В десятую годовщину

— Не ожидал увидеть вас здесь, Поттер. Гарри невежливо хмыкнул. — А где же вы ожидали увидеть меня в десятую годовщину битвы за Хогвартс? — Где угодно. — Малфой почти не постарел, держался прямо, морщинки от глаз разбегались лучиками, создавая обманчивое впечатление добродушия. — После некоторых ваших заявлений о профанации памяти и обесценивании трагедии — где угодно. — Если я окажусь где угодно, кто здесь скажет то, что следует говорить в такой день? — Не имею возражений. Кстати, хорошая речь. Грейнджер писала? — Не поверите, но я и сам достаточно хорошо излагаю свои мысли. — Почему же, верю. Но на этот раз все-таки Грейнджер? — Да, — кивнул Гарри. В конце концов, это было непринципиально. — Кстати, а вы почему здесь? Вам-то как раз необязательно. — Сидение в четырех стенах — не лучшая тактика при поражении. — Любопытно, — сказал Гарри. — У вас всегда был выбор. У меня — нет. И все-таки я победил. — Напротив, это логично. Побеждает тот, у кого нет альтернативы. Надежный тыл расхолаживает. Всегда есть где отсидеться. — Любопытно, — повторил Гарри. — Я не задумывался об этом. А разве те, кто смотрит на вас из настоящего и прошлого, не побуждают идти вперед? Разве смысл не в том, чтобы продолжить их путь, за них довести дело до конца? — Хороший оборот. Тоже Грейнджер? — Нет, это я сам. Так что же? — Мне не важно, кто на меня смотрит. Меня мало интересует мнение окружающих на мой счет. — Да что вы. — Большинства окружающих, — поправился Малфой. — Оценки отдельных людей мне действительно важны. Не всегда, но все-таки. — И, совершенно случайно, это те люди, что обладают властью. — Так получилось, — развел руками Малфой. Сожаление в его голосе было неподдельно искренним, как у гениального актера, которого выдает только эта волнующая, глубочайшая правдивость. — И теперь, поскольку я пользуюсь определенным влиянием в обществе, вы находите необходимым сблизиться со мной? — Если вы не против, это можно обсудить за рюмкой Огденского. — У вас? — Ну, если вас не смутит появиться со мной в общественном месте… — Лучше не надо. — Гарри знал, что их с Малфоем тет-а-тет непременно всплывет в прессе, пойдут пустые слухи. К чему? — Давайте к вам. — Можно было и на Гриммо, но Гарри не хотел пускать Малфоя к себе. Тот будто оставлял после себя долго не выцветающий отпечаток. Малфой сунул руку в карман за порт-ключом. Он готовился к этому разговору, как к шахматной партии — первой в долгом турнире, но теперь… Теперь это стало по-настоящему интересным. Поттер повзрослел, и с ним стало возможно не только сражаться, но и вести диалог. Неожиданно. Или, напротив, — ожидаемо? В любом случае — к лучшему. За спиной в небо взмывали сотни огней — салют в честь десятой годовщины их поражения.