ПАРИ

POV. ДРАКО МАЛФОЙ. * * * Кто-то отчётливо и настойчиво тарабанил в дверь. Я посмотрел на часы, время показывало два часа ночи. Я проспал три часа и у меня просто раскалывалась голова. Я огляделся и вспомнил, что нахожусь в отеле «Орхидея» на Багамах. А этот стук — это явно Поттер. Мерлин Великий! Маска… — Леонардо? — постучал снова Гарри. — Альмейда открой! Я подошел к двери, успев надеть маску и открыл дверь. Тайфун по имени Поттер влетел в мой номер и я успел только закрыть дверь, как меня заключили в объятия и принялись жадно целовать. — Любимый, почему ты здесь? Я проснулся, а тебя нигде нет. Тебе не понравилось? Ты не хочешь меня? Я обнял за шею моего Гарри и нагнулся к его уху. — Я люблю тебя, Генри, и до безумия хочу быть только твоим. Я без тебя я не могу ни дышать, ни жить. Гар… Дон Гарсиа, — спохватился я, чуть снова не проболтался, — это моя комната. Я ушел потому, чтобы ты хорошенько отдохнул. Генри… — Я устал просыпаться один, засыпать без объятий любимого человека. Лео, прошу тебя, милый. Если мы были близки, то ты не можешь больше просыпаться не в моих объятиях. — Нам надо узнать друг друга ближе… И почему ты без маски? — удивился я. Гарри обнял меня и поднял на руки. Он понес меня на кровать и положил, а сам принялся снимать халат с себя. — Генри, только не рви на мне одежду, мне скоро ходить будет не в чем, — улыбнулся я. — Милый, я куплю тебе одежду, много одежды, — ответил он, — но как ты можешь думать о чем-то помимо меня? — укорил меня нежно Поттер. — Конечно, купишь, но я не могу носить любую одежду, мой синьор, — улыбнулся я. — Хорошо, можешь остаться у меня, но сегодня я просто хочу поспать. У меня после перелёта разболелась голова. Иди ко мне, Генри, мы просто поспим сегодня. Тебе тоже стоит хорошенько отдохнуть, так как завтра тяжёлый день. Я могу поприсутствовать рядом завтра, если хочешь? Инкогнито. Гарри лег рядом со мной, а я положил голову на его грудь. — У меня будет сначала открытие ювелирного магазина в 10 утра, потом презентация изделий, обед в 14 часов и мини банкет в 18, в «Орхидее». Я хотел бы, чтобы ты был на всех этих мероприятиях, Леонардо. — Но как же моя маска? Я её не сниму, Генри. Уговор — дороже денег, — произнес я. Гарри перевернул меня на спину и лег сверху. Его сильные руки прижали мои по обоим сторонам от головы и поцеловал. — А если мы приедем на банкет вместе в масках? — спросил брюнет после того как мы отдышались. — Лео? Что ты на это скажешь, красавчик? — А это будет уместно? — спросил я. — Мы разыграем всех, — ответил Гарри. — Может, ты уже снимешь маску? Не могу видеть, как твоё прекрасное лицо Ангела парится под этой маской. Я не буду смотреть на тебя, мой хороший. — Поклянись, — произнес я, вглядываясь в чистые изумрудные глаза Гарри. Они не лгали. — Клянусь честью своей матери, — ответил Поттер, — твоё лицо и твой спокойный сон мне дороже, чем любопытство узнать, как мой Ангел выглядит. — Я обнял Гарри и поцеловал. — Завтра после приёма мы с тобой погуляем по ночному Нассау. — Если ты не устанешь, любимый, — улыбнулся я, дотянулся до выключателя и погасил свет, потом осторожно снял маску. Кожа лица и правда чесалась. Я повернулся к Поттеру, но он уже уснул, крепко меня обнимая. Мне хотелось наколдовать темпус, но я не рискнул. Если Гарри Поттеру за применение волшебства ничего не будет без регистрации в местном Министерстве Магии, так как он — Герой всемирного маг мира, то меня, как бывшего Пожирателя Смерти ждут большие неприятности. Я дотянулся до прикроватной тумбочки и завёл часы на восемь часов утра. Поттеру не понравилась моя возня на кровати и он обнял меня крепче, уткнувшись в белокурые волосы носом. — Спи, мой родной Драко, спи любимый, — прошептал он очень тихо уже в полусне. * * * * Я проснулся по привычке за пять минут до того, как запищит будильник, сработали внутренние часы. Я выключил опцию звонка и повернулся к Поттеру, парень спал. Я надел маску на лицо и попытался выкорабкаться из медвежьих объятий брюнета, но этот собственник перевернул меня на спину и лег сверху. — Драко, малыш, дай мне ещё пять минуточек поспать, прошу… Я обнял его, но тяжёлое тело, комфортно утроившееся на мне, не давало мне дышать. Поттер снова спал крепко. — Гарри, — тихо прошептал я на ухо брюнету, — милый, ты меня раздавишь. И тут Поттер открыл глаза и ясно посмотрел на меня. — Как ты меня назвал, Лео? — воскликнул он. — Гар… Гарсиа, — ответил я с опаской. — Может, ты уже слезешь с меня? Поттер скатился с меня, но увлек за собой, потом поцеловал. — На банкете потанцуешь со мной, Лео, хорошо? — спросил брюнет и я кивнул в ответ. Он набрал по телефону номер администратора отеля «Орхидея» и передал трубку мне. Я недоуменно посмотрел на Гарри. — Закажи себе костюм на банкет. Продиктуй размеры и в течение двух часов тебе в номер принесут несколько на выбор. Заплачу я сам. — Генри, не надо, у меня есть деньги, — возразил я. — Я знаю, что ты — ведущая мужская модель Аргентины, а значит, весьма не беден, но я вчера разорвал твой дорогой наряд. Пусть это будет некой компенсацией. Я медленно и согласно кивнул в ответ и заказал костюм, рубашку, галстук и туфли. Гарри обнял меня, крепко поцеловал, надел халат на свое тело и пошёл к выходу. — К полудню я пришлю за тобой машину, Леонардо, и она доставит тебя на презентацию моей новой коллекции. Гарри вышел из моего номера, а я лег на кровать и поставил часы на 9.30, снова засыпая. Разбудил меня местный телефон. Принесли четыре костюма и я выбрал современный, приталенный. Я заказал в номер завтрак, а сам пошёл в душ. В полдень Поттер действительно прислал за мной машину, и мне ничего не оставалось, как поехать на презентацию бриллиатовой коллекции. Я впал полный ступор, когда увидел в зале сюрприз в виде Пэнси Паркинсон. Она легко ходила между рядов и витрин, рассматривая украшения. С ней был спутник, но я его видел впервые. Я надел маску на лицо и прошёл было дальше, но девушка резко повернулась ко мне и схватила за рукав. — Малфой?  Сколько лет, сколько зим, Драко! — воскликнула она и обняла. — Вы ошиблись, — ответил я и поспешил прочь. Девушка улыбнулась, глядя мне в след и что-то зашептала на ухо своему приятелю. Кто он ей, жених или любовник? Паркинсон за эти шесть лет похорошела, от того мопса, которым её обзывали в школе, не осталось и следа. Теперь это была прекрасная леди, утонченная, изысканная, красивая и богатая. Я шёл и оглядывался, все удивлялся чудесному перерождению из гадкого утёнка в прекрасного лебедя, как вдруг натолкнулся на Поттера. Он поймал меня в объятия и прижал к себе, не дав упасть, так как я, засмотревшись на Пэнси, споткнулся. — Любимый, — проговорил Гарри, — я рад, что ты приехал, но куда ты так бежишь? Наблюдая за тобой, я подумал, что ты встретил приведение. — Можно и так сказать, — ответил я. — Думаю, что я зря пришёл. К нам подошла Паркинсон. Она спокойно обняла бывшего врага из Гриффиндора, назвав его, не сколько не сумняся, Генри Гарсиа. — Дорогой Генри, а ты не представишь мне и моему мужу своего возлюбленного? — спросила девушка. — О, конечно же, Пэнси… — смутился брюнет, сверкнув изумрудными, очень тепло на меня смотрящими, очами. — Это Леонардо Эрнесто ди Альмейда — мой парень. — Генри, а почему он в маске? — удивилась экс- слизеринка. — Мой парень — большой шутник, он пока не хочет, чтобы я видел его. — Синьор Гарсиа, — к Гарри подошел какой-то парень и что-то прошептал на ухо. — Прошу меня простить, но мне надо отлучиться, приехал мэр города Нассау. Милый, поговори пока с леди Паркинсон и её мужем. Я махнул рукой Поттеру и медленно повернулся к супругам. — Лукас, принеси, пожалуйста, шампанского, — улыбнулась мужу Паркинсон и он, как верный пес, понесся исполнять просьбу своей жены. — Драко, почему ты в маске, и почему сменил имя? — спросила она. — Я тебя сразу узнала, и даже твой фирменный парфюм за эти годы не изменился. — Пэнси, я прошу тебя, не говори Гарри, что это я. Не могу тебе пока ничего объяснить, но так надо. — Хорошо, — ответила девушка, — но почему ты сбежал из маг мира Лондона и что ты делаешь в Нассау? — Я живу не в Нассау, — возразил я, — а в Аргентине. Я уехал сразу после выпускного и меня пригласили в Буэнос-Айрес на работу в качестве модели, а теперь ещё пригласили сыграть в кино. Прошу тебя, не говори Поттеру ничего, кто я на самом деле. — А ты думаешь, что он — полный идиот, не распознал в тебе задиру из Слизерина? — рассмеялась девушка. — А что если не распознал? Ты же знаешь, каким Поттер всегда был в Хогвартсе? Мы с ним будем играть в фильме вместе. Я прилетел сюда… — Чтобы к Гарри никого не подпустить? Ты всегда сходил по нему с ума, Драко, а вот он по тебе тоскует до сих пор. Поттер плакался мне утром, что любит все еще тебя, он спрашивал, знаю ли я что-то о тебе. Малфой, ты не думаешь, что Гарри взбесится, когда узнает, что ты его обманываешь? — До съёмок сериала осталось три недели, хочу немного Поттера разыграть. Помоги мне, прошу тебя, Пэнси, — проговорил я и девушка улыбнулась, кивнув в ответ. — Расскажи, как ты? Что за парень? — Я после выпускного уехала из Англии. Ты же знаешь, что я осталась совсем одна после войны. Моих родителей казнили, как Пожирателей Смерти, предали Поцелую дементоров, меня тоже хотели за то, что я тогда в Большом зале предложила отдать Волдеморту Поттера, но на суд пришёл Герой магического Альбиона и спас меня, сказав, что я была всего лишь маленькой девчонкой, напуганной Томом Риддлом. Гарри дал мне денег на дорогу и я уехала после суда и казни родителей в Испанию. Там я выучилась на врача в маггловском университете и познакомилась с Лукасом де Феллино. Он тоже врач, у него целая клиника. Муж меня любит. — А как ты тут оказалась? — спросил я. — Гарри меня пригласил, — ответила Паркинсон. Тут вернулся Лукас и принес три бокала вина, один он протянул мне. — Я вас узнал, — проговорил Лукас Феллино, — вы  ведь — модель Аргентины, «Ангел Буэнос-Айреса», Леонардо Эрнесто ди Альмейда? — Я кивнул в ответ и улыбнулся, а парень пожал мою руку, чуть задержав в своей. — Моя сестра просто от вас без ума. Вы бы не могли ей что-нибудь подарить от себя. — А сколько лет вашей сестре? — спросил я. — Восемнадцать, — улыбнулся испанец, — у неё вся комната в ваших фотографиях и альбомах. Она просто вами бредит и мечтает стать моделью. Я подошел к витрине, в которой увидел кулон на цепочке «Сияние солнца» — Вы не против, если я подарю вашей сестре кулон «Сияние солнца»? Я слышал, он приносит счастье. Колечко не подарю, потому что моё сердце занято. — Я заплачу вам за кулон, — сказал доктор. — Ну, что вы?! Я в состоянии сделать подарок милой девушке, моей фанатке, — улыбнулся я испанцу. Я тут же купил не только кулон «Сияние солнца», но и открытку, подписал её примерно так: «Милой своей фанатке, Монсеррат… от Леонардо Альмейда» и передал мужу Паркинсон. Мерлин Великий! Только бы ещё кого-нибудь не встретить из бывшей школы. Гарри потащил меня за собой в обеденный зал ресторана «Cosa del vino» и посадил рядом с собой. Я поглядывал на Паркинсон с её мужем, сидящих через два стола. Мэр расположился рядом с Поттером и они премило разговаривали сейчас. Мэр и Гарри тут же подписали договор, что брюнет не будет платить пошлину, но за это десять процентов от дохода будут перечисляться на имя мэра инкогнито. — Что ж, пусть будет так! — проговорил Гарри на итальянском языке. Он посмотрел на меня, а я легонько погладил его бедро под столом. На все вопросы мэра города кто я такой, Поттер отвечал по моей просьбе, что я просто друг. Об этом я успел попросить Гарри, пока он вёл меня на обед, на что любимый кивнул в ответ, и приобнял за талию. Мэр, Нил Патрик Хьюмен, поглядывал на Поттера. — Синьор Гарсиа, вы ведь не коренной житель Аргентины? — спросил мэр. — Аргентина очень давно стала моей второй родиной, господин Хьюмен, — ответил Гарри. — Ваш шрам на лбу — это приобретенное или врожденное явление. И снова Поттер посмотрел на меня, а я, как некогда мама пожатием руки прибодряла отца на тот или иной поступок, так я сейчас тихонько пожимал руку моего Гарри, как бы говоря: «любимый, я рядом». — Это приобретенное, мистер Хьюмен, — улыбнулся натяжно брюнет. Наконец, этот обед закончился, во время которого ни Поттер, ни я толком не поели. А потом началась экскурсия по большому магазину и показ ювелирных изделий на моделях. Время то тянулось долго, от чего хотелось выть, то иногда бежало вперед. И я снова сжал руку Гарри в своей, когда помощник Поттера доложил, что все готово и гости могут поехать в отель «Орхидея». Парень обнял меня и повел к своей машине. Бальный зал был великолепен, он сиял огнями, роскошью и красотой, а главное вместитительностью людей. Гарри постоянно кто-то приглашал на танцы. То дочь мэра, Оливия Хьюмен, то дочь священника Николь, то кто-то ещё. Хотелось к пиксям напиться. POV. ГАРРИ ПОТТЕР. * * * Банкет в отеле «Орхидея» был в самом разгаре, а я все еще не мог пригласить на танец моего парня. Я видел, как возле него слонялись богатенькие девочки и парни, но он только потягивал коктейль и поглядывал в мою сторону. Когда в очередной раз к нему подошел чей-то сынок и стал теснить Лео к выходу, я выпустил девушку, с которой танцевал и поспешил к Альмейда. — Ты в порядке? — спросил я, приобнимая моего Ангела. — Прости, я задержался. Парень, что приставал к Альмейда, ретировался, а Леонардо обнял меня за шею и тихо прошептал на ухо: — Я убью тебя, Гарсиа, ты — покойник! Ты оставил меня на два часа одного! Я понимал, что парень был крайне зол и обижен на меня. — Я достоин твоей кары, милый, — ответил я. — Прости меня, пожалуйста.  С этой минуты я весь твой, Лео. — Блондин кивнул мне и уткнулся губами в мою шею. Начался медленный танец и я завис. Мне показалось, что я сейчас снова очутился на выпускном бале в Хогвартсе. Так было хорошо в любимых руках, в родных… — Мерлин Великий!.. — прошептал я. — Сплю. Я определённо брежу. — Ммм… — услышал я рядом томный голос Драко. Я понимал, что рядом со мной Леонардо Альмейда, но эти ощущения… Сейчас блондин даже прижимался ко мне так, как это делал когда-то Драко Малфой. Его руки гладили меня по плечам так-же, как руки любви всей моей жизни. Драко Люциус Малфой. — Ммм… — теперь уже я застонал. — Как мне с тобой хорошо. — Гораздо лучше, чем со всеми этими наряженными куклами из высшего общества? — спросил меня блондин охрипшим голосом. — В сотни раз, любимый, — ответил я. — Гар… — тихо прошептал Лео. — Я хотел сказать, Генри, ты так волнуешь меня. — Он положил свою голову мне на плечо и надтреснутым голосом попросил очень тихо: — Поцелуй меня, пожалуйста. Совсем как я когда-то просил на выпускном об этой милости Драко. И я поцеловал его, услышал протяжнее стон в ответ. — Любимый, давай сбежим? — предложил я. Затуманенные серебристые глаза взглянули на меня так, что у меня стал наливаться член. — А это возможно, Генри? — спросил он. — Все возможно, сейчас я скажу заключительную речь, малыш и мы сбежим. Он потерся щекой о мою ладонь, прямо как котёнок, как тёплый ласковый Хорёчек из рода куньих. Его реснички нежно опустились, а губы сложились в кроткую улыбку. Господи, как же я хочу прямо сейчас любить тебя, мой сладкий котёночек. Пока я говорил заключительную речь, Леонардо Альмейда стоял у колонны и не сводил с меня глаз. Все похлопали в ладоши в конце моего выступления и попросили станцевать заключительный танец. Зазвучала музыка танго и я взглянул на всех присутствующих в зале. Девушки ждали, что я кого-нибудь из них приглашу на танец, но я прошёл через весь зал и протянул руку моему Альмейда. Он подал мне свою руку и я прижал его к себе. Танец начался. Мы танцевали так, словно были профессиональными танцорами танго. Один танец на двоих, одна душа на двоих. Я крутил моего парня и вертел в своих руках, а все смотрели на нас с восхищением. Я и не думал, что Лео так прекрасно танцует. Гости ещё танцевали, пили и веселились, а мы с Альмейда по-тихому сбежали.