А ты сидел на облаке, свесив ноги вниз?

Очнулась я в странном месте. Почувствовала запах дыма, потом перевернулась на бок в темноте, нащупала рукой узорчатую раму. Твердое и холодное. Встав кое-как на ноги, я подошла к стене и, наощупь, пошла. Найдя ручку двери, дернула на себя и замерла. Я стояла посреди небольшого круглого зала, с высоким потолком. Пахло тем же дымом, но теперь я поняла, что это не костер. Стены и потолок разрисованы ликами святых, рядом ангелочки. Золотистые дуги вокруг голов апостолов блестели в лучах солнца, едва проникающего через завешанные черной тканью окна. Рамы оказались золотые, подсвечники тоже. Свечи, подрагивая на сквозняке, дымили, тянулись в высь огненными язычками. Мраморный пол был ледяным и пыльным, а напротив меня, через весь зал, находилась огромная дубовая дверь. Сбоку небольшой магазинчик и стол, с листочками за упокой и за здравие. Церковь. Святые пронзительно смотрят на меня со стен, с иконных рам, с потолка глядит Господь. Я вздохнула, окончательно запутавшись, почему я здесь и как я тут оказалась. Я повернулась, глядя на дверь в пыльную каморку, где я очнулась. На золотые рамы, прикрепленные друг к другу и к стенам так, что в следующем ряду на одну икону больше. По середине золотыми буквами надпись: "Христос Воскресе". - Тебе здесь нравится? - спокойный тихий голос ангела вырвал меня из стадии созерцания. - Почему здесь пусто? Сейчас рано? Или поздно? Как я здесь оказалась? Где те люди? - засыпала я Кастиэля вопросами. - Церковь только открывают, после разгрома, что здесь учинили. Окна привезут завтра, а пока это просто дыры в стенах, - Кастиэль нахмурился и задрал голову к потолку, глядя на Бога. - Сейчас была бы вечерняя служба. Люди приходят, как прежде, ставят свечи, но службы не ведутся, к сожалению. Свежа ещё память. Я перенес тебя сюда, чтобы ты могла успокоиться и очиститься среди икон и благовоний. - Воистину, но что случилось? - прервала его я. - Их было двое, ворвались и расстреляли всех, кто вел службу, разгромили алтарь, сняли икону Отца нашего. Я уставилась на ангела, который, сжав кулаки, глядел куда-то в сторону, сверля взглядом пол. Место, где, должно быть, стоял алтарь. - Кастиэль, это те двое, что напали на меня? - Более того, они измывались над бедной женщиной, довели ее до сумасшествия. Он хотел что-то ещё добавить, но замолк, а потом повернулся ко мне спиной и пошел в комнату, где я очнулась. Повозившись там, он вернулся с кисточкой и золотистой чашечкой. - Подойди, не бойся. Я подошла к нему, и он заговорил что-то на непонятном языке, а потом макнул кисть в чашечку. Влажной благоухающей кистью нарисовал мне на лбу крест. - Теперь целуй руку. Я уставилась удивленно, но наклонилась, коснулась влажными губами его сухой и теплой ладони, точнее сжатых пальцев, пахнущих отчего-то маслинами. - Перекрестись и иди с миром домой. Не волнуйся, эти двое больше никого не тронут, они предстанут перед судом Божьим. - Кастиэль! Ты... Их убил? Он так посмотрел на меня, что мне расхотелось узнавать, что там было на самом деле. - Зови, если понадоблюсь. Но не жди, что я сразу явлюсь. Я не турист. Он отвернулся, глядя на иконы с ликом Господа. Я потопталась на месте, а потом перекрестилась и ушла, открыв дверь. На секунду меня ослепил свет, а потом я поняла, что это был всего лишь сон. Мои руки и ноги были привязаны ремнями к холодному каменному алтарю, укрытому черной тканью. На стенах красовались кровавые символы, а в углу лежало тело, искалеченное до неузнаваемости. По комнате прошел ветерок, открыли дверь. Я услышала шаги в кромешной тьме, потом жуткий смех. - Доскакалась, козочка, - прошипел мне кто-то в ухо. - Проклятая полиция. Не успела я замычать сквозь кляп, в комнату вломился Кастиэль. Парочка сатанистов оказалась вжата в стену. Я услышала их крики, потом в воздухе запахло сырым мясом. Оно слезало с их костей вместе с кожей, обвисая кусками, тут и там. Ангел казался мне в этом момент не грозным, а озлобленным. Его глаза пылали пламенем, и он не думал останавливаться. - Кастиэль! - закричала я, выплюнув с трудом тряпку. Мой голос разнесся по комнате, смешался с криками ужаса и боли. Тишина. Ангел снимает мое голое тело с алтаря. Я реву, пытаясь отпихнуть его. - Это неправильно. - Убивать нельзя. - А сам ты что сейчас сделал?! - закричала я. - Таков был приказ. Их нужно было устранить, иначе они бы вскрыли печать. - Люди? - удивилась я. - Вы странные твари, Кэндис. У вас столько стимулов верить, но вы все равно упорно ищете пути избежать воли Господа нашего и Отца. Ваши поступки мне неясны. Он перенес меня в мой дом и исчез, оставив напоследок запах маслин и легкий ветерок, смахнувший листочек с напоминалкой с холодильника. *** Фух, автор закончил школу, осталось Егэ. Удачи мне:3 А вам глава)) Мб кто решится стать бетой?