Цена Покушения

      — Я говорил тебе вести себя хорошо...       Это был просто плохой день.       — Но что ты сделал? Снова попытался грохнуть меня?       В другой раз Влад бы просто остановил атаку, прижал к земле и посмеялся. Но сегодня выкипает накопленный гнев.       — Ты, мелкое отродье!       Как будто всего этого было мало: огромный шрам от когтей, словно звериных, ожог, удар около виска об асфальт, так теперь ещё и электроразряд. Дэнни больше не может сдерживаться и кричит. Влад будто пытается его сплавить с асфальтом, так сильно всё ещё прижимает к земле мальчика.       Наконец, в полубессознательном состоянии, Дэнни обращается в человека. Он тяжело дышит: грудь скоро сжимается почти вполовину и расширяется. Со рта спадает слюна, смешанная с кровью. Он разбит, жалок, специально держит глаза закрытыми, чтобы не видеть это чудовище, терроризирующее его чуть больше года. Удивительное зрелище. Прекрасное зрелище. Влад не знает, когда точно стал таким садистом, но влияние призрачной зоны и одиночество сыграли свою роль. Зато теперь он наверняка знает, что его успокоит, как и сейчас. Гнев и раздражение начали уходить, но стоило Дэниелу почувствовать себя лучше, как они [эмоции негативные] вернулись.       Плазмиус создаёт одну из излюбленных своих эктоплазмических конструкций: цепь с кандалами. Она сразу закрепляется на шее и руках Дэнни.       — Поднимайся! — грубо приказывает Влад, резко потянув цепь вверх влево. Мальчик скашливает и поднимается на колени. Влад выпрямляется в полный рост. Цепь он всё ещё держит натянутой, но не слишком, а ровно так, чтобы Дэниел, никуда не тянясь, поднимал голову.       Следы ранений остались на обычной одежде Дэнни. Как он будет объяснять это Джеку и Мэдди, Плазмиуса совсем не волновало. Его лишь беспокоило то, что у парня оставались силы на злость. Так дело не пойдёт.       — Ты так сердит, Дэниел. Не стоит. Ведь именно в таком виде призраки самые аппетитные. А о твоём отличном вкусовом сочетании эктоплазмы и мяса и говорить не стоит. — То ли для бо́льшего эффекта, то ли, сам проголодавшись от таких слов, образ Плазмиуса стал сменяться на жуткий и это подействовало.       На лице Дэнни появился страх, а в душе — ужас; их он попытался сдержать, придав тем самым смешное выражение лицу.       "Нет, он не съест меня. Я точно знаю. Я, типа, его „сынок”. Но почему... мне так страшно?"       Плазмиус расплылся в довольной улыбке. Наконец то, что ему нужно.       — Хорошо, Дэниел. Давай повторим правила для нашей мирной игры... Первое.       Дэнни не хотел принижаться и говорить это. Он пытался разозлиться, но видя, как старший нахмурился, страх взял всё под контроль.       — Держать всё в секрете. — "О, нет, я сказал это. Почему я не могу разозлиться?! Проявить характер?!"       — Второе, — издевательски усмехнулся Влад. Несомненно, это полная победа.       — Не сбегать. — Теперь слова из Дэнни шли свободно, без подгонок.       — Третье.       — Повиноваться.       — И четвёртое.       — Не делать глупостей.       — Какую глупость ты сделал, сын?       — ...Попытался убить тебя.       Как жаль, Владу вовсе не пригодились эти цепи. Конструкция исчезла и Плазмиус опустился, крепко прижимая к себе, мальчика, улыбаясь от уха до уха.       — Я рад, что мы быстро закончили. — Дэнни всё ещё держит руки за спиной, не шевелясь. Он даже не сменил выражение лица, а внутри ругает себя за слабость. — ...Ну же, обними папочку.       Дэниел дёрганными, робкими движениями касается кончиками пальцев талии Плазмиуса, а затем сильно впивается этими пальцами. Мальчик хочет заплакать. Он ненавидит Влада и не может уничтожить даже в самый удачный момент.