Стеклянные шарики

Сэм сидит за столом, листая очередной пыльный фолиант, и ему нестерпимо жарко. На улице плюс тридцать, солнце палит нещадно, и от его испепеляющих лучей не спасают даже тяжелые желтые занавески мотельного номера. Вдобавок ко всему, в этом дерьмовом местечке еще и нет воды, так что ни искупаться пойти, ни даже попить нет ничего, а из номера он выйти не может - Дин запретил. Идиотизм, неужели младший будет настолько неосторожен, если просто выйдет из номера? Но, в какой-то степени Дин и был прав - совсем поблизости ошивались копы, и именно Сэм недавно засветился. - Приветик, - Винчестер-младший подпрыгивает и дергается, мгновенно наставляет на гостя пистолет, но тот лишь поднимает руки вверх в жесте "сдаюсь", и ехидно скалится. - Это всего лишь я, - да, всего лишь ты, Габриэль, - ничего страшного не произошло. Сэм усаживается обратно, досадливо поморщившись - надо же, жара такая, а еще и этот пристал. Что, ему делать нечего совсем? Вот бы чего попить... - Чем это ты таким занят? - Гэйб вертится вокруг, тарахтит чем-то, но охотник обращает на него внимания не больше, чем на назойливую муху. - Сэээм, ну пожалуйста, ну брось ты эту ересь... - Гэйб, я занят! Отстань! - Винчестер раздраженно поворачивается к архангелу, и Габриэль, пошло двигая бровями, подкидывает вверх несколько разноцветных стеклянных шариков, громко звякающих в воздухе. - Что такое, Сэмми? - Трикстер ехидно скалится, снова подкидывая вверх шарики, и они искрятся и переливаются на солнце, просачивающемся сквозь дырявые шторы. - Пить хочется? Сэм облизывает пересохшие губы, и, как завороженный, наблюдает за стеклянными шариками, которые теперь перекатываются в ладони архангела. Вдобавок они еще и прозрачные, гладкие, скользкие - и это напоминает холодные капли воды, которые можно держать в руке. - Эй, не смотри же ты так, - пернатый махает второй ладонью перед носом охотника, и тот, не сводя с шариков взгляда, перехватывает запястье Гэйба, от неожиданности не успевшего среагировать должным образом. - Я хочу пить, - хрипит Сэм, притягивая его ближе к себе, затаскивая к себе же на колени. - Но я подумал, и решил, что тебя я хочу больше...