Violent

Услышав эти слова, я растерялась — мне показалось странным, что Майкл, только приехав из Венеции, внезапно захотел поделиться со мной ветеринарным опытом. Но и это было не главное — я на секунду представила реакцию Тигра на Майкла. Вспомнив, как он один раз чуть не вцепился в руку парню Джулии, который зашел ко мне в комнату, чтобы о чем-то у меня спросить, и решил погладить “милого котика”, я пришла к выводу, что приезд Майкла будет не самой удачной идеей. А сейчас, когда Тигр отходил от наркоза, и вовсе не хотелось его нервировать дополнительным стрессом. — Ты хочешь подъехать прямо сейчас? — немного растеряно спросила я, не зная, что ответить. — Ну да… отец за мной в аэропорт машину пригнал. Чего добру зря пропадать, — усмехнулся сокурсник. — Майкл… — и я остановилась, подбирая слова, — Большое тебе спасибо за помощь… Но Тигр не любит посторонних и вообще чужих рук. Учитывая, что он уже и так получил стресс, я бы не хотела нервировать его ещё сильнее. Ему сейчас нужен покой, да и ты после дороги. — Понимаю… — уже без былого энтузиазма в голосе проговорил в Майкл, в трубке повисла тишина, и мне стало как-то не по себе. Я почувствовала себя виноватой, что так бестактно отказала парню, предлагавшему мне искреннюю помощь. — Прости, что так все выходит. Надеюсь ты не обиделся? — С чего мне обижаться, — бодро проговорил Майкл и тут же добавил: — Давай сделаем так. Я тебе скину на мыло пару тройку советов от вета, а ты меня будешь держать в курсе, что там с твоим котом происходит. — Договорились, — улыбнулась я, вновь слыша нотки веселости в голосе сокурсника. — Ты работаешь или взяла больничный по уходу за котом? — До субботы я дома. — Отлично. Тогда будем на связи. Облегченно выдохнув, я положила трубку и почувствовала на себе внимательный взгляд Джулии. — Знаю. Неудобно получилось с Майклом… Но я как представила реакцию моего Агрессора на него, так… — Ты что вообще ничего не понимаешь? — В смысле? — Ну то что Майкл подкатывает к тебе. — Да ну… Глупости какие! — уставилась я на нее непонимающим взглядом. — Майкл всего лишь сокурсник, нас с ним связывают только учеба и ничего более. — Это тебя, наивная душа, с ним связывает учеба, а что на уме у Майкла видно невооруженным взглядом. — Мы просто вместе учимся. У него девушка есть… Такая… Эффектная… — настаивала я на своем, вспоминая ее амбициозный взгляд. — Я пару раз видела их на парковке, пока тебя ждала. Они вместе уезжали. — Ну кто бы сомневался… — усмехнулась она. — Видела я ее. Мажорка, как и Майкл. — Ну и вот. Есть у него девушка. — А в Венецию он звал тебя почему-то, а не ее. — Может быть она не смогла. — Сказки мне не рассказывай… — ухмыльнулась она. — А я и не рассказываю! — уже возмутилась я. — В Венецию он звал меня как сокурсник! У меня доказательства есть! Нам, а вернее мне, Бэсси и Майклу зимой декан поручил подготовить доклад о Венецианской школе для какой-то важной комиссии из Нью-Йорка. Ну вспомни, мы над ним неделю сидели. И ты еще ругала меня, что у нас гостиная стала похожа на букинистический завал, потому что я стащила домой всю библиотеку, будто интернета нет… — я старалась подтвердить свою правоту. — Ну что ж он и Бесси-то не позвал! — уже смеялась Джули, начисто отвергая мои аргументы. — И теперь понятно, почему именно Венеция нарисовалась в его планах. Вот мне интересно, если бы вам поручили доклад о каком-нибудь диком африканском племени, он бы и туда организовал для тебя экскурсию… — Джули, тебе с твоим воображением нужно было идти не на экономический, а в театральный, — отмахнулась я, не желая продолжать спор, но тут из моей комнаты послышался рык. Я вскочила со стула и пулей понеслась туда. Тигр лежал на моей кофте с закрытыми глазами, но, судя по его порыкиванию, ему определенно не нравилось его состояние. Он поднял голову, сонно, почти невидяще, посмотрел на меня и опять положил подбородок на одеяло, закрывая глазки. Понимая, что таким образом он попросил меня остаться, я аккуратно села рядышком. Кот тут же приподнял голову и посмотрел на меня — в его глазах читался немой укор. Аккуратно погладив его маковку, я тихо произнесла: "Прости меня", а он, услышав извинения, осторожно подтянулся на передних лапах и умостился мордашкой на моем бедре, вновь закрывая глаза. Я вздохнула, сглатывая непрошеный комок в горле, и увидела на пороге Джулию. — Вет сказал, что кот молодой, здоровый, кость должна срастись быстро. Выдал мне кальций и тучу всяких лекарств. Да, и еще нужно через неделю привезти его на осмотр. — Спасибо за Тигра, — нахмурилась я, рассматривая загипсованную лапу кота и его раны на шерсти. — Ладно, а теперь шутки с Майклом в сторону, — тихо проговорила Джули, заходя и усаживаясь в мое кресло: — Рассказывай, что у тебя там с Барреттом. — Джули, я не знаю, что рассказывать, — вздохнула я. — Ну прежде всего, почему ты уверена, что вы с ним разошлись? Если бы ты ему не понравилась, то он бы тебя домой отправил, как только вы приземлились в Сиэтле… Машинально бросив взгляд на свои предплечья, я вздохнула, не зная, как сказать про наручники, но так и не подобрав слова, просто сняла ветровку, оголяя руки. — Что это за махровые браслеты?… — недовольно спросила Джулия. Я сдвинула мягкую ткань и показала ей свои запястья с пожелтевшими и немного расплывающимися по коже пятнами. — Писец! — воскликнула подруга, а мой Тигр тут же зарычал, давая понять, что Джулия ему мешает. Я приставила палец к губам, а подруга уже снизив тон шепотом продолжила возмущаться: — Это что вообще за хрень? Следы от наручников? — Мгм… — кивнула я. — Что вообще произошло?! — и пока я подбирала слова, она внезапно спросила: — Блядь, только не говори мне, что он один из тех любителей кнутов и плеток в красных комнатах?! Терпеть не могу всю эту новомодную чушь садо-мазо. — Нет, Джули, это не то, что ты думаешь. Никаких таких комнат у него нет, равно как и плеток. Он не садист, который получает удовольствие от причинения боли, — и я остановилась, подбирая слова, пока Джули смотрела на меня, широко раскрыв глаза. — Это действие не носило сексуального характера… Я устроила истерику, и Барретт подавил бунт — приковал меня к кровати, но пока я была зафиксирована, он меня пальцем не тронул. — В любом случае, он не имел права так поступать с тобой! Зная тебя и твой спокойный характер, какую такую истерику ты могла устроить?! — и Джули посмотрела на меня непонимающим взглядом. — У него случилась какая-то авария на верфи, и мы вернулись в Сиэтл раньше на несколько дней, — вздохнув, начала объяснять я. — Я думала, меня отвезут домой, а вместо этого привезли в пентхаус, ничего не объясняя и не говоря о сроках. Ко всему прочему еще и телефон забрали. Нервы не выдержали, и я устроила настоящую истерику. Но потом я стала свидетелем одного разговора, и оказалось, что Барретт планировал меня отпустить, как только найдет виновников аварии. — Ну понятно. Решил подстраховаться, — кивнула Джули, но тут же добавила: — А объяснить по-человечески он тебе это не мог?! — Мог наверное, — пожала я плечами, не зная, что ответить. — Но мы с ним не в тех отношениях, чтобы мне что либо объяснять, особенно если это касается его бизнеса. Да даже не это главное, — и я остановилась, подбирая слова. — Я уверена, он вообще мало кому что-либо объясняет. А ломать свои принципы и привычки под кого бы то ни было он не намерен. Мне иногда кажется, он со своим телохранителем силой мысли общается. Джули вновь кинула взгляд на мои запястья, и в ее глазах с новой силой вспыхнули угольки злости. — А почему такие большие следы? Такое впечатление, он все таки издевался и делал тебе больно, а не просто усмирял… — Джули, отвечаю на твой вопрос: он не издевался, не бил, не насиловал. Собственно… его вообще в пентхаусе не было, — тихо добавила я. — Он даже когда меня приковывал был совершенно спокоен. Приковал не жестко, но надолго. Отсюда и следы. Знаешь, я могла понять почему именно он так поступил, но никак не могла понять, зачем так долго меня оставлять в таком виде, если сам потом и выхаживал и явно не стремился оставить калекой. Мне конечно никто не объяснял, и я думала о разных причинах, вплоть до того, что он забыл о моем существовании, пока решал свои проблемы. Но от услышанного сегодня в джипе разговора я сделала свои выводы — ему срочно пришлось улететь в Чикаго, и он не смог вернуться быстро. По крайней мере, у меня такое объяснение. Джулия никак более не прокомментировала мои слова, и в комнате повисла тишина, но я видела на ее лице возмущение и недовольство тем, что я не упрекала Барретта в содеянном. Внезапно она бросила на меня изучающий взгляд и спросила: — А что ты вообще чувствовала, когда была с ним? И каким он был с тобой? Ну помимо этой его выходки… — и она вновь скривилась от недовольства. Я на секунду закрыла глаза, собираясь с мыслями, и вздохнула — мне бы самой разобраться в своих эмоциях. — Это сложно объяснить. У меня какие-то смешанные чувства по отношению к нему. Он довлеющий, доминирующий во всем, не терпит возражений. “Я с тобой не дискутирую” и “не обсуждается” — его любимые слова. Особенно меня раздражало, когда он вторгался в мое личное пространство и вел себя так, будто я его собственность, которой он имеет право распоряжаться. Но в то же время, когда он меня обнимал, когда мы были вместе в нашем пространстве, это ощущалось так правильно, так надежно, как будто так и задумывалось изначально, так и должно было быть всегда. Словно его объятья были моим домом… — Лилл, твою мать, ты влюбилась в него… — с горечью в голосе произнесла подруга, качая головой. — Влюбилась? Нет-нет-нет-нет-нет! Я не влюбилась. Однозначно, нет! — Ну судя по тому, что ты говоришь, ты влюблена и простила ему эту выходку с наручниками. — Нет, это не любовь, и мое прощение не имеет отношения к чувствам. Мне нужно было отпустить обиду на него, чтобы идти дальше по жизни без злобы и с легким сердцем, оставив негатив позади. Нести обиду в сердце — это как нести чемодан без ручки — тяжело и бессмысленно. А все остальное… Мои ощущения и чувства… Не знаю… — и я вновь опустила глаза, понимая, что я совсем запуталась, и мне нужно было подумать, причем в одиночестве, в тишине своей комнаты, в своем пространстве, а не под пристальным взглядом подруги. — Дело твое, конечно, — кивнула подруга, не желая со мной спорить, — но я очень рада, что все это закончилось. Он опасный человек. — Да… опасный… — согласилась я, вспоминая его холодную жесткую энергетику и тяжелый взгляд. — Это хорошо, что ты с ним недолго была, — кивнула Джулия, рассматривая мое лицо. — Не успела прикипеть душой. Быстрей забудешь. Внезапно раздался резкий звонок домофона, отчего я вздрогнула, а Тигр утробно зарычал, лежа у меня на бедре. — Джули, это наверное Дуглас, ты можешь открыть? — обрадовалась я приехавшему телохранителю — он позволил отвлечь подругу от разговора, к которому я сама не была готова. Джули направилась из спальни, и уже спустя несколько секунд я услышала голос Дугласа в домофоне: — Я приехал к мисс Харт. — Открываю, — очень лаконично ответила подруга, и по ее тону я почувствовала, что королева недовольна, и Дуглас у нее в глубокой опале. Жаль, что Джули воспринимала молчаливость Дугласа так болезненно — мне казалось, что из них бы вышла красивая пара, и какое-то шестое чувство меня подталкивало их познакомить. Я аккуратно прошлась ладошкой по шубке Тигра, отчего он тут же поднял голову и, открыв сонные глазки, недовольно на меня посмотрел. — Я ненадолго, только сумку заберу, — объяснила я Тигру, но судя по его рыку, мой лимит доверия был исчерпан. Перекладывая Тигра на подушку, я повернула голову в сторону зала и тихо произнесла из своей комнаты вдогонку Джули. — Мне кажется Дуглас по характеру добрый и отзывчивый парень, несмотря на свою неразговорчивость… Но Джули на это никак не отреагировала, а лишь заслышав шаги, неторопливо открыла входную дверь. На мгновение подруга застыла, изучая невозмутимое лицо и крепкий торс телохранителя, но уже в следующую секунду, я услышала ее официальный тон: — Сумку можете оставить у двери. Дуглас хотел ей что-то сказать, но увидев, как я выхожу в зал, обратился ко мне с невозмутимым спокойствием: — Куда мне поставить сумку, мисс Харт? Я даже застыла на мгновение, опасаясь, что Джули сейчас прикажет отрубить голову непокорному вассалу: определенно это было нарушение всех правил субординации в общении с королевой — ведь она отдала недвусмысленный приказ, а Дуглас вел себя как феодал-выскочка. — У двери, — подтвердила я, и теперь уже не знала, стоит ли их представлять друг другу. Поколебавшись мгновение, пока телохранитель пристраивал мой багаж, я все же решила их познакомить, но они “справились” и без меня. — До свидания, — коротко, по военному кивнул Дуглас, развернулся, демонстрируя нам с подругой широкие плечи, а Джулия, тут же закрыла дверь, как только эти плечи скрылись из виду. “Вот и познакомились”, - тихо вздохнула я и посмотрела на подругу — на ее лице застыла маска спокойствия, но, зная Джули, я могла дать руку на отсечение — она была задета безразличием Дугласа. Я вздохнула, а в голове промелькнула мысль — может быть и хорошо, что так все вышло. Может быть у Дугласа есть девушка, а я тут пытаюсь разыгрывать “брачное агентство”. В зале повисла неуютная тишина, и я, увидев пакет с медикаментами на журнальном столике, решила немного разрядить обстановку и отвлечь подругу: — Ты мне объяснишь, какие медикаменты прописали Тигру? — Да, конечно… — отвлеклась Джули от мысли о казни Дугласа и, тряхнув гривой пшеничных волос, направилась в мою сторону, ловко подхватив пакет. — Это кальций, добавлять в еду одну таблетку один раз в день, пока не снимут гипс. Это обезболивающее и успокоительное, — объясняла она со скрупулезностью фармацевта дозировки и часы приема. Я всматривалась в ее голубые глаза, пытаясь понять, не сильно ли она расстроена, и судя по опущенным ресницам и небольшой нахмуренности лба — она была раздосадована. — Спрей-антисептик, обрабатывать раны два раза в день, — между тем продолжала она, пытаясь казаться спокойной. — Да, забыла, и обязательно надевай пластиковый конус, а то этот маленький гаденыш будет пытаться разгрызть свой гипс. Все поняла? Я кивнула и, в очередной раз поблагодарив подругу, тихо произнесла: — Давай я накормлю тебя завтраком и соберу на работу. Ты голодная? — Голодная, конечно, но я сегодня на разгрузочном дне. — Я что-нибудь легкое приготовлю. Омлет и летний салат, например. — Хорошо, — улыбнулась подруга. — Я соскучилась по твоей кухне. Ты же знаешь, какой из меня кулинар. — Вот и я об этом же. Уверена, что всю неделю ты питалась одной пиццей с доставкой на дом, — пожурила я подругу, зная ее нелюбовь к готовке, — Так и было, — ответила Джули, и я, отметив про себя, что она уже улыбается, добавила: — А как я соскучилась по нашей пицце из пиццерии за углом! Но меня кормили строго по графику мясом да салатами на завтрак, обед и ужин без обсуждений! — Ну я уверена, он держит самых лучших поваров… — Ты знаешь, помимо горничных, которые убирали пентхаус, я видела только Дугласа и еще одного парня, тайца, зовут Лат. — Таец?… Откуда он у Барретта взялся? — удивленно спросила Джулия. — Оказывается, Барретт жил в Бангкоке, я не знаю, правда, сколько именно, но говорит по-тайски, как мы сейчас с тобой по-английски. — Это интересно, — усмехнулась подруга. — Он только в Тае жил или еще где-то в Азии? — Не знаю, — пожала я плечами. — Мне и эта информация досталась с трудом. Он кажется еще и на арабском говорит. А это имеет значение, где он жил? — Ну это объясняет некоторые моменты, — ухмыльнулась Джулия. — Какие моменты? — Почему к нему все в постель хотят. В сердце что-то кольнуло, и я опустила глаза — это тема мне совсем не нравилась. — Джули, я не вижу здесь никакой связи, — отвернулась я к умывальнику, вспоминая и Сашу, и женщину с грудным голосом “ты мне нужен”. — Это потому что ты не знаешь, насколько в сексуальном плане продвинута азиатская культура. Одна Камасутра чего только стоит. Уже не говоря о японских мастерицах этого тонкого искусства. — Не вижу в этом логики… Если к нему все в постель просятся, то зачем я ему сдалась… — мыла я салат под краном с такой ожесточенностью, что казалось, я его сейчас протру до дыр. — Я думала об этом… Мне кажется, когда он тебя прессовал, он видел кто перед ним был… — А кто перед ним был?… — повторила я эхом, все больше злясь. — Домашняя милая девочка. Скромная, аккуратная, симпатичная. Вероятно, давно таких не ел, вкус подзабыл, — рассуждала Джули с присущим ей циничным прагматизмом. — Да… он и называл меня Девочкой… — Ну вот… Ты для этого Хищника как свежая молодая кровь. Решил на недельку перейти с мраморной говядины на мясо ягненка. Правда… я была уверена, что он тебя не отпустит, когда узнает о твоей нетронутости… Знаешь, эдакий лакомый кусок, еще никем ранее не надкушенный. Не в том смысле, что он первый мужчина в твоей постели, а что он вообще первый мужчина в твоей жизни. Мне почему-то до тошноты был неприятен этот разговор, и я, нарезая помидоры, с досадой выпалила про себя “Вот пусть и едет в свой Бангкок к своим тайским гейшам! С глаз долой, из сердца вон!” — Ваш факультет уже выставил расписание на сайте? — резко сменила я тему, и Джули, то ли понимая, то ли наоборот, не догадываясь о моих эмоциях, моментально переключилась на тему универа. Днем Джулия уехала на работу, оставляя меня наедине с моими мыслями и чувствами. Но одиночество, к которому я так стремилась, считая его панацеей от всех своих бед, облегчения не принесло. Скорее наоборот — мысли путались, словно ворох разбросанных сквозняком страниц, а мой мир, в котором я всегда чувствовала себя уютно, сейчас стал каким-то холодным и лишенным обычных теплых красок. Я словно выросла из того пространства, которое я с таким усердием и любовью создавала, и теперь чувствовала себя бездомной, словно планета, для которой внезапно стала мала ее же собственная вселенная. Под вечер, после того как я обработала раны Тигру и с горем пополам немного его покормила, я, чтобы как-то отвлечься, открыла ноутбук и решила проштудировать спряжения французских глаголов. Но слова, так же как и мысли, кружили в хаотичном хороводе, и я, чтобы запомнить ту или иную фразу, обдумывала ее несколько минут, пытаясь вникнуть в ее смысл. Понимая, что толка от такой учебы нет, я закрыла файл и решила проверить почту — Майкл должен был прислать советы от ветеринара. “Да, и правда прислал”, - улыбнулась я, увидев, что наряду с советами “обязательно надевай на кота конус, а на гипс носок” он прикрепил и несколько ссылок на видео с веселой подборкой о котах. Рассматривая калейдоскоп кошачьих проделок, я улыбалась и ловила себя на мысли, что в эти минуты забывала о своей внутреннем диссонансе. Но как только я закрыла почту, моя улыбка сошла на нет, и мои пальцы, совершенно не слушая табу, которое я наложила на имя Барретт сами набрали череду заветных букв в поисковой строке гугла. Выскочило даже больше страниц, чем я ожидала. Вот сайт с информацией о его корпорации: много технической терминологии, подряды с ВМС США, общие сведения о строительстве военных судов, но каких конкретно — не указано. Зато подробно описаны характеристики гражданских лайнеров, грузовых паромов, частных яхт. Новые проекты, перспективы. Официальные сведения о его бизнесе, координаты основного офиса в Сиэтле, а также филиалы, разбросанные по восточному и западному побережью. Ого, даже на Аляске. Он действительно создал мощную индустриальную империю. Я зашла на вкладку “изображения”. Вот и он сам — спокоен, уверен в себе, все с той же жесткой отстраненной энергетикой, вот он на конференции, благотворительном вечере, на собрании профсоюзников, на своей верфи в Сиэтле. Проскакивали его фото в группе с партнерами, в основном с мужчинами, но среди них были и женщины. И вот оно — в глаза бросилось фото из светской хроники, где он стоит рядом с красивой длинноногой блондинкой, которую я видела в ресторане "Sky Pacific". Подпись к картинке гласила: "Р.Барретт и его спутница Саша Романофф — топ-модель нижнего белья "Agent Provocateur" — посетили аукцион “Christie’s”. Я посмотрела на дату статьи — месяц назад. Пролистав ниже, я вновь наткнулась среди официальных картинок на фото из светской хроники: Барретт на благотворительном вечере с двумя очень похожими друг на друга красавицами, в одной из которых я узнала Сашу. Присмотревшись я внезапно поняла, что девушки и правда похожи, как двойняшки, а прочитав подпись уже в этом не сомневалась: Саша и Наташа Романофф. И рядом Барретт со спокойным лицом, холодным взглядом и чувством полного контроля над жизнью и этими двумя красавицами, которые стояли по обе стороны от него. “Боже, зачем я полезла в интернет! Мне нужна анестезия!” — и я с грохотом закрыла ноутбук. Бросив взгляд на Тигра и увидев, как он сладко посапывает, свернувшись у меня на подушке, я улыбнулась и, натянув на его лапу свой ярко-красный рождественский носок и закрепив его булавкой, свернулась калачиком рядом и погрузилась в пустой сон, будто кот мне передал ментально несколько кубиков своего транквилизатора. Проснулась я ранним утром от того, что над моим ухом кто-то с громким чавканьем клацал зубами. Ничего не понимая, я открыла глаза и резко подняла голову с подушки. Тигр с видом “а я вообще мимо пробегал” внимательно смотрел на меня, немного оттопырив лапу в гипсе, края которого уже были обтрепаны. Носок же вообще пал смертью храбрых и теперь представлял собой некую бесформенную тряпочку на полу. — Тебе же нельзя грызть гипс! — подскочила я в поисках конуса, а уже в следующую секунду в дверях появилась сонная и взлохмаченная Джулия. — Кофе? — не менее взлохмаченная спросила я, после тяжелой борьбы и пару укусов надев конус на своего Агрессора. Она кивнула, и я, наконец встав с постели, поплелась за подругой на кухню. — Ты сотовый в зале оставила. Тебе вчера вечером какой-то Пол звонил, — сделав глоток ароматного кофе, произнесла Джули. — Сказал, что перезвонит сегодня. — Пол? — сперва не поняла я, а потом, вспомнив об указаниях Барретта относительно приема у доктора Митчелла, кивнула и пояснила, показывая на свои запястья: — Это референт Барретта. Он должен был мне сказать, во сколько и в какую клинику подъехать на осмотр. — Да пошли ты его подальше с его доктором, быстрее забудешь… — шмыгнула носом подруга, делая очередной глоток горячей бодрости, а я, вспомнив вчерашние фото из интернета, тут же проснулась и уже более осмысленно посмотрела на подругу. — Джули, можно я у тебя спрошу? — Спрашивай, конечно. — Ты вроде бы светские хроники читаешь в глянцевых журналах, ну и увлекаешься всякими такими новостями… — начала я издалека. — Не юли, подруга. Что тебе нужно? — усмехнулась Джулия, смахивая нерасчесанную прядь со лба. — Я вчера залезла в гугл… — не знала я, как начать. — В общем, что ты знаешь о Саше Романофф, в смысле ее связи с Барреттом? — Зря ты полезла в этот ящик пандоры, — неодобрительно посмотрела на меня подруга, а я с видом “что сделано — то сделано” пожала плечами. — Уверена, что хочешь это слышать? — Да, — твердо сказала я, хотя уверенности совсем не чувствовала. — Ладно… — вздохнула подруга и выдала справку: — Сестры двойняшки Романофф — Наташа и Саша. Русского происхождения, но родились в Штатах. Обе ведущие топ-модели нижнего белья "Agent Provocateur". Сперва Барретт встречался с Наташей. Ну а та его познакомила со своей сестрой Сашей, которая на тот момент была помолвлена с каким-то до неприличия богатым швейцарцем. Спустя месяц Саша внезапно разрывает помолвку, вероятно, сделав ставку на Барретта, и начинает мелькать в прессе с ним под ручку. Но Наташа так этого не оставила: на каком-то светском приеме, в отсутствие Барретта, на глазах у публики закатила скандал сестре. Я уж не знаю, что там им потом сказал сам Барретт и как он их приструнил, но после этого инцидента они успокоились и пару раз появлялись на публике втроем. Я опустила глаза, пряча совершенно испорченное настроение, а Джулия, отпив еще немного из своей чашки, резюмировала: — А я тебе говорю, пошли его к черту! — Уже, — кивнула я, непоколебимо настроившись на мантру “с глаз долой, из сердца вон!” Этот день я решила начать с чистого листа, будто Барретта в моей жизни никогда не существовало, и, как ни странно, у меня это получалось. Вероятно, мне нужно было время переболеть болезнью по имени Барретт, и теперь я очень надеялась, что у меня выработался стойкий иммунитет к этому мужчине. Джулия сегодня работала в первую смену и уехала уже ранним утром, а я, полностью переключив свои мозги на реконструкцию и ремонт своего мира, весь день посвятила домашним делам и Тигру. Заканчивая наводить стерильную чистоту на нашей небольшой, но уютной кухне, я услышала доносившийся из моей комнаты царапающие звуки и пулей полетела туда. С разбега залетев в комнату, я обнаружила, что Тигр сидел у кровати и рассматривал ее снизу вверх. — Ох, прости, мой хороший, сейчас… — аккуратно подняла я кота и, водрузив его на облюбованное им место, решила заодно обработать раны. — Ну что, Тигр, будем лечиться? — сняла я с кота ошейник и поднесла ватку, смоченную антисептиком к нему. Понюхав тампон, он недовольно фыркнул и скривился. — Знаю, неприятно, но нужно потерпеть. Кто виноват, что ты так накуролесил и теперь сидишь с загипсованной ногой? — аккуратно обрабатывала я раны спреем и протирала засохшие участки влажными тампонами. — И скажи мне на милость, где тебя так угораздило? — Тигр недовольно рычал, прижав уши, но поддавался моим рукам, а я, бросив взгляд на рыжую мордашку, увидела застывшую в янтаре глаз обиду: — Ну прости меня, милый. Я знаю, что виновата перед тобой, бросила тебя. — Приподняв ухо, он утробно зарычал и, мгновенно схватил мой палец зубами. — Я больше так не буду. Честно. — Тигр продолжал внимательно смотреть на меня, но палец так и не отпустил, а я улыбнулась и кивнула в подтверждение правдивости своих слов. Он с неохотой разжал челюсти, а я, в очередной раз любуясь своим котом, поцеловала его в маковку и сказала: — Ну что, мой Агрессор, ты меня простил? — на что он недовольно рыкнул и опустил голову на лапки. — Будем считать, что простил, — кивнула я и посмотрела на часы. Время близилось к четырем, а значит, скоро должна была приехать с работы Джули, и нужно было приготовить обед. Вернувшись на кухню и рассматривая содержимое нашего холодильника, я решила приготовить рыбу и летний салат с моцареллой. Подруга не заставила себя долго ждать — заканчивая приготовление, я услышала звук открывающейся двери. — Как же у нас вкусно пахнет, — повела Джули носом, снимая каблуки. — Что у нас на обед? — Рыба и салат с моцареллой. — Ммм… Ямми! — промурлыкала Джулия и потянулась за кусочком помидора. — Джули, помой сперва руки, — стукнула я ее по кисти деревянной ложкой для салата. — Лилл, я голодная, как манекенщица перед показом! Дай мне хоть помидоринку. — Помой руки и садись за стол, не кусочничай, это вредно для желудка, — строго сказала я, зная привычку Джулии к перекусам. — Я всегда подозревала, что ты изверг! — Да, и я в очередной раз подтверждаю это мнение, — улыбнулась я. Ужин проходил в теплой атмосфере. Джулия рассказывала мне о работе, о поступлении новой осенней коллекции сумок и обуви от Prada и о своей напарнице, которую она недолюбливала. Я же внимательно ее слушала и наслаждалась этим тихим днем в моем выстроенном заново мире. Закончив ужин, я поднялась, собирая грязную посуду со стола. — Я помою, — подхватила подруга тарелку для салата. — Не надо, ты после работы, отдыхай, — ответила я и направилась к мойке. — Скоро должен начаться “Grey’s Anatomy”, - включила Джули телевизор, и комнату наполнил голос диктора дневных новостей. “И напоследок. Прежде чем наш оператор переведет все ваше внимание на нашу очаровательную Мисси с ее прогнозом погоды, еще одна новость. В Нью-Йорке закончилось строительство муниципальной больницы. Мэр Нью-Йорка Билл де Блазио, побывавший на мероприятии по случаю открытия… ” — Это что Барретт? — внезапно услышала я голос подруги и резко обернулась. На экране я увидела группу официальных лиц на фоне нового здания больницы, среди которых в первых рядах стоял невозмутимый, как всегда, Барретт с женщиной. Она была одета в строгий дорогой костюм, подчеркивающий стройную фигуру, а ее короткая стрижка была так же идеальна, как и макияж на красивом лице. Ее глаза излучали уверенность и спокойствие, скорее всего это была та женщина с грудным голосом, разговор с которой я нечаянно услышала. Она придерживала локоть Барретта, слегка прильнув к нему, что однозначно говорило о том, что они приехали на это мероприятие вместе, а весь мой мир, который я с такой тщательностью выстраивала уже вторые сутки, начал рушиться на моих глазах кирпичик за кирпичиком, отдавая тупой болью в сердце. “Черт! Черт! Черт! Харт! Прекрати немедленно так на него реагировать!” — ругала я себя, но не могла унять сердцебиение, чувствуя, как оно эхом отдает пульсацией в горле. Я резко отвернулась к кухонному пеналу, а Джулия, выключив телевизор, подошла ко мне и тихо спросила, заглядывая в мое лицо: — Расстроилась? — Нет. И не буду, — вскидывая голову, уверенно произнесла я, не желая, чтобы меня жалели. — Это даже к лучшему, что ты его увидела с другой… Быстрее забудешь… — резюмировала Джули, а я, согласившись с ней, кивнула и, заставив себя улыбнуться, произнесла одно единственное слово, на которое была способна в эту секунду: — Кофе? — С удовольствием! — немного наигранно выпалила Джули, чтобы меня подбодрить, но тут на столе завибрировал мой телефон. Джули, будучи ближе, бросила настороженный взгляд на экран, но в следующую секунду улыбнулась и загадочно произнесла, передавая мне мобильный: — А вот и решение твоих проблем. Не понимая ее намеков, я взяла телефон и, увидев на экране имя “Майкл”, ответила на звонок, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно. — Как кот? — услышала я приветливый голос сокурсника. — Отходит потихоньку. Спасибо за советы, помогают. — Слушай, я тут у себя дома вечеринку организовываю по случаю конца лета и начала семестра. Если хочешь тоже приезжай. Будут все наши. Я заодно Венецию покажу. — Неужели родители разрешили подвергнуть дом студенческой атаке? — спросила я, обдумывая, как потактичнее отказать. — Отца с мамой нет. Они на Гавайях отдыхают. Но их согласие получено. Так ты будешь? — вернул Майкл тему в нужное ему русло. — Начало в девять. Но ты не беспокойся, я за тобой заеду и потом домой отвезу. — Спасибо за приглашение, Майкл, но я, наверное, не смогу. Тигр болеет. Завтра на работу… — пыталась я аккуратно отказать, и увидела как Джули вопросительно смотрит на меня. Прикрыв динамик рукой, я шепотом пояснила “Майкл организует вечеринку для наших у себя дома” как внезапно Джули без спроса выхватила мой телефон и уверенно ответила: — Майкл, она согласна. Надеюсь, ты за ней заедешь? — после чего выслушала ответ и с чувством глубокого удовлетворения положила трубку. — Джули, ну зачем… Я не хотела идти. К тому же Тигр болеет. — С Тигром посижу я. Ничего с ним не случится за несколько часов. А тебе нужно сменить обстановку и выветрить мозги после Барретта. — А можно я не пойду? Не люблю шумных вечеринок, — взмолилась я. — Я лучше дома, с тобой и Тигром посижу. — Так. Тебя нужно привести в порядок, — будто не слыша меня, постановила Джулия и, схватив меня за руку, повела в свою комнату.