Шестое чувство

Слух

Саске в очередной раз бросил взгляд в иллюминатор и к его радости увидел не белые облака, а медленно приближающийся пейзаж морского берега. Город, который он выбрал для отдыха, находился в очень живописной местности. Длинная полоса пляжа, вдоль которой располагались небольшие отели типа «бунгало», дальше не слишком большой промежуток частных домиков, спрятанных в зеленой гуще деревьев и опять гостиничные комплексы, сливающиеся с горами. Аэропорт располагался лишь в соседнем городе, в ста километрах вглубь материка по очень извилистой трассе. Учиха остался вполне доволен расторопными служащими и быстрой регистрацией. Доехал на такси до местного салона и снял на прокат симпатичный белый спортивный Аскари. Это был своего рода обязательный пункт программы - белый автомобиль, ведь в остальное время ему приходилось ездить с шофером, бизнес не позволял самому сидеть за рулем. Включив навигатор, Саске выехал на трассу в сторону курортного городка, развивая не очень большую скорость. Водительские навыки после большого перерыва оставляли желать лучшего, да и окрестности не располагали к быстрой езде: живописные виноградники с еще только начавшим наливаться виноградом, небольшие домики и придорожные кафе, затем дорога серпантином уходила в гору, с туристическими площадками на немногих ровных поверхностях, и таким же серпантином спускалась вниз к морю. Там уже Учиха с легкостью нашел свой отель, получил ключи от забронированного бунгало, а заодно и заказал ужин в номер в местном ресторанчике. Раскладывание вещей и душ тоже не заняли много времени, но он позволил себе улыбнуться и спокойно вздохнуть лишь вечером, когда сидя в шезлонге, смотрел на закат, распивая какое-то старое местное вино. Его месяц отдыха от любимой работы, семьи и большого шумного города успешно начался. Единственное, что через несколько минут начало портить тишину – это звуки радио из соседнего домика, скрытого кустами зелени. Пока Саске ходил и устраивался, ничего не было слышно. Но стоило только расслабиться и отдаться покою, как тут же атмосфера заполнилась звуками. – И так, этот день тоже подошёл к концу. Очень этому рад, скажу честно. Потому что сейчас у меня будет возможность встать, снять с себя эту аппаратуру и свалить домой, наслаждаться одиночеством. А вас развлекать продолжит мой коллега, Инудзука Киба. Вон он, уже стоит в дверях, и опять опоздал на семь минут, что меня совсем не удивляет. Голос говорившего был очень звонким и одновременно плавным, но при этом в нём постоянно присутствовали язвительные и немного циничные нотки. Настолько странное сочетание – как выглядел подобный человек - было даже сложно представить. А вот шебуршание и неразличимый ответ, был абсолютно не слышен. – Переверни, тебя не понимаю даже я. Если ты хочешь что-то мне сказать, говори это в микрофон. Иначе, совсем не интересно. – Да хочу, хочу сказать всем доброго вечера, – а вот басовитый и громкий голос, почти бил по ушам, как собачий лай. – Но не тебе, Наруто. Мог бы из солидарности прикрыть меня, а не выдавать сейчас на весь эфир. – Ты мог бы не опаздывать. У меня нет желания занимать твоё время, своим, – перепираться они могли долго, было ясно сразу. – А мое время наступит теперь только завтра, как обычно. Не опаздывайте. – Да-да, все попрощаемся с Наруто и будем надеяться, что не увидим его больше в нашей студии. Инудзука не успел вовремя прикрыть микрофон, так что «закрой глаза, придурок» было слышно, хотя бы тем, кто действительно прислушивался. А вот то, что он сам отвечал уходящему парню, понять можно было, лишь представив себя на его месте. – А теперь, спортивные новости, дорогие друзья, – Киба «вернулся» к эфиру и далее уже шли все новшества мира спорта за последнее время и их бурное обсуждение. Парню следовало податься в комментаторы на стадион. Громкий, чёткий, как раз подходящий голос для подобного дела. У ушедшего коллеги голос был более тёплым и глубоким – и что за передачу вёл он, осталось загадкой. Как и время выхода в эфир. Саске пересилил себя, поднялся и ушел в номер за плеером и диском, хотя по его мнению лучшей музыкой был шум моря, по крайней мере сегодня. Но он успел так устать за день, что уснул не развив эту мысль. * * * Утро, как и обычно в его отпуске, Учиха начал с небольшой пробежки по местным дорожкам, а затем по кромке берега у воды, чтобы не расслабляться в отсутствии тренажерного зала. Приняв душ и позавтракав, он сел в машину и поехал к местному центру. Саске не любил составлять программу дома, всегда пользуясь именно местными частными экскурсионными турами, за то заказывал их сразу на весь месяц вперед. Он немного неловко припарковал автомобиль на самом краю улицы и зашел в турагенство. Закрыв дверь дома, Узумаки привычно звякнул ключами, крутанув их в руках. Утро начиналось неплохо: зарядкой заниматься он не слишком любил, но спокойно заменял её пешей прогулкой до работы. На это уходило немало времени, но этого было достаточно, чтобы проснуться, да и побывать на свежем воздухе. Проходя по аллее среди других таких же маленьких частных домиков, он кивал некоторым соседям. Молодой парень был вежлив и приветлив внешне, и окружающим этого было достаточно, чтобы чувствовать спокойствие за свою жизнь – несмотря на то, что они абсолютно не знали его. А Наруто было удобно вести себя так, чтобы никто не задавал лишних вопросов и не лез со своим мнением. Всех всё устраивало. Привычно завернув в маленький ресторанчик на краю их улицы и купив себе лёгкий завтрак в виде молока и круасанов с кремом и ягодами, он двинулся дальше. И хозяин, и продавец его знали, пожалуй, они были единственными, кто его действительно знал. Но самого Узумаки не волновало его одиночество и такая размеренная жизнь. Да, со стороны она могла кому-то казаться одинаковой, но уж развлекать и находить что-либо новое он умел прекрасно. В этом можно было не сомневаться. Как и в том, что раз с утра ничто не успело отравить его настроение, то и день мог обещать быть хорошим… до первого поворота на центральную площадь. – Твою ж! Наруто уткнулся коленями в чью-то тачку, оставленную так безалаберно и, естественно по закону подлости, часть молока вылилась на него из уже открытого пакета. Парень стоял с открытым ртом и переводил взгляд с машины на себя несколько секунд. Это было просто неописуемо, невообразимо возмутительно! Какого чёрта какой-то придурок оставил так автомобиль, что окружающие люди запинаются об него? Он вообще умеет думать о ком-то, кроме себя? Он имеет права или знает, что «бордюр» это не парковка для его колёс? Не прошло и больше десяти секунд как в лобовое стекло полетел пакет с остатком молока, залившим не только его, но и капот белого автомобиля. А разозлённый парень не ушёл, пока не оставил под дворниками вырванный из блокнота листок с посланием для горе-водителя. Только после чего Узумаки двинулся к радио-студии, почти маршируя, так он был в гневе. Господи, и как земля ещё носит таких идиотов? Саске вышел и с недоумением оглядел испачканную машину. – Ну и порядки в этом городке, – фыркнул он. – Ну, просто очень приветливо. Учиха сел в автомобиль и поехал на мойку, включив радио для развлечения. По нему заканчивалась рубрика «Через тернии к звёздам» и девушка Сакура, как раз напоминала о том, что через несколько минут эстафету примет её коллега со своим «Взглядом циника» с новой темой. За следующие десять минут девушка успела рассказать ещё про нескольких знаменитостях и обсудить даже с одним из слушателей, но вскоре рубрика подошла к концу. – Мне жаль расставаться с вами, дорогие мои, но моё время подошло к концу, – голос Харуно был театрально печален. – А вот и Наруто, он уже отбирает у меня микрофон и корону сегодняшнего утра. Надеюсь, его утро было удачным. – О, нет, Сакура, можешь уже не надеяться, – знакомый звонкий голос, который Учиха слышал вчера, сейчас был просто пропитан раздражением и язвительностью. – Кое-кто уже постарался отравить мне его. – Что ж, Наруто… мне очень жаль… – Не нужно жалости, – девушку грубо перебили. – Жалеть стоит таких людей. Они эгоистичны и безответственны. Таких следует изолировать от нормального общества и не подпускать к технике, к детям и к животным. – Да… вижу, тебя серьёзно вывели из себя. Харуно не хотела связываться с этим парнем, особенно в эфире, прекрасно понимая, что он не только переспорит её, но и завладеет вниманием абсолютно всех слушателей. Поэтому она откланялась быстро, просто сказав «расскажи о своей ситуации нашим слушателям, может среди них найдётся кто-то с той же проблемой». На подобный «побег» Узумаки только насмешливо фыркнул, позволяя ей уйти. А вот про свою историю он действительно собирался рассказать в красках. Саске покачал головой, но переключаться не стал, ведь он все же отдыхать приехал, поэтому оставил это чисто развлекательное радио, не надеясь на умные мысли от ведущих. – И так, вы все знаете, как я ненавижу людей. Сегодняшнее утро только подтвердило мое мнение насчёт отдельных уникумов. Кто выдал права этому человеку? – парень развалился в кресле. – Начну сначала. Утром я как обычно купил себе круасаны и молоко и отправился сюда на студию. Но далеко уйти мне не удалось, буквально за поворотом на центральной площади какой-то идиот припарковался на бордюре. На бордюре, вы это слышали?! У него косоглазие? Или это истеричная слепая дамочка, которая решила пробежаться по магазинам? Даже представить себе не могу этого человека, который не знает элементарных правил. Как таких земля держит? Не умеешь, не берись. Зачем показывать окружающим, что ты косорукий кретин? Никому не интересно, что ты себя ощущаешь императором и обладаешь средствами. У тебя нет мозгов, эй, послушай, – Узумаки рассмеялся. – Это намного важнее. Надеюсь, этот парень не стопроцентно слепой и заметит моё «послание» оставленное под дворниками. Хотя, я уже ни в чём не уверен. Люди всё больше расстраивают меня. Саске фыркнул, заехав, наконец, на автоматическую мойку и взял тот самый листок в руки, пока машину опрыскивала вода. Он снял его и бросил на сиденье еще когда собирался ехать, так и не удосужившись прочитать, но сейчас решил восполнить этот пробел. На листке была очень лаконичная запись: «Сдай на права, придурок». Резко, прямолинейно и грубо. Этот парень определённо не умел держать язык за зубами. И язык у него был острым, грязным и хлестал по самым слабым местам. Он как безупречный репортёр, который умеет закрутить собеседника и обернуть все слова против. С таким связываться – наживать себе проблем. Учиха смял листик и выкинул в пепельницу. Права у него были давно, а вот практика слишком редкая. Да, он нарушил правила, но заехал в запрещенное место всего на полколеса и другим пешеходам не мешал, так что трагедии в этом мужчина не видел. А вот несдержанность этого неуклюжего ведущего не только позабавила, но и вызывала недоумение, ну и немного злила. – Что дальше? Будешь сидеть у окна и кидаться тухлыми яйцами во все спорткары? – поинтересовался он у приемника. Агрегат ему не ответил, а вот Наруто наоборот – продолжал тему издевательства над его ошибкой. – Что ж, этого следовало ожидать от нашего курортного городка. Сюда постоянно приезжают богатые, но глупые люди, которые не могут отличить знак «стоп» дорожного движения от картинки из интернета. Думаю, таким стоит наклеить на заднее стекло своей машины знак «осторожно олень», – циник мог продолжать критиковать долго, когда он прерывался на дыхание, было непонятно. – Надеюсь, ты сейчас находишься у своего радиоприёмника в этой крутой тачке, «олень», и слышишь меня. Пожалуйста, пожалуйста, выкинь свои права в мусорный контейнер. Тебе не нужна машина, велосипед – вот твое средство передвижения. Я не хочу, чтобы ты переехал какого-нибудь ребенка. Поверь, ты сделаешь окружающим одолжение, если сейчас выйдешь из своего белого авто, которое ты снял на время своего отпуска, и позвонишь в службу, которая заберет машину обратно в магазин. Только в этот раз остановись рядом с бордюром, а не на нем. У меня нет желания врезаться в твою машину снова, когда пойду домой. Саске нахмурился, такое обращение оставлять без ответа было весьма нежелательно, но и возможности не было. Затем он одернул себя, заодно жалея, что не взял с собой диски с музыкой, они бы сейчас пригодились. К счастью мойка уже закончилась, и он смог поехать к себе в отель, выбросив из головы все дурацкие идеи, особенно ту о совете приобретения собаки-поводыря, для этого парня, раз он слепой и спотыкается. Дальше следовали звонки в студию и с Узумаки вели беседу. И на тему сегодняшнего утра, где он повторил все тоже, но другими словами и с иным акцентом, сумев переубедить оппонента и настроить против Учихи, хотя тот звонил поддержать бедолагу водителя. И так ещё несколько раз. У Наруто был очень хорошо подвешен язык, и он был достаточно дерзким, чтобы отвечать изощренно и точно. Интересный, необычный и умный. Но главное – циничный, не прощающий ошибок. Не удивительно, почему и девушка и вчерашний парень постарались избавиться от его общества как можно быстрей. Иметь что-то общее с таким человеком… было бы сложно. Саске улыбнулся и потянулся к мобильному, просто для интереса. И, как ни странно, мгновенно дозвонился. – Здравствуйте, вы позвонили на радиостанцию «Коноха», – голос человека был не тот, что из радио, видимо этот диспетчер переводил звонки на линию в эфир. – Добрый день, у меня вопрос к ведущему сейчас передачу. – Сейчас переведу. Прошло буквально несколько секунд, и Учиха услышал голос Узумаки. – Да-да, мне сообщили у нас новый звонок, – плавной музыкой полились звуки теперь не только из радиоприёмника, но и из сотового. – Слушаю. – Добрый вечер, – Саске резко уменьшил приемник до минимума. – Вы так сильно ненавидите этот город, что позволяете себе подобное? – Какой интересный вопрос. Люблю ли я город? Не знаю, город красив и некрасив, как и другие. У него, как и у всех несколько сторон, поэтому я не могу однозначно сказать, люблю ли его. Город портят как раз такие приезжие любители, без них наш городок стал бы поистине шедевром, – Наруто прикрыл глаза, откинувшись на своем кресле. – Я уже ни раз предлагал мэру издать закон запрещающий приезд всяких бескультурных туристов. Только невозможно понять, кто из этих крокодилов обладает способностью разумно руководить своими действиями. Внешность может хорошо обмануть нас, знаете? – Прекрасно, – голос Учихи перешел чуть ли не на мурлыканье. – Только с людьми города тогда что будет без туризма? Тут нет легкой промышленности, не развиты технологии для тяжелой, единственная успешная сфера бизнеса - туризм, и все что связано с ним. А вы так относитесь к туристам. Вдруг водителем той машины была истеричная барышня журналистка, которая напишет какую-нибудь неприятную разгромную статью и эти самые туристы перестанут сюда ездить? Говорил все это мужчина спокойно и четко, но его голос и без выражения был настолько сексуальным, чуточку ниже обычного, да и еще имел свой особенный, ласкающий слух тембр. – Что ж, пусть попробует. Ее жалкая статейка против моего голоса, - Узумаки легко рассмеялся, заставив воздух приятно вибрировать. – Я разобью в пух и прах ее работу. Спите спокойно и не волнуйтесь. – Вы работаете на местном радио, а она в журнале мировой известности. Вашего голоса никто не услышит, как вам такой вариант? – Тогда, ничего не будет. Наши места посещают два типа людей. Очень богатые, таким до фонаря о каких-то мелочах, они приехали сюда развлечься на полную катушку. Эти идиоты готовы выложить кучу денег, а другие идиоты готовы за эту кучу денег станцевать стриптиз по их желанию. Таким будет плевать, что я буду говорить на радио, поверьте. А второй тип людей, которые приехали сюда отдохнуть для себя, они или богаты, или не очень, но максимум, какая реакция ожидает меня – злость. Истеричные журналистки мотаются по более известным местам, где их мнение заметят. Наш городок не настолько популярен, хоть и хорош. А если здесь и водятся неуравновешенные репортеры, то они носятся за этими чопорными знаменитостями. Лицемерие притягивает лицемерие, – по мягким и чуть игривым интонациям было слышно, что парень улыбнулся. – На эту тему вам лучше поговорить с Сакурой. Перезвоните завтра в утренние часы. Саске рассмеялся над его ответом, негромко и очень привлекательно. – Что ж, спасибо за дискуссию. Он повесил трубку, припарковал машину ровно на том же месте и пошел в кафе напротив, ему просто было любопытно, что же будет дальше. Заодно Учиха прихватил с собой гарнитуру для телефона и включил радио через мобильный. Узумаки продолжал свою тему ещё какое-то время, развлекая разговором и затягивая своим голосом, а затем предложил послушать немного музыки перед приходом спортивных новостей, чтобы успокоиться и не расстраивать свои расшалившиеся нервы. Спорт парень видимо не любил тоже. Саске оценил принесенный обед и все же принялся за него, кафе было не высшего качества по мнению Учихи. Через ещё минут десять-пятнадцать в радио-студии появился вчерашний парень со спортивными новостями. – Ну, что, растлил очередной праздник? – Нет, в этот раз моей жертвой пал косорукий водитель, – было слышно, как Узумаки собирает бумаги, довольный, что его часы прошли. – Оу, бедняга. Что ж, значит после твоих пафосных и угнетающих новостей всех ждет прилив бодрости и сил, – Инудзука стал говорить громче, стараясь разрядить обстановку. – Спортивные новости, друзья! – Киба, сколько раз тебе повторять, за пафосом обращайся к Сакуре с ее рубрикой, а за угнетающими новостями к Ино – про сифилис она у нас любит рассказывать, – можно было представить, как Наруто в их студии закатил глаза и покачал головой, удивляясь твердолобости коллеги. Киба заткнулся на секунд пять, после чего было слышно, как скрипнули его зубы. – Кажется, ты уходил. – Уже, не волнуйся. Прощаюсь со всеми и особенно с тем косым «оленем». Ходи пешком, полезно для здоровья. Эфир с участием интересного циника прервался так же резко, как и начался. А дальше шли новости спортивного характера от Инудзуки и ничего сверх-волнующего и захватывающего в них не было. Саске заказал себе кофе с морожным и принялся смотреть в окно, по идее там должен был опять пройтись этот ехидный ведущий. Но на улице двигался поток людей, сменяющих друг друга и ничем не выделяющихся. Кого-нибудь яркого и вызывающего не было. Так же не было и человека с лицом «я циник». Секунда, другая… и из толпы выделился молодой парень. Он выглядел не просто молодо, даже юно, как долговязый подросток. Средний рост, угловатое тело, обычные голубые джинсы в больших дырках и простая белая футболка без рукавов, не скрывающая рук и очертаний мускул, а поверх неё хрупкого вида кулон бирюзового цвета. Выделялся парень лишь по двум признакам: он был ярким, лохматым блондином и от него веяло силой и свободой, настолько он выглядел уверенно и естественно. Не видно было лишь лица, когда тот двинулся мимо окна. Направился, кстати, парень в ту сторону, где утром стояла машина Учихи. Саске неотрывно наблюдал за ним, просто уверенный что это тот ведущий, и гадал - неужели он повторится? Узумаки прошел бы мимо, если бы Учиха ровно поставил машину, а не так же как и утром. Просто не заметил бы – но ведь это было сделано специально. Парень прищурился, следов молока не было, значит кто-то уже видел машину и вполне возможно что ее хозяин. Хотя, этот парень мог нанять человека, который бы следил за ней. Хмыкнув, Наруто достал из рюкзака ярко-желтый маркер и что-то круглое. Что он делал дальше - было не видно из-за того, что парень собой закрывал весь обзор. А потом все вещи были упакованы, и незнакомый дерзкий циник исчез с глаз. Саске фыркнул и перевел взгляд на свою многострадальную машину, заранее тянясь к барсетке. На лобовом стекле очень аккуратно был выведен круг и четкие буквы: «Осторожно за рулем олень». Свою идею в виде знака Узумаки реализовал сам и достаточно оригинально. Стоило только надеяться, что эта штука отмоется нормально и маркер ни какой-нибудь специальный. Учиха подозвал к себе официанта, протянул ему ключи от машины и приятную новенькую банкноту, от величины которой у того глаза на лоб полезли. – Вымыть, – коротко приказал Саске, указывая в сторону авто. Официант побежал к машине сломя голову, стараясь четко выполнить инструкцию. Его не было полчаса, но в итоге Учиха все же поехал к своему бунгало на вновь белоснежном автомобиле. * * * Утром история с машиной повторилась. Наруто широко усмехнулся, и в этот раз оставил еще одно послание этому кретину, который или слишком богат или решил бросить ему вызов. Саске включил радио на телефоне довольно быстро после начала экскурсии - та была занудной, все это он уже читал в книге в самолете и теперь хотел поразвлечься чем-то более приятным. По радио все еще была Сакура, рассказывала о предстоящей свадьбе кого-то из знаменитостей. И действительно звучало все это высокопарно и с пафосом. Учиха вздохнул, нашел на телефоне музыку и врубил ее. До конца экскурсии он только и делал что зевал. В этот раз, когда он увидел свой автомобиль, на белом капоте было выведено чем-то бордовым: «Купи инструкцию для чайников, придурок». А рядом смайлик того же цвета. При ближайшем осмотре «краска» представляла собой ягодную начинку. Саске рассмеялся и подозвал уже знакомого официанта, сажаясь на «свое место» пить кофе и включая радио. Ему повезло, рубрика женских «сплетен» уже закончилась, и из динамика лился знакомый звонкий голос на новую тему. Или продолжение старой? – Знаете, вчерашний разговор с одним из звонивших, дал мне пищу для размышлений. Богатые люди, приезжающие оттянуться и бизнес-люди, приезжающие отдохнуть. Как они похожи, как похожи их действия. Это же сплошное зеркало, я могу предугадать их мысли и движения, их выбор. Все настолько очевидно, что банально и скучно. Эти люди абсолютно неинтересны. Они не личности, они лишь дешевые призраки настоящих уникальных индивидуальностей, – Наруто зашебуршал бумагами и откинулся в кресло поудобней. – Я немного подумал вечером и кое-что составил для подтверждения своих слов. Вы ведь знаете, что я никогда не балаболю просто так. И так, представляю вашему вниманию «Расписание на каждый день». Саске заказал себе чай с травами вместо кофе, печенья и приготовился развлекаться дальше. – Начнем с богатых и оттягивающихся, их большинство. Такие люди встают лишь к обеду, потому что до этого отсыпаются после тяжелой и долгой ночной тусовки. Ванильные красотки обычно на ногах часам к одиннадцати, обзвонили кучу своих подружек и успели похвастаться новыми знакомствами и колье на двадцать пять тысяч долларов. Затем идут походы по магазинам и сжигание следующих денег с карточки на бесполезные шмотки. Шкаф ломится от вещей, но им непременно нужна еще одна пара туфель и плевать, что это пятьдесят первая пара, они ведь жить не могут именно без этих, – по язвительному тону было слышно, насколько презрительно относился Узумаки к таким вещам. – К обеду их богатые папики или молодые жеребцы, наконец, оживают и идут покорять спорт-зал. Некоторые идут на море, но спорт-зал будет присутствовать обязательно несколько раз в неделю минимум. Это не их образ жизни, это их престиж. Все ходят, и я хожу. Им даже плевать на свою фигуру, если их возраст переваливает за цифры четыре и ноль, – парень рассмеялся. – А для молоденьких жеребчиков наоборот. Внешность играет катастрофическое значение. Они идеальны внешне, с идеальной улыбкой и телом. У них есть идеальная девушка, высокая как модель и красотка, как актриса. У них идеальные друзья, такие же жеребчики, с которыми можно тусоваться с ночи до утра. Чем каждый день и занимаются эти люди, выкидывая тысячи и тысячи долларов на алкоголь, наркотики и разные безделушки. И, конечно, секс. Без этого никуда. К утру они забывают как их зовут, но помнят номер кредитки, чтобы вызвать такси. А затем все повторяется, с той лишь разницей, что их девушки мотаются по разным косметическим салонам и грязевым массажам, а сами мальчики иногда изменяют им, трахая все, что движется и выглядит хотя бы немного привлекательно. Впрочем, не скажу, что их девушки не изменяют им так же, – по голосу было слышно, что на губах парня играла насмешливая улыбка. – Открою вам тайну, это делают все люди такого низкого типа. Учиха посмотрел на свой опять белоснежный автомобиль и улыбнулся, да, с таким парнем хотелось устроить небольшой конфликтик. Или нечто большее... – Уверен, вы сейчас думаете: «это любой дурак мог предположить» или «ха, да не может такого быть». Что ж, если хотите, проверьте сами, – Наруто улыбнулся, потянувшись. – Но мы дошли до самого интересного. Богатые бизнесс-леди и мэны, отдыхающие и набирающиеся сил. Предсказуемые настолько же, насколько предсказуема радуга после шторма. Это одноликие личности, помешанные на своей карьере, разбирающиеся в биржевых сводках, экономических спадах и подъемах, которые могут с щелчка пальца исправить плачевную ситуацию краха фирмы и предотвратить казнь всех сотрудников. Но эти люди абсолютно не приспособлены к простой жизни, если их вынуть из комфортной зоны, – парень даже чуть слышно фыркнул, а к голосу прибавилось цинизма. – Я хочу сказать, их «расписание на день» не намного отличается от другого, оно не спонтанно. Все продумано, каждый шаг. Утро в шесть-семь утра, зарядка и пробежка час. Затем душ, утренние новости по телевизору или интернету за чашкой черного кофе без сливок. А дома в дополнение газета, где открыта лишь одна интересующая их страница. Затем сборы, проверка своего календаря, планов в блокноте, встреч и дел, мысленная расстановка «галочек» по времени. Эти люди пунктуальны, критично пунктуальны, я бы сказал. У выхода их ждет свой автомобиль, шикарный и неповторимый, с водителем или без зависит от их «занятости» и «высшего положения». Чем человек более занят и высок, тем вероятнее всего, что он водит как «олень», которого я встретил вчера. Я просто на сто процентов уверен, что этот парень не водил нормально машину уже очень давно, потому что в этом не было необходимости. Это даже смешно, насколько предсказуемо, – Узумаки широко улыбнулся и постучал ручкой по листам. – Самое интересное далее. Эти люди приезжают сюда для отдыха, вы думаете? О, нет. Они привозят с собой «работу». Не пройдет ни утра, ни вечером без того, чтобы они не проверили почту, телефон и все прочие средства связи, где их клиенты или боссы не достали бы их со своими «гениальными идеями и предложениями». Но все же немного об отдыхе, ведь леди и мэны приезжают именно за этим так? – парень тихо рассмеялся, такой мягкий, совсем не ассоциирующийся с ним смех. – Их отдых - это необходимость придерживаться плану. А по плану у них: успеть посетить все экскурсии, все рестораны, что советовала тур-фирма в своей брошюрке или иная листовка с подобными «советами» и все в этом духе. Соответственно после завтрака и кофе эти люди отправляются в наилучшее по своей скукоте путешествие, экскурсию. Затем идет ресторан и однотипные заказанные блюда: лишь то, что они едят всегда, ничего нового. Как и напитки: кофе и зеленый чай. Боже, вы хотя бы знаете, почему зеленый чай так называется? Или как его делают? – к голосу Наруто вернулась язвительная циничность. – Такие скучные и безликие люди ни черта не смыслят в жизни, они не видят ее. Жизнь проходит мимо них, а они продолжают смотреть биржевые сводки и заказывать в ресторанах стейк. Попробуйте спросить их, извините, а вы знаете, сколько стоит пакет молока в обычном гипер-маркете? Они вам не скажут. Они не знают цен в обычных магазинах, они не посещают их. Их еда – это заказываемая по телефону пища, но еще более часто это то, чем их травят в таких дорогущих ресторанах. А проезд? Сколько стоит проезд на метро или в трамвайном вагоне? Спросите что полегче. Спросите у них процентную ставку на декабрь позапрошлого года. Они вам скажут мгновенно. Они как роботы. Это забавно, потому что таких людей очень много и они не понимают этого. А ведь их так легко просчитать… дорогая еда, дорогая одежда, дорогое авто. И время распределенное по минутам. Только на себя и свою жизнь у них совсем нет времени. Они не умеют жить, они не любят жизнь. Они абсолютно не умеют быть непредсказуемыми, быть естественными. И мне… жаль таких людей. Что ж, с вами был ваш любимый циник. Время эфира подходило к концу и парень просто перевел остаток на музыку, решив так закончить свой сегодняшний выход. Без лишних вопросов, без объяснений, давая время обдумать и оценить. Потому что все, что он сказал – было правдой. Голой, немного хлесткой и дерзкой. Как и ее обладатель. У Саске нервно задергалась бровь, он невольно сравнивал свой отдых и то, о чем сейчас говорил ведущий. Но все же отмахнулся - он никогда не связывал отдых и работу, даже рабочий ноутбук с собой не брал. Но он задумался на столько, что банально пропустил выход ведущего и проход до своей машины, так что увидел лишь результат. Надпись «Лес там» и стрелочка были более чем красноречивы. Над стрелочкой были нарисованы ветвистые рога. И они были зеленого цвета. Официант уже без напоминания подошел за ключами, радуясь стабильному заработку. Саске проснулся как обычно, он просыпался без будильника. Почистив зубы и умывшись, мужчина одел майку и шорты и отправился на пробежку - пару километров по извилистым пешеходным дорожкам и обратно по песку вдоль берега. И как раз по пути обратно он запнулся - расписание. Неужели тот ведущий прав и у него действительно расписание прямо на отдыхе. За завтраком Учиха подавился кофе и перевернул газету на незнакомую страницу, решив для разнообразия почитать гороскоп на месяц. Дурацкие фразы, сказанные вчера одним типом так и не вылетали из головы. От экскурсии Саске отказался, уже по привычке поставив машину на «свое» место и усевшись за столик того же кафе. Кажется, ему что-то надо было поменять. Просто надо. Еще через час с копейкой официант без напоминания пошел разбираться с внешним видом автомобиля постоянного клиента. Узумаки как раз не так давно прошел в сторону студии. Учиха лишь кинул короткий взгляд в сторону своего авто, хоть немного повеселиться. В этот раз беда была не с самой машиной. Рядом с капотом на земле стоял картонный лист в форме треугольника, чтоб не свалился. Знакомые записи и агитация окружающих подписаться действовала неплохо. Под разными фразами самого Наруто вроде «не злоупотребляй колесами» уже было несколько фраз от других прохожих. И прямо сейчас как раз какие-то влюбленные парень с девушкой пририсовывали к своей фразе сердечки ручкой: «люби мир и пешеходов». Официант послушно убрал этот лист, лишив прохожих такого неземного удовольствия. Саске на это лишь тоскливо усмехнулся, неужели у его знакомого заканчивалась фантазия? Да он просто лишал мойку постоянного заработка. Вскоре Учиха поднялся и вышел из кафе, не зная чем себя занять - запланированная экскурсия накрылась и делать было нечего, так что он просто решил покататься по городу, заодно и радио послушать. Следующие несколько дней прошли в том же темпе. Битва с незнакомцем и его белым авто, обсуждение тем и циничный взгляд на каждую сторону. Узумаки только заводили и распаляли подобные стычки, а Саске получал все более изощренный результат. Фантазия у парня отнюдь не иссякла. И с каждым таким разом Наруто все больше нравилось это их противостояние. Это было интересно.

Вкус

Утром в пятницу Саске приехал на свое излюбленное место парковки, на пару секунд встал в ступор, затем рассмеялся и запарковался в другом месте. О, да, сегодня должно было быть особенно увлекательно. По пути на работу Наруто как обычно ожидала белая Аскари, только на этот раз поставленная более наглым и грубым способом. Узумаки раздраженно дернул бровью, это уже было немыслимо. Подобное поведение – не приемлемо. Здесь парковался не косой, а слепой. Что парень и не преминул указать и даже не пожалел и повесил на боковое зеркальце очки. – Что вы себе позволяете?! – чуть ли не заверещала блондинка, выходившая из салона красоты. – Какой нахал, какое мерзкое место! Только сегодня приехала в город и уже такие отвратительные впечатления! – Только сегодня? – парень заглянул в номер машины и многозначительно хмыкнул. – Действительно так. Что ж, добро пожаловать. Безмозглым курицам не знающим правил дорожного движения принято ходить в нашем городе пешком, – он ей легко улыбнулся. – Советую почитать законы, а после этого выучить знаки. И лишь потом садиться за свой автомобиль. А если будете продолжать и дальше путать место парковки и бордюр, у вас отберут права. Вот так, – махнув рукой, Наруто спокойно пошел в сторону студии, даже не оборачиваясь. Конечно, он приврал насчет закона. Но такие девицы как эта абсолютно не разбирались в подобном и ни за что бы не полезли вчитываться в «букву закона». Им можно было вешать сколько угодно лапши на уши, они не смогут отличить корейскую от итальянской. А значит и проблем не будет, а фифа заслужила небольшого наказание и «спуска» на землю. Ей бы следовало поучиться уважению. Саске тихо смеялся сидя в кафе, столько удовольствия от жизни он уже действительно давно не получал. Затем он расплатился за кофе и вышел, придумывая, что бы устроить в ответ. К перерыву на обед Наруто ждала уже именно его Аскари, поставленная как прежде - чуть неправильно, но совсем не мешая пешеходам, в отличие от утренней, а на капоте была небольшая коробка, с запиской, прислоненной к ней. "Моему дорогому поклоннику." Узумаки удивленно приподнял бровь, смотря сначала на этот презент, затем с подозрением по сторонам. Теперь у него было ярко-выраженное чувство, что этот криворукий-парковщик следит за ним. Не иначе. Разве он не переставил бы машину после стольких указаний? Несмотря на негодование и раздражение, Наруто для начала взял записку, повертев в руках. "Больше не путай машину, кретин. Хотя это было смешно." - ждала его надпись на обратной упаковке. Теперь иных подтверждений не нужно было. Следит и ещё как. Что ж… Хмыкнув, Узумаки приподнял крышку, заглядывая в коробку на капоте. Там был пирог. Самый шикарный и одуряюще пахнущий яблочный пирог из всех, что он когда-либо видел. И явно это был домашний пирог, а не покупной. «Радио всё же слушает» Покрутив записку, Наруто удобно расположил эту же бумажку на капоте, достал ручку и «поколдовал» над листком. И ушел, оставив все как обычно. А коробку забрал с собой, наплевав на подозрительность и предрассудки. Саске подождал некоторое время и отправил официанта за запиской, а потом с интересом ее прочитал. В его послании, написанном для Узумаки, с каждой стороны было перечеркнуто по нескольку слов, меняя смысл на иной: «Моему невоспитанному сталкеру. Больше не груби и ставь машину нормально, кретин. Это не смешно, надоело.» Рядом была пририсована виселица, какую рисуют в игре «слова», только без человечка: лишь табуретка и сама виселица с веревкой. Учиха в очередной раз улыбнулся, эта переписка была такой необычной. Дома Наруто прошел на кухню, открывая коробку и разрезая. Даже осторожно приподнял край, проверяя, нет ли где еще одного подвоха. Один из кусков был отдан на растерзание своему «соседу» по квартире, а свой кусок парень запивал молоком. Пирог был просто до безумия вкусным - кисло-сладкие яблоки с карамелью и песочный корж, так что каждый кусочек приносил просто неземное удовольствие. – Неплохо, да, Шрам? – Наруто положил себе еще кусок и направился в зал отдыхать. Постепенно начала обрисовываться тема для завтрашнего эфира. * * * Но что бы он там не думал, утром его ждала белая машина, та же и на том же месте. Она так и дразнилась, маня своей сверкающей чистотой и свежестью. Только в этот раз Узумаки прошел мимо на работу. Но предварительно скинул на капот вчерашнюю коробку. Учиха вышел из магазина только спустя десяток минут и в недоумении посмотрел на коробку. – Не понравился? – тихо удивился он, беря ее в руки. Крышка был открыта, поэтому листок с очередной запиской выпал сразу же: «Неплохо». Лаконичен, как и всегда. Видимо парень не любил слишком разговаривать с малознакомыми личностями, особенно столь необычным образом. Хотя с другой стороны записки и было аккуратно выведено: «P.S. Удивлен, что не отравлен». Саске хмыкнул, первый шаг был сделан, хотя совсем не так, как ожидалось. Он сел в машину и поехал выполнять задуманное дальше, не забыв включить радио. Там как раз была середина или конец какого-то разговора между Харуно и ее коллегой. – Правда? – Да, это так, – голос у Наруто был на удивление с мягкими интонациями. – То есть, у тебя есть поклонник? Или это поклонница? – по возгласу Сакуры было ясно, «сплетня, сплетня и ещё раз сплетня». – Ни то, ни то. Просто сталкер. Он на удивление упрям в своем пристрастии ставить криво машину, но мне льстит, что он не пропускает моего выхода в эфир. – Может, тебе следует оставить свой адрес и телефон? – Нет, я еще не сошел с ума, – фыркнул Узумаки. – Если ему нравится так развлекаться, то может продолжать. Он же не пришелец, чтобы я шел к нему на «контакт». – А я считаю это очень милым, – девушка чувствовала себя немного расслабленной, когда их тема была настолько нейтральной и не вызывающей. – Мне больше нравится идея с инопланетянином. С людьми мои отношения ограничены и ужасны. А вот зеленые человечки, это любопытно. Харуно хотела перевести тему обратно на любовь и романтику, интригу, но поняла, что Наруто снова принялся играть с ней и устроил словесную дебалию. Естественно, что такой как он не верил во что-то сверхъестественное. Но почему бы не перевести тему на это? – Пожалуй, я пойду. – Ага, увидимся, – Узумаки откинулся на своем месте, удобно устраиваясь. – Итак, надеюсь, что сегодня ни у кого нет Дня рождения. А если это не так, то я сочувствую вам и мне жаль, что я не в силах изменить что либо или сделать для вас. Смиритесь и переживите этот день. Саске потянулся к телефону, чтобы отправить смс на студию. Ему стала интересна причина ненависти этого парня к дням рождениям. – Это один из самых отвратительных праздников. Люди, которые называют тебя своими друзьям, по существу не знают тебя абсолютно. Они не знают что дарить, поэтому иногда это деньги. Альтернативный подарок? Купи себе все сам? О, да, как хорошо они отвязались от своих маленьких обязанностей, – Наруто фыркнул. – Если вы думаете, что я не прав, то ошибаетесь. Это лицемерие. Каждый раз приходится составлять список гостей, продуктов и мероприятий. И для чего? Чтобы все пришли, и ты ещё раз убедился: эти люди не знают тебя совсем. Подарки, бесполезные открытки и жирные торты со свечками. Спасибо, что напомнили, сколько лет Марии. Не удивляйтесь, что у нее такое вытянутое лицо, она всего лишь расстроена. Продолжаем дальше говорить о том, что желаем человеку быть «красивым», бедняга, он ведь урод. А обычное «оставаться таким же», звучит как приговор, а не пожелание. А уж улыбки и разговоры… родственнички, которые приезжают и начинают выяснять у тебя про твои дела и твою личную жизнь, лезут в душу. Нет, у меня все хорошо и я совсем не свалил от вас жить на новую квартиру потому, что вы достали каждый день спрашивать об этом. Просто так подвернулся случай. Ах, девушка? Нет, еще нет. Когда-нибудь, обязательно женюсь и подарю вам внуков. А сам буду вкалывать до ночи и изменять ей с ее подругами. Ах, парень? Нет, того единственного еще нет. Но как только найду, сяду на шею, и у меня все будет, – Узумаки тихо рассмеялся. – И так, ваш личный праздник постепенно перерастает в личную каторгу. Вас допрашивают, а вы улыбаетесь и отвечаете то, что от вас хотят услышать. Никто не говорит правду, все лицемерят. Честным быть сложно и страшно. Почему бы не бросить эти дурацкие шаблонные обязанности и не приглашать тех, кого вы не хотите видеть действительно? К чему эта мнимая вежливость? Кому нужно за день получить десяток мусора в цветной упаковке и в три раза больше проблем на голову? Нет, поверьте, День рождения совсем не счастливый праздник. Это личный маленький траур для каждого. Аминь. Первый звонок в студию был от девушки, которая тут же попыталась опровергнуть слова парня. Чему тот был рад и дослушал ее до конца. Звонившая долго распиналась на тему того, что он не прав, и что ее друзья лучшие, и что они подарили ей то, что она как раз и хотела. – Неужели? И что же это? То ли его ехидный голос, то ли растерянность, но ответить ему никто нормально не смог на этот вопрос. Это был еще один бал в его сторону. – Вы не помните, жаль. Видимо, не так важно это было. Что ж, у вас всегда есть возможность перерыть барахло и найти эту ненужную вещь. Стряхнуть с нее вековую пыль и поставить на полочку, – Наруто улыбался. – Хотя более практичные люди делают проще. Они передаривают лишний мусор. Мой совет, покупайте хотя бы новые пакеты. А то может получиться очень неприятная ситуация. Все последующие звонки были с тем же успехом отбиты и настроение любого, у кого сегодня и вправду был день рождение, могло быть действительно отравлено. Циник не оставлял и шанса светлому празднику. Саске удалил уже написанную смс и нажал кнопку вызова. Да, это была его тема - острая, проблематичная, но все же решаемая. И впервые об этом можно было с кем-то поговорить. Его перевели в студию после короткого уточнения. – Еще один звонок? Слушаю. – Добрый вечер. Сегодня я с вами согласен - действительно ужасный праздник. Вы проводите его так же? – не узнать этот голос было невозможно. – Знакомые люди. Защитник богатых туристов, я так понимаю? Ваш голос забыть невозможно, – Узумаки улыбнулся. – Нет, я не справляю свой день рождения вообще. Не считаю этот день чем-то отличающимся от прошлого или последующего. – Но вокруг существует много людей, знающих эту дату. Они учитывают ваше мнение? – Не так много. И я их не спрашиваю. – Но все равно же поздравляют. А еще есть родители... – Мой ответ предполагал, что никто не поздравляет, – напрямую и немного резко оборвал Наруто. – Я так понимаю, вас как раз поздравляют все? Расскажете, как проходит торжество? – Никак. Меня никто не поздравляет. Я счастливчик, да? – Да, в этом мы похожи. Что ж, рад был звонку. – До свидания, – Саске повесил трубку. Что ж, оказалось, что в ненависти к праздникам причастен не он один. Следующие звонки были не такими интересными, теперь звонили в основном те, кто был солидарен с Узумаки. И через двадцать минут на очереди стало время спортивных новостей. Какаши пришел на студию как всегда во время музыкального хит-парада, который крутился по записи, и в приказном порядке посоветовал всем пройти на совещание. Потянувшись, Наруто поднялся и вышел первым. Что там придумал владелец их радио - было не ясно, но точно ничего хорошего, как обычно. Инудзука шел следом за ним, думая о том, чтобы пофлиртовать с их коллегами: Ино и Сакурой. – Радуйтесь! – когда Хатаке так говорил, все обычно старались слиться со столом. – С завтрашнего дня мы выйдем на новый уровень - у нас по планам три телеэфира. – Что? – Харуно переглянулась с подругой. – Телешоу? Какое еще телешоу? – Киба не въехал вообще. – Я против, – даже не дослушав, Узумаки поднял сначала руку, а затем встал сам. – Можно идти? – Нельзя. Тебя не спрашивают, ты участвуешь первый, – Какаши повернулся к Кибе. – Телешоу про наше радио. – За фига? История развития или что? – Я не буду в этом участвовать. В моем контракте этого нет, – Наруто скрестил руки на груди. – Если вам так нужна клоунада, у нас есть одна обезьяна. Выпустите его на волю и больше ничего не потребуется. – Эй, – Инудзука шестым чувством понял, что речь сейчас была о нем. – Это будут два интервью и один день чисто в самой студии, думаю еще со специально приглашенным гостем-слушателем. Это поднимет наши рейтинги. – Ты слышал, Какаши. Я не подписывался на это. – Стоп-стоп-стоп. Нас покажут по телеку? – Господи… мне нечего надеть, – Сакура взволнованно прижала руку к сердцу, оно стучало как бешеное. – Помимо того, – Какаши обвел их взглядом. – Победитель зрительского голосования получит двадцать тысяч. Наличными. – Твою ж мать, – Киба выдохнул, а девчонки взвизгнули. – Это ж бешенные деньги. Узумаки только глаза закатил. Его этим было не подкупить. А если кто-то думал заставить участвовать в таком бедламе – то у него есть парочка отличных способов испортить праздник. – Ну а те, кто не захочет участвовать, будут прогноз погоды вести. По записи без единого лишнего слова. – Нас покажут по телеку, во круто! – Вам же хуже, – Наруто не разделял радости коллег, недовольный подобным решением. – И чему вы все радуетесь? Нет ничего хорошего в том, что все вокруг будут нас знать в лицо. Знать наши адреса и телефоны. Да меня убьют где-нибудь в подворотне. – Ну, да, ты бы еще вякал побольше гадостей. Узумаки прищурился и смех Инудзуки резко оборвался. – Ладно, понял, без шуток. – Я серьёзно. В этом нет ничего хорошего, это принесет только проблемы нам всем. – Тот, кто выиграет наш приз зрительских симпатий, участвует в третьей передаче, с гостем, ну и может сам выбрать тему. Любую. – Деньги лучше. Наруто только фыркнул, он и не предполагал, что Киба заинтересуется таким предложением. Но и сам бы не хотел проводить свое время в беседах с репортерами и прочими людьми. – Ну и от каждого из вас жду предложения о том, как именно мы выберем слушателя, которого будем приглашать в студию. – Кого угодно, – Узумаки всё ещё прибывал в недовольном настроении. Сакура заулыбалась и подняла руку. – У меня есть тайный поклонник. Он иногда звонит нам и часто присылает мне письма. Я выдвигаю его, давно хотела увидеть. – Это мы еще обсудим после двух передач. И не волнуйтесь на счет узнаваемости - с вами поработают гримеры с канала. – И что они сделают? – девушка побледнела. – Сделают вас красивыми для экрана. – Спасибо, – прозвучало достаточно ядовито. Харуно явно обидели эти слова. Себя красивой она и так считала. – Это нас спасет, о, да, – Наруто неожиданно широко улыбнулся и только эти люди, проработавшие с ним ни один месяц поняли, что это очередная издевка. – Заранее приглашаю всех на свои похороны. – Хэй, будь оптимистичней, парень, – Киба рискнул хлопнуть его по плечу, но обнять нет. – Тебя все любят из города, ну кроме туристов, – возразил Хатаке. – Отлично. Мне наймут профессионального киллера. Это намного лучше, согласен. – Знаешь, Узумаки, у тебя слишком высокое самомнение. Думаешь, они хотя бы вспомнят потом о тебе? – Кое-кто точно не сможет забыть. – Наивный. – Какаши, я умею задевать за живое, – Наруто улыбнулся. – Но наши девушки более популярны, так что я за кандидатуру Сакуры. Раз так ей хочется увидеть своего тайного бой-френда. – Я подумаю, послушаю эфиры. Выбирать его все равно мне. – Значит, за нас все решишь ты, как всегда, – Узумаки только кивнул своим предположениям и развернулся. – Тогда я пошел. Раз наше мнение не учитывается, не было смысла и предупреждать об этом цирке. Предупреди, когда приедут эти гиены, уж я их повеселю на славу… – Только помни о рейтингах. Ты тут лишь пока они высокие. – Благодаря мне они и стали высокими. Инудзука покрутил пальцем у виска, стоило ему только уйти. Безусловно, Наруто был прав, но из-за его характера ладить с ним никто не собирался. Даже коллеги. На капоте его «любимого» автомобиля стояла новая коробочка, на этот раз чуть более плоская, коричневая. И рядом простая записка. "Приятного аппетита." У Узумаки было слишком отвратное настроение, чтобы с кем-то общаться или флиртовать. Его ответ не был таким «приятным», хотя коробку парень и забрал, продолжив с раздражением путь домой. Завтра должен был наступить ужасный день. Или когда там приезжают эти акулы из телевидения? Дома ему в коробке предстал просто изумительный грушевый пирог. Тонкие золотистые кусочки ароматного фрукта, слоеное тесто, грецкие орехи и расплавившийся сыр. Не слишком сладкий, скорее пряный, очень изысканный и к тому же явно не местный. Десерт ненадолго поднял настроение, но мысль о предстоящих неприятных обязанностях отравляла небольшой участок его вечера. Хотя сейчас Наруто был немного больше благодарен тому криворукому парковщику за его ненавязчивую и абсолютно непонятную заботу. Саске пришел к машине довольно поздно, как всегда с интересом читая записку в ответ. «Я не голодаю. Поверь, у меня достаточно денег, чтобы купить себе десерт. Следующая коробка окажется в урне.» С другой стороны следовало привычное упоминание поставить машину нормально. Или этого парня достали их игры, или его что-то вывело из себя, и Учиха попался под горячую руку. Предугадать, что из этого было невозможно. Учиха повертел записку в руках и швырнул ее в урну. * * * Утром Наруто впервые не застал Аскари на ее привычном месте. Теперь даже угол смотрелся неправильно, как-то слишком открыто и грубо. Но парень не остановился, а спокойно прошел мимо. Все правильно, так и должно было быть. Настроение немножко улучшилось. Подобная переписка ни к чему бы не привела. Хотя потерянных десертов было даже жаль. Они были вкусными. Вечером машины тоже не было, создавалось впечатление, что все это было странным сном. Узумаки, возвращаясь, остановился на несколько секунд и огляделся. Машины не было нигде, и парень решил, что отдыхающий уже уехал. Что ж, все они когда-то приезжают и возвращаются обратно. Расстраиваться по этому поводу было не нужно. К тому же, у него нет времени, чтобы обращать на это внимание – следовало подготовиться к репортажу. Саске припарковал машину, устроил на капоте яркую оранжевую коробку с очередной записочкой и оглядел все это безобразие. А потом улыбнулся ласкающему утреннему солнцу и удалился в кафе. Наруто скрестил руки на груди, смотря на этот очередной подкидыш. «До него не доходит с первого раза?» Пришлось взять еще один десерт, но тащить с собой на студию парень не стал. Вместо этого он отнес к знакомому кафе и отдал владельцу с просьбой продержать до вечера. На капоте оставил короткую записку о том, что он предупреждал, и коробка нашла свое место в урне. И уже после этого пошел к себе на работу. Саске покачал головой и включил радио, как всегда послушать его рубрику. Харуно как раз прощалась со всеми и плавно передавала время своему коллеге. Перед уходом она полюбопытствовала о его вчерашнем неплохом настроении. На что Узумаки честно ответил, что в последнее время его «прикармливает» один из тайных сталкеров и очень недурно. Домашние десерты стоят похвалы, но следует прекратить эти странные подачки. Наруто повторил и здесь, что последнюю коробку безжалостно выкинул. Последующие отправятся за ней. Сакура негодовала еще почти десять минут, прежде чем ему уступила место. Ей абсолютно было непонятно, почему этот парень отказывался от бесплатных и вкусных десертов. Это ведь выглядело почти как ухаживание, нет? На подобный вопрос Наруто лишь рассмеялся и ответил, что это «всего лишь прихоть». И это была правда, он действительно думал так. Для себя Харуно определила только то, что возможно Узумаки неприятны ухаживания мужчины… но все выглядело странным и без этого. Больше никаких интересных сплетен она не смогла вытащить из коллеги и пришлось удалиться. А вот Наруто возвращаясь домой, не забыл захватить оранжевую коробку. Выкидывать домашнюю выпечку все же было кощунством. Хотя очень хотелось, но рука не поднималась. В коробке был торт. Высокий Наполеон, приготовленный по классическому рецепту, так что каждый кусочек просто таял во рту. И кстати, на подобный торт уходило немало сил и времени - все это было потрачено именно для него, лично для Узумаки. Единственное, что не учел готовивший – наполеон парень не любил. И к тортам относился намного осторожней, чем к пирогам и маленьким кусочкам десертов. Вздохнув, Наруто лениво поковырялся в отрезанном кусочке. Было неплохо, но истинных вкусов это не изменяло. Отдавать большую часть Шраму не хотелось, а вот отнести на студию теперь можно. * * * И на следующий день его привычно ждала машина. На этот раз без записок и презентов. Да и ее владельца как всегда не было рядом. Мысленно улыбнувшись, Узумаки с хорошим настроением двинулся дальше на студию. Круасаны и молоко были в его руках и ждали своей очереди. Торт уже не вместился и пришлось оставить его дома. Ничего, как-нибудь управится с ним сам. Саске сидел в местном пабе, пробовал с утра пораньше разные сорта вин, ну заодно и прислушивался к радио, все равно у всех была лишь одна волна настроена. – Спешу расстроить всех, завтра вы не услышите наше радио. Точнее, будет лишь музыка для тех, кто покоряет путь на дороге. Но вот голоса всех моих коллег, включая собственный, завтра будут не на радио, а на телевидении, – Наруто откинулся в кресле, постукивая ручкой. – Наш босс решил, что «услышать и умереть» не настолько актуально в этом тренде. Сейчас нужно ещё и «увидеть», поэтому завтра, советую не включать местный канал по нашему обычному обеденному времени. Мы персоны скромные, внимание нам не нужно. Рейтинг нужен только боссу, а мне лишь эфирное время и молчаливые слушатели. В любом случае, не вижу ничего хорошего как в самой идее показа, так и в завтрашнем интервью. Что ж, придется пережить эти дни и не повеситься со скуки. Саске не сдержал довольной ухмылки, он жаждал увидеть ведущего во всей красе - о, да, он это получит. * * * Утром Учиха закончил свои дела быстрее обычного и расслабился у телевизора, в конце концов это был именно его отпуск, а отдохнувшим он себя пока не ощущал. До интервью еще было время, так что Саске немного пощелкал по каналам, но больше не смотря телевизор, а думая об этом ведущем. Узумаки Наруто - странное имя для европейца, странный характер для европейца, к тому же Учиха никак не мог понять, что же скрывалось за ширмой из желчи и бравады. Интерес, что вызывал у него этот парень, рос с каждой минутой. Правда, конечно, было обидно за потраченные пять часов на приготовление торта впустую. Но больше он этого делать не собирался, по крайней мере пока не убедится, что то что он создает на кухне хотя бы пробуют. И вот настало время первого репортажа, так что Саске немедленно включил нужный канал. Начало было как в любых иных телешоу: приветствие, куча улыбок и аплодисментов. Затем объявление гостей и вот… камера плавно перешла к дивану на котором сидело двое парней. Если бы Учиха не видел до этого со стороны одного из них, то даже и сейчас не спутал бы. Накаченный кареглазый шатен, заметно волнующийся и широко улыбающийся в камеру, никак бы не вписывался в образ циничного человека. Их спортивный комментатор был в официальном красивом костюме, который отнюдь не делал его привлекательней, лишь нелепей. Но видимо торжество всегда предполагало под собой подобный вид. А вот его сосед был полной противоположностью, и одет он был так же, как и всегда: джинсы с дырками, кеды и белая футболка, в этот раз с рукавами. Расслабленный, насмешливый, естественный. И с удивительно четкими чертами лица, обманчиво-мягкими. Его можно было бы назвать красивым, если бы не дерзкие татуировки в виде трех полос у него на щеках и этот насыщенно-синий, прямолинейный взгляд. Таким бумагу режут, а не на людей смотрят. – Здравствуйте, рады приветствовать у нас в гостях, – ведущая улыбнулась обоим, шутливо предположив. – И кто же у нас кто? – Позвольте подсказать, – Наруто слегка повернулся боком и ей первой, а затем и зрителям благодаря соседней камере стала видна надпись на спине: «I hate people». – Вы, Узумаки Наруто? – Вы догадались с первого раза? Поразительно, – тонкие губы слегка изогнулись в полуулыбке, и это было очаровывающе. – Да, все верно. А это мой коллега, Инудзука Киба. Парень рядом медленно кивнул, сглотнув. От волнения у него потели ладони, и он изредка про водил ими по коленям, стараясь успокоиться. Догадаться, что в их дуэте сегодня вести придется Узумаки - было не сложным. Но тот намеревался растормошить коллегу, чтобы не отдуваться за всех. А то было бы слишком скучно. Пока же… было забавно. – И, пожалуй, наш главный сюрприз вечера, пусть я и слегка опоздал. Позади них появился очень странный мужчина. Он словно возник из ниоткуда - тоже свободный, раскрепощенный, но гораздо более доброжелательный, чем Узумаки. По крайней мере, под маской, скрывавшей нижнюю половину его лица, ничего было не видно. А седые волосы и шрам на левом глазу, как-бы пересекавший его, никого не отталкивал. – И так, я – Хатаке Какаши, владелец нашей печально известной радиостанции. Почему печально? О, главное недоразумение эфира сейчас сидит на диване и куксится от того, что его сюда затащили. О, да, все из-за него. Ну, мы с вами подробности и так знаем... – Что, босс, думаете подцепить цыпочку вечером после шоу? – Узумаки ему улыбнулся в ответ. – А тебя что, волнует? – Инудзука рискнул заступиться за Какаши, у него появился союзник на время передачи. – Ты-то сам может тоже мечтаешь подцепить красотку сегодня? – О, нет, меня это не волнует. – Да, ладно? – этот ответ заставил Кибу уцепиться за новую тему и продолжить дразнить. – Постой-ка, никто и никогда не видел и не слышал о твоей личной жизни. Никто даже не в курсе, на каком «поле» ты играешь… что, «мужская сборная по футболу»? Наруто хмыкнул, а затем неожиданно приблизил свое лицо к его уху: – А ты хочешь проверить на себе? – короткое щелканье зубов выглядело достаточно вызывающе и эротично. Но подобное только отпугнуло Инудзуку, который с огромными глазами уставился на него, мгновенно отсев на полметра. – Ты, что, придурок?! Узумаки рассмеялся, смотря на его лицо: такое ошарашенное и испуганное, будто ему подсунули змею в тарелку, вместо итальянских макарон. – Нет, конечно, идиот, – снисходительно улыбнулся блондин. – Предлагаю вариант «фригидный». Устроит всех? Киба продолжал что-то бурчать, но больше с подобными вопросами не лез. Наруто был слишком непредсказуем, такой может сделать все. Даже не задумываясь, в легкую. – Или не устроит никого, – Хатаке никуда не отпрыгивал, вот еще, напрягаться ему из-за этих молокососов. – Успокойся Киба, такие как Наруто никогда не играют лишь в одни ворота. Саске покачал головой и налил себе вина, размышляя рисковать ли ему машиной или нет. Впрочем, задуманного не переделаешь и просто так ему от этих мыслей уже не избавиться. – Я не понял, – тихо шепнул Инудзука соседу, но Узумаки только закатил глаза. – Что ж… у вас очень теплые отношения в коллективе, – ведущая заулыбалась, стараясь завести разговор. Хатаке согласно кивнул и устроился на диване рядом с Наруто, продолжив рассказывать об этой парочке, смущая Кибу и провоцируя Узумаки. Так их репортаж и прошел, за время которого все узнали многое об Инудзуки: начиная с его пристрастий к девушкам и заканчивая спортом и профессиональными планами. Но не так много про его коллегу, которому более ловко удавалось сохранить ауру таинственности вокруг себя и успешно уходить от любых коварных вопросов и компрометирующих фразочек своего босса. В общем и целом, впечатление у Наруто к концу были лучше, чем собственное настроение. Ему все равно претила мысль, что их видели. Ему нравилось, что никто ничего не знает о ведущих, что можно спокойно жить и заниматься любимым делом. Теперь же о спокойствии можно забыть: его знакомые в курсе, соседи, если видели репортаж и другие люди. И если не сейчас, то позже, но ему аукнется этот поступок, как и другим в их студии. Какаши идиот – это была главная мысль, которую прямолинейный парень не держал внутри и перед уходом еще раз высказал в лицо Хатаке. Его вызывающее поведение лишь подливало масла в огонь и обещало крышесносные рейтинги – а для владельца это было главным, чтобы там ни думал Узумаки. По пути домой Наруто посчастливилось наткнуться на знакомую машину, которая вновь была припаркована там же. В этот раз под дворником лежала какая-то открытка с изображением чайки. Удивленно приподняв бровь, парень все же взял ее в руки, чтобы прочесть. "Твоя непредсказуемость стала заметно ослабевать. Старость? Теряешь обороты?" «Что за бред?» Узумаки дернул бровью, а затем просто свернул в несколько движений открытку, раздражаясь, что ее нельзя смять в комок из-за плотности бумаги. На такую глупую выходку даже отвечать ничего не хотелось. Это было просто смешно. Он старый?! Да черта с два! Но удержаться и не написать оказалось слишком сложным для импульсивного парня. Так что Учиху по его приходу ожидала довольно грубая, во весь капот ярко-красная надпись маркером: «Fuck you». * * * Утром его упорно вновь ожидала белоснежная машина, с очередной открыткой - фотографией пингвина. Это мгновенно испортило настроение Наруто. Оно и без того было отвратительнейшим. Какой-то мудак прислал ему белые розы. Уже через десять секунд этот веник был в помойке на улице вместе с карточкой «От личного Сталкера». Какой именно сталкер это был – гадать долго не пришлось. «Он издевается?» Высказаться хотелось теперь ещё больше, и бумага в виде открытки была очень в руку. Но место для записи было уже занято вопросом. "Твоей непредсказуемости хватит на свидание в слепую со мной? Или она вся испарилась за вчерашний день?" – Да, ну? – Узумаки несколько раз перечитал, прежде чем написать ответ и засунуть открытку за дворники обратно. Сегодня был определённо странный день. Рассказать в эфире было что. Саске забрал свою открытку из-под дворника, как только вернулся, разобравшись с делами. Ему не терпелось прочесть ответ, очень не терпелось. «Хватит за глаза. Но ты ошибся полом. Прекрати дарить мне булки и сорняки.» Учиха посмотрел открытку еще пару раз с двух сторон, затем включил радио. Там как раз заканчивалась одна из песен, и уже через минуту послышался голос Узумаки: – Надеюсь, вы заждались. Извиняюсь, что немного задержался. У меня была небольшая проблемка дома. Сегодня с утра мне подбросили корзину с цветами. Оповещаю отправителя: белые розы отлично смотрятся в моем ведре вместе с другим мусором. Спасибо, было приятно. К слову, у меня аллергия на пыльцу, – по язвительному тону можно было понять, что парень улыбался. – А теперь о главном… вчера прошел наш репортаж с моим спортивным коллегой, и плоды я уже обнаружил сегодня на коврике. Что ж, я надеялся на наемного убийцу, но видимо мои крылья еще не заляпаны кровью и чакра не полна ненависти. Хорошо, будем стараться дальше. Завтра вы сможете увидеть наших коллег прекрасного пола, в то же время и на том же канале. Сегодня они закупаются платьями и составляют речь. А мы отдыхаем уже завтра, теперь наша очередь тянуть ляшки на диване, – Наруто расслабленно откинулся в кресле. – Итак, отвратительные последствия уже на лицо. Если кто-то хочет поговорить о своих проблемах, звоните к нам прямо сейчас. А если кто-то хочет присылать мне всякий хлам, то пусть он будет более оригинален в своих решениях. Что ж, десятиминутный перерыв на завтрак. А вы слушаете музыку: Gala - Let a boy cry. Поехали. После его слов была включена музыка, а сам Узумаки действительно пододвинул к себе завтрак. Сегодня было слишком насыщенное утро. Саске задумчиво стал выбирать новую открытку на почте, куда приехал пару минут назад. Лишь тут были открытки по оригинальнее, чем в газетных киосках. Наконец он нашел идеал - белого и черного баранов, стоящих на мосту. Затем подписал ее: "Неужели ты думаешь, что я так банален. Никогда бы не подумал дарить тебе веник." Далее следовал адрес кафе и время - шестнадцать часов. Ответ был не обязателен и Наруто пошёл к себе домой, забрав открытку. Бараны пришлись по душе. * * * С утра на пороге стояла корзина с голубыми розами. Они были без запаха. Хмыкнув, Узумаки понял, что теперь ему любопытно, кто тогда присылает их? Не слишком ли много сталкеров для него одного? Но теперь цветы определенно перестали раздражать и даже заняли место на кофейном столике. Записка была той же, а вот сам Наруто залез в интернет и проверил, что означает цвет и сорт. На одном из сайтов он нашел достаточно точное объяснение: «Синие или голубые розы символизируют таинственность. Необычные, загадочные цветки дарят столь же таинственным и недоступным людям.» Хоть что-то радовало, этот человек на близкий контакт сейчас не рискнет идти точно. Достаточно ему и одного свидания вслепую. В кафе к назначенному сроку он пришел вовремя, за несколько минут. Неизменно одетый в тот же простой и «подростковый» стиль: дырявые джинсы и футболка. Разница состояла в том, что эта футболка была без рукавов и надписей, как та, когда Учиха его видел впервые через окно. Изменять себе и своим привычкам этот парень был явно не намерен. Кафе оказалось двухэтажным, с видом на море и очень дорогим. Не каждый отдыхающий, а они тут были вполне обеспеченные, мог бы позволить себе тут пообедать. – Добрый вечер, – Узумаки встретил официант. – Прошу, пройдемте. Парень молча проследовал за ним, он не чувствовал себя здесь комфортно. Его привели на второй этаж, тут было гораздо проще и уютнее - винтажные окна, шум моря, простые плетеные столики и стулья. На столе стояло несколько напитков на выбор - шампанское, два бокала с вином, белым и красным. Видимо это был аперитив. Наруто плюхнулся на место лицом к выходу, чтобы не дать подступить к себе со спины. Взяв бокал с белым вином, он отпил немного. Дожидаться своего собеседника по переписке было утомительно, а ему хотелось пить. Что ж, раз все это стояло здесь, он мог брать то, что хотел. Несмотря на напряжение, которое вызывала у него внутри вся эта роскошь – вставать и уходить сейчас - было бы равносильно принять проигрыш и сдаться. Сдаваться он не умел. Официант исчез, но вскоре принес на подносе небольшую тарелку с супом из рыбного ассорти. Ароматный, густой суп выглядел весьма аппетитно, да и подходил к этому месту. – Я ничего не заказывал, – тут же высказался клиент. Ему лишь протянули картонную карточку. "Попробую еще раз что-то для тебя приготовить. Это не сладкое, да и урна там близко. Но можешь просто говорить, что не понравилось и унесут." Узумаки только вздохнул, поставив локоть на стол и подперев подбородок. Ещё одно блюдо домашнего приготовления. Методы у этого сталкера были странными. – Принесите греческий салат, – произнёс блондин, лениво водя ложкой в супе. Супа не хотелось, что было в меню неизвестно, а смотреть лень. Поэтому он заказал то, что быть должно было в стопроцентном случае. Но суп все же попробовал. Было бы слишком жестоко просто взять и отправить все обратно на кухню. Как бы ни раздражало, но человек старался понравиться, и следовало бы дать маленький шанс. Хотя иногда ему казалось, что шанс уже тянется и тянется и пора бы разорвать это бессмысленное общение. Не говоря уже о глупом и безрассудном поступке увидеться. Полный бред… докатился. Суп оказался без навязчивого привкуса какой-либо одной рыбы, на легком бульоне. А вместо салата ему принесли очередную записку. "Ты меня совсем не ценишь. Может, все же хочешь чего-то более сложного?" Перевернув листок, Наруто приписал с другой стороны: «Я не очень люблю рыбу. Хочу салат. И долго ты будешь играть в эти прятки?» Салат ему принесли, как и дополнительное вино. И записку. "А ты готов к более интересным играм?" Фыркнув, парень ответил не сразу. Половину супа он все же прибил к тому моменту, но салата хотелось сейчас действительно больше. Так что, взявшись за новое блюдо, он еще несколько минут раздумывал над ответом. «Я не подросток. Зачем ты позвал меня сюда?» В этот раз официант дождался, пока он съест салат и отопьет еще вина, прежде чем подойти с подносом, на котором лежала записка и широкая черная лента. "Я позвал тебя на свидание вслепую." – Это не смешно, – покрутив ленту в руках, Узумаки не надел ее. «Ты не говорил о таком условии.» "Я говорил о свидании вслепую. Ты так предсказуемо пугаешься, что даже немного смешно." «Я не пугаюсь, идиот.» Отправив такую записку, парень с раздражением нацепил ленту и завязал. Он абсолютно не понимал, какого чёрта задумал этот парень. Но все пока было не слишком плохо. Да и, несмотря на странности – это действительно немного заводило. Неопределенность, незнание, что-то новое. Прикосновение к плечу - осторожное, предупреждающее о присутствии постороннего, но в то же время не дающее вскочить со стула. Но Наруто даже не пошевелился, продолжая спокойно сидеть. Его немного напрягала вся эта ситуация, и раздражала тоже немного, но пока меньше. Может, проблема была в том, что его собеседник немой? Или еще что-нибудь? Прикосновение подушечек пальцев к шее оказалось гораздо более интимным, когда глаза завязаны. Легкий запах ромашки, совсем ненавязчивый, как будто далекий. Незнакомец положил вторую руку на другое его плечо. К этой руке Узумаки и прикоснулся, положив сверху свою и довольно хмыкнув: – Отлично. Хотя бы меня не лапает шестидесятилетний старик. Но в связи последних событий, я не уверен, что ты не извращенец или маньяк, знаешь ли, – прозвучало со смешком. Вблизи улыбка у него была интересной. Из-за отличной мимики, каждая черта лица была выразительной, и улыбка казалась живой. Она передавала его характер: его неутолимое любопытство и легкую язвительность, его недоверие и в тоже время скрытое желание найти того, кому можно будет открыться. Как грецкий орех, упавший с дерева. Он держался подальше от людей и смело заявлял, что этого хочет сам – когда это случилось из-за обстоятельств ни зависящих от него, а теперь и не позволяющих вернуться на свое место. Изгой в любом случае, каким бы удобным он ни был, никогда не станет тем, что тебе нужно на самом деле. В ответ мужчина насмешливо растрепал его волосы, даже если он и был извращенцем, Наруто уже был у него в руках и сейчас деться никуда не мог. Тот откинулся удобней на стуле, подпирая рукой скулу. Он как раз чувствовал себя намного уверенней, зная, что сейчас разгар дня и здесь есть еще люди. К тому же, ни один маньяк-извращенец не зазывает свою жертву в кафе и не кормит. Так что, хоть он и говорил так, он совсем не думал о подобном. – Ну? Убедился, что я живой? К его губам приставили палец, призывая к тишине хоть ненадолго. Подавив желание укусить его, Наруто всё же замолчал. Что он сильно раздражен было видно невооруженным глазом. Саске улыбнулся, о да, пораздражать еще немного этого парня очень хотелось, еще больше хотелось нашептать пару ласковых ему на ушко, но это было слишком опасно. Учиха положил ладонь на его щеку, чуть погладил ее, затем провел указательным пальцем от скулы до подбородка. Движения простые, почти невинные, но такие чувственные, что хотелось еще и еще. И по каждому такому прикосновению ощущалось, насколько он напряжен. Да, было приятно так, что создавалось впечатление, будто кто-то пытается дотронуться до сердца. Оно стучало чуть быстрее, выдавая легкое волнение. Но этого всего едва хватало, чтобы заставить сидеть гостя на своем месте и не пытаться сбежать. Казалось, лишнее движение и ему ничего не стоит встать и уйти. Пока же он позволял «изучать» себя, предоставляя небольшой доступ к телу. Саске скользнул рукой вниз, проводя поверх футболки ладонью до его живота, собирая складки ткани. Его руку перехватили за запястье, останавливая. Со стороны они выглядели довольно дико, наверное. – Это немного за гранью, ты так не думаешь? Учиха просто оставил ладонь на его животе, не пытаясь сделать там что-либо еще. Вместо этого он пальцами второй руки провел по его губам, чуть надавливая, потом вниз по шее, чуть останавливаясь в самом незащищенном месте под подбородком, до ключиц. Ласка всего лишь подушечками пальцев, такая невинная, но вместе с тем невероятно возбуждающая. И хотя дыхание у парня было ровным, он уже не полностью контролировал свое тело. Лишение одного из органов чувств – зрения, обострило другие, в особенности тактильных ощущений. Было и хорошо, и немного отталкивающе. Наруто не знал этого человека, он не знал что у того на уме. Да, пока ему приятно и его возбуждают такие действия постепенно сильней. Но к чему все это? До какого периода будет продолжаться эта игра в жмурки? Что нужно человеку, пригласившему его? Его касания осторожны, но в них чувствовалась сила и скрытое желание, сдерживаемое. Это немного злило, но и заставляло сердце стучать чуть волнительней, в предвкушении. А разум остановит, если что пойдет не так. Прикосновения закончились внезапно, Саске прижал руки парня к ручкам стула и слегка надавил, словно требуя, чтобы он за них держался. – Обойдёшься. По его рукам скользнули шелковистые ленты, теперь не давая двигаться, правда, они были чисто номинальные. – Твоя наглость границ не знает, – Узумаки только дерзко усмехнулся в ответ. – Ладно, требую более равных условий. Ты видишь меня, в курсе кто я и следишь не первый день. Напиши свое имя у меня на руке. Я буду более вежлив, в отличие от тебя. Учиха усмехнулся и медленно повел пальцем по его обнаженной руке. Но символы, которые выходили, явно не относились ни к английскому, ни к остальным европейским языкам. Наруто медленно шевелил губами в такт движения за его рукой, и сосредоточенно хмурился, пытаясь понять. Кажется, его и здесь решили провести. – Это восточный язык? Похож на японский. Но я всё равно не могу понять. Отредактируй в английском формате. Ответом был отказ, впрочем в английском формате и легкий поцелуй в уголок губ. Что из этого разозлило Узумаки сильней, было ясно не сразу. Но парень раздраженно отвернулся. От очередной колкости и агрессивного высказывания он удержался. Но со стороны только больше стал напоминать дикобраза. Импульсивный и нетерпеливый, эмоционально неустойчивый – такой мог сорваться в любой момент. Встать и уйти, или сделать еще что-нибудь. Его поклонник тихо рассмеялся и растрепал ему волосы, затем запустил пальцы глубже в его шевелюру, мягко массируя и расслабляя. Наруто продолжал хранить молчание, не реагируя. Его волосы были намного легче и тоньше, чем казались со стороны. Парню с таким грубоватым характером не шла его внешность. Или наоборот. Саске дразняще вывел на его руке - "Забияка." – Ещё не наигрался? – прозвучало скорее резко, чем насмешливо. Ответом было "мало" и поцелуй в другой уголок губ. После этого, одну из рук Узумаки высвободил и наугад уперся ладонью в Учиху, отодвигая. Его инстинкты все еще не были достаточно спокойными. Не говоря уже о том, что действия сталкера и не давали им расслабиться. – Нет. Ответ прозвучал прямо и неожиданно твердо. А его неопределенность могла хоть о несогласии с критерием объема, хоть с напоминанием о дистанции. Но в любом случае, терпение подходило к концу и вместе с ним желание встать и уйти. Теперь идея прийти на свидание вслепую со странным парнем казалась не такой забавной и дерзкой. Она казалась глупой. Для чего все это? Для чего это ему? И кому он, что хочет доказать, совершая столь безрассудные поступки? Это бред, он не должен находиться здесь. Ему следует уйти. Учиха подошел к нему, вернул руку парня на место, вновь прижимая и поцеловал. Резко, властно, сминая его губы и подавляя любое сопротивление. Такой поцелуй заставлял дрожать, желать подчинения. Но упрямого парня такое отношение только разозлило. Дернув несколько раз руками, он понял, что бесполезно сейчас пытаться высвободиться – держали слишком крепко. Первым инстинктивным желанием было – укусить и посильней. Но это выглядело бы так, будто он отчаялся или боится. Узумаки не боялся, он просто злился. С ним обращались, как с куклой, купленной в магазине. Вместо какого-либо агрессивного физического воздействия, Наруто только отклонился назад на спинку стула, разрывая соприкосновения их губ. – Нет, – второй раз это прозвучало так же четко и твердо, как и первый, без изменений. Даже в том как Саске выводил слово на его руке была насмешка. "Строптивый." Подобное слегка поддевало Узумаки, хотелось немедленно скинуть руки Учихи и заехать ему за самодовольный настрой. Только вырваться пока возможности не предоставлялось, держали слишком крепко. – Да. И с чего ты решил, что имеешь право переходить грань? Я не давал согласия на это, – парень чуть раздраженно поджал губы. Они даже немного покалывали, стали мягче и приятней. Поцелуй был хорош и нежеланен одновременно. "Я так хочу." Похоже, его незнакомец действительно был очень богат и очень избалован. – И что теперь? Мне лечь на этом столе и раздвинуть ноги для тебя? – мягкие и притягивающие губы исказила довольно грубая усмешка. – Не дождешься. Учиха снова рассмеялся, даже пальцы подрагивали, пока он писал ответ. "Я не люблю эту позу." – Мне наплевать. Камасутру изучай на другом парне, – Наруто на пробу дернул руками еще раз. – Может, ты не понял, но я тебя только что послал? "Ответ не принимается." Саске придвинулся ближе и поцеловал его шею под ушком, сначала нежно и почти игриво, но потом более агрессивно, явно оставляя шикарный след. Узумаки откинул голову в сторону, еще раз отстраняясь. Его заводила ситуация в обоих смыслах: действия сталкера были возбуждающими, но и пугающими. И злость постепенно пересиливала. А еще от парня приятно пахло молоком с медом и травами. Так чарующе и притягивающе, как и ощущение загорелой кожи под губами. – Видимо, тебе не отказывали раньше. Но я не спрашивал у тебя, «что ты думаешь по этому поводу». Сними повязку и я повторю тебе в лицо. Иди на хуй, – по голосу было слышно, как он раздражен. – Ты не мой парень, чтобы вытворять такое. И я не заигрываю ни с кем. Если ты воспринял что-то на свой счет, извини. Вынужден тебя расстроить, я пришел только из любопытства. "Но ты пришел. На свидание." Саске писал медленно, нажимая пальцами на его кожу чуть сильнее, превратив даже этот момент в ласку. – Хоть ты и зовешь это свиданием, для меня – это встреча из любопытства. Ты заносчивый, эгоистичный и богатый. Терпеть таких не могу, – Наруто вызывающе усмехнулся. – А еще такие как ты ненавидят, когда их спускают с райской лестницы на землю. Ты уже недоволен, что тебе сказали «нет». Бросишь эти игры, как только надоест. Захотел – начал, захотел – прекратил. Со мной такого не прокатит. Поэтому отвали, пока я не вышел из себя и не заехал по твоему аристократическому лицу. Уверен на сто процентов у тебя древо родственников длинней, чем наша центральная аллея. Какая жалость получить отказ от простого смертного мальчишки, работающего ведущим на радио. Оскорбительно, когда твои высокие чувства задевают, а старания идут к чертям. Просто невероятно, как у какого-то ничтожества хватило дерзости так себя вести и так разговаривать с тобой. Прости, но ты забыл, как именно я работаю на радио. Узумаки говорил абсолютно с той же циничной интонацией, что и вел свои передачи. Было ли это как автоматическая защитная реакция или так выглядел последний порог терпения или ему действительно хотелось высказать все это в лицо – могло быть что угодно. Но после этих слов парень заметно расслабился, удобней устроился на стуле, но не улыбался. Его поза не была напряженной, она была немного настороженной, но лишь как у затаившегося хищника. Он не вырывался, но теперь только четче стало ощущение того, что он и не находился пойманным в сеть. Ни секунды, несмотря на ленты или удерживающие руки. – Знаешь, если честно, я разочарован. В какой-то момент я действительно думал, что ты отличаешься, что ты не похож на других. Но видимо ты просто неплохой иллюзионист. Вот и все. Саске дернул за ленты, развязывая их, вновь обошел парня со спины, нагнулся и обнял, касаясь щекой его щеки. Провел ладонью по освободившейся руке без какого-либо подтекста на сексуальность, развернул ее тыльной стороной вниз и на запястье вывел пальцем: "милый и наивный". – Ты смеешься надо мной. Это не прозвучало со вздохом удивления или возмущением. Скорее как констатация факта, с долей снисходительности. – Ладно, пусть так. Но я рад, что хотя бы ты не присылаешь мне цветы. Может, голубые розы присылает кто-то из звонивших слушателей, – рассуждал Наруто об этом так спокойно, просто рассказывал и делился своим мнением без каких-либо акцентов. А еще он не отстранялся теперь. Действия Учихи стали мягче, немного насмешливей и это сыграло лучше, чем грубость. Парень слегка наклонил голову, чтобы лучше почувствовать своего поклонника: запах, прикосновение волос и кожи. От волос мужчины пахло легкой смесью ромашки и яблока, и никакого дыма сигарет или еще чего-то постоянно присутствующего у бизнесменов. Кожа на щеке была удивительно гладкой, словно и не знала бритвы, даже никаких микро порезов и царапин. Сам волос оказался немного жестковатый, но именно такая структура обычно позволяла без хлопот иметь стильную прическу. Саске повел пальцами по внутренней стороне его руки до изгиба локтя, словно прослеживал венки. Уходить не хотелось. Оставаться впрочем тоже, особенно после упоминания о цветах. Говорить, что такие прикосновения были приятны, как и все остальное, казалось странным. Но молчать в их ситуации было бы еще более странно. Да и напор у сталкера заметно поутих. Видимо это было вспышкой, или игры ему надоели, или сменил тактику. Гадать можно было сколько угодно. Поэтому Узумаки всегда предпочитал спрашивать напрямую. – Я тебя снова задел? Или ты устал от моей болтовни? "Нет и нет. Говори. Голос красивый" Учиха устроил подбородок на его макушке, думая, что же дальше делать. – Ладно… рад слышать, – Наруто чуть слышно хмыкнул, а затем поднял одну руку вверх, но потянулся не к его лицу, а только несколько раз коснулся волос, легко и еле ощутимо. – Меня взяли на радио благодаря ему. Можно так сказать. "Расскажи о себе. Что сам захочешь." Жесткие и сильные, скорее всего волосы мужчины идеально дополняли его самого. – Хорошо… это уже больше похоже на свидание, – оповестил парень, незаметно улыбнувшись. – Ну, для начала, я вегетарианец. Или, скажем, так проще окружающим, чтобы не объяснять все тонкости. На самом деле, я просто не люблю вкус мяса. Рыбу и курицу я ем редко, но суши мне нравятся и если в салате есть кусочки птицы тоже неплохо. Я не люблю делать зарядку, но на мою физическую форму, как ты успел оценить, это не влияет. Еще я ненавижу людей, но с ними приходится работать, да и другого вида на нашей планете пока не обитает. Хотя к инопланетным расам я тоже симпатии не питаю. Я не ярый борец за животных, но поддерживаю точку зрения некоторых. Особенно на тему вымирающих, занесенных в красную книгу. Я немного получаю, но мне хватает на себя и соседа по домику. Да и я люблю свою работу, хотя никогда не признаю этого вслух. Еще мне пришлось уйти из дома, потому что мой отец пастор и его сын не мог родиться геем. Или стать геем, ну и все такое. У меня нет друзей, потому что я, как уже говорил, ненавижу людей. Иногда люди ненавидят меня. А еще я люблю параплан и аквабайк, и в свободное время могу заняться этим. Нравятся десерты, что ты делал. Ну, или что кто-то делал, а ты присылал. Но наполеон я не очень люблю, половина до сих пор стоит в холодильнике. И медовый не люблю. И много каких еще, но грушевый был любимым, – Узумаки вздохнул, он чувствовал себя как-то неуверенно. – А еще я не знаю, почему всё это говорю. Это странно. Может потому, что я не вижу тебя и не слышу. Создается ощущение, что тебя нет, и ты мне только кажешься и все в таком духе. Слово "спасибо" Саске выводил медленно, вдоль всей руки от запястья до локтя. Такое и впрямь редко рассказывают на первом свидании, и хотелось что-то рассказать в ответ, но при таком раскладе был не вариант. "Ты мне очень нравишься. Твой взгляд на мир. Прямолинейно и четко." Руки у него чуть подрагивали от возбуждения, поэтому прямо и четко написать не получалось. Но Наруто спокойно дожидался, когда он закончит, не перебивая и не отстраняя руку, хотя было слегка щекотно. И все же удержать свой язык не удалось. – Ты дрожишь? – парень слегка повернул голову, хоть он и не мог видеть лица Учихи, так казалось более правильным, но неожиданно было видеть вполне искреннюю улыбку на его губах. – Ты замерз? Ты же не боишься меня. Или ты сдерживаешь смех? Может, это что-то другое? "Другое. Угадай." Раздумывал тот не очень долго. – Хм… если это не холод, страх или безудержный смех, то остается мало вариантов. Это? – Узумаки прикоснулся подушечкой указательного пальца к своим губам и несколько раз постучал по ним. "Да" – Из тебя вышел очень странный и нетерпеливый сталкер, – коротко улыбнувшись, блондин опустил руку на подлокотник обратно, показывая, что в этот раз попробует не нарушать правила сам. "Знаю. Можно?" – Да. Наруто подумал, что не следовало отвечать так скоро и так мало. Следовало бы сказать «теперь да», но это бы означало еще раз напомнить об отсутствии вежливости у его поклонника и эгоистичной натуры. Пока же все было предельно нормально, и портить такую картину лишним словом не хотелось. Будто и так не понятно было с первого раза. Этот парень уж точно не идиот, разберется без напоминаний. Первое прикосновение губ к губам было словно пробным. Без неуверенности, но с осторожностью, и словно показательно-простое, чтобы лишний раз не пугать «добычу». Но в этот раз первый шаг сделал его партнер, продолжая это прикосновение. Он потерся о чужие губы немного невинно, немного дразняще. А в конце он позволил себе слегка прихватить нижнюю губу Учихи, захватывая в мягкий и теплый плен, как неловкого шпиона. Улыбку его партнера по поцелую легко можно было почувствовать. Саске растрепал его волосы, оставляя руку на затылке, и чуть повернул голову парня, фиксируя, но не сковывая, затем углубил поцелуй - языком прошелся по губам Наруто и проник в его рот, исследуя, пробуя, но не резко, как раз наоборот - тягуче и захватывающе. Ему позволили это, и парню было хорошо. Понятно это стало уже через несколько долгих секунд, когда сбилось дыхание Узумаки, и грудная клетка вздымалась чаще. Было немного неудобно и непривычно, не в его стиле целоваться с незнакомыми парнями. И в тоже время было слишком приятно, волнующе, чтобы останавливать такое безрассудство. Он был непредсказуем всегда, и даже сейчас эта часть его пересилила прошлые опасения и осторожность. И Учиха ловил этот момент, лаская его, но пока не переходя грань. Он решил взять все от этого поцелуя, но и отдать не меньше. Но даже этим маленьким радостям пришло окончание. Наруто первым отстранился, лишь на пару сантиметров, тяжело втягивая кислород внутрь. У него слишком долго не было практики. Да и такого профессионально партнера подавно. Саске опять лизнул его нижнюю губу и тоже отодвинулся, вот у него дыхание не сбилось, ему было мало и хотелось еще. Узумаки отвернулся, он был немного смущен и растерян. Показывать этих чувств ему не хотелось, поэтому он лишь хмыкнул: – Надеюсь, твоя дрожь прошла. Учиха провел пальцами по его руке, но совсем неровно из-за возбуждения. – Мало? "Да." – Будешь рассказывать что-нибудь о себе взамен поцелуя, мистер таинственный сталкер, – насмешливо ответил на это ведущий. "Люблю море. Спать здорово." – Ладно… и кем работаешь ты? Учихе пришлось несколько раз писать это слово. "Ювелир." – Вау, это что-то новенькое… создание или полировка брюликов? "Оценка." – Вот как, – парень улыбнулся уголками губ. – Интересно. Учиха поцеловал его в щеку, требуя своей награды. И в ответ на это Наруто повернул голову, находя его губы первым и начиная новый поцелуй. Более уверенный и настойчивый, но не перебарщивая, сохраняя небольшую внутреннюю дистанцию. И Саске все больше и больше старался его возбудить, так чтобы блондину самому не хотелось отступать и отказываться. А тот упрямо удерживал их примерно на одном уровне, успокаиваясь во время коротких разговоров. Через какое-то время стало понятно, что ни на секс, ни на иную близость рассчитывать не придётся. По крайне мере пока точно. "Ты согласишься на еще одно свидание?" – А оно будет таким же дико-странным? "Нет. Еще более странным." – И что планируешь? "Побыть вдвоем." – Сейчас мы вдвоём. "Мне мало." – А ты жадный. "Я тебе напишу." – Нет. Ты так и не ответил, – Наруто решил изменить вопрос и задал напрямую. – Эта встреча опять будет с повязкой на глазах и всем остальным? "Только повязка. И не здесь." Узумаки нахмурился. От чего ушли к тому и придут. – Так не пойдёт. Саске подошел к столу и быстро написал ему ответ на карточке, затем сунул в руки и поцеловал в щеку, перед тем как уйти. – Эй, мы не договорили! Это не смешно. Но ему уже никто не ответил. С раздражением сняв повязку с глаз, Наруто повертел в руках карточку, прочитывая. "Моя внешность - это отдельная, очень серьезная и долгая тема. Я расскажу тебе о ней в следующий раз. Ты знаешь, как меня найти." – И что за бредовый комплекс? Узумаки оглядел стол и поднялся. Ни есть, ни пить больше не хотелось. Логика подсказывала, что ему платить не нужно, поэтому парень просто развернулся и пошел домой. На следующий день все стало как обычно. Репортажи закончились, и все ведущие снова обрели привычный порядок. После звездных новостей, шла рубрика Узумаки, который раздумывал над темой и пока еще не определился с ней. Но с чего-то следовало начинать. – Наруто, ты как раз вовремя, – Харуно улыбнулась. Сейчас стояла музыка, и можно было немного поговорить наедине. – Как прошло? – Хорошо, мне понравилось. Сегодня в студию прислали много писем, цветы и шоколад, – девушка была смущена и счастлива одновременно. – И тот поклонник тоже написал. Звал на свидание. «Как знакомо» Наруто хмыкнул и сел на место, одев наушники. – Ты уже попрощалась? – Да, я пойду. Удачи тебе. – Да-да, я справлюсь, – парень откинулся на своем месте, дождался последних аккордов мелодии и начал. – Надеюсь, всем понравилась композиция. Моя коллега очень любит подобный тип музыки, как у Roxett. А «Listen to your heart» особенно. Но теперь настала моя очередь трепать вам нервы и залезать в головы. И для начала, я хочу порадоваться, что этот дурдом с интервью закончен. Еще бы и мусор последствий, которые тянутся до сих пор за этим событием, тоже перестали надоедать. Это я говорю о навязчивости некоторых поклонников, приславших вчера букет из голубых роз. Пять за оригинальность, но кол за выбор цели, – Узумаки усмехнулся. – Должен напомнить, как и другие мои коллеги, что сегодня и завтра проходит «отбор» слушателей. Через несколько дней будет объявлен победитель, которого мы все выберем совместным совещанием. Хотя я сомневаюсь, что будем выбирать «мы». Все же, скорее это задача спонсоров и Хатаке Какаши. Победителя пригласят к нам в студию, и будет беседа в прямом эфире, как сейчас. В остальных подробностях я не в курсе, но меня и не интересует, – ведущий растрепал себе волосы и зевнул, довольно потянувшись. – А сейчас я предлагаю кому-нибудь позвонить сюда и назвать любую тему. Мне лень выбирать самому и придумывать сегодня. Вчера был не слишком хороший день, и я не выспался. Жду ваших звонков. Звонок последовал почти сразу, да и голос был знакомый. Именно с этим собеседником Наруто и спорил постоянно, равный оппонент с невероятно сексуальным голосом. – Добрый день. Как на счет такой темы - некомпетентность людей на своих рабочих местах. – Ладно, выбор неплохой, поддержу. – Вы считаете себя компетентным? – Мы будем говорить обо мне? – Да. Или тема не достойная для вас? – Сгодится. Почему бы и нет? – Узумаки хмыкнул, подобные вызовы ему нравились. – И нет, ответ на ваш вопрос. Я не считаю себя компетентным. Но меня это и не волнует. – Значит, ваш начальник считает вас компетентным? – Не уверен. Он меня терпит из-за высокого рейтинга. А так, сам бы нанял киллера в первых местах очереди. – Тогда по-вашему нет необходимости быть компетентным на рабочем месте? – Не совсем. Я считаю, что компетентным обязан быть тот, кто выбрал работу, связанную с жизнью и безопасностью людей, или иные важные должности. Например, врач, пожарный. – А кто, например, может позволить себе быть некомпетентным? – Я могу, – довольно нагло ответил парень. – А кроме вас? – Какие-нибудь другие бесполезные программы, включая разные ток-шоу на телевидении. Много некомпетентных журналистов, и, кстати, у них это ценится. Чем выше результат, тем более наплевательское отношение к тому, как он был добыт, – по голосу было слышно, что Наруто веселился. – Ещё, конечно, хотелось бы, чтобы было побольше некомпетентных людей с преступными работами. Их тогда поймать легче. – Так мало примеров при столь обширном выборе - все, кто не связан с жизнью и безопасностью, – теперь собеседник его подкалывал. – У нас же не резиновое время, чтобы вспоминать все профессии и распределять их по категориям, верно? Это будет скучно для других слушателей. – А вы ведь соврали. – И в чем же? – скрыть легкого удивления не удалось. – О собственной некомпетентности. Главный критерий ведь забота о слушателях, и хоть и скрытая, но она у вас на первом месте. – Не замечал за собой «заботы». Но где-то вы правы, за ваше внимание мне платят деньги. Вы можете быть довольным или нет, рейтинг повышается. Потому что звонки поступают как от людей согласных с моим мнением, так и от тех, кто хочет высказаться против. – Все равно, с чего бы вас брать, если не компетентность? – Понравился мой голос. – С вашим голосом можно было и в другую индустрию идти... фильмы озвучивать, например. – Вы мне льстите. С таким голосом как у меня порно не озвучивают, – насмешливо фыркнул Узумаки, а затем вернул шпильку. – Зато ваш сексуальный голос смотрелся бы очень хорошо. Только с таким голосом, как у вас, и внешность определённая. Обладая сексуальным голосом, вы или в противоположность ему страшны настолько же сильно или наоборот божественно красивы. Но что из этого хуже, даже не знаю. Ни в том, ни в другом случае счастье вам пока не сопутствует, – парень широко улыбнулся, свернув все в шутку. – Это была краткая рубрика вместе с «экстрасенсом», надеюсь, я попал в цель. – Не попали. В смысле со счастьем - откуда у вас такое мнение? – А вам что, делать больше нечего, что звоните на радио? Как говорит Киба, «у каждого отдыхающего в постели лежит горячая девочка». Вы не местный, это точно. А вот, что у вас сейчас в постели кто-то лежит, я сомневаюсь. Утверждать же, что работа приносит вам счастье, даже не пробуйте. Да, работа может быть интересна и хороша, но полноценного счастья без секса или отношений никому не видеть. – А вам не нравятся мои звонки? – Саске сместил разговор в другую сторону. – Моему боссу нравятся. Они повышают рейтинг, и он ходит довольный, будто выиграл чемпионат мира по футболу, – Наруто тихо рассмеялся. – Но я не стану отрицать, что мне приятно вести беседу с человеком, который не загибается на третьей фразе. – Ну, раз вам обоим так приятно, то мы нашли счастливчика для эфира, – Какаши заглянул всего на пару секунд и уловил главное. Узумаки молчал всего секунду, быстро прощелкивая сказанное в голове. – Нет, стоп. Почему никто не спросил меня? Я не собираюсь с кем-либо встречаться и разговаривать. Находите поклонника Харуно и вперед и с песней. Романтическое свидание поднимет рейтинг достаточно высоко, – парень прищурился. – Я же говорил, что не буду в этом участвовать. И уж точно не с надменным парнем, напоминающим мне журналюгу. Терпеть не могу тех, кто вцепляется как боксер. – Не такой уж я и надменный, до тебя мне далеко, – фыркнул Учиха. Хатаке заулыбался. – Видимо слушатели решили сделать тебе «подарок» за все «удавшиеся» дни рождения. У тебя по прошествии двух передач самый высокий рейтинг. – Отвратительно. Я заболею. Пусть он занимается болтологией с Инудзукой. – Не переживай, я перенесу эфир до твоего выздоровления. Зрители хотят видеть именно тебя. – Найму каскадера, – Наруто подпер рукой подбородок. – У меня нет желания видеться с кем-либо. И так хватает внимания. Подсунь им романтическую историю, все будут плакать от счастья, и конец будет хороший. А я все испорчу. – Ты всегда так говоришь, а рейтинг самый высокий. – Слушай, Какаши, ты знаешь, что я не люблю общаться с людьми. И тем более со всякими «красавчиками», приезжими богатеями и прочими личностями. – Обсуждение закрыто, – его босс помахал рукой и ушел. Узумаки раздраженно зарычал, не сдержавшись. Он же сказал, что не собирается участвовать в этом дурдоме. Ну, конечно, его будут слушать. А теперь придется с каким-то придурком вести беседу для удовлетворения интереса публики. «Ненавижу.»