. В какой-то момент кухню наполнил запах чего-то горелого. — Фак! Овощи! — Цзинь Лин оттолкнул соседа и принялся спешно выключать конфорку. — Блин, блин, блин! — Он спешно переставил сковородку, все еще надеясь спасти остатки еды, но неудачно приложился ладонью к горячему краю и обжегся. — Ах, ты ж!.. Ох… — У тебя ожог, — Лань Юань, похоже, расстроился даже сильнее пострадавшего. — Иди сюда, — он схватил запястье раненой руки А-Лина и потащил к раковине. — Нужно остудить, — сказал он и включил холодную воду. — Вот так, — он подставил обожженную ладонь паренька под струю воды. — Хорошо, — он продолжал прижиматься к Жуланю сзади. Его взгляд сам собой скользил с макушки А-Лина все ниже и ниже, пока не остановился на попе. Цзинь Лин был одет в домашние хлопковые штаны, но они не скрывали, а скорее подчеркивали аппетитные ягодицы юноши. — Черт, — тихонько пробормотал себе под нос Лань Юань. Он так увлекся, что у него встал. — Прости, — он спешно сделал два шага назад. — Я ухожу, — сказал он и пошел к себе в комнату переодеваться — он не мог пойти куда-то в официальном костюме. Быстро стянув с себя брюки, рубашку и пиджак, А-Юань надел свитер и джинсы и пошел в коридор. Он понял, почему его тело так отреагировала даже на малыша — у него просто давно ни с кем ничего не было. Он уже даже сам не знал сколько именно… Недели две? Больше? Такими темпами, он реально скоро случайно трахнет Цзинь Лина — нельзя такое допустить. — Ты это серьезно? — А-Лин пришел в коридор, когда Лань Юань натягивал на себя кроссовки. — Куда ты в такое время? И в таком состоянии? — Он подошел поближе. — Останься. Пожалуйста. — Нет, я… — Сычжуй, покачиваясь, выпрямился. — Мне нужно, — сказал он и, спешно натянув куртку, покинул квартиру.