Начиная с конца, Заканчивая вечностью

00.00.0000

*По ту сторону*

Пустота. Пустота, кричащая и раздирающая легкие до крови. Пустота, которая продиралась своими холодными руками под кожу, пуская по венам раскалённый метал. Он звоном разливался в ушах ядовитым смехом и бликами чёрных глаз напротив. Конец, конец, теперь уж точно конец. Мысли в голове коммуниста роились цепляясь друг за друга, пытаясь продраться через пелену шока и непонимания. Ведь он был мертв. Союз самолично видел, как он поджег себя в здании рейхстага. Как огонь отражался в его черных глазах. Эти долгие крики перерастающие в смех долго преследовали его в тоскливые часы одиночества, добивая в предсмертные минуты. Этот смех , язвительный, ядовитый, звучал все громче на фоне боя часов, которые отсчитывали последние мгновения жизни . А теперь. Теперь он здесь. Совет смотрит на брюнета, откинувшего голову назад, смеясь и исказив лицо в ядовитой усмешке. Так же, как и 46 лет назад. На нем не осталось ни одной раны или ожога, только мелкие шрамы покрывавшие щеки и шею на мертвенно-бледном полотне кожи. Горящие прикрытые глаза бегали в истерике. Ровные зубы с двумя выделяющимися клыками выглянули из под бледных губ, когда Рейх ухмыльнулся. - Я ведь говорил что мы ещё свидимся, -почти не шевеля ртом произнёс Третий, смотря прямо в уставшие голубые глаза напротив. Не выдержав такого пристально взгляда, Совет отвернулся и глубоко вздохнув опустил голову, чувствуя, как фюрер прожигает дыру в его спине своими цепкими, темными и огненными глазами. - Забавно, - словно выдохнув это слово, он поднял голову, но так и не развернулся. И его оппонент прошипел: - Забавно, опять забавно. Как же ты любишь это говорить. А знаешь в чем правда?- и Рейх резко подошел к союзу хватая того за волосы, заставив наклонив назад так, чтоб ухо коммуниста оказалось возле его пересохших губ. - Ничего забавного тут нет. Ни-ЧЕ-Го — разделяя слово по слогам, он все сильнее оттягивал волосы, причиняя коммунисту боль в районе затылка — Только пустота и темень. Ты мертв ,meine Liebe, я ведь говорил, и ты всегда знал что это случится. И знаешь что, дорогой, - оттянув волосы ещё ниже, фриц продолжил- Теперь тебе не убежать, - шептал Рейх, шелестя сухими губами переходя на зловещие, низкие ноты. Союз стоял изогнут в спине, и эта поза была настолько неустойчивой и неестественной, что появлялось ощущение вида тряпичной куклы в стальной хватке рук Рейха. Но СССР был словно не здесь, ему было абсолютно все равно. Он был погружён в свои мысли. Казалось, он ещё там, в Москве, стоит у окна и все это всего лишь плод его больной фантазии. Эти мысли притупляли физическую боль, при этом выводя моральную на первый план. Неужели там остались его дети, совсем одни? А ведь он обещал, обещал запустить самый красивый салют на Новый год, что подарит всем подарки и они уедут в горы. Перед ним все ещё стояли зеленые заплаканные глаза его малышки. Он не знал, что будет дальше, не знал где он и что произойдёт с ним. Из раздумий его вывел резкий удар об пол, или об то, что должно быть полом. В кромешной темноте не видно было абсолютно ничего, только мужчина в форме, стоявший уже над ним и смотря уничтожающим взглядом на совета. Что же будет дальше ? - Что же будет дальше? - пронеслось у него над головой , похоже коммунист и не заметил как произнёс это в слух. – Что же будет дальше? - словно всерьёз задумаясь Рейх, начав ходить по кругу, словно меряя шагами бесконечное пространство вокруг. И в момент, когда он отошёл достаточно далеко СССР наконец дал себе внутренний Пинок рывок и встал на ноги, величественно смотря на фрица. Увидев это, Рейх улыбнулся ядовитой усмешкой и прошипел: - Ну наконец, а я то думал ты так и будешь лежать как alten hund*, -Снаружи оставаясь непоколебимым произнёс фриц . На самом деле напрягаясь, помнив тот момент как он сам попал в это место, и в каком состоянии ходил первые часы. Он беззвучно удивился мужеству русского, но ни один нерв на его лице не дрогнул, разве что только глаза начали еще больше цепляться за оппонента. - Знаешь, ведь я уже давно не так молод, как был в ту ночь в рейхстаге. И я уже победил. Смирись , нацистская псина, ты не смог победить меня, когда я был молод и еще немного глуповат. А сейчас , сейчас-это открытое самоубийство, - проговорил Союз настолько четко и уверенно, что взгляд его врага на секунду явно переметнулся и стал испуганным - Хотя наверное самоубийство твой конек , да? - сверкнув ярко голубыми глазами добавил он, чтобы окончательно выбить Рейха из колеи. И только когда Союз осознал, что он слаб чтобы драться и остыл, он понял что уже поздно. На его глазах Рейх резко переменился в лице, стало видно, как в нем просыпалась невероятная ненависть, которая уже потрескивала первыми искрами в бездонных черных глазах, искажала тонкую линию бледных губ. Смотря на это, голубоглазый не изменился в лице, но еле поборол желание попятится назад, когда Рейх стал медленно к нему приближаться, вытащив из ножен с левой стороны бедра тонкий нож, который даже больше походил на кинжал, с сверкнувшим лезвием и черной свастикой на рукояти. Это был очень дорогой предмет для рейха, нож гитлерюгенда*, изготовление которого датировалось 1933 годом . Настолько бесполезная при его звании безделушка была безумно дорога Рейхканцлеру . Нет, этим ножом он бы не стал никого убивать, это слишком утонченный предмет для этого, такие вещи были созданы для чего то более интересного. Все еще стоя на ногах, Союз смотрел с недоумением на Рейха, который подходил все ближе. Когда их глаза сравнялись на расстоянии 20-30 сантиметров друг от друга, Рейх поднял нож прямо между их лицами и тихо проговорил, смотря не на собеседника а больше на лезвие одурманеным, затемнённым ненавистью взглядом: - Чтож, Союз. Смотрю я на тебя и думаю, осталась в тебе какая-то честь всё-таки. Я ведь вижу. Ты еле стоишь на ногах, но пытаешься быть благородным, - наклонив голову немного на бок, вместе с ножом смотря ровно на него, больше себе проговорил: - Да уж , годы прошли, а ты все прежний. Голубые глаза, пепельные волосы, гладкие черты лица , - А после резко приставив нож к щеке союза, прошипел ему на ухо- обидно будет, если с ними что-то случится, - И увидев явный страх в глазах напротив, резко провёл по щеке краешком лезвия от чего Союз мгновенно отвернулся, схватившись за щёку. И Фрицу явно это нравилось, в его глазах начали плясать искры садистического наслаждения, заставляя растянутся губы в легкой улыбке. - Зачем я тебе? - поговорил Союз, даже не поворачиваясь к брюнету лицом. - Зачем ? Ты ещё спрашиваешь? Meine liebe*, это месть. А это блюдо подают холодным. Это во-первых. А во-вторых, я с детства странный и избалованный ребёнок, если я увидел что-то что мне нравится... - и сделав зловещую паузу он демонстративно выдохнул- Я буду этим обладать, — И взяв за подбородок пепельноволосого он развернул его лицо к своему и наклонился к голубоглазому за поцелуем специально прикусывая ему губу ( не дождётесь , рано ещё ) И продолжил шептать прямо ему в лицо — А то, что тебе нравится куда интереснее ломать, - И он ухмыляясь берет обессиленного коммуниста за волосы и откидывает на пол, попутно пиная в живот.Он долго разглядывал лежащего. Широко открытые глаза смотрели наверх не моргая, и будто в попытках найти выход блуждали по темноте. Но выхода не было. Нацист аккуратно присел рядом, сложив ноги друг на друга и достав из кармана своей формы сигарету, закурил. - И зачем? Ведь сейчас я стар. Возможно раньше, да. Но сейчас, возможно ты сбредил... - Произнес хриплый голос, и Совет развернув голову в сторону рейха уставился на него с вопросительным взглядом. Но его встретил только удивленный и пренебрежительный взор Рейха, который без слов просто достав из внутреннего кармана маленькое зеркальце протянул его пепельноволосому. Совет присел с ужасным трудом под насмешливым взглядом Рейха и открыв зеркало, с черной свастикой на крышке, нажатием на защелку тут же и замер. Из зеркала на него смотрел он, только молодой. Такой как когда-то. Кроме одного, его глаза, да, они явно выдавали, что все не так просто и он захлопнув зеркало с удивлением уставился на рейха, который все еще докуривал сигарету. - Чего тебе ? Я и сам не знаю, оккультизм вещь странная, я особо не вникал, - и сделав еще одну затяжки, посмотрел на союза, который прожигал его взглядом. - То есть это был твой план? - проговорил СССР после продолжив - Затащив меня сюда, чего ты добился ? Мести?- и после помолчав по привычке добавил - Забавно.. И тут Рейх резко развернулся к нему, зарядив звонкую пощечину по стороне с кровоподтеком процедив сквозь зубы : - Забавно? Тебе забавно, так ? - и сузив глаза, уставившись на уже понявшего свою ошибку совета, он продолжил - Ты тут, чтобы я мог отомстить , ты тут, потому что я не позволю тебе так просто уйти. О, и поверь, ты тут на долго, на очень долго . И явно не для дружеских бесед , нет, — И докурив сигарету, он резко потушил бычек о кисть ничего не подозревающего врага, или уже скорее жертвы. Услышав вскрик, Рейх развернулся твёрдо отчеканив вопрос - А теперь тебе забавно ? Но Союз на это всего-то улыбнулся. - Как же ты жалок , месть и ненависть, -И он хмыкнул - они выели тебя изнутри. Ты не страшен, ты просто жалок,—Это была последняя капля, такой наглости нацист уже точно не мог выдержать. И он в порыве гнева ударил совета по лицу. Резко встав ,он начал мерить шаги по комнате, пока в его садисткую голову не пришла извращённая идея. Сняв со своей формы ремень и подойдя к совершенно спокойному совету, он схватил его за шею, отводя руки вперёд, крепко затягивая ремень до посинения конечностей. И кладя уже вырывающегося коммуниста к себе на колени лицом вниз, наклоняется и тихо шепчет ему на ухо. - Кричи , дорогуша , кричи, - и хватает его за шею, в месте набитых серпа и молота, заставив коммуниста взвыть от боли - Но только не пытайся мне помешать, - и отдалившись он снова достает свой тонкий нож, проведя коммунисту по шее, а несколько мгновений спустя, просто бесцеремонно вспоров его рубашку, откидывает её на две стороны, оголяя светлую, бархатную кожу спины, под которой четкой линией выступал позвоночник. Рейху нравилось чувствовать, что в данный момент коммунист так беспомощен. В голове с новой силой предстали события 8-го мая 1945 года, заставляя закипать злость в венах. Пробежавшись взглядом по спине коммуниста и прикоснувшись к ней рукой, он уже думал, с какой стороны приступить к своему плану. и тут началась гомоебля ( нет).Взяв в руки нож, он провел самым кончиком лезвия линию вдоль позвоночника, потихоньку углубляя порез . Услышав тихий вскрик, в его крови забурлила ненависть перемешанная с садистским наслаждением. Словно в тумане он провёл рукой по порезу из которого струйками начала течь кровь, завороженно прикасаясь к ней и размазывая ее по спине. Через минуту , отойдя от тумана в голове, он провёл еще одну линию, которая полностью перечеркивала первую в середине , этот порез был нанесен куда сильнее, он заставил Совета вновь вскрикнуть от боли, чем вызвал довольную улыбку фюрера. Еще порез и еще и еще два. Громкие вскрики боли сопровождали каждое движение лезвия по спине. Словно художник, Брюнет вырисовывал сюжеты мести, смотря затуманенным взглядом на уже хрипящего от боли Совета. Наконец он поднял нож, и вот, на спине Союза красуется истекающая кровью, идеально вырезанная свастика. Вытерев нож об остатки рубашки Союза, Рейх поставил его на колени и присел смотря ему в глаза. Развязывая юноше руки брюнет наклонился вперёд, смеясь и прошептал ему на ухо: - Ist es nicht lustig* _______________________________ Не, ребят я знаю это пиздец . Но я вообще-то предупредил Ist es nicht lustig? Забавно , не так ли ? Alten Hund- старая псина Нож Гитлерюгенда ( https://ru.m.wikipedia.org/wiki/Нож_гитлерюгенда ) Meine liebe - немецкий вариант любимого рейхом ,, Дорогуша’’