Нет предела нашим чувствам!

У Мацуды Кимико в жизни всё хорошо. Она учится в одной из самых лучших школ префектуры — академии Шираторизавы, на втором году обучения. У неё большая и любящая семья, которая всегда поддерживает девушку во всех начинаниях. Более того, у неё есть любимое дело. Весьма необычное, но, как выражается сама Кимико, довольно интересное. Робототехника. Ага, вы не ослышались. Работа с чертежами, построение новых моделей — это страсть Мацуды. Хоть она и единственная девушка, состоящая в клубе робототехники, из-за чего многие считают её странной, Кимико это совершенно не беспокоит. Ей абсолютно всё равно, какого мнения о ней другие. Ведь главное — «делать то, что тебе нравится, а остальное не имеет значения». Мацуда просто обожает придумывать новых роботов, причём самых-самых разных. От игрушек на радиоуправлении до всяких бытовых полезных вещей. Ей нравится, когда дело может приносить и пользу и радость. «Вот закончу школу, обязательно поступлю на инженера…» И она верит, у неё всё получится. Как ни странно, во многом благодаря ей академия Шираторизава почти всегда получает первые места в различных конкурсах по робототехники. — А она довольно умна, раз способна придумать нечто такое необычное и клёвое. — Да она чёртов гений! — Ты не знал, что все гении странные? Конечно, её уважали за её труд и старание, но это не отменяло того факта, что все её считали странной. Наверное, люди до сих пор не привыкли, что теперь, в современном мире, девушка может освоить любую профессию. Даже такую неженскую. «Ну и что? Вон, с Хеди Ламарр тоже считали, что это неженское дело. Так что мне всё равно на их мнения», — каждый раз отмахивалась Кимико. Мацуда любила засиживатся до поздна в клубной комнате и чертить, чертить, чертить, соединять… Она абсолютно не следила за временем, поглащённая столь интересным процессом. Из-за этого её часто приходилось силком «вышвыривать» из здания школы, так как та вот-вот закроется. Кимико была этим крайне недовольна, мол, где это видано, чтобы мешать юным умам творить. Но разве её послушают? — нет. В один из таких дней, когда её просто выперли из школы, тогда было уже, кстати, девять часов вечера, Мацуда Кимико шла домой по безлюдной улице. Погода стояла довольно-таки жаркая, ветра почти не было. Несмотря на то, что было поздно, на улице холодно не было, и Кимико могла позволить себе не надевать куртку поверх школьной формы. Лето в Мияги определённо заслуживает похвалы. Девушка наслаждалась моментом, когда небо было ясным, чистым, без единого облачка, и хорошо видно множество звёзд, на которые Мацуда так любила смотреть. Девушка наслаждалась приятной музыкой в наушниках, созерцая всё то, что её окружало: деревья, трава, горящие фонари… Мягкая джазовая музыка несильно била по барабанным перепонкам, а всё внутри пылало энергией; на лице сверкала лёгкая улыбка, а на щеках от духоты проступил румянец. Настроение у девушки было хорошим, даже если учесть тот факт, что каких-то двадцать минут назад она слышала не очень уж-то лестные слова от охранника в свой адрес. Сейчас в её голове крутилась лишь одна мысль: «я хочу есть». Брюнетка во всю представляла, как лёжа на диване перед телевизором будет уплетать большую тарелку вкусной лапши, которую, кстати, ещё надо приготовить. От последней мысли девушка томно вздохнула, понимая, что приготовление еды может занять у неё, как минимум, полчаса, а учитывая, как «хорошо» Мацуда орудует на кухне, вообще около часа. Проходя мимо одного круглосуточного магазинчика, Кимико замедлилась. Здесь она часто покупает еду в школу, если планирует остаться там надолго. Да и не только. Иногда она тут перекусывает, если времени на нормальный завтрак нет, так как Кимико обычно поздно встаёт (недосып, что поделать). Взесив все «за» и «против», девушка, наконец, решает поужинать именно в этом магазинчике. Колокольчик со звоном оповещает, что зашёл новый покупатель. Девушка, с чёрным короткостриженном каре, устало подходит к полкам и берёт пачку рамёна, затем подходит к кассе, чтобы оплатить покупку. Знакомое лицо сидит за кассовым аппаратом. Кимико часто бывает в этом магазинчике, поэтому молодой продавец давно с ней знаком. Он здоровается с ней, а она приветливо улыбается в ответ. — Хэй, Мацуда-чан, как дела? Что-то ты сегодня поздно. Небось, в школе задержалась? — спросил парень, пробивая товар. — Всё хорошо, Ватанабэ. Просто очень много дел в клубе. А у тебя как дела в колледже? — Пока нормально. Только вот, скоро сессия, а я к ней вообще не готов, — тихо усмехается, протягивая пачку рамёна в руки девушке, — приятного аппетита. — Спасибо. После она осматривает помещение: в магазине ни души, кроме самого Ватанабэ. Брюнетка располагается за длинным столиком напротив окна, на краю которого стоит пустая банка из-под пива, а на стуле лежит чья-то сумка. Кимико это немного удивило, но она решает не зацикливаться на этом, а просто насладиться горячим рамёном, который она уже успела заварить. Мацуда аккуратно подцепляла палочками лапшу, изредка поглядывая на окно. Улица пустовала, лишь пару силуэтов мелькнуло в поле зрения девушки. Не очень-то интересно наблюдать одну и ту же картину, где кроме тёмной улицы, частично освещённой одним тусклым фонарём, ничего нет. Но это вполне устраивало Кимико. Почему-то именно в этот момент ей захотелось просто посидеть, подумать, насладиться этой атмосферой, когда ты, забытый всеми, сидишь в маленькой забегаловке, где никогда не бывает больше трёх человек. Это было подобно релаксации для мозга Кимико, который и так постоянно работает, даже когда надо ложиться спать. Оторвав взгляд от окна, девушка переводит его на соседний стул, который внезапно издал скипущий звук. Недалеко от неё, на то место, где стояла банка, садится смуглый парень в тёмном одеянии. Он ставит сумку на пол, кладёт новые банки на стол. Сначала девушка подумала, что это какой-то гопник, любящий шляться ночью по улице и выпивать во всяких различных местах. Этому свидетельствовала, как подумала Кимико, чёрная кепка, капюшон и маска, скрывающие всё лицо парня. Но чувство дежавю накрывает брюнетку, и она начинает незаметно поглядывать на своего соседа: вот он открывает одну из банок, отодвигает чёрную маску от своего лица и делает несколько залповых глотков, из-за чего Мацуда смогла разглядеть небольшой участок тёмного лица. И, о боги, в этот момент этот странный тип показался Кимико знакомым. Где-то она его уже видела, но вот вопрос: где и когда? Брюнетка нахмурилась. Оставшаяся лапша уже остыла, деревянные палочки забыто лежали на упаковке концами вверх, которые вот-вот наровили упасть, но девушке сейчас было всё равно. Она всё также продолжала внимательно следить за действиями незнакомца, который, кажется, выпивал уже третью банку пива. «И как в него столько вмещается?» — Девушка, если хотите что-то спросить — спрашивайте, — грубо произнёс парень, поворачиваясь всем корпусом к сидящей Кимико. Та от неожиданности, что её рассекретили, аж вздрогнула, аккуратно переводя взгляд на заметившего её юношу. — А… п-простите, я просто… Вы мне кого-то напомнили, — брюнетка резко отвернулась от своего собеседника, скрывая покрасневшие щёки. Ох, как неловко-то вышло… «Ну как так?! Какой позор… да ещё и перед каким-то алкоголиком». — Мы с тобой в одной школе учимся, — кратко произнёс юноша, попутно открывая новую банку. И тут до неё дошло. Этот так называемый алкоголик — один из волейболистов! Третьегодка академии Шираторизавы. — Точно! Вы же этот… Охира Реон, если не ошибаюсь, — последнюю часть фразы девушка тише, чтобы ненароком не показаться невежой, если вдруг неправильно произнесёт его имя. Она вновь поворачивается к нему лицом, переводя взгляд на банку, которую Реон держал в руках. Она как бы задала немой вопрос, и Охира увидел это замешательство в её глазах и поспешил ответить: — Не волнуйся, оно безалкогольное, — с грустной улыбкой заверяет тёмноволосый, показывая ей надпись на банке. Кимико приподнимает бровь. — Тогда зачем вся эта маскировка? В ответ Охира снимает с себя капюшон, открывая вид на весьма нестандартную для японцев причёску. Выбритые бока, густая макушка, которая после соприкосновения с тканью чёрной толстовки стала немного лохматой. От представленной картины Мацуда издала тихий смешок. В этот момент парень показался ей очень милым и забавным. Ориха, уловив ход её мыслей, запускает одну руку в свою шевелюру и приглаживает, чтобы та выглядела более подабающей. С всё такой же грустной улыбкой он продолжил: — Чтобы никто не спалил, что я здесь. — А в чём тогда смысл, если Вы всё равно пьёте безалкогольное пиво? Это же непротивозаконно, — удивляется Кимико. — Тебе правда интересно это знать? В этот момент брюнетка виновато закусила нижнюю губу. Она как-то и не подумала, что навязывается. А ведь человек, скорее всего, просто захотел расслабиться и отдохнуть за баночкой прохладного напитка, а она тут со своими вопросами лезет. Взгляд медленно опускается в пол, а руки начинают поддрагивать от волнения. — П-простите, я, наверное, слишком наглая, — девушка привстаёт со стула, тело склонилось в лёгком поклоне, — не буду Вам мешать. — Останься, — неожиданно спокойно сказал брюнет, останавливая наспех собирающуюся Кимико, — мне не в тягость твоё общество. Мацуда решила ему поверить, поэтому вновь приземлилась на прежнее место, кладя сумку обратно на пол. Она мило улыбнулась, тихо проговорив смущённое «хорошо», а затем вновь вернулась к наслаждению процессом глядения в окно. — Как тебя зовут? — негромко спросил Охира, вертя в руках пустую банку. — Мацуда Кимико. Второй год, — ответила девушка. Её взгляд всё также был прикован к окну, рука подпирала щёку, а нога незаметно стучала по полу в такт какой-то незамысловатой мелодии, играющей в голове Кимико. В магазине было тихо и пусто, знакомый кассир куда-то отлучился. Тишину прерывало лишь умеренное дыхание подростков и звук открывающейся упаковки — это Реон открывал шоколадный батончик, который благополучно достал из кармана. Слишком уютно, слишком атмосферно. Кимико любила такие моменты, когда ты находишься в удобном месте, в удобное время, с «удобными» людьми. Она всегда считала тех, с кем можно просто посидеть в тишине, насладиться спокойной атмосферой и молчанием, очень нужными и важными для своей жизни. Кроме того, процент таких людей был крайне мал, и Реон беззаговорочно входил в их число — это по своим наблюдениям заметила брюнетка. — Странно, — внезапно произносит черноволосый совершенно спокойным, даже загадочным голосом, нарушая эту гробовую тишину. Мацуда подняла на него свой удивлённый взор, а после того, как Реон облакотился спиной о спинку стула и посмотрел в потолок, и вовсе повернулась к нему всем корпусом, при этом спросив: — Что странного, Охира-сан? После услышанного вопроса волейболист пододвигается ближе к ничего не понимающей девушке и кладёт свою большую тёплую ладонь ей на макушку, чуть ероша чёрные, как смоль, волосы. Тёплая улыбка озоряет лицо юноши, и сам он, немного наклонив голову в бок, тихо ответил, — ты странная, Мацуда-чан. От таких неожиданных действий со стороны своего собеседника Кимико широко распахнула свои карьи глаза. Щёки предательски заалели, сердце быстро застучало, и Мацуда никак не могла понять такую реакцию своего тела на прикосновения волейболиста. А также ей было не понять, почему парень так сделал. Вроде бы, спиртного не употреблял, да и знакомы они от силы минут пятнадцать. Мацуда легонько потрясла головой, тем самым показывая, что ей не особо приятны сие действия. Реон сразу убрал руку и смущённо отвернул взгляд в сторону от девушки, прикрыв глаза, тихо пробормотал что-то вроде «извини». Мацуда тоже отвернулась. — Так что странного? — с едва заметной дрожью в голосе спросила Кимико, вновь поворачиваясь к темноволосому. Тот, продолжая смотреть в другую сторону, лишь улыбнулся, распахивая тёмные глаза. — Просто будь на твоём месте другой человек, уже давно бы ушёл и завтра сдал бы учителям со всеми потрахами, — Реон положил голову на стол, повернув лицо в сторону Кимико, — а ты так не сделала. — Я бы никогда не опустилась до такого, — девушка фыркает и скрещивает руки на груди, а затем добавляет, — тем более, это Ваше личное дело, чем заниматься в свободное от учёбы время, если это, конечно, непротивозаконно, — хитрая полуулыбка появляется на лице Мацуды, она пододвигается ещё ближе и, почти наклонившись к уху Реона, говорит, — если честно, мне самой интересно общение с Вами, Охира-сан. В ответ он лишь незаметно ухмыляется, при этом добавляя: — Взаимно. Хочешь баночку пива? Брюнет протягивает ей одну из банок, на что девушка обводит руку парня скептическим взглядом, не решаясь принять дарование. Они ведь не настолько близки, чтобы пить пиво вместе, пускай и безалкогольное. Более того, Кимико в жизни никогда не пробовала нечто подобное. Вдруг это попрасту невкусно? Или ещё чего похуже. Но отказывать, как говорится, невежливо, особенно, когда тебя угощают даже чем-то подобным, поэтому Мацуда с сомнением принимает банку, беря ту в руки. Она как следует просматривает этикетку, чтобы окончательно убедиться в правильности своего решения. Различные надписи, вроде «безалкогольное», «0%» окончательно разубеждают Кимико в том, что сомнительный напиток может оказаться опасным, и, недолго повертев баночку в руках, быстро открывает крышку. Она делает один небольшой глоточек, и терпкая жидкость моментально полилась по всему организму. Кимико недовольно морщится, так как пиво оказалось горьким, хоть и безалкогольным. Этот странный привкус остался во рту, от чего было непривычно. По телу начал распространяться холодок, и Мацуда поёжилась, сильнее закутываясь в свой школьный пиджак. — Ну как? — Реон с интересом наблюдает за реакцией девушки на дегустацию нового напитка и тихо усмехается, отмечая, что со стороны Кимико выглядила весьма забавной. — Нормально, сойдёт, — отмахивается брюнетка, делая новый глоток. Всё-таки этот необычный вкус вызывает привыкание. — Надеюсь, меня не посадят за спаивание несовершеннолетних, — Охира заметно усмехается, всё также продолжая следить за действиями своей собеседницы. Кажется, кто-то вошёл во вкус, — алкоголичка. — Безалкоголичка, — поспешно поправляет его Мацуда, а затем сразу же решает озвучить один вопрос, который интересовал её с самого начала их совместного вечера, — кстати, зачем Вы вообще здесь сидите? Выражение лица парня сразу принимает печальный вид. Он хмурится, прикусывая нижнюю губу и задумчиво смотря в одну точку. Сидя на своем месте и даже не пытаясь сосредоточиться, Реон всё думал и думал. Размышлял обо всех возможных вариантах, как бы всё объяснить, искал среди них самый лучший и старался не поддаваться горькой обиде, которая всё это время таилась у него глубоко в душе. Устало вздохнув, темноволосый подпёр свою голову рукой и стал задумчиво изучать рельеф стола. Тряхнув головой, Охира решительно вскинул голову и столкнулся с взглядом удивлённых карих глаз собеседницы, которая посмотрев всего секунду на внезапно побледневшего юношу, быстро отвернулась. «И вот зачем я спросила?! Дура! Не лезь не в своё дело!» Кимико, устало вздохнув, снова взглянула на напряженного и серьёзного волейболиста, мысленно считая до десяти. Прикрыв на секунду глаза, Мацуда прикусила нижнюю губу и привычно оттянула край пиджака вниз. Было неловко. Что-то внутри девушки всколыхнулось, а после заболело так, что Кимико пришлось приложить все силы, чтобы не кинуться обнимать и жалеть несчастного парня. — Я всего лишь топлю своё горе в этом прекрасном вечере, — наконец, подал голос Реон, давя горькую усмешку, которая так и наровит вырваться наружу, показать себя. — У Вас что-то случилось? — Кимико задаёт этот вопрос медленно, осторожно, стараясь как можно меньше навредить этим парню. — Да, есть дело, — Реон слегка нахмурился, и подперев рукой щёку, начал свой рассказ, — мои родители развелись полгода назад. Мама уехала жить в Штаты, а я остался жить с отцом. Недавно он встретил другую женщину, и у них скоро свадьба. Теперь я буду жить ещё и с ней, — при упоминании этой неизвестной особы Охира невольно нахмурился, сведя брови к переносице, — ужасная женщина. Постоянно меня донимает, а отец ей всё с рук спускает. Ещё у неё есть сын, маленький такой, но очень вредный, — томный вздох, — теперь не знаю, что мне делать. Я совсем не хочу с ними жить, а уехать к матери я тоже не могу — не пустят. К тому же она сама этого не хочет. И после окончания школы куда податься — тоже не имею понятия. После столь небольшого, но ёмкого рассказа волейболист поворачивается к девушке и смотрит на её реакцию. Кимико удивлённо похлопала глазками, пытаясь переварить только что полученную информацию. После осмысления девушка по-доброму улыбается, проводя кончиками пальцев по руке парня и мгновенно успокаивая того. Реон прерывисто вздохнул и покачал головой, прикрывая глаза. Его тело расслабилось, исчезла эта минутная напряженность, и Мацуда смогла вздохнуть с облегчением. Ей было жалко Охиру. Не слишком уж счастливая судьба. Хоть она и не могла понять волейболиста, так как ни разу не была в подобной ситуации, но она чувствовала его. Она прекрасно осознавала, что развод родителей — большая травма для детей любого возраста. К тому же ещё и новые члены семьи. Зная себе, Кимико уже давно бы ревела навзвод. А Реон сильный и стойкий — он не позволил себе такого, за что Мацуда прониклась к нему уважением. Это оправдавало то, что он сидит тут и распивает пиво почти посреди ночи. — Охира-сан, я даже не знаю, что сказать, — тихо пробормотала брюнетка, — но всё же… не переживайте так. Думаю, всё образуется. — Думаешь? — Конечно, — Кимико старается улыбнуться, хоть у неё это выходит не очень, — как бы то ни было, ваши родители Вас любят и желают всего самого лучшего. Даже если Вы не нравитесь той женщине, у Вас всегда есть поддержка в виде ваших мамы и папы. — Не уверен, — поспешно поправляет брюнет, — эта мачеха мне уже все мозги проела: то ей не нравится, это не нравится. Она постоянно тычит во все мои недостатки, а отец со всем соглашается. Это очень раздражает. А мама… она не звонила с тех пор, как уехала, — вот и скупая мужская слеза скатилась по его смуглой коже. Мацуда нервно постучала пальцами по поверхности стола, искоса взглянула на волейболиста и медленно начала, осторожно подбирая слова: — Не всё так ужасно, как кажется на первый взгляд, — видя, что парень хочет возразить, девушка мгновенно подняла руку, останавливая его, — выслушайте сперва. Они не хотят заставлять Вас выбирать. Они лишь хотят, чтобы Вы нашли тот путь, который сделает Вас сильной и независимой личностью. Поэтому не стоит воспринимать всё так близко к сердцу. Скоро закончите школу, а дальше жизнь полностью в вашем распоряжении, — неловко улыбнувшись, пробормотала Кимико. Тряхнув головой, Мацуда вновь подняла полный уверенности взгляд и ободряюще улыбнулась своему собеседнику, — всё в ваших руках. Делайте то, что считаете нужным. Реон поражённо замер. Всё его тело расслабилось, а глаза неожиданно вспыхнули. Вот уж не ожидал он таких пламенных речей от едва знакомой девушки. Но ему полегчало. В некотором смысле Кимико была права. Возможно, не все её слова имели смысл, но Охира прекрасно понимал — она пытается помочь. Вскинув голову, его собеседница лишь покачала головой и прикусила нижнюю губу, невольно обнимая руку Реона и водя по ней кончиками пальцев. Этот жест был непривычен, но он успокаивал не только девушку, которая волновалось по поводу реакции парня на свои слова, но и самого третьекурсника, который сейчас с некой нежностью и благодарностью в глазах смотрел на Кимико. Он почувствовал, что ей было не наплевать на несчастного парня, хоть они и были знакомы всего ничего. Он ощущал эту невидимую моральную поддержку, которую не чувствовал даже от товарищей по команде во время серьёзных матчей. Почему-то ему показалось, что именно Мацуда способна выслушать его и понять, как не способен никто другой. — Спасибо тебе, — с нежностью в голосе говорит юноша, — прости, я, наверное, слишком нагружаю тебя своими проблемами, — неловко улыбается, убирает руку, которая находилась под рукой Кимико, пряча при этом внезапно возникнувший румянец на щеках. — Я совсем не против, Ориха-сан. — Реон. Просто Реон.

***

Время близится к ночи. Подростки находятся на улице, идут по пустому тёмному переулку, освещённой парой тусклых фонарей. После столь душевной беседы Охира вызвался проводить девушку до дома, так как отнял у неё достаточно времени, а идти ночью одной — весьма опасно для милой юной особы. Наручные часы парня показывают одиннадцать часов вечера — именно в это время все нормальные школьники уже сидят дома, готовятся к завтрашнему дню или лежат в тёплой кровати. Но только не они. Эти двое медленно бродят по улице, гуляют, наслаждаются тишиной и обществом друг друга. В этот момент Кимико чувствовала себя как нельзя лучше. Ей было комфортно, уютно, радостно. Кажется, она впервые ощутила, какого это — находится рядом с человеком, которого хочется видеть. Не было никакой неловкости, страха или смущения. Она бы с удовольствием повторила этот незабываемый вечер. Впереди уже показался дом Кимико, а это означало только одно — вот-вот они разойдутся. Они останавливаются у калитки, принадлежавшей дому, где живёт Мацуда. — Вот мы и пришли, — немного грустно говорит девушка, обращая свой взор на стоящего рядом парня. Ей бы хотелось ещё чуточку побыть вместе. — Хорошо, — повисло неловкое молчание, оба подростка даже не знают, что ещё сказать. — Ну, тогда я пойду. Спасибо за вечер, Реон, — рука Кимико тянется к дверце, чтобы открыть, но голос Реона останавливает её. — Подожди. Может, как-нибудь выпьем вместе? — неловко улыбается, а глаза девушки невольно округляются от услышанной фразы, но парень тут же добавляет, — в смысле… по молочному коктелю. Мацуда тихо усмехается, говоря что-то вроде «конечно, я не против, увидимся в школе», после чего заходит на территорию, закрывая за собой калитку. — До встречи. Брюнетка продолжала стоять на том самом месте до тех пор, пока силуэт Охиры окончательно не исчез из поля зрения. Громко вздохнув, она медленно побрела в дом. В голову врезались воспоминания о сегодняшнем вечере. Всё же, было так здорово… девушка даже не выкидывала мысли о том, что ей бы очень хотелось вот так проводить с ним время. Пускай они и не были знакомы так долго, но Кимико чётко ощущала эту связь, неожиданно возникшую между ними. Правда, девушка никогда не знакомилась с людьми в подобном месте в подобное время, да ещё при таких необычных обстоятельствах, но ей это даже понравилось. «У Вас всё наладится, я обещаю, а пока… буду ждать нашей следущий встречи…» …которая состоится уже завтра на большой перемене во время обеда.