Watch dog and duck.

… Полумрак, мигающая лампа, тишина, узкое помещение так и давит своими стенами и низким потолком на нервы, на стенах то и дело появляются и пропадают тени из-за непостоянства света. И тени отбрасывают не только что-то, но и кто-то. У ржавой трубы, привязанный крепкими веревками и вдобавок закованный цепями, поникнув головой, сидел уже изрядно побитый Кевин. По лицу стекали струи крови, веревки сильно натерли руки, так, что кожа уже начала кровоточить. На его тяжелое и редкое дыхание смотрел Айзек, держа в руке кувалду. Молча, стоя на месте, не шевелясь, просто смотрел. Так же и Волк — ни единого движения, разве что только дыхание. Но вот он слегка приподнял голову, чтобы в ответ взглянуть на Айзека. Но через секунду тот сорвался с места, замахнулся кувалдой, целясь прямо по голове, и!.. Проснулся. Айзек проснулся — это был лишь сон. Слегка вскрикнув, Айк резко поднял голову и уперся руками в стол. Рабочий стол, за которым он попросту уснул. Сидя на кресле, Айк словно влип в его мягкую спинку, рассматривая собственные руки — нет ли на них крови. Не заметив ни единого следа насилия, он облегченно вздохнул, после чего нервно посмеялся, а потом — заплакал. — Ну и чего ты орешь? — раздался позади возмущенный голос Волка. Услышав это, Айк тут же вскочил с кресла,едва не свалившись с него, и обернулся. Оказывается, Кевин лежал на диване и, похоже, тоже спал до резкого пробуждения Айзека. — Пончик, милый! — Айк рванул к нему, и, оказавшись возле дивана, упал на колени. — Боже, ты цел… — Да вроде, сон никогда не был каким-либо рисковым занятием, — Кевин погладил Айка по голове, потрепав его и без того вечно взъерошенные волосы. — Просто я… У меня… Мне… Мне снова приснился этот кошмар. Снова! Четвертый раз за месяц! — Айк положил голову на грудь Волка. — А, опять… Айзек снова заплакал. — Я так этого боюсь… Черт, я ужасно боюсь его возвращения. Я хочу… Хочу быть только собой. Мне не нужен второй я!.. Я так боюсь и за тебя… — Оох… — Кевин приподнялся с дивана, развернулся и сел, оперевшись на спинку дивана. — Иди сюда, — он взял Айка за руки и притянул к себе; Айк сел к нему на колени, крепко обнял за шею и посильнее прижался к нему. — Это только сон. Да, кошмар, но лишь сон. Не реви, — Кевин поцеловал его в лоб, крепко обнял. —…Сколько я спал?.. Я точно спал, Кевин? Я… Я не навредил тебе в реальности? — Айк поднял глаза на Волка, приложил ладонь к его щеке. — Нет, все нормально же, видишь? Ты спал. Просто вырубился около часа назад и заснул, как обычно это бывает. Я когда тебя спящим увидел, перекладывать на диван не стал — думал, просто уснул, будить не хотел. Я в другую комнату ушел. Правда, спустя какое-то время снова к тебе вернулся и тоже на диване задремал. Но ты спал. — Точно?.. — Да, точно. Айк уставился в глаза Кевина, погладил его по щеке, прислонился лбом к его лбу. Затем поцеловал его. — Я люблю тебя… — тихим дрожащим голосом сказал Айзек. -…Когда я просыпаюсь, я боюсь, что кто-то может занять моё место. Что кто-то может оборвать мою жизнь. И это может сделать второй я. Я хочу быть собой. Быть собой и только собой… Я правда боюсь, что он вернется. Что снова попытается убить тебя. И если ты уйдёшь от меня, то я буду бояться всего… Ты ведь не уйдешь, правда?.. — Да куда я от тебя денусь-то уже? — Куда… Не знаю… — Успокойся. Хоть этот кошмар и повторяется, вряд ли он станет реальным. Ты ведь лечишься, и это тебе помогает. Проявляла ли себя твоя вторая личность с того самого момента, как все это дерьмо с террористами закончилось? Нет! И не будет, если ты будешь продолжать лечение. Все будет хорошо. Старайся не переживать. — Хорошо… Я постараюсь… — Отлично. — И еще… Может, стоит замуровать эту комнату в подвале?.. Я не могу ее видеть… Мне становится страшно. Просто замуровать ее и дверь прикрыть шкафом. И оставить там кувалду! Чтобы уж точно избавиться от этих ужасных напоминаний о нем! — Можно и замуровать, — Кевин вновь чуть крепче прижал к себе Айка, стал поглаживать его по голове. — Пончик?.. — М? — Ты ведь тоже меня любишь? Кевин отвечать не хотел. Он в принципе не любит отвечать на этот вопрос Айка, хоть он и очень простой. Но вместо словесного ответа он, убрав с лица Айзека пряди волос, тоже поцеловал его и снова прижал к себе. — Хорошо… — вздохнув, произнес Айзек. — Но, пожалуйста, несмотря на все спокойствие, в случае чего — не бойся дать мне отпор, ладно?.. Раз за разом мне снилось, как я в этом кошмаре… Кувалдой… Тебя… Ох, черт, нет… И ведь это едва не произошло в реальности. — Это было давно. Забудь. — Да, да… Забыть… Я не хочу тебя терять, милый. Поэтому… Речь Айка прервал детский плач из соседней комнаты. — Ну вот, проснулась, — обреченно вздохнул Волк. Айзек лишь легко посмеялся. — Иди успокаивай дочь, наш папочка, — хихикнув, сказал Айк и, поцеловав Кевина в щеку, слез с его колен. — Да что ж Хлоя так орет… Вся в Сару, явно, царство ей небесное… — Кевин поплелся в соседнюю комнату и вскоре скрылся за стеной. Айзек же вернулся к рабочему столу, чтобы проверить все компьютеры. И, прокатившись от одного края длинного полукруглого стола к другому, он увидел некую кружку, о которой не помнил и не заметил до этого. Там был еще теплый черный кофе. Попробовал — без сахара.