слава богу

Ладони у Капитана большие, горячие, чуть-чуть подрагивающие, они крепкими силками сдавливают спину и талию улыбающейся Наташи. У неё руки холодные, но сквозь ткань сминаемого ею костюма это даже не ощущается. Она жмётся мокрой горячей щекой к его груди, и серебряная звезда больно впивается в кожу лица, но все эти ощущения дрожат у самой периферии восприятия. Только радость от встречи, всепоглощающая, душащая и забивающая горло колкими слезами, ощущается в полной мере.        — Эх, ну что ты, Стив… Не стоило так переживать. Я здесь, я всегда буду рядом. Не отделаешься от меня, капитанишка, — хмыкает Наташа ему в шею, опаляя кожу горячим дыханием. Его руки лишь сильнее прижимают хрупкую фигурку Чёрной Вдовы к себе.        — Я всегда буду за тебя переживать, — он зарывается лицом в её противные такие прекрасные рыжие локоны и глубоко вздыхает. — Как же я рад, что ты жива, Наташа…        — Хэ-эй, ну не нужно плакать! Где же герой войны? — Романофф заключает лицо друга в ладони и легонько мотает его голову из стороны в сторону. — Всё хорошо, тише… Роджерс улыбается так сильно, что по мышцам лица проскальзывает искорка боли. Она так похожа на фарфоровую куколку, внешне хрупкая, вон какие ладошки маленькие, запястья узкие, один движением сломать можно, но внутри сила. Такая же, как у всех Мстителей.        — Они оставили нас наедине, как мило, — фыркает девушка и отстраняется от Капитана, поворачивая голову и устремляя взгляд вдаль.        — Неужели у них появилось чувства такта, — покачивает головой мужчина и, делая шаг, вновь становится рядом с Романофф. Обнимает её рукой за плечи, притягивает к себе, пока её голова не окажется на его плече, и, чуть повернув голову, целует её в макушку. Она непривычно для него тихо хихикает.        — Нат, послушай… — на выдохе произносит Стив и Романофф тоже поворачивает голову, чтобы у них был зрительный контакт.        — М? — так по-детски, непонимающе выгибает одну бровь.        — Я не успел тебе сказать тогда, перед отправлением в прошлое за камнями, я… Ната, я не очень хорошо умею разговаривать на такие темы, но ты мне больше чем друг. Больше чем напарница. Больше чем любовь. Наташа рассмеялась, вытерла слезинки в уголках глаз, а потом неожиданно сократила расстояние между их лицами и почти невесомо коснулась его губ своими.        — Глупый, глупый Кэп… Неужели твои небесно-голубые глаза наконец-то разглядели во мне женщину! — тихо рассмеялась Чёрная Вдова.        — Извини, сглупил чутка, — Стив легонько пошатал Нату из стороны в сторону, смеясь вместе с ней.

его рыжая, сумасбродная и вредная до невозможности любовь.

Стив Роджерс подскочил на постели, часто задышал и судорожно огляделся, надеясь увидеть рыжую шевелюру рядом. Но рядом только сбитые во сне влажные от пота простыни. Её нет. Только сон. Она погибла. Он говорил: «нужно двигаться дальше!», но как это делать, если жить не для кого. Тяжело работать, когда спишь пару часов в неделю, когда единственное, что даёт силы, это смс-ки от ныне покойной и пара совместных фотографий. Он включает свет в комнате, но в его жизни свет уже не зажжётся никогда.