Доброе утро, Америка!

      «Доброе утро, Америка! Просыпайтесь и радуйтесь новому дню!» – доносилось с радио.       Прошло почти две недели с момента, как война закончилась. Все вернулось на свои места — дети теперь плачут не от страха, а от неожиданных встреч с родителями: бегут к ним, расставля руки в стороны, кричат что-то на ходу. Разлученные старые друзья подолгу не отрывают взгляды друг от друга, пытаясь понять — точно ли перед ними стоит тот человек, которого они знали? Почти три миллиарда людей снова обрели своих близких, и это ли не есть счастье? Мэй не могла нарадоваться возвращению любимого племянника, показывая ему все фотографии города в его столь длительное отсутствие, увлечённо рассказывая о надоедливых ухажерах, готовя его любимую еду, улыбаясь. Только вот Питеру совсем не радостно.       Казалось, только он один остался против расцветающего мира со своей дикой скорбью. Душу драло так, что становилось тошно. Он потерял друзей, потерял наставника, потерял смысл. Как можно продолжать быть дружелюбным соседом, если дом стоит на костях?       В школе все счастливо приветствовали друг друга. Многие бывшие одноклассники уже закончили школу и разъехались по стране, но присутствие рядом старого доброго Неда – такого же, каким он его помнил – заставляло Паучка немного улыбнуться.       — Все мы помним и понимаем, что с нами случилось, и никто из нас не может закрывать глаза на произошедшее. Мы искренне разделяем всеобщую скорбь по героям, понесшим эти жертвы. Действительно огромная потеря для нашей страны. И особенно для их семей, разумеется, — говорил вытянутый мужчина лет тридцати. Несвойственно его возрасту, волосы на голове уже почти полностью искоренились и поседели. На некоторых эти годы все же оставили особый след, — Кто-нибудь хочет что-то добавить?       Послышались тихие смешки с первых парт. Что ж, очередное огорчение — Флэш остался тем же придурком, каким и был, и его возраст не сдвинулся ни на каплю, что означало ещё год обучения бок о бок с ним.       — Да, Тони погиб, и все из нас немного расстроились, но его родственники уж точно сейчас не скорбят. Он оставил огромное наследство, и, я уверен, каждый из них уже готов выколоть друг другу глаза, чтобы прибрать SI себе, — медленно, но уверенно протянул Юджин.       — Это твоё мнение, Флэш, и я его частично разделяю… Вирджиния всегда была рассудительной женщиной, и кто если не она разберётся, что делать с компанией мужа дальше. Ни для кого не секрет, что именно она всегда была его правой рукой.       Класс разразился утвердительными кивками.       За прошедшую неделю в стране оперативно были организованы специальные группы, помогающие адаптации людей после внезапного возвращения. Реабилитация должна была проходить максимально комфортно для всех, а потому для каждой социальной группы подход разрабатывался отдельно. Студентам и школьникам, к примеру, разрешили выбирать наиболее приоритетный для них вариант обучения: хотят ли они вернуться в свой прежний класс с подросшими новичками вместе, либо же перейти в специальную группу из таких же потерянных сверстников, где никто не будет их трогать — решали они сами. На самом деле это было сложным и смелым решением, ведь по документам все это годы возраст исчезнувших был «заморожен», и в связи с этим в стране возникали определенные проблемы. Но, конечно, оживших людей это совсем не касалось.       И все же большинство выбирало второй вариант. Вместе будут только они — те, кто никогда уже не забудет свой страх.       — Пит, ты как? Все в норме? — заботливо поинтересовался Нед, протягивая другу карандаш. Только что его собственный выпал из рук, а больше одного Паркер уж точно не носил.       — …Мы не должны делать вид, что мы скорбим, если никто из нас его не знал. Он, конечно, вроде как герой и спаситель, но не по его ли вине все эти годы люди провели в такой разрухе? Можете себя не обманывать: тех, кто искренне переживает на счёт чего-то, касающегося Старка, кроме его денег, попросту нет, — прибавил Флэш, сделав умное лицо, и тут же повернулся назад, услышав приглушённый шмыг, — Ты имеешь что-то против, Пенис-Паркер?       Преподаватель не стал возражать, сдавленно кашлянув в кулак и переведя свой взгляд на другого ученика. Тот долго молчал, не решаясь ничего сказать.       — Как вы вообще можете такое говорить, чертовы эгоисты? — вдруг вскрикнул Паркер. Голос его задрожал, но в то же время оставался уверенным и низким, — Кто спас ваши сраные задницы, сгорая заживо из-за очередного недоразумения, которое он, вообще-то, и не обязан был решать? Да половины из вас бы тут не было, если бы он просто-напросто на это не решился! Но мистер Старк и секунды не раздумывал, выбор был для него очевиден. У него была своя жизнь, свой дом, своя в кои-то веки полная семья, которая, кстати, сейчас еле держится: они ещё ни разу не давали никаких публичных комментариев, это хоть о чем-то вам говорит? Почему все вечно забывают про Наташу, которая даже не моргнула, спрыгнув со скалы, чтобы сейчас ваши наглые рожи ухмылялись, сидя перед экранами и делая вид, что они сами за себя в ответе? Видимо, очистив нашу планету от таких ублюдков, как вы, Танос все-таки был прав, и лучше бы мы все до сих пор летали в прострации, не осознавая того, что вообще живём, чем исправлять это такой ценой!       Парень сломал карандаш. Звук пронёсся по всему классу, напрягая слух каждого.       — То, как ты объяснил свою точку зрения, с такими подробностями… это было весьма вразумительно, — опустил голову учитель, — Но за нецензурную лексику, Питер, я к сожалению вынужден удалить тебя из класса.       — Да как мы можете думать об этом сейчас? Точка зрения, оценка, блядская лексика? — парень схватил рюкзак, громко хлопнув рукой по столу, — Может, когда-нибудь и до вас это дойдет. Лет через пять.       «Доброе утро, Америка!» – вещало радио. Только вот для Питера оно совсем не доброе.

***

      — Хэ-эй, Морган, привет, милая, — улыбнулся Паркер, проводя рукой по волосам и тут же прижимая девчушку к себе, — Опять вся в пыли, ну сколько можно лазить по этому гаражу…       — Я не хочу жить в этой башне, там противно и всегда воняет резиной и ароматизаторами. В нашем старом доме так не пахло!       — Что правда то правда – хотя лично мне запах резины даже нравится. Но я поговорю об этом с твоей мамой, хорошо? А ты пока вставай, мне надо забрать здесь кое-что, пока вы не выкинули половину вещей, — Паркер аккуратно поставил её на землю, затронув тему о скором переезде. Он мог их понять — в этом доме все, на что ни взгляни, напоминало о Старке, и самым верным, хоть и пугающим решением действительно был переезд. Но скоро они привыкнут. Ко всему.       — Мама тоже тебя искала, — задрала голову девочка, тут же печально опустив взгляд к полу, — Она опять плакала ночью. Сказала, что папа скоро вернётся, надо только чуть-чуть подождать его. Питер, она же врет, да? — в уголках глаз Морган тоже блеснули слезы, которые парень тут же заботливо стёр большим пальцем.       — Ну что ты, конечно же он вернётся! Он говорил, что очень сильно тебя любит?       — Да. Любит в три тысячи раз, — вздохнула юная шатенка. Девочка точно понимала, что Паук тоже ей врет.       — Боже, Морган, я везде тебя обыскалась, — запыхавшаяся Вирджиния стряхнула со лба импровизированный пот, — Привет, Питер!       — Здравствуйте! — он немного улыбнулся, помахав рукой и попытавшись отойти от маленькой девчушки, но та плотно прижалась к его ногам, — Я хотел забрать тут одну вещь. Хэппи сказал, что Мистер Старк оставил её где-то здесь.       — Ох, прости, Питер, я совсем забыла! Костюм где-то в гараже, Тони очень берег его. В последнее время даже частенько его доставал. Он точно знал, что ты за ним вернешься… но, к сожалению, пока что я не могу отдать его тебе.       — Что? — парень стоял в легком недоумении, таращась то на Морган, которая подозрительно улыбалась ему, то на блондинку напротив, — Что ж, если сам мистер Старк сказал, то… позвоните мне, как придёт время, я подъеду.       — Я сама завезу, не переживай. Надеюсь, ты не против? — мило улыбнулась женщина, кивая на дочку и отводя её за руку. Та неохотно оторвалась, презрительно хмыкнув.       — Конечно! Звоните мне в любое время, если вам вдруг понадобится в помощь. Ну, с переездом и всё такое. До свидания! — он сложил руки за спиной и помотал головой, — И тебе пока, обезьянка. Веди себя хорошо!       — Пока, Питер, — напоследок кивнула ему в ответ Морган.

***

      Дома парня никто не ждал. Тётя уехала, а решения даже элементарных задач никак не лезли в голову, сколько бы парень над ними не склонялся. Часы показывали ровно 10:40 вечера, и было решено отправиться на внеплановый ночной патруль.       Лететь над большим городом обычно ощущалось для него как капелька свободы: видеть яркие огни света в мелькающих окнах, порой даже слышать чьи-то разговоры. Чем теперь занимались эти люди? Готовились ко сну или выясняли друг с другом отношения? Читали ли они книжку или устраивали кино-марафоны с друзьями?       А вспоминали ли они хоть иногда, благодаря кому могут все это делать?       Воздух ощущался все более и более разряженным, дышать становилось сложнее. Силы покидали тело, руки и ноги вдруг стали казаться ватными. Заприметив большой безлюдный мост, Паркер поспешил приземлиться на самый его край и снять костюм: ему не помешало бы освежиться.       — Эй, ты что надумал? — закричал кто-то снизу, прибывая в шоке, — Парень, ты там расшибешься! Спускайся немедленно, пока глупостей не натворил!       — Я… — растерялся он, печально устремив свой взор на небо, — Я и сам не думал.       Забавно, что его приняли за суицидника, коим он в общем-то не являлся. Но раз судьба сама подкинула ему эту мысль – может стоило попробовать хотя бы ощутить приближение смерти? Стало интересно: а какого было в тот момент Старку?       — Так, малец, отбой, — строго затараторил мужчина в деловом костюме, — Почти час ночи, ты в школу собрался или в запой?       — Куда вы, мистер Старк? — по-доброму улыбнулся Паркер, удивляясь, что Тони до сих пор не ушёл. Конечно же паренек знал, куда собирается его наставник.       — Тебе рано ещё о таком знать. Подрастешь — поймёшь, — ухмыльнулся Старк, расстегивая верхние пуговицы рубашки, — Я сейчас опоздаю на свидание, ты же знаешь, только потому, что должен тебя контролировать. Скоро введу Карен функцию «молокосос» и тогда точно буду спать спокойно.       — Тони, ты перегибаешь, — закатил глаза Пит, — Мне почти шестнадцать.       — Ну, вот и отправляйся спать, раз тебе «почти» шестнадцать. Эй, Карен, проследи за ним. И помойся уже наконец, от тебя за километр несёт, — улыбнулся Старк, — Завтра возьму тебя на задание.       — Что, правда? — завопил парень, резко раскрывая глаза и откидывая неоткрытую пачку чипсов в сторону.       — Ага. Заодно покажешь, чему научился, пока гонял по парковкам, — Тони выключил свет, оставляя только настольную лампу. Но перед тем, как выйти, он все же захватил пачку вредной еды с пола, — А это я возьму с собой.       Послышалось шуршание, хруст и щелчок. Паркер счастливо улыбнулся, распластавшись по кровати в форме звездочки.       — Вау…       Свободный полет – весьма обыденное ощущение для парня, чья жизнь частично проходит в воздухе, а вот жесткий удар о воду оказался очень даже неприятным. А потом она окутала со всех сторон. Мышцы расслабились, разум отключился. Как же хорошо… Ещё чуть-чуть, и воздух закончится. Ещё чуть-чуть, и он умрет. Ещё совсем чуть-чуть, но Питер не осознаёт этого. Его резко вытаскивают на поверхность, а дальше он уже почти ничего не помнит. Вся его голова разбита в кровь – видимо, удар все же был не об воду, и та быстро стекает вниз вперемешку с водой, так, что ничего не разобрать. Левая бровь тоже сильно пострадала, но в сравнении выглядит не так плохо. Он отключается.       — Пенис-Паркер? — завопил Флэш, разглядев наконец фигуру, окружённую со всех сторон, — Что б тебя, грёбаный фанатик…

***

      — Доброе утро, Америка! А утро действительно доброе, ведь страна наконец вышла из многолетней депрессии, и все налаживается! Сегодня выдался действительно солнечный и радостный денёк, не так ли?       — Но, видимо, не все разделяют это чувство. Буквально вчера прыжком с Верразано-Нэрроуз попытался свести счеты с жизнью ученик Миндтаунской школы. По последним данным подросток получил травму ноги, несколько переломов и сотрясение мозга. Будем надеяться, что все обойдётся хорошо, и это утро действительно станет добрым для всех наших слушателей. А теперь к срочным новостям…       — Что это значит, Пит? Когда ты превратился в такого человека? Я не помню, что бы ты реагировал на смерть родителей так бурно. Ты всегда оставался сильным! Почему мне, мать его, звонят в два часа ночи и сообщают, что ты экстренно госпитализирован? Слава Богу, большинство информации с новостей оказалось слухами, и все обошлось удачно! Но почему ты совсем со мной не говоришь? — кричит Мэй изо всех сил, доставляя племяннику непередаваемо ужасную боль. Он корчится, потому что голова раскалывается уже долгое время, но продолжает слушать. Он вроде бы и не хотел, чтобы все так обернулось, — Расскажи мне, мой мальчик, ты же можешь мне доверять…       Но «мальчик» ничего не ответил, схватившись за голову и сумку. Когда женщина уйдет, его будет ждать долгая прогулка по городу…

***

      — Тебя кто вообще учил так улицы патрулировать? — возмутился Тони, когда Паркер сел на самый высокий небоскреб в этом городе.       — Что? Серьезно? Мистер Старк, я никогда этого не делал. Вы могли бы дать мне пару советов, прежде чем вводить свои «новшества» в мою деятельность. Я и до этого прекрасно справлялся…       — Ну уж нет, пацан. Я не для этого создал тебе костюм за пару миллионов долларов, — интригующе протянул миллиардер, и Паркер в ожидании уставился на него, — Ну, а что? Не вечно же тебе быть дружелюбным соседом. Защищать город — значит нести ответственность.       — Да-да, большая сила значит большая ответственность, — как-то разочарованно подкатил глаза Паучок, — Мистер Старк, я безусловно могу до старости снимать котов с деревьев, но не самое ли время задуматься о стажировке?       — В Stark Industries? — неожиданно спросил Старк.       — Нет, со Мстителями, — удрученно добавил парень.       — Послушай меня, малец. Я знаю, что твоё будущее не за горами. Ты закончишь то учреждение, которое ты для себя выберешь и которое моя компания с удовольствием тебе оплатит. А потом мы поговорим о Мстителях, — Питер уже выставил палец вперёд, чтобы возразить, но тут же был перебит, — Ну и, если захочешь, возьмём тебя туда на постоянной основе. А пока что подростки, останавливающие поезда на ходу, должны подумать о запасном варианте.       — Запасном? — задумчиво протянул парень. Через пару десятков секунд на него снизошло озарение, и он счастливо загоготал. Ему очень явно намекнули на его будущую профессию, — Мистер Старк, спасибо огромное! Это так много значит для меня! Я обещаю, что не подведу вас, и вообще…       — Всё, всё, хватит телячьих нежностей. У тебя свой патруль, а у меня свой. Кстати, ещё хоть раз устроишь пожар в лабаратории Тома — пеняй на себя, — напоследок потрепав паренька по волосам и не сдержав искреннюю ответную улыбку, Железный Человек поспешил удалиться, и вскоре растворился вдалеке.

***

      Теперь это все не имело смысл. Сам того не замечая, Паркер оказывается в башне Старка, на почти что самом высоком этаже. Он останавливается у стенда с фотографиями. Там Тони смеётся, улыбается, живёт. А сейчас ничего из этого не имеет смысл. В самом низу, в уголке этой импровизированной аллеи славы, висела фотография, где Тони прижимает Питера к себе и треплет кулаком по волосам. Рядом не было ни подписей, ни каких-либо особых знаков, по которым Питер мог определить, что Тони был здесь. Но ведь буквально пару дней назад фотографии здесь не было…       Послышался всхлип. Затем ещё один, а затем ещё. А после тишина, в которой по щекам парня тёкли слезы. Питер впервые за все это время разрешил себе дать волю эмоциям, выпустить это все и, может быть, отпустить.       — Не плачь, Малец. Нат гордилась бы тобой, — тихий голос вдали. Кажется, у Паркера начались галлюцинации, и он не в силах это контролировать. Ему ведь послышалось?       — Пятница, что это за фокусы? — Вдруг подал он голос. В горле застрял противный комок безвыходности.       Но Пятница молчала. По всей видимости это вновь было внезапно всплывшее воспоминание, незаметно смешавшееся с реальностью, а может ему просто почудилось. Парень прижал фотографию, которую только что сорвал со стены, к своим коленям. Если бы он знал, что это фото будет для них последним…

***

      — Ох, Питер, а я как раз тебя и жду! Заезжала миссис Старк, просила передать тебе кое-что.       Картонная коробка, помятая и пыльная. В ней костюм, ещё пара фотографий и… кассета. Что?       Тоясущимися руками нажимаются кнопки. Минута тишины. Телевизор медленно начинает прогружать изображение Тони Старка. Питер сглатывает ком, подступающий к горлу, и безотрывно смотрит на загоревшийся экран.       — Привет, малец. Вижу, ты подрос, — медленно протянул человек с кассеты. Паркер поежился, предвкушая холодок по телу. Голос немного грустный, но живой, — Хотя, если ты смотришь эту запись, то ничего не изменилось для меня. Ты будешь расти и развиваться, как оно и должно быть. Будешь взрослеть, принимать сложные решения. А я буду тут, на экране. Это значит, что все идёт так, как я и думал, — Тони сложил руки в замок и опустил взгляд, — Знаешь, я не хотел всех этих сантиментов и прочее, ты ведь меня понимаешь. Но, раз уж я решил оставить наставления напоследок, то ты со своими извечными проблемами в самоконтроле будешь первый в списке. Кстати говоря, сразу после просмотра этого видео Пеппер тебе кое-что подкинет. Просто ты должен быть готов к этому, помнишь? Большая сила — большая ответственность, не мне тебя учить. Я — Железный человек, неприступный и несокрушимый Энтони Старк, правда ведь? И все же я сломался, как это и свойственно машинам. И именно поэтому не унывай, пацан, все будет пучком. Кто-то же должен остаться после меня, с таким же желанием делать все правильно и непреклонно служить своему кодексу, даже если это рискованно и неоправданно. Я осознанно отдал жизнь ради вас всех, так что никогда не говори своим детям, что я эгоист. Я все же не всю пачку за тот раз съел, припоминаешь? В любом случае, не думай, что речь идет только о твоем долге. Ведь напоследок я скажу, что у меня есть сердце. У меня есть любящая жена, у меня есть самая лучшая на свете дочь. А ещё у меня есть сын, — пронзительный взгляд, — Может, отец из меня никудышный, но ты держись, как я учил тебя. Ведь кто ты, если не Питер Паркер?       Доброе утро, Америка! Ведь теперь утро по-настоящему доброе.