Мой личный демон

      В замке, спрятанном ото всех защитными амулетами и сильными заклинаниями, было тихо. Король Демонов бесшумно расхаживал по большой зале, где, кроме зеркала и подставки с хрустальным шаром, ничего не было. Окна во всю стену были занавешены тяжелыми бордовыми шторами, не пропускающими в помещение дневной свет. Король даже свечи не зажег. Ему не нужно было освещение, чтобы в шаре видеть их мир, сейчас отслеживая в нем одного-единственного человека. Скоро, совсем скоро он придет. В зеркале, к которому Король Демонов все чаще подходил, он изучал Обратную сторону, за пару дней наблюдения успев узнать много нового и интересного.       Увлекшись, Король пропустил момент, когда в замок вернулся его самый преданный, надежный человек. Глаза вспыхнули алым, когда Верховный Демон учуял человеческий дух, а по телу прошлась дрожь, но все сразу схлынуло, стоило демонической сущности признать в человеке своего.       Иваизуми без стука вломился в святую святых Короля Демонов, двумя руками распахивая дубовые двери и заливая светом темную обитель. Ойкава сразу же повернулся к нему от зеркала, взмахивая рукой и делая зеркало обычным куском стекла. Щелчком пальцев Король закрыл за рыцарем двери и зажег многочисленные свечи, чтоб недовольным выражением лица дать понять, как ему не нравится варварское вторжение. Иваизуми, лязгая доспехами, прошел вглубь комнаты, нагло игнорируя недовольный взгляд и поджатые губы Ойкавы. Это уже не производило впечатления, лишь умиляло. Хотелось подойти и потискать несносного демонюку.       Король Демонов закатил глаза и обреченно вздохнул, понимая, что не дождется реакции от своего рыцаря. Рыцаря, которого семь лет назад послали убить Верховного Демона. Иваизуми был сильнейшим в их королевстве, он был уверен, что своим мечом лишит Короля Демонов рогатой головы. Ошибся. Стоило ему войти в лес, окружающий замок Демона, как на него напала крупная пантера. Даже доспехи не спасали от острых когтей и клыков, вспарывающих металл будто масло. Ловкость большой кошки, ее гибкость и мощь не шли ни в какое сравнение с грубой силой Иваизуми. Он потом так и не спросил, почему Куроо его пощадил. Израненного, потерявшего сознание — притащил к Королю Демонов.       Когда Иваизуми пришел в себя, он не почувствовал ни боли, ни усталости после долгого сражения с пантерой. Будто и не было ничего этого. Будто только причудилось. Первым, кого он увидел, был сам Верховный Демон, пристально на него смотрящий. На руках этот самый страшный, ужасный и злобный, как говорили о Великом Демоне в королевстве, держал черного кота. Пушистый наглец развалился кверху пузом, подставляя его под скольжение тонких пальцев с острыми когтями, и косился на Иваизуми янтарным взглядом, громко при этом урча. Отойдя от первого шока, рыцарь дернулся, только сейчас заметив, что прикован толстой цепью к стене. Он наконец отвел взгляд от алых глаз и посмотрел на кандалы, стягивающие его руки.       — Трусливое отродье, — зарычав сквозь зубы, Иваизуми исподлобья глянул на поморщившегося Короля, который удерживал в руках зашипевшего кота. — Верни мне мой меч и сражайся.       — Ничтожный человечишка, — Иваизуми удивленно глянул на Верховного, не открывшего рта, и скосил взгляд на кота, яростно полыхающего взглядом и утробно рокочущего: — Это твоя благодарррность за спасение? Ойкава вылечил все твои раны. Сохррранил твою никчемную жизнь.       — Тише, Куроо. Ты пугаешь нашего гостя, — Великий Король говорил приятным голосом, ласково улыбался и гладил кота по мягкой шерсти. Но взгляд его замораживал. Иваизуми и подумать не мог, что теплый красный может обжигать холодом. — Что ты забыл в моих владениях, рыцарь?       Иваизуми был уверен — Демон знает. Но даже если бы тот и не знал, он бы все равно ответил честно. Смотря прямо в алые глаза Короля, которого кот назвал Ойкавой, рыцарь грубо ответил:       — Пришел избавить мир от Зла.       Кот снова зашипел, а сам Великий Король протяжно выдохнул и закатил глаза, более не светящиеся красным.       — Еще один. И хоть бы кто-нибудь пришел с желанием просто познакомиться, по замку погулять. Я радушный хозяин, рыцарь, — Демон перевел взгляд на кота и чуть тише добавил: — Как Шимизу-чан покинула эти земли, к нам больше не приходят гости.       Иваизуми нахмурился, оценивающе смотря на Великого Короля Демонов, которым пугали не только детей, но и взрослых. Если долго не шли дожди, то винили во всем Демона. Затяжная засуха — Демон постарался. Неурожай — проказы Демона. Эпидемия пришла в города и деревни, так это Демон наслал. И сейчас, смотря на этого Демона, Иваизуми не видел жестокого и кровожадного убийцу. Перед ним был молодой мужчина с красивыми карими глазами. Иваизуми качнул головой, сбрасывая морок, и дернул руками, загромыхав цепями.       Великий Король устало выдохнул, щелкнул пальцами, и возле Иваизуми оказались его доспехи и верный меч. Легким взмахом руки Ойкава избавил его от оков. Посмотрел в глаза тяжело, холодно, и жестко проговорил:       — Хочешь сразиться со мной, человек? Не справившись с моим верным другом, ты думаешь, что сможешь победить меня? — Иваизуми ничего не говорил, не шевелился, только в глаза смотрел, кожей ощущая чужую силу и мощь. — Тогда я не буду тебя жалеть, как Куроо. В порошок сотру, несмотря на то, что потратил немало сил, залечивая твои раны.       Этого Иваизуми не мог понять. Зачем Великому Королю его лечить? Но на теле не было и следа после встречи с пантерой. Даже одежда была целой.       — Зачем ты это сделал, Демон? — Иваизуми неторопливо встал, медленно поднял с пола свой меч, покоящийся в ножнах, не спеша его обнажать. Кот зашевелился, перебрался на плечо своего хозяина и сузил янтарные глаза, прослеживая каждое движение рыцаря. Ойкава был внешне спокоен, расслаблен. И говорил все тем же обласкивающим слух голосом, которым обращался к черному сгустку злости.       — Куроо сказал, что для человека ты очень силен. Я же понял, что ты честен, прямолинеен. В тебе нет хитрости, ты не ударишь в спину. Рыцарь, я предлагаю тебе остаться подле меня. Быть моим щитом и мечем. Верным союзником, — Ойкава погладил между ушами притихшего кота и сдул с глаз упавшую челку. — Сражайся и умри или назови свое имя, рыцарь, и верни долг, охраняя мою жизнь.       Иваизуми ошарашенно смотрел, не веря своим ушам. Его точно подводил слух. Великий Король Демонов верно его охарактеризовал, но сглупил, когда просто помыслил, что преданный рыцарь королевства примкнет к злу. Иваизуми медленно начал доставать меч из ножен, но замер на середине, поджимая губы и хмуря брови. Он был человеком чести, а Ойкава его спас, зная, что Иваизуми пришел за его головой.       — Аргх, — заскрипев зубами, он уставился злым взглядом на мягко улыбающегося Демона и резко загнал меч в ножны, тихо цедя свое имя: — Иваизуми Хаджиме.       — Хороший выбор, Ива-чан, — Ойкава широко улыбнулся, хлопнув в ладоши, а кот довольно уркнул, спрыгивая на пол и оставляя хозяина наедине с рыцарем.       Иваизуми качнул головой, избавляясь от промелькнувших в сознании воспоминаний, возвращаясь в реальность. Он подошел еще ближе к застывшему у зеркала Ойкаве и с нотками насмешки в голосе проговорил:       — Твой кошак опять слинял в деревню. Мне пришлось проверять округу и целостность амулетов.       — Куро-чан влюбился. На отшибе деревни поселился юный маг, Куроо ощутил его силу и пошел посмотреть, — Ойкава покачал головой, видимо, вспоминая подробности чужого рассказа. — Увидел невозможно красивого парня и влюбился, как человеческий мальчишка. Теперь бегает туда постоянно.       — В личине кота? — Иваизуми усмехнулся. Чертов Куроо, который издевался над ними с Ойкавой, когда узнал об их отношениях, теперь сам познал совсем не демоническое чувство — любовь. Пускай мучается. Иваизуми вот уже семь лет мучается, теперь и кошак узнает, каково это — кого-то любить. Рыцарь не злился на Куроо, который хорошенько его покоцал при первой встрече. Они даже поладить смогли, но вечные издевки вроде: «Ты великий завоеватель, Иваизуми. Пришел завоевывать замок Короля Демонов, а завоевал его сердце» или «Ты должен был воткнуть в Верховного Демона меч, а воткнул… ай, Ойкава, за что?», и еще «Ты вроде бы обычный человек, Иваизуми, а заставляешь кричать самого Короля Демонов. Надеюсь, что не от ужаса, когда ты снимаешь штаны. Ауч! Да тебя же не было поблизости, Ойкава!» и так до бесконечности. Куроо издевался над ними, как только мог. Ойкава уже и накладывал на него заклинания, чтобы тот не мог и слова молвить. И запрещал обращаться в кота. Мышей в замок напускал, чтоб кошак делом был занят. Ничего не помогало. Куроо обходил все заклинания, а во время запретов ходил таким несчастным, что даже Иваизуми становилось его жалко. Ойкаве и подавно. Тот обреченно всплескивал руками и позволял обратиться, чтоб потом целый час тискать кота, урчащего от удовольствия. Иваизуми поначалу даже ревновал, но вскоре понял — у Ойкавы с Куроо особая связь, в которой не было и намека на романтику. Они были семьей. Теперь Иваизуми тоже был ее частью. И еще ни разу не пожалел, что выбрал сторону Демона.       — Да, бегает к нему котом. Маг его кормит сметаной и гладит, — Ойкава нахмурился, поджимая чувственные губы, которые хотелось зацеловать. Явно ревновал своего кошака к магу, но не запрещал убегать из замка.       Иваизуми усмехнулся, подходя еще ближе и начиная снимать доспехи. Сегодня он больше не покинет Ойкаву, будет рядом. А если появится какая-то опасность, то Иваизуми любого разорвет голыми руками.       — Ива-чан, у меня для тебя есть подарок, — Ойкава будто не грустил пару мгновений назад. Его голос был переполнен восторгом. Иваизуми напрягся и застонал.       — Нет, Ойкава, никаких подарков, — строго проговорив, он откинул нагрудную пластину, сразу же исчезнувшую, как и ранее снятые наручи. Иваизуми знал, что найдет доспехи в своей комнате.       — Но почему, Ива-чан? Я несколько дней на него потратил, — Ойкава капризно надул губы и, скрестив руки на груди, отвернулся.       — Ты забыл, чем закончилось твое прошлое желание сделать мне подарок? — Иваизуми заметил, как напряглись плечи его личного демона, и усмехнулся: — Я не мог три дня спину разогнуть, Ойкава. Три дня. Даже твоя магия не помогала.       — Я не подумал, ладно? — Ойкава передернул плечами и обернулся, обиженно смотря. — Я не думал, что человеческое тело не справится с таким количеством магии. Ты же такой сильный, Ива-чан.       — Ты накачал магией мой меч, и когда я его хотел поднять, от тяжести сорвал спину.       — Ива-чан! Этот подарок тебе понравится!       — Показывай, что у тебя, — Иваизуми шумно вздохнул, смиряясь с неизбежным, зато Ойкава просиял.       — Иди сюда, Ива-чан, — полностью избавившись от доспехов, рыцарь подошел к Ойкаве, становясь сбоку от него, напротив большого зеркала в красивой резной раме.       Великий Король медленно повел ладонью по стеклу, и зеркало пошло рябью. Сначала картинка была мутной, но с каждой минутой становилась четче. В это время Ойкава рассказывал Иваизуми о том, что увидел на Обратной стороне, сверкая при этом алым взглядом.       — Я недавно пробрался на Обратную сторону, смог приоткрыть завесу человеческого мира. Скучного. Без магии, демонов, рыцарей, — Ойкава слегка улыбнулся, приваливаясь плечом к плечу Иваизуми. — Мне зеркало показало нас, Ива-чан. Мы существуем даже на Обратной стороне, представляешь? Даже в ином мире нас свела судьба.       Иваизуми молчал, смотря на двух подростков, о чем-то переругивавшихся в необычном просторном помещении. Они были одеты в странные одежды. Обрывки штанов, более похожие на исподнее, чем на приличную вещь. И сорочки были непривычного покроя. Цвет их одеяний был одинаков, но красив. Мальчишки в одежде отличались только цифрами на сорочках. И зачем им вообще эти цифры?       — Я наблюдаю за ними всего пару дней. Но уже кое-что узнал о том мире, — Иваизуми глянул на своего Демона, а потом перевел взгляд на зеркало, где была более уменьшенная версия Ойкавы. У него не было рогов, его глаза не отливали красным, постоянно сохраняя теплый карий оттенок. Парень был худее и выглядел слишком хрупким, ломким. Но это точно был Ойкава.       Иваизуми посмотрел на меньшую версию себя и недовольно поморщился. Так он выглядел лет в семнадцать. Лишь намек на развитую мускулатуру. А вот взгляд пацана ему понравился: жесткий, строгий.       — Они же ругаются, да, Ойкава? Почему? — Иваизуми знал, Великий Король слышит мелких и даст услышать и ему, когда посчитает нужным.       Ойкава лукаво улыбнулся, искоса посмотрел на Иваизуми и ожидаемо не ответил.       — Я узнал не только об их мире, но кое-что понял об их взаимоотношениях. Они влюблены друг в друга, но не решаются признаться.       Иваизуми выгнул левую бровь и скептично посмотрел на своего Демона.       — Если тот Ойкава хоть немного похож на тебя, то он бы не слез с мелкого меня, пока не получил желаемого. Ты мне год прохода не давал.       Ойкава на это фыркнул, снова переводя взгляд на зеркало.       — Ты просто слишком правильный, Ива-чан. И скучный. Если бы я сдался, ты бы так никогда не признал, что влюбился в меня с первого взгляда.       — Ага. Мечтай.       — А другого Ойкаву что-то сдерживает от действий, — проигнорировав слова Иваизуми, Ойкава продолжил как ни в чем не бывало.       — Там же нет магии. Что его держит?       — Ох, Ива-чан, ты такой чурбан. Видимо, какие-то более важные, ценные чувства.       — Ты же все знаешь. Может, прекратишь говорить загадками?       Ойкава тихо засмеялся и покачал головой, собираясь и дальше изводить Иваизуми. Ему было любопытно, что происходит между двумя пацанами, как вообще они живут в том странном мире, где даже освещение было каким-то непривычным. Более холодным, ненастоящим.       — Расскажу только, что они вместе ходят в школу. У них очень большие школы, из камня сделаны, и детей очень много. А наставники слишком молодые, чтоб чему-то научить, — Демон повел плечами, не понимая устройства Обратной стороны, но не оспаривая. — Также они играют в какую-то странную игру с мячом. Мяч больше, чем у наших деревенских ребятишек. Но игра выглядит интересной, хоть я еще не до конца понял правила.       Иваизуми отвел взгляд от двух фигур, до сих переругивавшихся между собой, и осмотрел большое помещение, где на ярко выкрашенном полу увидел несколько цветастых мячей. Стало интересно, что это за игра, когда столько мячей, а игрока всего два. Ойкава будто мысли его подслушал, начиная рассказывать более подробно.       — В игре принимают участие двенадцать человек. Две команды. И они перебрасывают мяч через натянутую на приличной высоте сеть. Как я понял, моя несовершенная версия не такой и никчемный для человека, он капитан, — Иваизуми хмыкнул, глянул на улыбающегося Демона, который явно был в восторге, попав на Обратную сторону. — Они сейчас ругаются из-за того, что Ойкава слишком много тренируется, не знает меры. А Иваизуми, который даже в том мире заботится обо мне, ругает его за это. У них скоро какие-то важные состязания… Ладно.       Демон махнул рукой, и на Иваизуми обрушился немного искаженный звук с Обратной стороны. Он затаил дыхание, смотря на подростков, стоящих напротив друг друга.       — Я тебе сейчас всеку, Дуракава, — рыцарь выгнул левую бровь, скашивая взгляд на недовольно скривившегося Демона. Так вот почему он не хотел давать их услышать. Какое интересное, а главное, подходящее прозвище. — Пойдем переодеваться — и домой. Иначе я потяну тебя силой.       — Ива-чан! У нас скоро соревнования, мне нужно чуть больше времени, тренировок не хватает.       — Аргх, Ойкава… — мелкий Иваизуми нахмурился, шагнув ближе. Было понятно, что его терпение на исходе. — Побереги силы, придурок. Кому ты сделаешь лучше, если загоняешь себя перед соревнованиями?       — Еще десять подач, Ива-чан. Пожалуйста, — Ойкава смотрел так просяще, что у рыцаря сердце дрогнуло. Он никогда не видел такого взгляда у своего Демона. Он бы точно не выдержал, сдался бы. Рыцарь, называется. Зато его уменьшенная версия, видимо, привычная к такому Ойкаве, грозно ответила «Нет».       — Ива-чан, — Демон снова взмахнул рукой, и звук пропал, хоть подростки не перестали спорить. Иваизуми посмотрел на Ойкаву, стоящего рядом с ним, и наткнулся на такой понимающий взгляд и опасную улыбку, что холодок пробежался вдоль позвоночника. — Тебе понравился тот Ойкава. По глазам вижу, что понравился. Это и есть мой подарок.       — Мм? — Иваизуми нахмурился, непонимающе смотря на тихо смеющегося Демона, у которого ярче загорелись глаза, переливаясь алым. Ойкава готовился использовать магию.       — Я отправлю тебя на Обратную сторону…       — Нет, я не оставлю тебя одного, Ойкава. Куроо нет, тебя некому будет защитить, если кто-то нападет, а ты ослабеешь после такого сильного заклинания.       Ойкава мягко улыбнулся и встал напротив Иваизуми, закрывая ему зеркало. Он накрыл его лицо ладонями и нежно коснулся губ своими, тихо нашептывая:       — Все будет хорошо, Ива-чан. Если я почувствую опасность, я сразу же верну тебя.       Иваизуми обнял своего Демона, обвивая его талию руками, смотря в чарующие глаза, в очередной раз сдаваясь им.       — Пойдем вместе?       — Не могу. Там нет магии, я не смогу вернуть нас обратно. Куроо смог бы, но я не хочу ему это показывать, — Иваизуми понятливо хмыкнул. Кошаку нельзя было давать новый повод для шуток. Он только недавно успокоился, свыкся с их отношениями, перестав при каждом удобном случае издеваться. — Ива-чан, насладись этим невинным мальчишкой. Пускай твое отражение из другого мира увидит, как хорошо Ойкаве может быть в надежных руках.       — Я же не буду сдерживаться, Ойкава, — Иваизуми теснее прижал Демона к себе, касаясь его губ легкими поцелуями. — Оторвусь по полной программе, не щадя твоих чувств. Зная, что ты смотришь, я распалюсь только сильнее.       — Да, пожалуйста, — Ойкава отклонился, не дал себя поцеловать, широко улыбнулся и выскользнул из объятий, становясь рядом. — Ни в чем себе не отказывай, Ива-чан.       Воздух завибрировал, зеркало снова пошло рябью, а Ойкава начал тихо нашептывать заклинание, от чего его глаза буквально горели алым.       — Пообещай, что вернешь меня, если здесь что-то произойдет? — Ойкава не ответил, так как был занят заклинанием, но кивнул головой, безмолвно давая обещание. Этого Иваизуми хватило, чтоб отправиться на Обратную сторону.       Иваизуми даже не ощутил перехода. Секунду назад он стоял в освещенной свечами обители Великого Короля Демонов, а сейчас оказался в залитом ярким светом помещении. Прям сзади мелкого Ойкавы, который был ниже Иваизуми. Рыцарь плотоядно улыбнулся, подходя вплотную и касаясь талии, сразу же задирая на мелком сорочку, обнажая спину. Его Ойкава был выше, шире в плечах, мощнее, он источал силу, а этот был обычным хрупким человеком, вздрогнувшим от неожиданного касания.       Парень, уходя от прикосновения, вжался в мелкого Иваизуми и обернулся, ошарашенно смотря на мужчину. Рыцарь прижался со спины, вжимаясь пахом в маленький, но аппетитный зад, второй рукой поддевая резинку штанов и начиная тянуть их вниз. Ойкава дернулся, что-то сдавленно прошептал и вспыхнул ярко-красным. Мелкий Иваизуми окаменел. Смотрел большущими глазами, поддерживал опирающегося на него друга и более никак не реагировал. Эффектное появление устроил его личный Демон, Иваизуми нравилось.       Первым нарушил тишину мелкий Иваизуми, смотря на свою более взрослую версию поверх плеча зажатого Ойкавы, который замер под ласками, как кролик перед удавом. Демон не был таким скромным, он сам провоцировал, сам прижимался и целовал так, что у рыцаря колени подкашивались. Эти воспоминания и обожаемое, хоть и юное, тело в непосредственной близости сделали свое дело. У Иваизуми кровь начала приливать к паху, прижимающемуся к заднице.       — Какого чёрта? — хрипящий голос его немного охладил. Иваизуми посмотрел в глаза своей копии и кривовато усмехнулся.       — Не чёрта, а Демона, — усмехнувшись, рыцарь провел носом по шее Ойкавы, втягивая его аромат, смешанный с запахом пота.       Мальчишка пах иначе, но все равно очень вкусно. Обняв его одной рукой поперек живота, второй удерживая задранной сорочку, Иваизуми отстранил несопротивляющегося подростка от мелкого себя и чувственно поцеловал в шею. Ойкава в его объятиях вздрогнул и напрягся, обеими ладонями вцепляясь в обнимающую его руку.       — Отпусти его, — мелкий Иваизуми так и не пришел в норму, с трудом выдавливал слова, пораженно пялясь на них с Ойкавой. Хотел защитить своего друга, но пока не мог даже пальцем пошевелить. Слабак.       — Ты кто? — Ойкава впервые подал голос, произнеся что-то связное, понятное.       Прижимаясь к нему всем телом, Иваизуми чувствовал, как бешено бьется его сердце, готовое проломить ребра. Боялся, но не истерил, не орал, серьезно не вырывался. Хотя, возможно, ему было не под силу разжать железные объятия Иваизуми. Он хмыкнул и снова поцеловал в шею, откровенно наслаждаясь мягкостью кожи под губами.       — Разве ты не понял еще? — переведя ладонь на подбородок подростка, Иваизуми повернул голову Ойкавы вбок и накрыл его губы поцелуем, смотря в широко распахнутые глаза поплывшим от новых ощущений взглядом. Мальчишка не отвечал на поцелуй, но не пытался закрыть рот, позволяя целовать глубоко, страстно.       Боковым зрением Иваизуми заметил, как дернулась вперед его мелкая копия, наконец решившая вмешаться, но подросток натолкнулся на невидимую стену и сел на задницу, шокированно смотря. Рыцарь улыбнулся в поцелуй, мысленно благодаря своего Демона, который не позволял мешать пиршеству тела. Ойкава в его руках шумно дышал носом и уже не так сильно впивался пальцами в его руку. Он даже глаза прикрыл, робко, неуверенно начиная отвечать на поцелуй.       — Дуракава, ты чего творишь? — хриплый, полный эмоций голос заставил Ойкаву отвернуть лицо, прерывая поцелуй. Иваизуми это позволил, ощущая, что парень сдался. Что по его венам тоже потекло желание, направленное на него.       — Это же ты, Ива-чан. Взрослый ты, — Ойкава тихо шептал, смотря на своего друга, а потом обернулся к рыцарю, с надеждой заглядывая в его глаза. — Правда?       — Ага. Догадливый ты мой, — Иваизуми погладил парня по животу, медленно спускаясь к его паху, забираясь кончиками пальцев под резинку немного спущенных штанов. Он перевел взгляд на мелкого себя, который так и остался сидеть на полу, вовсю пялясь на них, и грубовато проговорил: — А ты или присоединяйся, или не мешай.       Ойкава шумно выдохнул и прикрыл глаза, когда Иваизуми накрыл его член ладонью. Мелкий замер, смотрел на них нечитаемым взглядом, и ничего не говорил, не отвлекая рыцаря от юного Ойкавы. Отзывчивого на ласки, чувственного, тихо постанывающего от скольжение огрубевшей ладони по члену, и опирающегося на рыцаря всем телом, ища поддержки.       — Ты из будущего? — Иваизуми, горячими поцелуями осыпающий нежную кожу шеи, прервался, смотря на раскрасневшегося Ойкаву, который не сводил с него мутноватого взгляда:       — Нет, из другого мира.       — Ох, — Ойкава вздрогнул, стоило Иваизуми сильнее сжать его член, медленно ведя от основания к головке, грубовато оглаживая ее и скользя лаской обратно. Парень уже был возбужден, как и Иваизуми, жадно вжимающийся пахом в ягодицы. Малейшее движение Ойкавы, и у рыцаря мурашки по коже разбегались, а внизу живота приятно тянуло.       Ойкаву хотелось нагнуть и хорошенько трахнуть, не обращая никакого внимания на мелкого Иваизуми, который только тупо смотрел, не уходя, но и не присоединяясь. К сожалению, нельзя было позволить себе этого, тщательно не подготовив парня. Приятно пахнущих масел Демона не было под рукой, что было упущением, ведь придется использовать быстро высыхающую слюну.       Ойкава заерзал в его руках, попытался повернуться к нему всем телом, но Иваизуми не дал, сильнее сомкнув объятия и теснее вжавшись крепким стояком в зад.       — Нет.       — Но мне стыдно. Ива-чан смотрит… — Ойкава чуть слышно шептал, просяще смотря на рыцаря. Иваизуми усмехнулся и коснулся губами его уха, тихо, чтобы слышал только парень, проговаривая.       — Пускай смотрит. Он хочет тебя, любит, не может не любить. Я влюбился в своего Ойкаву, стоило посмотреть в его глаза, — Ойкава мягко улыбнулся, так же, как улыбался его Демон, и счастливо заблестел взглядом.       По телу Иваизуми прошлась горячая волна, покалывающая кожу. Иваизуми кривовато улыбнулся, прекрасно зная — его Демону не нравится не слышать, что говорит рыцарь юному Ойкаве.       — Давай, поцелуй меня, — так же тихо прошептав на ухо, Иваизуми чувственно провел ладонью по члену парня, срывая с его губ тихий, полный удовольствия стон.       Ойкава обернулся к нему через плечо, вплел ладонь в жесткие пряди и поцеловал, неумело, но пылко, стараясь сделать приятно. Иваизуми смотрел на него, а парень искоса смотрел на мелкого Иваизуми, зазывая, соблазняя. Умный негодник. Узнал о чувствах своего друга и начал давить на него всей мощью.       — Молодец, Ойкава, — притираясь к парню членом, целуя и покусывая его за ухо, Иваизуми двумя ладонями стащил с него штаны и исподнее, неприлично обтягивающее задницу, и огладил нежную кожу внутренней стороны бедер.       Ойкава задрожал в его руках, переступил ногами, шире развел их, задышал чаще и еще ярче покраснел. Но взгляда от мелкого Иваизуми не отвел, одними губами зовя его по имени. Вернув одну ладонь на член Ойкавы, другой рукой рыцарь огладил торс, задевая подушечкой большого пальца сосок и вызывая у парня новую волну дрожи. Он выпутал руку из-под сорочки и провел по шее, которую можно легко переломать, если сильнее сжать на ней руку. Такой хрупкий, беспомощный, доверчивый. Иваизуми укусил за шею, языком придавливая бьющуюся жилу, и накрыл ладонью рот Ойкавы, с нажимом ведя по губам двумя пальцами. Парень приоткрыл рот, позволяя скользнуть в него фалангами, и Иваизуми чуть ли не зарычал, чувствуя манящую влажность и тепло.       Его снова всего обожгло жаром, а в районе паха прожгло до боли. Рыцарь дернулся, немного отстраняясь от Ойкавы, и запустил руку в карман своих штанов, где ему пальцы обдало теплом стеклянного флакона с маслом. Он тихо засмеялся, упираясь лбом в плечо парня, который не понимал, что происходит и почему Иваизуми прервался.       — Пожалел мальчишку… Все же хреновый из тебя Демон, — тело вновь обдало болезненным жаром, но рыцарь только громче засмеялся. — Да понял я. Хорошо его подготовлю.       — Ива…изуми, — Ойкава в его руках тихо позвал его, явно чувствуя себя некомфортно из-за заминки и слов Иваизуми.       — Расслабься, Ойкава. Ни о чем не думай — чувствуй, — помочь подростку познать чувственное удовольствие было желанно, рыцарь был лишен этого со своим Ойкавой, тот сам его всему обучил. Направил, рассказал, как правильно, показал. И теперь Иваизуми представилась возможность подтолкнуть мелких, продемонстрировать, как им может быть хорошо вместе. И никакой это не подарок, Демон его отправил сюда, чтоб помочь своей человеческой копии получить желаемого человека. Заботливый такой, самый лютый и кровожадный Демон их земель. Иваизуми усмехнулся, мягко поцеловал в шею и достал из кармана стеклянный флакон с прозрачной жидкостью.       Взяв Ойкаву в кольцо из рук, рыцарь перед ним открыл приятно пахнущее масло и вылил практически все содержимое на правую ладонь, откинув флакон за ненадобностью. Масло потекло сквозь пальцы, капая на пол и попадая на крепко стоящий член парня, шумно дышащего и жадно смотрящего на руки Иваизуми. Рыцарь сместился немного вбок, открывая себе доступ к заднице, и окинув ее горящим желанием взглядом, провел ладонью между ягодиц, размазывая по нежной коже стекающее масло. Плавно, не желая ни напугать, ни сделать больно, Иваизуми ввел в тугое, девственное тело средний палец, вошедший легко из-за обильного количества масла. Ойкава задрожал в его руках, напрягся всем телом, шумно выдохнул и постарался расслабиться, опираясь всем телом на Иваизуми.       — Хороший мальчик, — довольно усмехаясь, рыцарь неторопливо двигал пальцем в тесноте внутренних мышц, позволяя привыкнуть к новым ощущениям, прежде чем ввел второй палец. Ойкава застонал, крепко прижмуриваясь и упираясь лбом Иваизуми в плечо. На этот звук, полный эмоций, отозвался мелкий Иваизуми, дернувшийся, невольно подающийся вперед. Рыцарь посмотрел на подростка и хмыкнул, заметив, как топорщатся его штаны в районе паха. Хочет. Очень хочет Ойкаву, но почему-то продолжает сидеть на заднице, не присоединяясь к пиршеству.       Иваизуми медленно растягивал юного Ойкаву, зарывшись носом в его пряди, вдыхая запах пота и возбуждения, приправленного пьянящим ароматом масла, заполнившего все просторное помещение. Искоса поглядывая на свою заторможенную версию, рыцарь свободной ладонью накрыл член парня, в том же неспешном темпе растирая по нему капли масла, заставляя Ойкаву дрожать сильнее и стонать громче. Чувствуя, как подаются внутренние мышцы, не сжимающиеся на пальцах, Иваизуми осторожно добавил третий палец, втиснувшийся с трудом. Ойкава вцепился двумя руками в рубаху рыцаря, и начал шептать его имя, чередующееся с громкими, чувственными стонами. Рыцарь понимал, что парень зовет не его, но это совсем не задевало. Дома его ждал Демон, для которого именно он самый нужный. А сейчас у него важная миссия, от которой у самого в штанах было слишком тесно и горячо.       Ойкава еле стоял на ногах, он невольно двигал бедрами, толкаясь членом в ласкающую ладонь, и сам же насаживался на пальцы, крупно вздрагивая и сладко выстанывая свои ощущения. Парень снова посмотрел на мелкого Иваизуми и тихо простонал его имя, судорожно втягивая воздух, когда рыцарь резче ввел в него пальцы, задевая чувствительную точку.       — Иди сюда, пацан, — грубо проговорив, понимая, если это не сделает мелкий, то Иваизуми не сдержится и сам трахнет Ойкаву, он тяжело глянул на свою копию и качнул головой.       Тот наконец отмер. Подскочил на ноги и ринулся вперед, забыв, что совсем недавно врезался в невидимую стену. Ее уже не было. Мелкий подошел и замер в нескольких сантиметрах от сгорающего в желании Ойкавы. Усмехнувшись, рыцарь вытащил пальцы из девственного тела и, сжав плечи парня, резко повернул его к себе лицом, чуть подталкивая, чтоб он прижался спиной к хрипло выдохнувшему другу. Тот не растерялся, крепко сжал бедра, будто боялся отпустить, потерять, и прижался всем телом, потерянно смотря в глаза рыцаря поверх плеча разделяющего их Ойкавы.       — Хватит тормозить, пацан. Сделай это, — мелкий кивнул, теснее прижался и поцеловал в шею, поверх того места, где рыцарь оставил свой след.       Ойкава руками оперся на грудь рыцаря, поддерживающего его за запястья, и смотрел совсем пьяным взглядом. Иваизуми не удивился бы, узнав, что Демон добавил что-то в масло, стекающее по светлой коже бедер. Усмехнувшись, он одной рукой подцепил подбородок парня и запрокинул его голову, накрывая губы поцелуем, целуя мокро, чувственно, томительно-нежно. Мелкий Иваизуми завозился за спиной парня, зашелестела ткань, и через пару мгновений Ойкава протяжно простонал в поцелуй и пальцами вцепился в его сорочку, процарапывая кожу. Рыцарь шумно выдохнул носом, чувствуя, как собственный член заходится пульсацией. Как же хотелось самому ощутить тесноту юного тела, но он не мог отнять это право у своей копии с Обратной стороны.       Дорвавшись до желанного тела, пацан не церемонился, брал Ойкаву быстро, грубо, каждым толчком выбивая из парня стоны. Ойкава не отвечал на поцелуй, только цеплялся за рыцаря и крепко жмурился, шумно дыша и хрипло постанывая. Хмыкнув, Иваизуми немного подался назад, смотря на мелкого себя, у которого глаза были совсем сумасшедшие, голодные, жадные, как и его действия.       — Не только у тебя есть член, придурок, — пацан вздрогнул, вскинул растерянный взгляд, сбиваясь с ритма, но кивнул, и переместил одну ладонь с бедра Ойкавы на его плоть.       Ойкава задрожал и громко простонал через чуть приоткрытые, покрасневшие после поцелуев губы. Отлично. Терпеть больше не было сил. Иваизуми отцепил от своей сорочки тонкие пальцы и шагнул назад.       — Ойкава, верни меня домой. Хочу к тебе, — он даже голос не повысил, зная — его личный Демон услышит.       Иваизуми моргнуть не успел, как оказался в замке, перед полностью обнаженным и стоящим на коленях Демоном. От его глаз медленно отливал алый, уже через пару мгновений Ойкава смотрел на него темным взглядом, полным желания. И улыбался. Так чувственно, так сладко, что эту улыбку хотелось зацеловать.       — Я подарил тебе невинного девственника, а ты выбрал порочного демона, — Ойкава медленно облизал губы и, продолжая улыбаться, поманил его когтистым пальцем. — Иди сюда, Ива-чан.       Иваизуми усмехнулся и подошел вплотную, забывая обо всем, кроме Великого Короля, невозможно восхитительно смотрящегося на коленях. Ойкава развязал пояс на его штанах, спуская их вместе с исподним, и горячим поцелуем коснулся низа живота, позволяя крепкому члену скользить по его горлу. Демон крепко удерживал его за бедра, выцеловывал живот и медленно подбирался к истекающему смазкой члену.       — Мм, Ива-чан, как ты пахнешь, — блеснув исподлобья голодным взглядом, Ойкава медленно, раздразнивая, провел языком по стояку, от основания до головки, пощекотав ее самым кончиком.       Иваизуми вздрогнул, вплел одну руку в шелковистые пряди, сжимая их возле рога, поглаживая его основание большим пальцем. Ойкава зарычал, задышал тяжело и снова чувственно облизал член рыцаря, придерживая его одной рукой. Демон вытворял своим ртом что-то невообразимое, заставляя колени Иваизуми подгибаться. Он оставался на ногах лишь силой воли. Иваизуми не вмешивался, позволяя действовать самостоятельно, зная — Ойкава расстарается на максимум, удовлетворяя своего верного рыцаря.       Его уже всего трясло, когда Демон взял в рот, плотно смыкая вокруг ствола губы и медленно принимая всю длину, позволяя головке упереться в горло. Иваизуми сильнее сжал волосы Ойкавы и грубее провел по костянистому основанию, заставив Демона утробно зарычать, от чего по члену прошлась мощная вибрация. Рыцаря затрясло, он тяжелее задышал, хрипло выталкивая воздух сквозь стиснутые зубы. Он смотрел в порочные, затянутые похотью глаза своего Демона и сходил с ума. Ойкава, чувствуя состояние партнера, сразу же взял быстрый темп, помогая себе рукой, надрачивая у основания.       Иваизуми был перевозбужден после Обратной стороны, так еще и вид Ойкавы, встречающего его на коленях, добил, поэтому надолго его не хватило. Демон так плотно смыкал губы, так чувствительно водил кончиком языка по вздувшимся венам, что рыцаря всего перетряхивало, а удовольствие полнилось, скапливалось.       Когда удовольствием обожгло низ живота, Иваизуми дернул Ойкаву за волосы, оттягивая от своего члена, и кончил на улыбающееся лицо довольно жмурящегося Демона. Рыцаря перетряхнуло удовольствием, и он рухнул на колени напротив Ойкавы, смотря на того сытым взглядом. Ойкава облизывался, стирал тонкими пальцами потеки спермы с щек и подбородка и слизывал их, не отводя от Иваизуми взгляда.       — Зачем мне невинный мальчишка, когда рядом со мной любимый Демон? — усмехнувшись, заметив, как вспыхнули алым чужие глаза, Иваизуми обнял кинувшегося на него Ойкаву и ответил на его поцелуй, переполненный чувствами и эмоциями.       — Ива-чан, а тебя хватит на еще один заход? Я очень возбудился, — Демон, прижавший его к полу всем весом, повел бедрами, отираясь возбужденным членом о пах Иваизуми, и снова поцеловал, без магии заставляя тело Иваизуми гореть.       Рыцарь резко опрокинул Демона на спину, подминая под себя, и выдохнул в припухшие губы:       — Еще пощады запросишь, Дуракава.       ***       Иваизуми возвращался с очередного обхода окрестностей, проверив целостность защитных амулетов. Ойкаву он снова нашел перед зеркалом. Тот продолжал следить за подростками, живущими на Обратной стороне. Снова ворвавшись в залу, Иваизуми скинул шлем и неторопливо начал стягивать наручи, медленно приближаясь к обернувшемуся Демону.       — Что там у них?       — Кошмар, Ива-чан. Они трахаются, как кролики. Юный Иваизуми не дает покоя моей человеческой копии, — Ойкава звучал возмущенно. Мелкого Ойкаву, что ли, жалел? — Но, понятное дело, Иваизуми всего семнадцать. Он полон сил. Вот и использует любую возможность, чтобы побыть с любимым.       Иваизуми нахмурился, понимая, что посыпались камни в его огород. Не прогадал. Ойкава продолжил, строя при этом расстроенное выражение лица.       — Куда тебе до него, Ива-чан? Тридцать два — не семнадцать. Я понимаю, все понимаю. Возраст уже не тот, сил не хватает.       Рыцарь зарычал, откидывая грудную пластину и грозно надвигаясь на засмеявшегося демона, совсем не испугавшегося хмурого вида Иваизуми, лязгающего доспехами при каждом шаге.       — Я тебе сейчас покажу, какой там у меня возраст, Дуракава.       — Ахахаха, Ива-чан!