Беги Форест

      Всю ночь парень ворочался во сне. Он спал в холодном поту. Ему снился кошмар, и Вова резко просыпается от того, что его во сне протыкают ножом. Было не сложно догодаться, кто был главным героем сна. Он был в том самом костюме, что и на квесте, это вызывало ещё больше страха. — А-а-а! — Крик раздался по комнате. Лишь осмотревшись вокруг, Братишкин понял, что также находился в этом ужасном месте, что хотел проклинать, но ему оставалось лишь хрипеть о своем несчастье.       Окон не было, лишь кирпичные стены серого цвета. Он бы не сказал, что комната сама по себе очень большая: кровать, катушка с цепями в другом конце комнаты, стол со всякими неприятными вещами. Всей душой Семенюк не хотел, чтобы на нем использовали эти игрушки. Плётки, ошейники, дилдо.. Разная развлекаловка для любого извращенца. Вова задавался вопросом, сколько раз «маньяк» ходил в сексшоп? И он постоянный покупатель? На кровати находилась чистая одежда Вовы, а на ней записка. «Ванная и туалет всегда в твоём распоряжении =)» Сидящий парень порвал эту бумажку к хренам собачьим, кинул на холодный пол и направился помыться. Теплая вода брызгала по спине, от этого по ней прошлись приятные мурашки. Налив себе целую ванную воды, парень лег в эту воду и лежал в ней. «Может мне подохнуть? Какая разница теперь? Его не станут искать, когда тот ублюдок все время пиздит. Зачем тогда мне все? Я же могу утопиться.»       Он просто очень много раздумывал обо всем, что происходило вокруг него за последние сутки. Его мысли загнали его в тупик. Глаза потихоньку закрывались. Им было похуй на свет, что горел прямо в веки. Вова заснул крепким сном и начал сползать вниз в воду. Через секунды две он проснулся и начал задыхаться водой.       Он не сопротивлялся, и перед глазами начали проноситься всякие воспоминания. Детство, как же он любил купаться, когда был маленьким. На пляже, где он купался на юге, было ограждение для детей. Он доплывал до туда и цеплялся за маячок. Немного на нем отдохнув, он плыл к следующему. На дне того моря находил всякие ракушки и камушки интересных цветов. Некоторые из них сейчас лежат в родительском доме. Владимир теряет сознание окончательно.       Резко его берут за плечи и вытаскивают из воды. Из рта и носа начинает вытекать жидкость. Но он даже не знает об этом. Спаситель, что вовремя подошёл и вытащил от погибили. — Да ебанный рот! — На лице парня была паника. Он начал выкачивать воду из лёгких путей. Но Вова до сих пор не открывал глаза. — Бля... — Хесус начал думать, что же ему делать. Единственное, что пришло в голову, это сделать искусственное дыхание. Пришлось импровизировать, ведь он никогда не занимался такой хуитой. Слава богу, через десять минут откачавания воды умирающий смог приоткрыть дверь. — Какого хуя? — Потом он снова закрыл глаза и просто лежал неподвижно. — О боже, выжил! — переживания о смерти парня были очень высоки. Хесус никогда не пытался убить человека. Любил издеваться над ними, занимался садизмом, но никогда не убивал. Хотя, у него и были проблемы со здоровьем, в плане того, что с головой было не все порядке, но его совесть не позволяла лишать кого-то жизни.       Честно говоря, Владимир был первой жертвой, что пытался покончить с собой после первого дня. Остальные хотя бы пытались найти способ сбежать, но когда убеждались, что им этого никогда не сделать, они отчаивались и просто принимали все как должное. Первый его жертвой была девушка, но уже через неделю отпустил её, она достаточно быстро сломалась и вообще она быстро разонравилась. Его так и не нашли и он прекрасно скрывался. Вторая жертва была интереснее, это был парень с каштановыми волосами и голубыми глазами. Хесуса очень привлекли глаза того парня, он нашел в них что-то красивое и прекрасное. Казалось он вспоминал время, когда любил так сидеть в своем родном городе и смотреть в голубое небо, сидя на дереве, на которое он удачно забирался, пил бутылочку пива. Тогда мужчина чувствовал умиротворение и такое спокойствие, что ему не хватало. И тогда какое-то время когда у него был тот парниша, внутри было спокойно. Сама же жертва чуть однажды не получила передозировку, а ведь Алексей один раз забыл убрать таблетки и закрыть их на замок. Через три месяца ему наскучило, он не чувствовал огонька, который был, когда поймал его к себе. И тогда он отпустил его. Удивительно, как его могли запалить, но быстрая смена имиджа лица и прически дала о себе знать. Тогда парень жил в Петербурге, но все же пришлось переехать в другой город. Он выбрал Москву и вот что из этого получилось. Тогда он залёг на год и потом нашел Вову, что привлекал лицом и вообще телом.       Вова уже второй, кого он спас вовремя. Ещё бы секунд десять, и можно было хоронить. Ему пора перестать так рисковать и ответственнее относится к своим игрушкам. Когда тело Братишкина вытерли полотенцем, насильник отнес того на кровать и положил его голову на подушку, прикрыл одеялом и сел на стул, что находился в этой комнате.       Через часа два глаза начали понемногу открываться. Свет ужасно ослеплял их. Осмотревшись, Владимир понял, что не один в комнате. Он закрыл руками лицо, то ли от стыда, то от душевной боли. — Ну бля, почему я не умер? — Хотелось плакать или попросту побыть одному, но походу ему не дадут такой воли. — Ты проснулся? — Скорее это был риторический вопрос, на который отвечать было не нужно. Да и так был очевиден ответ. — Если тебе облегчат жизнь слова на подобие «Я не убиваю людей», буду очень рад. — Отвечающий даже не отвлекся от телефона, в котором пролистывал какие-то новости. — Тогда зачем тебе я? — Любопытный вопрос не заставил себя ждать. — Люблю видеть, как ты стонешь и орёшь. Это приносит мне удовлетворение. — Хесус улыбнулся и посмотрел на лежащего, что испуганно смотрел на него. — Твое лицо только на данный момент даже больше возбуждает меня. Ха-хах. — похихикал насильник. Семенюк не вставал с кровати, продолжал лежать. Он снова закрыл глаза и просто пытался не паниковать. Достаточно сложная задача, когда с тобой рядом человек, что может снова изнасиловать или даже хуже.       Пока Семенюк лежал в неподвижном состоянии, он опять чуть не заснул. Скорее, он лежал во сне, но все таки мог слышать или чувствовать происходящие вокруг. Хесус встал с места и подошёл к столу. Там он взял плётку с красной ручкой. Подойдя к лежащему, он закрепил на нем ошейник с цепью. Сами его руки до сих пор были с оковами, что не порвать или не сломать. Парень закусил губу и резко убрал одеяло с тела. Плётка сильно ударила по животу младшего и он вскрикнул, попытаясь сжаться в клубочек, но у него не получилось из-за ошейника. Также и не приятные ощущения в области шеи сопровождали его неудобства. Ещё один удар, только по бедрам, и сразу же без паузы опять по животу. Пока Вова отходил от тягучей боли, высокорослый подошёл к катушке и затянул её, чтобы руки были наверху. Потом подошёл к наручникам для ног, успел перевернуть Вову на живот, чтобы задница представилась его виду. Он зацепил ноги за заднюю спинку кровати. Сначала голый пытался отбиваться, но это оказалось полностью бесполезно. Удар по спине и крик Вовы. В комнате веяло страхом и возбуждением одновременно. — Пожалуйста переста-а-ань!! — Парень это уже кричал со слезами на глазах. Но за этим последовала резкая боль по ягодицам. По щекам стекали горячие слезы. Губанов продолжал бить по одному и тому же месту, вызывая у жертвы крики отчаяния. На теле оставались красные отёки. Через несколько часов они превратятся в фиолетовые синяки, на которые будет сложно операться. — Хах-ха-хах. — Смех был таким выделяющимся на фоне возгласов Братишкина. — Мило смотришься. —Незначительный комплимент явно не успокаивал второго. В глазах резко потемнело, мучащий Вову перестал его бить и отложил вещицу в сторону. Стало намного легче, но Вова знал, что это не конец.       Приложив губы к ушам жертвы, насильник сказал басистым голосом: — У меня огромное желание кончить на твоё личико. — Н-не над-до. — Голос успел сорваться, оставалось лишь хрипеть о пощаде. Конечно, это проигнорируют. — Не говори так! — Рука ударила по голове, и пленник упал на подушку вниз. Вытащив спинку кровати в форме тюремной решетки, парень подошёл к нему и заговорил. — Если дотронешься зубами, то снова почувствуешь боль на себе. — Подняв свою голову вверх, Семенюк увидел, как над ним возвышался парень, Вову резко потянули ошейником на себя, его губы соприкасались с чужим членом. — Ты сам прекрасно знаешь, что делать. — Вовино лицо скривилось от такого, секунды три, и через свой стыд он прошелся языком по всей длине. Чтобы хоть как-то отвлечься, в голове он представил, что он и есть девушка, что делает минет парню. Это хоть как-то давало возможность спокойствия. Актив начал шумно вдыхать, чувствуя удовольствие.       Пока Вова сосал, в голове всплыли картины из каких-то порнушек, что он смотрел в последний раз. Он и забыл про то, что вообще происходило, а просто делал. Через время не выдержав, схватив Вову за волосы, Хесус начал водить вперёд и назад. Рвотный рефлекс работал не в пользу пассива и дышать было нечем. Снова слёзы стекали с глаз. Несколько толчков и сперма была во рту. Хес не отпускал свой член из-за рта. — Проглоти всё. — Отойдя от Братишкина в сторону сказал Губанов, тот с отравщением и правда проглотил, его и в правду чуть не стошнило. —Хороший мальчик. Хах... Тебе бы стоило успокоиться. — По мокрому лицу прошлись рукой. — Всё закончилось. Всё закончилось. — Слова успокоения звучали с некой добротой. Без этого противного басистого низкого тона и упрека. Конечно, такое не помогло бедному парню, эти слова просто прошли мимо ушей и растворились в комнате, будто и ничего не было. — Знаешь, чтобы тебе хоть как-то было интересно, то давай на каждый следующий день можешь задавать по три вопроса. — Хес выдумывал на ходу и вообще интересно смотреть на реакцию Вовы. — Вообще любые, я могу наебать тебя, либо говорить абсолютную правду. Как уж захочу, так и сделаю. — Напоследок он поцеловал парня в губы. Сопротивление было вообще бесполезным, так что он спокойно целовал его и отвечал. Когда старший отошёл и уже шёл в сторону катушки, то заметил кое-что. Он посмеялся над этим. Конечно, было непонятно от чего он ржет, но походу только ему и была понятна ироничная шутка. — Ну, хотя бы руки свободны. Развлекайся. — Было не сообразить, к чему это вообще было, но сейчас Владимир пытался отдышаться и отойти.       Когда в двери прозвучал щелчок, он лег на спину. И тут Братишкин почувствовал то, отчего началась паника. У него встал. Хотелось убиться в агонии. Голова пыталась просто успокоиться и начала придумывать отмазки на подобие : «Ну это ты представил порно с девушкой, что делает минет.» Левая рука коснулась своего "дружка" и начала вводить вниз и вверх. В голове проскакивали те картинки, что не должны были проскакивать.       По его торсу проходят худые руки, потом они доходят до места ниже и начинают поглаживать, касаясь головки так и дразнят, дать бы человеку в рожу за его медлительность. Через несколько мгновений его ударяют рукой по ягодицам.       Все это было в бошке. Несколько движений, и Братишкин кончает себе на живот. Он продолжает лежать на кровати и пытается все обдумать. В голове всплыли мысли о том, что это совершенно ненормально. Его стала возбуждать слабость перед другим человеком. Быть пассивом и одновременно приносить удовольствие.       Испуг прошёлся в глазах Вовы, ведь наверняка его «хозяин» заметил, что его это возбудило. Внутри оставалась надежда, что это осталось в секрете.       Желудок заурчал. Хотелось кушать и пить воды, но в комнате Вова ничего не нашел. Снова сходив в ванную, помывшись, он оделся и пытался найти выход. Конечно, он отлично понимал — никогда такого не случится. Так что он сел около кровати на пол. Семенюк нашел какой-то тенисный мячик и помыл его. Да, помыл. А вдруг он использовал его не по предназначению? Напротив была стенка, и теперь Семенюк кидал его в ту сторону. Это хорошо отвлекает от происходящего, если вообще сосредоточишься. Через час у Братишкина ужасно заболело тело. Парень прекрасно знал из-за чего. Это заставило больше ненавидеть Хесуса. Голоса не было, свободы не было, а боль была. Будет совсем не удивительно, если его не накормят вообще больше никогда. Мячик хорошо несёт его мысли в другое русло. «Какие три вопроса мне ему задать?»